"Imperium"

Ощущения от возвращения в паддок были... смешанными. С одной стороны, Джордж определённо был страшно рад заново прочувствовать эту атмосферу, встретиться с коллегами, даже коротко поболтать с Тото Вольфом. Он снова был в привычной среде, где все его обязанности чётко расписаны: улыбаться на камеру, шутить, быть идеальным пилотом. И он послушно выполнял всё, что от него требуется,и даже больше. А с другой стороны, почему-то эмоции ощущались поверхностно. Как кратковременная искра, потухающая через пару-тройку секунд. Конечно, гонщик просто продолжал ослепительно улыбаться и отшучиваться, но внутри кипело и росло что-то... Непонятное. И Джордж не до конца понимал природу такой перемены в нём самом. Раньше он ещё как минимум неделю светился из-за возвращения в паддок после перерыва. Но сейчас всё было по-другому. Даже своё тело ощущалось в какой-то степени инородно. Хотя это легко можно списать на последствия аварии. А вообше, какой сегодня день недели? Пятница? Вторник? Взгляд Джорджа уже долго сверлил одну точку. Он всегда смотрел так, когда задумывался. Что я ел на завтрак сегодня? Пустота. Интересно. Даже забавно. И Джордж понял, что его это не особо-то и волнует. Скорее вообще не волнует. Зато он отлично помнил отрывки видео с аварией. По венам прошёлся уже знакомый импульс, заставивший лишь немного покачнуться. Кажется, он начинает привыкать. Джордж может и не помнил банальных вещей, но информация о поворотах, в которых он теряет десятые секунд, воспоминания о каждом неверном движении руля, каждая мысль после поражения засели в его голове крепко-накрепко. Из размышлений его вытянул знакомый голос: — Джордж? Гонщик обернулся и чуть не столкнулся с Кармен. Та слегка улыбнулась и, прищурив красивые карие глаза, с интересом поглядела в потерянное лицо гонщика и, немного наклонив голову, спросила: — Ты чего? —Да так. — Ответ занял больше секунд, чем Джордж планировал. Он улыбнулся, получилось как-то слишком фальшиво и натянуто. — Всё хорошо? — Понятное дело Кармен заметила, казалось бы, невидимую перемену. Тон её голоса выдавал лёгкое волнение. — Да. Да, всё отлично. Не хочешь сходить в кафе? — Рука гонщика оказалась на плече девушки, разворачивая и уводя её за собой к выходу. Ладонь мягко кололи пушистые ворсинки её свитера. *** Сегодня на небе царствовало солнце. Оно сопровождалось свитой кучерявых облаков, освещало дороги и заглядывало в окна многочисленных зданий, в одном из которых сидела Кармен. Она всерьёз занялась одним проектом. Ходила на встречи, обсуждала детали с женщинами-коллегами и не могла нарадоваться растущему успеху их работы. Наконец дела пошли в гору. Наверное стоило выйти из дома чуть позже. До встречи ещё долго, а девушка уже устала сидеть здесь без компании, уставившись в стену перед собой. Даже жаль, что никто больше не додумался прийти так рано, как Кармен. Она вздохнула и решила подумать о чём-то отвлечённом. Мысли в голове лениво перекатывались, темы менялись, а взгляд скользил по тёплому лучу света, озарявшему принт на брюках. Что-то Джордж в последнее время какой-то.. нервный. И при этом тактильный. Скорее всего просто шалит нервная система после случившегося с ним. Всего-то. Но брови Кармен невольно сдвинулись. В их отношениях с Расселом, они оба сильно переживали друг за друга, если что-то случалось. И оба не хотели заставлять друг друга волноваться. Девушка невесело усмехнулась своим мыслям, как дверь фойе приоткрылась и в образовавшейся щели появилось лицо Лисы — коллеги по проекту и, по совместительству, близкой приятельницы. — Кармен? Привет, ну ты рано сегодня! Я думала буду первой, но меня опередили. — На загорелом лице появилась улыбка. Лиса подсела к подруге. *** Джордж неспеша шёл по улице после очередной тренировки. Погода была слегка облачной, дул свежий ветер, ставя небрежные влажные мазки на скулах гонщика. У него всё полностью зажило, так что теперь врачи сказали заниматься укреплением мышц, при этом, конечно же, не перенапрягаясь. Запястье почти полноценно вернуло свою подвижность, а грудь снова дышала ровно. Гонщик ответственно не пропускал ни одну встречу с физиотерапевтом, ни одного похода в зал. И каждый раз выкладывался на максимум, обливаясь потом с ног до головы. Но в какой-то момент он понял, что ему этого мало. Он не мог сидеть на месте, ничего не делая, и при этом не ощущая невидимое давление на плечи и пульс в своих висках. В голове регулярно просыпался голос, настойчиво требовал больше нагрузки, больше упорства, больше совершенства. Сначало тихо, потом громче, а затем чуть ли не орал на ухо. Так что Джордж, каждый раз поддаваясь этому требованию, дополнительно сам занимался дома. И когда ноги еле волоклись из-за утяжелителей, когда мышцы горели огнём после очередного подхода, когда он не мог отдышаться от усталости, по венам разливалось горячее удовольствие, удовлетворение. Состояние бесконечной апатии, ставшей сухой нормой, и пустой, за исключением данных телеметрии, головы улетучиволось. Этот импульс заводил гоночное сердце заново, ранее раскрошенное об сломанные рёбра, заставляя стучать более гулко, быстро, рвано. Он зажигал ледяной огонь в бездонных побледневших глазах. Он побуждал не останавливаться, работать до потери пульса и остатков себя, становиться лучшей версией себя. Лучшей не только себя, но и всех остальных. Только находясь рядом с Кармен нервный навязчивый зуд, скребящий под кожей, успокаивался. Он обнулялся и забывал о манящем совершенстве и превосходстве. Джордж плавился и растекался каждый раз, когда нежная рука ложилась на его голову, перебирая шелковые пряди. Девушка являлась единственной точкой баланса гонщика на грани лезвия ножа. Он чувствовал, как неминуемо тонет в своём же идеальном образе, но ничего не предпринимал. И не хотел. Он упивался чувством отсутствия воздуха в лёгких, предвкушая момент, когда ему можно будет сесть в болид, снова почувствовать вибрацию руля под ладонями, ощутить адреналин под рёбрами, заново прощупать скорость, приятно покалывающую кончики пальцев. И снова просто наслаждаться гоночной жизнью. Это было очень странное чувство. Джордж остатками здравого смысла понимал, что такая мания нездорова, но в голове стало оглушительно пусто, а стремление к совершенству дарило смысл. В целом окружающие ему и раньше пыталось донести, мол, ты не можешь быть лучшим, всегда есть кто-то способнее, талантливее и стабильнее. Таков закон гоночного мира. После данного вида замечаний люди видели редчайшее состояние гонщика — сущую ярость, переливающуюся в широко распахнутых глазах. Тогда он был готов рвать и метать, лишь бы не встречаться со своими же мыслями, выдолбленными на подкорке чужими руками. Или же языками. В размышлениях Джордж дошёл до светофора. Красный свет. Придётся подождать. Гонщик зацепился краем глаза за стеклянную витрину магазина рядом. Отражение улыбалось. Но в следующий момент Джордж смотрел лишь на свой ошарашенный взгляд. Прохладный ветер скользил в волосах, потом пролетел вдоль позвононика и вызвал табун мурашек. Это что-то новенькое. Рядом прошедший мужчина подозрительно и как-то недовольро зыркнул во всё ещё шокированное лицо гонщика. Тот лишь нахмурился и ступил с тротуара на асфальт: зелёный загорелся. Похоже, просто привиделось. *** Подушки были разбросаны, плед почти слез с дивана, телевизор работал в пустую, проигрывая нудный фильм с непонятным сюжетом с выключенным звуком. За окном было темно, хоть глаз выколи. Единственным светлым пятном была луна, холодное пятно которой бессовестно таращилось в окно квартиры в Монако. Воздух с каждой минутой становился всё горячее, всё раскалённее. Руки, скрытые в темноте, двигались всё нахальнее и наглее. Общее дыхание давно было спёрто к чертям. Оголённая кожа покрывалась мурашками, хотя было ужасно жарко. Джордж снова прильнул к уже опухшим губам напротив. Сейчас поцелуи сильно отличались от привычных — нежных и аккуратных касаний. Они были более влажными, похабными, с языком. Длинные пальцы зарывались в волосы, оттягивая назад. Поочерёдно скользили по спине, бёдрам, животу и шее. Вырисовывали непонятные невидимые узоры. Нехватка кислорода заставила пару оторваться друг от друга. Несмотря на обилие чувств и возбуждения, захлёстывающих с каждой минутой всё больше, Кармен не могла полностью отдаться им. Ей мешало назойливо маячившее беспокойство в её сознании, зародившееся ещё тогда в паддоке, после выписки. Девушку настораживали перемены в парне напротив, который решил переместиться на шею и ключицы, и, который, сейчас, не церемонясь, кусался и бессовестно ставил засосы. — Джордж?. — хриплый голос растворился в чужом сбитом и тяжёлом дыхании, в неприличной близости и в собственном тихом вырвавшемся стоне. Кармен снова утянули в поцелуй. — Мм? — гонщик вопросительно промычал в её рот, всё не отлипая от Кармен. Та аккуратно отстранилась, положила одну ладонь на пылающую щёку парня, а вторую на его шею. И, разрезая плотный густой воздух, наполненный до этого лишь пошлым хлюпаньем, прошептала: — Обещай, что если у тебя что-то случится.. Плохое.. Ты расскажешь мне. И мы вместе справимся с этим. — Повисла тишина. Джордж явно не ожидал услышать подобное во время... в такой момент. Взгляд иссиня-чёрных в темноте глаз лишь сильнее замораживал мозг гонщика, не давая возможности оторваться хоть на милисекундочку. — Обещаю. — Почему-то сердце болезненно защемило. Джордж не хотел врать любимой, но и не мог заставить себя сдаться.Снова проиграть. Снова остаться с чувством никчёмности один на один. В этот раз он бы не простил себя и умер в болоте совершенства, налитым своими собственными руками. Он знал что не сможет. Кармен тепло улыбнулась и в этот раз нежно коснулась губами лба гонщика, покрытого тонким слоем испарины. *** Холодная вода стекала по бледному лицу, приводя Джорджа в чувство. Его нехило подтрясывало. Он опёрся руками на раковину, повесив голову и расслабив спину. В ванной было прохладно, но это было теплее и лучше чувства, когда ты просыпаешься в ледяной кровати, окутанный холодным потом. Глубоко вдохнуть не получалось — фантом укола под ребром не позволял. Дебильный сон, скорее кошмар, каждый раз начинался одинаково, но заканчивался по-разному. Джордж садится в болид. Обороняется от Норриса. Влетает в стену. Сегодня сон закончился на том, что парень становится инвалидом. Гонщик медленно поднял взгляд на отражение, расплывавшееся в зеркале перед ним. В попытке отогнать жуткие мысли , он наткнулся на нечто ещё более страшное. Отражение надменно ухмылялось, смотря Джорджу прямо в глаза. Но при этом присутствовало чувство, будто это не его лицо вовсе. В мыслях зашептал свой голос, а губы в зеркале вторили ему: — Я выиграл чемпионат. — Рассел скривился. Воздуха всё ещё не хватало, он шёл рвано, задерживаясь в горле. — Поздравляю. — Буркнул гонщик. Он разговаривает с зеркалом. Докатились. Похоже, это лишь ещё больше повеселило его отражение. Оно вдруг перестало копировать его движения, наклонилось ближе к бледному лицу. — Жить достоин лучший. А бесхребетные бездари должны оставаться в грязи. Джордж промолчал. Не нравится ему..это. Он нахмурился и ответил: — Я хотя бы существую, в отличии от некоторых. — он не понимал, зачем поддавался на "свои" же провокации. — Почему ты так уверен, что это не ты — лишь бездушная копия? — По спине парня пробежал табун мурашек, сопровождаемый непонятным холодом, охватившим всё тело. — Нет. Я существую. — Он процедил ответ сквозь зубы. Отражение снова ехидно улыбнулось. Джордж скривился ещё больше, надеясь, что не выглядит в жизни так же, как и в зеркале. — Посуди сам... Я успешнее.. Мной гордится команда, я ведущий пилот. А ещё меня не будут пытаться заменить, словно заржавевшую деталь. Ты станешь ненужным. Мусором. Расходным материалом. — Его тон выбешивал. Слишком слащавый, по-отвратительному ласковый. Джордж же не говорит так. — Что ты несёшь?! Никто не собирается меня заменять! Это я настоящий, а ты — жалкое отражение! Улыбка на лице клона погасла и он стал выглядить ещё более жутко. Лишь ледяной блеск сверкал в серых глазах. – Ну-ну. Джордж проморгался. В зеркале он увидел себя, с бешеными глазами и полностью напряжённого. Звук судорожный выдоха отчасти вернул его к реальности. С момента, как врачи разрешили начать заниматься на симуляторе, голова Джорджа начала преподносить ему сюрпризы, и далеко не всегда приятные. Гонщик решил вернуться в постель, к Кармен. Попытаться снова заснуть. Джордж тихонько приоткрыл дверь спальни, аккуратно ступил внутрь и попытался избежать щелчка при закрытии. В несколько шагов дошёл до кровати. Засмотрелся на едва видное в темноте, безмятежное лицо Кармен. Залез под одеяло и придвинулся ближе к девушке. Тепло. Дышать стало легче, горячий воздух свободнее скользил по глотке. Кармен зашевелилась, притянула Джорджа к себе за плечи, обняла и уткнулась ему в шею. Парень растаял под её руками, нежно поцеловал Кармен в висок. — Я люблю тебя. — Её хриплый ото сна голос нарушил тишину комнаты. — Я тоже тебя люблю. *** Ландо вытер каплю пота со лба тыльной стороной ладони. Он был более чем удовлетворён проведённой тренировкой — его результаты имели положительную тенденцию расти. За улицей уже стемнело, он слегка задержался. Прихватив полотенце и бутылку из-под воды, он встал и направился по коридору к раздевалке. Но фигура человека в соседнем зале с полу-прозрачной стеной заставила остановиться и любопытно приглядеться. Он был уверен, что являлся единственным посетителем здесь. И, конечно, последним, кого Норрис ожидал увидеть — Джорджа Уиллиама Рассела. Но вот он, сидит, слегка сгорбившись и ведя пальцами по мокрым волосам. Тяжело дышит. Ландо застыл, уставившись вглубь зала через стеклянное покрытие. Прошло же всего.. меньше месяца после той аварии. Он помнил, что кто-то из команды вскольз намекнул ему, что один из сильных конкурентов в ауте как минимум до зимы, а может и вообще до следующего сезона. Но ещё большее впечатление произвёл внушительный вес, установленный на тренажёре. Это явно не было тренировкой, нацеленной на восстановление. Но как? Норрис нахмурился. Как он смог так быстро оправиться, что уже тренируется на одном уровне с ним, целым и здоровым? Но Ландо заставил себя принять равнодушное выражение лица и уйти, не думая и тем более не беспокоясь о сопернике из Мерседеса. Как минимум, машины Папай в разы быстрее и манёвристее, что говорить уж о пилотаже. Вернув свою прежнее спокойствие размышлениями о преимуществах Макларен, Ландо решил не забивать голову и направился к раздевалке. Однако, его настроение было заметно подпорчено. *** Связки и мышцы теперь ныли 7 дней в неделю. Спать Джордж стал ещё хуже, просыпаясь уже не 1, а 2-3 раза за ночь. Тренировки стали наркотиками — мимолётное чувство облегчения, а потом зуд под кожей возвращался. Каждое утро, прощаясь с Кармен, он говорил: — Я задержусь, надо кое-что отработать на симуляторе. — Буду поздно, тренер предложил дополнительную тренировку на мышцы шеи. — Сегодня ложись без меня, наверное. Хочу побольше кардио сделать. Сначала Кармен была спокойна: Джордж пообещал ничего не скрывать от нее. А потом изменения становились всё радикальнее. Девушка тешила себя, мол, он просто очень хочет вернуться в Формулу. Но всё же начала реально волноваться, потому что огонь в любимых глазах потух. Джордж сначала пропадал на тренировках, а потом приходил домой и ластился к ней, будто не видел пару лет. Вообще, Кармен не возражала приливу тактильности: во-первых, приятно понежиться с любимым, а во-вторых, с лица гонщика уходила бледность и возвращался здоровый румянец. Девушка стала чаще интересоваться состоянием, настроением Джорджа, но ответ всегда следовал односложный: "я в порядке", "всё хорошо", "отлично". Хотелось ему верить. Но последняя капля всё-таки дозаполнила сосуд её нервов. Кармен проснулась из-за копошения под боком. Перевернулась со спины на бок. Наверно просто Джордж проснулся. Но когда матрас легонько спружинил, освобождаясь от половины груза, девушка обернулась, наблюдая лишь качающуюся на петлях дверь. Она подождала немного, но парень не возвращался. Аккуратно откинув одеяло, она ступила босыми ногами на пол. По коже прошлись мурашки, в комнате было прохладно. В гостиной было пусто. Кармен нашла Джорджа в ванной и сначала оторопела. Тот стоял согнувшись, опираясь на раковину. Сжимал свое запястье так, что костяшки были белыми. Его трясло, как стиральную машину на отжиме — судорога. Расстояние между ними мигом сократилось. Руки Кармен ласково прошлись по плечам, отняли пальцы от дёргающейся мышцы и стали мягко надавливать, массируя. Джордж зашипел и прикусил губу, не давая больше воли голосовым связкам, чем нужно. — Больно? Ответом послужил неохотный кивок. Одной рукой продолжая давление на запястье, второй Кармен открыла кран. Аккуратно подвела трясущуюся кисть парня под поток ледяной воды. —Так должно стать легче. 5 минут они стояли в тишине. Джордж размыто смотрел в пол. Кармен же на его руку. — Отпустило? — Её голос звучал глухо. Голова гонщика была опущена, почти висела, держась лишь на шее. Он кивнул. Сейчас его гложило чувство вины. Он снова заставил Кармен волноваться и нервничать. Испуг в её глазах, когда она зашла в ванную не укрылся от его взора. А ещё он предвкушал неприятный диалог. Джордж ничего против разговоров в отношений не имел, наоборот был всеми руками за. Просто сейчас ему придётся объясняться перед любимой, хотя он и сам мало что осознаёт. Но разговора толком и не было. Кармен лишь крепко обняла Джорджа и сказала ему: — Я доверяю тебе. Доверяю тому, что ты делаешь. Но если с тобой что-то случится из-за...этого, я привяжу тебя к батарее. И никакой Формулы. Или насильно отведу к врачу. Понятно? — Этого гонщик явно услышать не ожидал. Но давление на плечах уменьшилось, часть груза с них упала. Он провёл пальцами по рапущенным волосам девушки. — Да. Просто.. Понимаешь, руль... Прости, я.. — Ему не дали договорить. — Не извиняйся. *** Дни слились в одну массу. Сон ощущался.. а сон и не ощущался вовсе. Алгоритм такой: проснуться — тренировка — завтрак — тренировка — симулятор — ужин — спать. И Джордж понимал, что когда под конец дня у него не оставалось сил ни на что, он становился на шаг ближе к идеалу. Это была до жути приятная слабость. А потом он проваливался в поверхностный сон до утра и всё по новой. *** Джордж даже немного отвык от чувства шлема на голове. Впрочем, это не сильно его волновало. Он сидел в кокпите своего болида, ожидая, пока механики закончат своё дело. Его машина. Не скучать по ней было невозможно, так же как и по ощущению скорости, риска, победы. И вот же — его болид, как новенький после аварии. Джордж с некой лаской провёл рукой в перчатке по рулю, вздохнул глубже, чем обычно. Сначала надо было заново привыкнуть. Заново прочувствовать, как ведёт себя машина: без спешки, аккуратно, даже нежно, просто прикатываясь. Паралелльно вспомнить рёв и вибрацию мотора за спиной. Заметить, как мягко колёса облизывают поверхность трассы. Ощутить уверенность где-то на кончиках пальцев, а потом и на всей поверхности ладони. Скорость постепенно росла. Джордж начал круче входить в повороты, так, как делал раньше. Вскоре тем возрос до гоночного, а потом — до квалификационного. Рассел вошёл во вкус: всё позже тормозил, ехал на пределе сцепления, вжимал педаль газа до упора. — Окей, я думаю на сегодня хватит.. Отличная работа, Джордж! В последнее время ты превосходишь все наши ожидания! — Ещё пару кругов. Он хотел побольше насладиться "мурлыканьем" болида, его послушностью и теплом, разливающемся из груди по всему телу. Но всё хорошее когда-то кончается, и, поняв, что итак проехал уже больше обещанной пары кругов, Джордж свернул на пит-лейн. Кармен встретила его дома в лучшем расположении духа за последний месяц и ей самой стало радостно на душе. Гонщик чуть ли не светился, когда говорил о своих ощущениях и девушка слушала его с улыбкой на лице. Но приятная усталость сделала своё дело и Джорджа быстро начало тянуть в сон. Той ночью он спокойно спал до утра. *** Джордж доедал творог за завтраком, паралелльно листая ленту инстаграмма. Кармен сегодня ушла спозаранку на встречу. Гонщик покрутил отозвавшейся лёгким уколом кистью, пропустил ещё одну историю. Мда.. Ему стоит завести второй аккаунт — личный, чтобы не был подписан на всяких спонсоров и других людей которые его особо-то и не интересуют. Только для друзей, близких и для личностей, за которыми реально любопытно наблюдать. Размышляя, Джордж ненароком обновил ленту и его взгляд лениво прошёлся по заголовку первого поста. "Макс Ферстаппен замечен отдыхающим на яхте Тото Вольфа! Похоже, развалившемуся гонщику Мерседес подыскали замену!" Сердце упало в район кишечника. Потом неуверенно вернулось обратно и стукнуло по ребру. Слухи. Журналисты всегда распускают слухи. Нет нужды переживать из-за одного поста в инстаграмме. Так что Джордж одним движением пальцев снова обновил ленту. Однако толку от этого было мало. Те же самые фото: Макс смеётся над чем-то с Тото. И снова заголовок: "Стоит ли ожидать неожиданного контракта в Мерседесе?" Лицо Рассела перекосило от накатившей злости. Эти паршивые журналисты совсем обнаглели. Джорджа почему-то затошнило. Он приложил ладонь ко рту. "Что я сделал неправильно?" Нет, не так. "Я делаю недостаточно". Точно. Невольно в голове всплыл образ с холодными глазами в зеркале. "Меня не будут пытаться заменить, словно заржавевшую деталь." Теперь гонщика начало подтрясывать. Это противное чувство дрожи, которую не можешь контролировать. Джордж заставил себя выключить и отложить телефон. Проскочила мысль вообще перестать им пользоваться, оградить себя от тупых слухов и заголовков. Немного подышав, стало легче. Тошнота вроде отступила. Но вдруг резко зазвучал рингтон. Дёргающиеся пальцы приподняли телефон. "Албоно". Даже Алекса сейчас не хотелось слышать. Но обижать лучшего друга не вариант. Джордж ответил на звонок и теперь молился, чтобы его голос не дрогнул. — Алё? — Привет, Джордж! Ты как там? — Привет. Я.. Нормально. А ты? — Всё по старому. Слушай... А тыыы... соц сети в последнее время смотришь? — Внутри у Рассела всё похолодело. — А что? — Похоже Алекс услышал, что это было процежено сквозь зубы. — Такое дело.. Понимаешь.. Короче. Просто хо3чу тебя предупредить.. Если что случится, не расстраивайся сильно. Ты классный гонщик, но всё может быть... Джорджа всё же стошнило. *** Жара и влажность Сингапура были невыносимы, но для гонщиков Формулы 1 нет ничего невозможного и непреодолимого. Поэтому в паддок прибывало всё больше водителей. Как только Ландо приложил пропуск к турникету и прошёл внутрь, его окружили журналисты, админы и фанаты. Он расписался на паре безделушек и поспешил скрыться в толпе. Было как всегда шумно, но из балагана Норрис выцепил один вопрос интервьюера: "Ты рад возвращению Джорджа Рассела?" Рад ли он? Возможно. Он рассматривал остальных гонщиков в качестве потенциальных конкурентов, и Джордж, испоганивший Ландо гонку той аварией, скорее портил ему настроение. Мало ли, опять тормозить нормально разучится, а Макларен потом машину заново собирай. *** Кармен чувствовала прерывистое дыхание Джорджа в своих волосах. Он сильно нервничает, хоть и не признается. Руки девушки скользнули чуть выше по спине гонщика. У них была традиция обниматься перед каждой совместной гонкой, но в этот раз ритуал затянулся чуть ли не на десять минут. Быстрый и нестабильный пульс Джорджа сливался с более размеренным Кармен. Шея уже начинала затекать из-за разницы в росте, но Рассел как-будто лишь сильнее стискивал её талию. Гонщик в это время прилагал все усилия, чтобы не думать. Он очень ждал этого момента, так что не может снова програть, прежде всего, своей же голове. Отвлекать себя помогало перечисление того, что видишь, чувствуешь и так далее: Сладкий запах шампуня Кармен, материал её блузки под пальцами, тепло рук на своей спине, пробивающееся через комбинезон, шум вентилятора.. — Джордж, у меня сейчас позвоночник переломится. — Хватка мгновенно ослабилась и дышать стало легче. — Прости. Я нечаянно. — Он и вовсе отпустил Кармен. Образовался зрительный контакт, сопровождающийся оглушательной тишиной. — Сильно волнуешься? — Нет. Я вообще не волнуюсь. —Я вижу. — Кармен произнесла это с явной усмешкой. В ответ Джордж лишь со слабой улыбкой вздохнул и всё-таки расслабил напряжённую спину. — Ладно. Волнуюсь. — Девушка промолчала, не сдержала ухмылку, а потом спросила: — Сколько у нас ещё времени? — Ээ.. Минут 5.. А что? — Садись. — И указала на пол у небольшого диванчика, на который сама мягко приземлилась. Джордж выглядел сконфуженно, но устроился у софы, между ног Кармен. Она аккуратно положила его голову на край дивана. — Расслабься.— Его уговаривать не пришлось и мышцы шеи сразу податливо разгладились. Пальцы девушки коснулись макушки, затем переместились к затылку, поглаживая. Потом к вискам, проводя по линии роста волос. Джордж плавился под этими прикосновениями, и все ненужные мысли вылетали из головы со скоростью болида. Он почувствовал массирующее движение у основания шеи и не сдержавшись, тихо простонал что-то граничащее с мурлыканьем, чем вызвал лёгкий смешок у Кармен. Она знала, где у него постоянно забиваются мышцы и куда стоит надавить, чтобы доставить удовольствие. Но время утекало сквозь пальцы, как песок. — Я думаю тебе пора. — Снизу послышался немного разочарованный выдох. Джордж поднялся, взял воду и другие мелочи. Кармен подошла к нему, и гонщик, поняв намёк, наклонился к её губам. Спустя секунды, девушка прошептала в поцелуй всего 1 слово, по спине Рассела пробежали мурашки: —Удачи. *** Уже сидя в болиде, Джордж почувствовал себя абсолютно спокойно. Он снова в своей стихии. Визор приходилось держать открытым,чтобы дышать было полегче. Воздух будто ещё больше раскалялся гудящими моторами машин. Хоть гонка и ночная, и да, днём жара была в разы убийственнее, в кокпите от этого прохладней не становилось. Рассел перевёл взгляд на механиков, кружащих около его болида. Лёгкой гонка явно быть не обещает, ведь за ним Макс Ферстаппен и Ландо Норрис. Ему даже показалось, что "золотой мальчик Макларен" кинул свирепый взгляд перед тем, как сесть в свой оранжевый болид. Это повеселило Джорджа. Он уже забрался на поул-позицию, так что и удержать её должен быть в состоянии. Однако, ради 1-ого места на стартовой решётке пришлось попотеть, причём буквально. Раскатистый шум мотора приятно оглушал. Джордж неплохо прогрел шины на подготовочном круге. Сейчас нужно будет защитить свою позицию, а потом, предположительно, отрыв от 2 места будет увеличиваться и останется вовремя заехать на пит-стоп и не совершать ошибок. Звучит вполне выполнимо. Защитить своё первое место. Старт. Рассел прекрасно помнил, как Макс обычно обходит соперников в повороте и корректно не дал ему провернуть это с собой. В этот раз Мерседес был быстрее Ред Булла. Джордж сразу начал отрываться, и, в то же время, входить во вкус. Круто залетал в повороты, держал машину под строгим контролем, не позволял своей руке дрогнуть, при этом продолжая рисковать. Расстояние между ним и Максом уже больше секкнды. Ферстаппен потерял возможность использовать систему DRS. Но Джордж не собирался ослаблять хватку на руле ни на секунду. Лишь когда инженер доложил по радио о том, что теперь стоит поэкономить шины, Рассел осознал, в каком напряжении он был всё это время, и насколько было сбитым и рваным его дыхание. Голос Маркуса ещё раздавался эхом в голове, сопровождаемый мурлыканьем мотора. В кокпите было душно, но охлаждающий жилет делал своё дело. 60-ый круг. Рассел начал нервничать. Сделал мелкую глупую ошибку. Заволновался ещё больше. Он пытался собраться, доехать до финиша, сохранив 1-ое место. — Джордж, осталось 2 круга, привези эту победу! Он сосредоточился на дороге впереди. Паралелльно старался нормально дышать, но ритм пульса в висках отвлекал. 1 Круг. Остался всего 1 круг до финиша. Он глянул в зеркало, никто даже близко не едет. В следующем повороте Джордж едва не перетормозил. Сердце упало, но быстро вернулось на место, руки сжались на руле ещё сильнее. Половина круга. Безымянный палец на правой руке странно дёрнулся. Через секунду запястье прожгла резкая боль. — Твою мать! — Та же самая рука. Как той ночью. Только сейчас он едет на скорости под 300 км/час. Хотелось выть, и непонятно, от боли или от какой-то обиды. —Джордж, всё нормально? Он не ответил. В голове пролетели Сильверстоун, операция, больница. Судорога усиливалась, в глазах слегка потемнело, приходилось рулить почти только одной рукой. Он стал заметно хуже проходить повороты, а на прямых машину болтало, как стиральную машину. — Джордж! Ответь,ты в порядке? Гонщик не обращал внимания на то, как мечется его запястье, он просто продолжал удерживать болид на гоночной траектории, закусив губу до крови. *** Он первый. Всё закончилось. Поздравления инженера прошли сквозь ушей. Весь триумфальный круг Джордж промучался из-за судороги. Адреналиновый эффект спал и боль усилилась. Из кокпита он вылез, невольно схватившись за правое запястье. В глазах снова потемнело. Показалось, что сознание вот-вот ускользнёт. Он быстро собрался, выпрямился, помахал толпе. Хорошо, что визор закрыт. Его увели представители команды. *** Ландо приехал третьим. Не лучший результат, учитывая, что Макс перед ним жаловался на проблемы с машиной. Можно было и догнать. Норрис бросил взгляд на Джорджа, всё ещё сидящего в кокпите. Он не мог расстегнуть ремень дрожащей рукой. Потом еле вылез из болида. И всё ещё пытался держаться перед фанатами. Лицо Ландо не изменилось, но внутри он скривился. Ему стоило так же отдаться целиком и полностью. На кону титул, на который в будущем может и не быть шанса. *** Судорога прошла достаточно быстро, блягодаря оперативным действиям врачей. Когда Джорджа отпустило, он не помнил ничего после того, как вылез из болида. Зато он мог наконец-то осознать свой выигрыш. Порадоваться, в конце концов. И он был абсолютно счастлив, когда команда по-победному стукала по его шлему под звуки галдежа. Он подходил к каждому, жал руки, обнимал, ни сколько не задумываясь о времени. Поблагодарив всех, от инженеров до механиков, Рассел знал к кому сейчас он хочет подойти больше всего. За несколько шагов расстояние сократилось до нужных сантиметров. Джордж был счастлив, делив свою победу с Кармен. Её глаза сияли не меньше его. Обнявшись и аккуратно поцеловавшись, девушка прокричала: — Джордж! Ты просто герой! — Восклики толпы были очень громкими и гонщик едва слышал девушку. — Люблю тебя! — Механики рядом переглянулись с тёплыми улыбками, пока Джордж с Кармен смеялись с чего-то, понятного только им. — Джордж, давай на награждение! Или я могу забрать твой трофейчик? — Вот и Маркус подошёл. —Мечтай! — гонщик ещё раз с улыбкой посмотрел Кармен в глаза, перед тем как уйти. — Смотри не опоздай, победитель! — Усмехнулась она. Рассел подмигнул ей и поспешил за трофеем в сопровождении со своим инженером. *** По пути до подиума, Маркус внезапно заговорил, нарушая тишину, в которой он и гонщик шли до этого: — Ты прямо весь сияешь, Джордж. Знаешь, мы с ребятами заволновались, когда ты вернулся после аварии. Нервный, тусклый, даже агрессивный. И бледный. А ещё дёрганный. Мы все заметили как у тебя буквально погасли глаза. — Рассел невольно слегка напрягся. Эта тема была не из приятных. —Даа... Просто.. Было тяжело. — Понимаю. Надеюсь, сейчас всё нормально? — Маркус заглянул в глаза Джорджу с улыбкой. — Сейчас да. — Тоже с улыбкой. *** Шампанское заливалось в глаза, в нос, за шиворот, ощущалось на языке. Джордж хоть и был дезоориентирован, ослеплен, но крайне рад возможности так отпраздновать. Они с Маркусом не щадили друг друга: плескали напиток прям в лицо и на голову. В один момент Рассел просто запрокинул голову, давая инженеру простор к действиям. А потом подключился и Макс, паралелльно защищавшийся от Ландо, поливающего Ферстаппена со спины. Остаток шампанского Джордж выпил. В обычное время тёплая от жары вокруг жидкость вызвала бы лишь отвращение, но не в момент, когда эта самая жидкость выгрызалась зубами. Сейчас он был промокшим до нитки, с прилипшими ко лбу волосами, но одним из самых счастливых людей в мире. *** Джордж забежал в уборную перед тем, как пойти на празднование с командой. Всё-таки липкость с лица смыть хотелось. В зеркале он увидел себя с растрёпанными мокрыми волосами, всё ещё красным после гонки и от жары, с яркими голубыми глазами. Рассел улыбнулся себе же в отражении. — Я выиграл. — Джордж произнёс это вслух. — И это только начало. — Продолжил голос в его голове.