Часть 1

Мун едва исполнилось одиннадцать, когда ей, наконец, разрешили побыть в роли королевы, управляющей войсками Мьюнианцев против переодетых в монстров крестьян, на дне независимости. К большому разочарованию, Мун веселье не понравилось. Она каждый год видела этот праздник из окна своей башни. Тогда она воспринимала всё как одну большую игру, но с возрастом её начало мутить от вида того, с какой яростью её будущие подданные нападают друг на друга, словно дикие звери. И вот ей пришлось лично принимать участие в этом фарсе. Но это было необходимо. По словам наставницы, на этом празднике люди чувствовали себя частью чего-то великого. Чувствовали удовольствие от победы тысячелетней давности. Это помогало утихомирить народ, забыв о настоящих проблемах. Однако принцессу заботила вовсе не политическая составляющая торжества. Для неё это был редкий шанс увидеть королеву Комет. В своём траурном платье женщина молча восседала по правую руку от дочери. Кажется, Мун не видела свою мать целую вечность. Та редко показывалась на глаза. После гибели короля в битве с монстрами три года назад правительница редко выходила из своих покоев. На Мун потеря собственного отца не так сильно повлияла, как на его жену. Тот постоянно пропадал в походах, и девочка почти не знала его. А Комет… При виде её Величества Мун могла только благоговейно склонять голову. У Мун тряслись поджилки от близости уже расплывающегося в сознании образа матери. Люди внизу казались уже незначительными. А королева, словно фарфоровая статуэтка - белая, изящная, сильно изможденная, но всё такая же величественная. Мун украдкой наблюдала за движениями такого родного и в тоже время совершенно далёкого существа, и Комет, наконец, почувствовав на себе пристальный взгляд, посмотрела прямо в голубые глаза. У Флай перехватило дыхание, когда она увидела слабую улыбку на бледных губах. И даже эта улыбка показалась чем-то величественным на фоне бессмысленной бойни внизу. *** В тот же день, после праздника Мун, наконец, получила долгожданную свободу. Она с разбегу вылетела из окна своей комнаты, при помощи волшебной палочки смягчив падение на каменные плиты, и побежала прямиком в поле. Там, в зарослях кукурузы, она могла без проблем спрятаться от назойливых воспитательниц. Однако, не пройдя и пары метров, принцесса споткнулась о что-то округлое. Девочка едва удержалась от ругательства, но вспомнила нравоучения наставницы, что не пристало леди ругаться, точно сапожнику, и тут же поджала губы. Перед Флай на коленях сидел мешок из-под кукурузы и в наглую жевал початок, даже не заметив налетевшего на него человека. - Эй! - окликнула Мун странный субъект. Тот замер. - Кто ты такой и как смеешь воровать с полей королевской семьи? - и дёрнула наглеца за шкирку, стягивая капюшон. Флай ахнула, воззрившись на воришку. На девочку смотрел настоящий монстр. С зелёной пупырчатой кожей, выпуклыми рыбьими глазами и острыми зубами, виднеющимися из-под пухлых губ. Мун открыла было рот для крика, но чужие перепончатые лапы закрыли ей доступ к воздуху. - Не кричи, пожалуйста! - умоляюще прошептало создание, смахивающее на жабу. Принцесса сглотнула вязкий ком в горле, но за не имением альтернатив, с содроганием кивнула. Чудовище медленно убрало руки, свесив их вдоль полного тела. - Как тебя зовут? - вмиг охрипшим голосом просипела девочка. Она не знала, что ей предпринять. Кажется, это существо было безвредным. Но... страшные сказки Софы и смерть отца заставляли её быть начеку. - Жабан, - заикаясь, проквакал монстр. - Жа-ба-н, - медленно повторила Мун. - Зачем ты воруешь с королевского стола? Тот неловко пожал плечами, обняв свои колени. - Ну, сегодня рынок был закрыт, и я... был голоден, - пожаловался монстр. - Конечно, закрыт. Сегодня же был день независимости, - строго проговорила девочка. - Ты что, не знал? - но увидев непонятливый взгляд, прикусила губу. Действительно. Откуда он мог знать? Да даже так, для него это скорее был день траура. - Эм.. А ты что, на рынке воруешь? - сменила тему принцесса. - Конечно, а где ещё? - как само собой разумеющееся отчебучил монстр. - А тебе не говорили, что воровать не хорошо? - возмутилась девочка. - Оно нехорошо, только когда в жизни всё хорошо, - глубокомысленно изрёк монстрик, и Мун второй раз застали врасплох. Она снова оценивающе оглядела воришку. В мешке из-под кукурузы он выглядел довольно комично и… жалко? - Наверное... Но воровать в своём королевстве я тебе всё равно не позволю! - упрямо отозвалась принцесса и сорвала ещё один початок кукурузы, протянув Жабану. - Держи. Сегодня я сделаю исключение. Но больше не воруй. Если надо будет - спрашивай у меня. Я два раза в неделю выхожу на прогулку, так что можем где-нибудь встречаться. А сейчас пусть эта кукуруза станет символом нашего дальнейшего сотрудничества. - Сотрудничества? - не понял Жабан, опасливо приняв дар. - Да, я хочу знать больше о Мьюни, чтобы изменить его. Хочу помочь нашим народам. Будущая королева грациозно расправила плечи и прямо посмотрела в глаза монстра. У Жабана даже перехватило дыхание, так величественно принцесса выглядела, даже несмотря на пыль в волосах и короной набекрень. Он молча кивнул, соглашаясь с условиями через пожатие рук, скрепляя тем самым негласный союз между человеком и монстром. ***