Часть 10. Матч и победа Гриффиндора.

Я вернулась в Хогвартс за день до начала семестра, как это сделала Гермиона. Мы заранее запланировали это, так что проблем никаких не было. И самое интересное, что встретило нас с порога в Хогвартс, так это то, что рассказал нам Гарри. Зеркало, раскрывающее самые сокровенные мечты людей и то, что его чуть не поймал (снова) Филч за Особой секцией. К слову, Гарри так и не узнал, кто такой Николас Фламель. Гермиона разочаровалась и ужаснулась одновременно, меня же заинтересовало зеркало. Ведь, как рассказал мне Поттер, то там он увидел своих родителей. Джеймса Поттера и Лили Поттер. Когда же начался семестр, то мы всеми силами забегали каждый раз в библиотеку, чтобы хоть что-то найти о Фламеле, но ничего. Даже я, вне учебное время, таскалась в библиотеку вместо Гермионы, которая постоянно была занята домашними работами. Но так ничего и не поведала, совсем ничего. И, честно, я отчаялась. Кажется, это сделали мы все, кроме Гарри, который не покладая рук, тоже старался мне помочь найти зацепку. Я и вправду завидовала его терпению, и упрямству. Но после того, как Оливер Вуд возобновил тренировки по квиддичу, то теперь в библиотеке сидела я одна, ведь теперь и у Гарри не было ни единого свободного времени. Только учеба и квиддич. И самое худшее, так это то, что в библиотеку из раза в раз захаживал ещё и Малфой. Но, на мое минутное удивление, был один. Мы не особо разговаривали, (хватило нам общения на каникулах) но иногда он осмеливался и спрашивал, что я тут делаю. Да, он похоже заметил, что я слишком часто и долго нахожусь в библиотеке, особенно вне уроков. Я аргументировала это тем, что я любила читать, (что было правдой) и, естественно, он не верил. Прямо так и сказал, что я вру, но дальше копать он не стал, за что ему торжественный поклон и короткое, молчаливое «спасибо». А сейчас я, сидящая в кресле, в теплом, как всегда, одеяле, была в Общей гостиной Гриффиндора. Рядом играли в шахматы Гермиона и Рон, отвлекаясь от учебы и других проблем. Такого веселья у меня не было, так что я просто уставилась на них и смотрела, как они играют. И тут в гостиную ворвался Гарри. — Ну, наконец-то. Гарри, где тебя носило? — вслух возмутилась я, выглядывая из-за кресла. И тут же пожалела о собственных словах. — Что с тобой? — с интересом спросил Рон, отводя взгляд от шахмат. — Вид у тебя просто жуткий. А потом Гарри поведал нам кое-что. Профессор Снейп будет судить матч по квиддичу. — Скажи, что заболел. — первая вставила я слово, посмотрев нахмуренным взглядом на друга. — Сделай вид, что сломал ногу. — уточнила Гермиона, мимолетно встречаясь со мной взглядами и мы согласно друг другу кивнули. — Или сломай ее на самом деле. — добавил Рон. — Я не могу… — признался Гарри, заставив нас всех посмотреть на него и недоуменно поднять брови. — У нас нет запасного ловца. Если я не выйду на поле, то и вся команда не выйдет. — О, Мерлин… — хлопнула я по лбу себе ладошкой, сморщась от собственного удара. В этот момент в комнату ввалился. Причем, реально ввалился. Непонятно, как ему удалось пробраться сквозь дыру за портретом Толстой Леди, потому что его ноги прилипли одна к другой, словно на Невилла наложили специальное заклинание. Должно быть, ему пришлось прыгать всю дорогу до башни Гриффиндора. Мальчики расхохотались, пока мы с Гермионой ещё больше нахмурились, видя вид Невилла. Гермиона, встав, прошептала формулу, снимая заклятие с ног Невилла, заставляя их разъехаться от друг друга. — Кто с тобой это делал? — спросила я, тоже поднимаясь с кресла, укутываясь в одеяло. Невилл посмотрел на меня и поджал губы, опуская глаза. — Малфой. — ответил Невилл дрожащим голосом. — Я встретил его в коридоре у библиотеки. Он сказал, что ищет кого-нибудь, на ком можно попрактиковаться. — Ну, конечно… кто же ещё это мог сделать, если не этот белобрысый идиот! — снова вслух возмутилась я, чувствуя, как начинаю закипать, как чайник. — Немедленно иди к профессору МакГонагалл! — подтолкнула его Гермиона. — И расскажи всё, как было! — Хватит с меня неприятностей. — пробормотал Невилл, покачав головой. — Но ты должен это сделать, Невилл! — возмутился Рон. — Он вечно пытается втоптать всех в грязь, а ты сам в нее ложишься и облегчаешь ему работу! — Вот! Молодец Рональд! — Не надо объяснять мне, что я недостаточно смел для того, чтобы быть членом Гриффиндора. — Невилл всхлипнул. — Малфой мне уже это доказал. Я, вздохнув, подошла к Невиллу и, неожиданно для мальчика, укутала его тоже в одеяло, приобняв. — Ты достоин быть в Гриффиндоре. Малфой — это Малфой, Невилл. Он унижает, чтобы самоутвердиться. Уж я точно знаю. — похлопала я его по плечу, улыбаясь, видя, как замер Невилл и смотрел красными глазами на меня. — Ты стоишь десяти Малфоев. — присоединился Гарри. — И ты достоин того, чтобы быть в Гриффиндоре, ведь Волшебная шляпа сама отобрала тебя на наш факультет. Ну а где оказался этот Малфой? В вонючей дыре под названием Слизерин, вот где. — последние слова заставили меня удивленно поднять глаза на Гарри и восхититься им. Ну Поттер, ну дает! Невилл успокоился и утешился от наших слов и ушел, но перед тем, как уйти, дал Гарри какую-то карточку, сказав, что он такое собирает. Я проводила Невилла теплым взглядом. Этот мальчишка мне нравился. Совсем не заслуживает такой участи. Гарри опустил глаза на карточку, которую он держал в руке. — Ну вот, снова Дамблдор… — произнес он. — Как раз он был на моей самой первой ка… — Гарри вдруг замолчал. Он смотрел на карточку, словно не в силах был отвести от нее глаз, а потом поднял их на нас. Его глаза блестали. — Я нашел его! — прошептал он. — Я нашел Фламеля! Я же говорил вам, что уже видел это имя, так вот, это было в поезде, когда я ехал сюда. Слушайте! «…Профессор Дамблдор прославился, помимо всего прочего, победой над темным волшебником Грин-де-Вальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и работами по алхимии, проведенными совместно с его партнером Николасом Фламелем…» — прочитал Гарри. Так вот оно что… — Ждите здесь! — приказала Гермиона, вскакивая с места и рванулась к лестнице, ведущей в нашу спальню. Мы едва успели обменяться заинтригованными взглядами, а Гермиона уже возвращалась к столу с тяжеленной книгой в руках. Выглядела книга помято, явно очень старая. — Мне даже никогда не приходило в голову искать его здесь! — взволнованно прошептала она. — А ведь я взяла ее в библиотеке еще несколько недель назад! Специально, чтобы отвлечься от учебников, для легкого чтения. — Легкого? — переспросила я, удивляясь её словам. Гермиона на мои слова цыкнула и приказала мне молчать. Ладно, молчу… — Я так и знала! — воскликнула она, найдя то, что искала. — Я так и знала! Мы все тут же посмотрели на книгу в руках Гермионы. Неужели она… — Николас Фламель. — прошептала она таким тоном, словно была актрисой, явно драмы. — Николас Фламель единственный известный создатель философского камня! Тишина. — И… что это? — задала я наконец-то вопрос, а парни кивнули, недоуменно смотря на Грейнджер. Гермиона выдохнула, посмотрев на нас и подтолкнула к нам книгу, чтобы мы смогли прочитать то, что она хотела до нас донести: «Древняя наука алхимия занималась созданием Философского Камня, легендарного вещества, наделенного удивительными силами. По легенде, камень мог превратить любой металл в чистое золото. С его помощью также можно было приготовить эликсир жизни, который делал бессмертным того, кто выпьет этот эликсир.» «На протяжении веков возникало множество слухов о том, что Философский Камень уже создан, но единственный существующий в наше время камень принадлежит мистеру Николасу Фламелю, выдающемуся алхимику и поклоннику оперы. Мистер Фламель, в прошлом году отметивший свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения, наслаждается тишиной и уединением в Девоне вместе со своей женой Пернеллой.» — Поняли? — спросила Гермиона, когда мы закончили чтение. — Должно быть, собака охраняет философский камень Фламеля! Я не сомневаюсь, что он попросил об этом Дамблдора, потому что они друзья и еще потому что Фламель знал, что кто-то охотится за его камнем. Вот почему он хотел, чтобы камень забрали из «Гринготтса»! — Камень, который всё превращает в золото и гарантирует тебе бессмертие! — воскликнул Гарри. — Неудивительно, что Снейп хочет его украсть. Любой бы захотел иметь такой камень. — И вправду… Мерлин, Гарри… Гермиона, вы гении! — закрыла я рот себе от шока, наполняющий всю мою физиономию. — И еще неудивительно, что мы не могли найти имя Фламеля в «Новых направлениях в современной магической науке». — заметил Рон. — Современным его не назовешь, ему шестьсот шестьдесят пять лет. При его словах, я нехило хлопнула рыжего по спине, радуясь, что мы разгадали то, что хотели! — АЙ! Можно было сказать, что я гений просто словами, а не ударом, Адерли! — возмутился Рон, а мое плохое настроение, как рукой сняло.

***

Гарри все же согласился на квиддич. — Вот идиот… — сказала я самой себе, когда Гарри сказал, что пойдет на матч. И с уверенностью заявил, что он не переживает. Да, конечно… не волнуется, зато руки трясутся. И, когда настал тот самый день, мы, проводя Гарри до раздевалки, пожелали ему удачи. Удачи с заглавной буквы. — Слушай меня, Поттер… верь в себя, даже если все ужасно. Будь осторожен, будь внимателен, как сова ночью. Ты меня понял?! — держала я его за плечи, смотря в его глаза. Гарри и так сильно переживающий, волновался ещё больше после моих слов. — Адерли… Адерли, успокойся! — пытался успокоить и меня Поттер, схватив меня за руки, чувствуя мелкую дрожь в них. — Все будет нормально. Я, выдохнув, кивнула. Я что-то не верю в это, но послушно отошла и дала Гарри уйти в раздевалку. Я уже искусала себе всю нижнюю губу от переживаний. Теперь в мой рацион входят ногти. — Адерли, не кусай ногти!

***

Рон, Гермиона и я сели на трибуны, рядом сидел и еще Невилл. Мальчик точно не понимал нашего состояния. Особенно, почему мы пришли на матч с палочками. — Значит, не забудь, надо произносить «Локомотор Мортис». — прошептала Гермиона, когда Рон спрятал свою палочку в рукав. — Я помню! — отрезал Рон. — Не будь занудой… Я была нервная, как никогда. Меня трясло, хорошо так трясло от волнения. Так, что я схватила рядом сидящего за локоть и прижала к себе. Жертвой оказался Невилл, который, кажется, покраснел. И успокоилась я тогда, когда я увидела… директора! Дамблдор здесь! Наверное, именно поэтому профессор Снейп выглядел таким раздосадованным, когда команды вышли на поле. Даже Рон заметил с трибуны, что Снейп вне себя. — Никогда не видел его таким злобным… — прошептал Рон, обращаясь к Гермионе. — Смотри, они начинают. Ой! Кто-то сзади ударил Рона по затылку. Это оказался… Драко Малфой. — О, Уизли, извини, я тебя не заметил. — издевательски ухмыльнулся платиновый, хихикая со своими дружками, с Крэббом и Гойлом. — Ну начинается… — закатила глаза я, шумно выдыхая, когда этот змей посмотрел и на меня, а после и на Невилла, испепеляя его взглядом. Невилл сгорбился. — Парня себе завела? — прищурил свои серые глаза Малфой, на что я сморщилась и открыла рот, как рыба, хватающая воздух. — Зависть – плохая штука, Малфой. — не осталась я в долгу, гадко улыбаясь, помахала ему пальчиками, на что он, закатил глаза. — Интересно, как долго Поттеру удастся удержаться на метле на этот раз? — громко спросил Малфой, зная, что мы его слышим. — Кто-нибудь хочет поспорить? Может, ты, Уизли? Хотя да, спорить-то тебе не на что… а ты, Адерли? — спросил уже меня он, а я еле сдерживалась, чтобы не расписать ему кулаками лицо. — Гарри сможет, не переживай, Малфой. — буркнула я, посмотрев на белобрысого. Но внутри я сгорала от волнения, не смотря на то, что на матче присутствовал сам директор. А Драко как-то странно сверил меня взглядом. Сщурил глаза, не отводил взгляда и хмыкнул, а потом отвернул голову и замолчал. Рон же, на удивление, промолчал. Он внимательно смотрел на поле, где Снейп только что наказал Гриффиндор штрафным очком за то, что Джордж Уизли отбил бладжер в его направлении. А Гермиона, которая сидела, положив руки на колени и скрестив все пальцы, не сводила глаз от Гарри. Тот кружил над остальными игроками, оглядываясь по сторонам в поисках своего мяча. — Кажется, я понял, по какому критерию в Гриффиндор набирают сборную по квиддичу. — громко заявил Малфой несколько минут спустя, когда Снейп снова наказал Гриффиндор штрафными очками, причем абсолютно без повода. — Жалость. Вот чем они там руководствуются. Вот возьмем Поттера, он сирота. Возьмем близнецов Уизли, они абсолютно нищие. Так что странно, что они не взяли в команду тебя, Долгопупс, ведь у тебя начисто отсутствуют мозги. Я повернула голову к Малфою, как это сделал Невилл и наградила его очень недовольным взглядом. — Ещё одно слово… — Я стою десятка таких, как ты, понял? — перебил меня Невилл, запинаясь. Малфой прыснул со смеху, как это сделали его друзья. Невилл неуверенно взглянул на Рона, а то что-то ему прошептал. — Знаешь, Долгопупс, если бы мозги были из золота, ты бы все равно был беднее Уизли, а это показатель. — не успокаивался Малфой, хихикая. Я вскочила с места и схватила Малфоя за нос, потянув на себя. Он сморщился и завопил. — С ума сошла, Реген?! — возмутился Малфой, но его перебили. — Ребята! — вдруг воскликнула Гермиона. — Смотрите на Гарри! Это заставило меня замереть и отпустить нос Малфоя, за который я его тянула от злости. Я посмотрела на Гарри. Гарри внезапно устремился вниз, красиво войдя в пике, на которое зрители отреагировали аплодисментами, восторженными воплями и изумленными криками. Гермиона вскочила с места, не понимая, что происходит, а Гарри пулей несся к земле. — Тебе повезло, Уизли, кажется, Поттер заметил на поле мелкую монетку! — растягивая слова, произнес Малфой. Рон все же не выдержал. И прежде чем Малфой понял, что происходит, Рон уже сидел на нем, придавливая его к земле. — Рон! — воскликнули два голоса одновременно. Мой и Невилла. Мы кинулись на помощь. — Давай, Гарри! — завопила Гермиона, глядя, как Гарри летит, набирая скорость, прямо на Снейпа. Она уже поняла, что это он сам направил метлу вниз, и нервное напряжение сменилось ликованием. Она даже не замечала, что позади нее идет борьба и по земле катается клубок из нескольких тел, из которого беспрестанно вылетают поднятые кулаки и доносятся звуки ударов и вскрики. А там, в небе над полем, Снейп как раз разворачивал свою метлу, в последний момент заметив что-то золотое, просвистевшее мимо его головы, а в следующую секунду пролетевший мимо профессора Гарри вышел из пике, победно вскинув руку, в которой был зажат снитч. Трибуны взорвались криками и аплодисментами: они никогда не видели, чтобы снитч поймали в самом начале игры. Похоже было, что Гарри установил рекорд. Эти крики отвлекли нас всех от драки. Все подняли головы. Невилл, который оттаскивал Рона от Малфоя, Крэбба и Гойла, я, которая удерживала Малфоя от кулаков, обращенных на Рона. — Рон! Адерли! Где вы?! Игра закончилась! Гарри выиграл! Мы выиграли! Гриффиндор вышел на первое место! — радостно вопила Гермиона, подпрыгивая на сиденье, а потом кинулась обнимать сидевшую перед ней Патил. Слова Грейнджер заставили меня почувствовать огромный прилив радости и ликования, да так, что я вскочила с Малфоя, которого, кажется, я чуть не задушила и начала прыгать на месте и хлопать в ладоши. — Гарри победил! ПОТТЕР ПОБЕДИЛ! — кричала от радости, обнимая от эмоций и чувств рядом стоящего человека. Им оказался Малфой, который даже не двигался. Видимо, все еще в шоке от драки, не говоря уже обо мне. — И долго ты на мне висеть будешь, припадочная? — все же раздался над ухом знакомый голос и я тут же отпрянула от Драко, который поправился, приводя себя после боя в порядок. — Кхм. — гордо подняла я подбородок, когда я встретилась с серыми хитрыми глазами, а на лице Малфоя была ухмылка. Чего это он лыбится? — Поттер победил, Малфой. Как ты на это смотришь? — сложила я на груди руки, вставая к нему плечом к плечу, гордясь своим другом. Малфой, рядом стоящий, фыркнул. — Повезло. — сказал он, а я испустила смешок. Ну да, ну да. Чистое везение, а не прирожденный талант Гарри, который достался ему от Джеймса.