Лестница в никуда

Мои глаза в тебя не влюблены, Они твои пороки видят ясно. Но сердце ни одной твоей вины Не видит, и с глазами не согласно. Уильям Шекспир

***

Сан Хо был одним из тех мужчин, которые были скупы на эмоции и не позволяли себе любви, а если и влюбились, то до белой горячки. Он встретил Хан Соён ещё до того как стал известным. Она была на три года младше, худая и довольно милая девушка. Она зацепила его своей открытой добротой, но и одновременно умением ответить и постоять за своё имя. Сан Хо знал, её отец не последний человек в Корее, владелиц филиала предприятий спортивного оборудования, причем не только для велоспорта, но и множества других категорий. Владелец большого количества акций крупных спортивных брендов, имел спорт-клубы не только по Корее, но и по Японии. Так что у такого человека, было просто страшно, просить руки его дочери. Старший брат Соён был надеждой. Он хорошо общался с Сан Хо, был возможно единственный кто понимал его и хотел помочь, не просто словами, а делами. Не раз говорил «— Ты достойный человек, Сан Хо.», так что можно было питать надежды. Однако все надежды разбились об смерть родителей Сан Хо. После переезда в бедные районы, когда Сан Хо на себе тянул двоих младших, он окончательно понял, что Соён- вершина, но что бы туда дойти, прийдется идти по головам. Поэтому он пошёл. Он не смел просить помощи у её брата, у кого либо ещё в целом, решил для себя - всё сделаю сам и не одна сука меня за это не упрекнёт. Докажу. Поэтому он перестал общаться с её семьей, не общался с её братом, а после и вовсе надолго уехал из Кореи, в мировой тур. Хоть в этом ему и помог отец Соён. Днями и ночами работал, между тем пытался тренироваться и следить за младшими. И он достиг своего, он смог стать «кем-то», смог заработать и поднять семью с колен. Теперь Аран и Хван Ён были обеспечены, он смог доказать свою силу. Однако вершина так и осталась вершиной, скорее стала лишь выше чем была. После смерти Махёна, дела пошли в гору, он стал лучшим велогонщиком Кореи, его знали все, с ним сотрудничали мировые бренды, но в семье Хан настал траур. Старший наследник семьи, Хан Тэун- погиб. По версии которую подтвердила семья- его убили конкуренты, однако Сан Хо знал реальность- Тэун запил большое количество таблеток почти литром спиртного, просто уснув и не проснувшись, в собственном загородном доме. Он был уличен в незаконной поставке допинга по разным спорт-клубам Кореи, Японии, Китая и Тайланда. Доказательства были обнародованы и его репутация сгорал за пару месяцев, хоть в последствии дело и замяли, но было уже не отмыться, никто не хотел с ним сотрудничать. Это начало отражаться на бизнесе семьи, он стал черным пятном в родословной, паразит тянущий на собой остальных. Гангрена. А когда гангрена поражает конечность, то её проще отрубить. И он сделал это. Сан Хо помнит этот разговор как сегодня: — Ало? Кто это? — Сан Хо нахмурился, на том конце послышался тихий и хриплый смешок. — Не узнал старого друга? Слава затмила разум? — Тэун? Прости, не узнал, ты хотел что то? — Сан Хо насторожился, не звонить два года, а потом внезапно вспомнить, не сильно внушало веры в лучшее. — Сейчас послушай меня внимательно, не перебивай ,— Тэну откашлялся и хрипло задышал, — Хоть я и не знаю как твои дела сейчас, но ты должен меня послушать, ты уж точно слышал скандал который сейчас творится вокруг семьи, до тебя это не могло не дойти, так вот… Мне нужно обезопасить свою семью, нужно что бы я знал, что когда меня не будет, кто то присмотрит за ними… за Соён… — Тэну, погоди, ты же не , — слова давились комом в горле, — Послушай, проблемы решаться, нужно переждать, ведь отец твой… — Сан Хо, — твёрдый и уверенный голос раздался по ту сторону, — отец не вечный, у отца куча конкурентов, здоровье косит, мать тоже, Соён может остаться одна, она слабое место, понимаешь? А когда болезнь прогрессирует, она поражает в первую очередь самых слабых, так что я не могу так рисковать, не могу позволить своей глупости навредить ей. — То есть, — Сан Хо с трудом выговорил эти слова, — Ты готов умереть во так? Ты переживаешь за неё, а на свою жизнь плевать? Можно вот так это закончить? — Да, — вновь уверенно, — чем за себя, за неё больше переживаю… Сан Хо ты пойми, я говорю это, потому что хочу тебе доверять, но если ты не можешь дать мне гарантий, что сможешь сохранить её, то я оставлю тебя, найду кого то другого. — Нет, я не об этом, — голос стал резким, как удар, — Ты хоть представить можешь, что с ней будет, когда ты… когда тебя не станет, она сойдёт сума от горя, ты ведь не хочешь этого? — Хочу- не хочу, суть одна и та же, я делаю это ради неё и ради будущего семьи, так что, — он усмехнулся, как то печальнее обычного, — Ты дай мне слово, что присмотришь за ней, я ведь помню, она тебе была симпатична, хоть и давно… Хоть и давно, но ты когда-то сказал, что хочешь, что бы мой отец разрешил тебе быть с ней, что бы благословил, так вот теперь это сделаю я, но… — Что? — Сан Хо сглотнул вязкую слюну. — Не думай, что раз меня больше не будет тут, то ты сможешь творить что вздумается, — Тэун изменился в голосе, — Если обидишь её, если она хоть раз из за тебя заплачет, если вдруг захочешь причинить ей вред, то знай, я тебя с того света достану и за собой потащу, уяснил? — Уяснил. — Тогда хорошо, мне нужно разобраться ещё кое с чем, а ты пока что подумай, а и ещё, — Он откашлялся, — даже не смей когда то сказать об этом разговоре кому либо, играй свою роль, ты ничего не знаешь. Через шесть дней, Хан Тэун умер. Его нашла Соён, когда брат долго не отвечал на звонки и сообщения. Приехала и нашла его в собственной спальне, с пеной у рта, сине-белого и холодного как мрамор. Говорили, что когда приехала скорая, она сидела возле него на кровати и рыдала, держа его за руку. Врачи совершили глупость, сказав, что если бы Соён приехала на два-три часа раньше, то его удалось бы откачать. С тех пор Хан Соён по настоящему сошла с ума. Когда Сан Хо приехал на похороны, он впервые за долгое время увидел её. Это была не та Соён с новостных статей о семье Хан, не та девушка из его памяти, не та красотка из интернета, под фото которой были тысячи лайков. Это был живой труп, с серо-белой кожей, безумными глазами, тусклыми волосами, которые и без того были светлыми от постоянного окрашивания, поломаными ногтями, с кровоточащей кутикулой, треснутой от сухости кожей губ. Она стояла в черном пальто как манекен и лишь хриплое дыхание и красные глаза выдавали её реальность, она не смотрела в сторону Сан Хо. Она смотрела на гроб, который медленно уходил под землю. В тот день, Сан Хо решился, что пора поговорить с Хан Джин Ки — главой семьи. Но не сегодня, позже, когда семья отойдёт от горя. Сам же Сан Хо за годы выработал иммунитет к таким мероприятиям. Он мог держать лицо, быть невозмутимым и не важно что там было внутри. На следующий месяц, Сан Хо назначил встречу с главой семьи, касательно бизнеса. Встреча проходила дома и Сан Хо с порога понял - дом тоже был мертв. Его стены давили и кажется были похожи на стены склепа. Внутри было мрачно, даже торшеры за тысячи долларов, дорогая мебель и ковры прямиком из рук лучших мастеров востока не спасали ситуацию, всё потускнело. Глава семьи сидел в своём кабинете, в дальней комнате дома. Его лицо посерело, осунулось, взгляд был полон свинца, а глаза налились болезненной краснотой. — Садись Сан Хо, ты хотел встретиться, я готов выслушать, — Мужчина кивнул головой в сторону мягкого дивана и снял очки. — Да господин Хан, я в первую очередь хочу снова выразить соболезнования, касательно Тэ-… — Сан Хо, не нужно, — Он резко оборвал его и вздохнул, — не упоминай моего сына, я за последний месяц пытаюсь избавиться от этих мыслей, лучше не напоминай, ты уже выразил свою благосклонность, прийдя на похороны, поддержав сторону нашей семьи, говори по делу. — Простите, — Он сдержанно кивнул и продолжил, — Я хочу предложить помощь, в рамках возможностей которые у меня есть. По выражению лица Джин Ки можно было сказать, что мужчина был оскорблен словами «помощи». — Не подумайте, я не сомневаюсь в репутации вашей семьи и невиновности вашего сына, — он сглотнул вязкую слюну, — Я хочу что бы люди прекратили обсуждать это и ваша семья жила спокойно, хочу выразить свою позицию публично. — То есть, хочешь сотрудничать со мной, выступая под моей фирмой, верно понимаю? — Мужчина встал с места и посмотрел в окно. — Да, Тэну был моим другом, хоть и давним, а ваша семья мне по своему близка, вы были знакомы с моим отцом, и когда родители, — он напряг челюсти и тихо выдохнул, — когда они погибли, то вы помогли мне с велоспортом, помогли попасть в тур и замять историю с Махеном, так что, я хочу отдать вам должное. — Сан Хо, я думаю, что… Но мужчина не успел договорить. В глуби дома раздался женский глухой крик, но слов было не разобрать. Мужчина напрягся и уже собрался открыть дверь, когда в комнату влетела испуганная женщина, Хан Мигён - жена Хан Джин Ки и мать Соён и Тэуна. Её глаза были полны отчаяния и ужаса, её трясло, а из прически торчали пряди. Она схватилась за руки мужа, явно не замечая Сан Хо. — Джин Ки, боже я не знаю что с ней, она… она ,— Женщина в голос зарыдала и ухватилась за рубашку мужа. Тот подхватил её и усадил на диван, поглаживая по спине. Сан Хо недолго просидел в ступоре, встал с места и налив в граненный стакан воды, подал его мужчина, который передал его Мигён. Прекрасная женщина с таким прекрасным именем, ведь оно переводится как «заслуженная», «уважаемая», «красота», а сейчас она сидела вся бледная и осунувшаяся, рыдая без перестану. — Она ничего не ест, который раз уже без сознания лежит, господи, она ведь, — женщина всхлипнула и поднесла руки к лицу, посмотрев на мужа, — она лежала с открытыми глазами, как неживая… Джин Ки, она там лежала как будто её уже нет… Женщина вновь зарыдала и мужчина с трудом позвонил кому то, после чего крепкий мужчина вошедший в комнату, аккуратно подхватил её за плечи и увёл куда то за двери. Глава семьи вздохнул и открыв шкаф из красного дерева, достал явно не дешевую бутылку чего то крепкого и налил себе на дно стакана, выпивая залпом. — Так и обстоят дела, Сан Хо, — Он потер устало висок и усмехнулся, — Сына не уберег, дочь и вовсе не жива не мертвая, теперь и жена вся изведется, уже истерики начались… — Господин Хан, я готов помочь, вы только скажите как, — Сан Хо подошёл к столу и серьезно посмотрел на мужчину. — Мальчик мой, ты мне ничем не поможешь, Тэуна к жизни возвращать не в твоих полномочиях и даже не в моих, — он откинулся на спинку кресла, — А Соён, знаешь, она мне после похорон сказала кое что… Мужчина наклонил голову в сторону Сан Хо и сказал чуть тише, словно опасался что из услышат. — Она мне сказала, что в тот день, она умерла вместе с Тэуном, а на похоронах закопали не только его, но и её, — Он наклонился к столу и выдохнув, опустил голову в ладони, тяжело вздыхая, — Так что Сан Хо, ты мне ничем не поможешь. — Я… я что нибудь придумаю, может психологи помогут? — Сан Хо положил руку на плече мужчины и слегка наклонился, опасаясь что такой жест не воспримут правильно. — Нет, Сан Хо, мертвых не лечат, — он тряхнул головой и резко встал, заставив Сан Хо убрать руку, — Вот что, я свяжусь с тобой в течении недели, заполним договор и приступим к работе, а пока извини, я сейчас совсем на роботу не настроен, так что даже провести не смог, уж извини меня. — Всё в порядке, не заблужусь, — Сан Хо ели заметно улыбнулся и поджал руку мужчине, — Берегите себя, я пойду. — Спасибо, Сан Хо, ступай, — мужчина кивнул и сел на кресло, надевая очки обратно. — А и ещё кое что, могу я зайти к Соён, просто поздороваться? — Сан Хо опасливо кинул взгляд за своё плече. — К ней? Думаю поздороваться да, но не больше , — мужчина вернул в голос прежнюю жестокость и приказной тон, — ты думаю и сам догадаешься, в каком она состоянии. Сан Хо сдавлено кивнул и вышел за дверь. Коридор второго этажа был длинный и тусклый, за поворотом его ждал ещё один, такой же, но уже более светлый, словно там был совсем другой дом. Комната Соён была в Конце, с светильником напротив. Сан Хо тихо, без шумно ступая, подошел к двери, и тут же замер. За приоткрытой дверью, виднелся женский силуэт, сидящий на полу и дерзающий какую то веревочку. Она что то неразличимо шептала и шатала головой из стороны в сторону. Сан Хо вошел в комнату и присел рядом с ней, сохраняя некую дистанцию. — Соён, это я, привет, — Он сожалеющее посмотрел на пустые женские глаза, наполнившиеся странной заинтересованностью к голосу напротив, — Ты извини что я без стука, открыто было. — Я… Да, открыто, открыто, что бы Тэун пришёл и я… и мы, — Она сожалеюще свела брови и дернула кончики губ вниз, — Я не понимаю ничего, что я сделала… — Соён, — Он покосился на пояс от халата и мягко забрал его из трясущихся женских рук, — ты ничего не сделала, всё будет хорошо, слышишь, я помогу тебе, обязательно… Он ели-ели прикоснулся к её пальцам и мягко обхватил их своими. Она подняла на него пустой взгляд и от чего то улыбнулась. — Тэун… неужели это ты? А что с твоими волосами? Почему они белые…— Она завороженно посмотрела на него, — Но ничего… это ничего… Я так скучала, почему ты так редко приходишь? Она медленно потянулась к нему и обняла тонкими руками. Сан Хо обнял в ответ. «Тэун»… Пусть так, даже если она видит в нем Тэуна, это ничего, главное что бы она была рядом, он всё простит, всё выдержит. Он достигнет вершины.