Часть 4

Глава 4

Пробуждение было резким, как будто свет просто включился. “Где я?” – прошептал я ослабевшим голосом, и тут же пожалел об этом. Голова вспыхнула ноющей болью, от которой хотелось лечь под поезд. Однако вопрос, заданный случайно вслух, недолго оставался без ответа. — Ты у меня дома. – с некоторым ликованием проговорила Ольга. — Извини, Мышь, в тройничке участвовать не буду, ты не в моём вкусе… – простонал я. — Рада что ты так и остался юмористом. – переведя взгляд на меня, она немного подумала и добавила. — С хорошей памятью. Подумаешь один раз по пьяни предложила. – Она несколько секунд изображала из себя обиженную натуру, но достаточно быстро стала серьёзной, став наблюдать за моими действиями. Я же приподнялся на локтях, чтобы получше осмотреть комнату. Белый натяжной потолок, большая люстра, украшения хрустальными лепестками, и довершал картину потолочный плинтус, на котором была замаскирована руническая вязь. И, судя по всему, этот плинтус оплетал весь дом. — Здоровая паранойя… – начал я — Залог здоровья параноика. – закончила Ольга. — Не забыла, всё-таки ты так и осталась мышью, а не стала крысой. - прохрипел я, только сейчас замечая невыносимую жажду. — Это не забывается, а вода если что в ванной. — Ты сама гостеприимность, впрочем, ничего другого я не ожидал. – поднимаясь с насиженного места, сказал я. — Ага, сама в шоке. – съязвила она. Кое-как поднявшись, я только сейчас заметил, что раны от демона уже затянулись, но вечер ответов будет позже. А сейчас нужно утолить базовые потребности: поесть, попить, покурить. Но застыв перед дверным проёмом, я извинился: — Извини за тот случай, мне жаль, что так получилось. — О, в кои-то веке наш одинокий волк признал, что поступил как мудак. Но твои извинения не изменят ровным счётом ничего, но, если тебе от этого станет легче, я их принимаю. Кивнув, я вышел из комнаты, и пройдя по коридору, очутился в ванной. Где простого взгляда в зеркало хватило чтобы понять: “я изменился.” Мои глаза были не звериными с вертикальным зрачком, а вполне себе человеческие. Такие, как их вчера показал демон: тёмно-синие с вкраплениями жёлтого вокруг зрачка. Удивление не было придела, когда, закатав рукав плаща я обнаружил что одна из цепей была разбита. Видать, ответ засчитывается вне зависимости от того, говорю я его напрямую, или же нет. Однако, изменения на этом не кончились, по ощущениям лимит энергии, на ряду с её мощностью, вырос в несколько раз. Не став заострять на этом внимание, я умылся и пошёл в сторону кухни, из которой раздавался непринуждённый разговор. — Может сменим обои в коридоре? – говорила Юля. — Ну не знаю, не знаю, вроде и так нормально. – задумчиво протянула Ольга. Заходя на кухню, я молча кивнул на приветствие Юли, и, подойдя к чайнику, молча поставил его на огонь. Обернувшись, я опёрся о кухонный гарнитур, и уставился в пустоту где-то между Мышью и Юлей. Но не успел я погрузиться в свои не самые оптимистичные мысли, как тут же меня из них вырывает Юля. — Что у тебя с глазами, они… нормальные? – тихо спросила она. — Если бы я знал, то ответил бы. Однако, сила моего зрения не изменилась, что странно… – переводя свой взгляд на Юлю, сказал я. — Ты, судя по всему, забыл, что твоя работа – ебать непослушных чертей, и на полном серьёзе пытаешься найти нелогичностям научное объяснение? – закатив глаза выдала Ольга. — Объяснение аля:” Это магия Гарри!!!” – хуйня полная. – парировал я — Вся наша жизнь - одна сплошная хуйня, так что не удивляйся хуёвым объяснениям. – спокойной отразила Ольга. — С тобой сложно не согласиться, кстати где у вас чай? – убирая закипевший чайник с огня, сказал я. Спустя секунду Глаза Ольги округлились, и всякая невозмутимость исчезла с её лица. — Ты разве не по кофе? – непонимающе спросила она. А вот тут уже глаза округлились у меня, ведь действительно, сколько себя помню, я всегда предпочитал кофе. Сначала глаза, теперь предпочтения в напитках, что дальше? Я резко изъявляю желание спать с мужиками? Но из моих нисколько не радужных мыслей меня вывел щелчок камеры и последовавший ехидный смешок Юли. — Твоё лицо сейчас было непередаваемым, удивлена, что ты вообще можешь демонстрировать такие эмоции. – посмеивалась она. — Так всё-таки, где чай? – вышел я из ступора. — Верхняя тумбочка… – всё ещё охуевала Ольга. — Спасибо, а ты, Юля, лучше бы на лицо своей девушки посмотрела. — Да не, на её охуевшую моську я насмотрелась, когда была в плохом настроении и... – Хихикала она пока не получила лёгкий тычок под рёбра. Я тем временем заваривал чай и интуитивно сыпал в него сахар. От чего лицо Ольги вытягивалось всё сильнее и сильнее. — Что? – делая глоток неимоверно сладкого и вкусного чая, сказал я. — Остановите мир, я сойду… – прошептала она, от чего я не выдержал и слегка засмеялся. Вот тут уже в осадок выпала Юля. — Я с тобой… – также прошептала она. И спустя секунду они молча, не сговариваясь, встали и посеменили на ватных ногах в сторону балкона. Я же остался на кухне, в тишине попивая свой термоядерно сладкий чай. Допивая этот кошмар диабетика, я направился в сторону балкона. Открывая дверь, я почувствовал, как лёгкий ветерок подул мне в лицо. Повернув голову, я увидел, что Юля сидит на коленях у Ольги, которая обнимала её одной рукой, а второй держала зажжённую сигарету. Молча подойдя к перилам, я взял из щедро протянутой пачки одну сигарету. Закурив, я задумался, но стоило только вдохнуть горький дым, как на меня накатили нечёткие воспоминания. Разобрать в них можно было только запах едкого дыма, а вот лица людей были смазаны. Бред какой-то, хотя чего я ещё ожидал от своей многострадальной памяти. В подобных мыслях прошло ещё некоторое время, которого, однако хватило, чтобы сигарета дотлела до фильтра, а я за это время сделал только одну затяжку. А очнулся я от того, что перед моим лицом одна наглая особа машет рукой. “А-у, земля вызывает Волка, отзовись.” молча переведя на неё взгляд, я отступил от перил. И всё также молча проследовал за ней, прикрывая за собой дверь. Кинув ещё один взгляд на диван, на то, с каким доверием Юля положила голову на колени своей девушки. Я вздохнул, садясь в кресло напротив. Какая-то необъяснимая грусть поселилась во мне. — Завидуешь? – с ухмылкой спросила Ольга. — Нет, просто глядя на вас у меня полное ощущение, что я что-то проебал, что-то настолько важное. Без чего моя жизнь кажется пустой… – удручённо выдал я. — Придёт время, и ты вспомнишь, но ты пожалеешь об этом. – задумчиво протянула она, поглаживая чудо, разместившееся у неё на коленях. Чудо было только за, и слегка приоткрыв глаза, потянула руку к её подбородку. — Когда закончите ворковать, я буду ждать тебя в другой комнате. – выходя из комнаты, сказал я. Прикрыв за собой дверь, я наложил на неё звуковой барьер, не хочу слышать их, если дело зайдёт дальше поцелуев. Заходя в тёмную комнату мне, практически сразу, в нос ударил сигаретный дым, заметив в углу маленькую фигуру с закрытыми веками, я всё понял. — Не рановато ли курить? – спросил я. — Не-а, меня четыре раза пытались сдать как проститутку для чинуш. – выплюнула она, но практически сразу продолжила. — Несчётное количество раз избивали, и я провела три дня в ебучем зазеркалье в засос целуясь с демоном, и за эти три дня меня успели похоронить… – под конец всхлипнув, с горечью сказала она. Сев рядом, я молча положил руку ей на плечо в успокаивающем жесте. — Мне даже некуда вернуться, нет у кого спросить банального совета, потому что меня нет… потому что я мертва для этого мира… – плакала она, уткнувшись мне в плечо. В таком положение мы просидели долго, достаточно долго для того, чтобы она успокоилась. — Как тебя зовут? – ослабевшим голосом спросила она — У меня нет имени, я его не помню. – задумчиво протянул я. — Это как? – непонимающе спросила она. — Я не знаю, но, судя по всему, я запечатал свою память. – бросил взгляд я к разбитой цепи. — Если хочешь - можешь придумать мне имя. — Это ты зря. – хищно улыбнулась она. — Уже боюсь. – усмехнулся я. Я пожалел о своём решении. — Как насчёт Сиэль? — Оно ведь женское. – возразил я. — Не, оно подходит и мужчинам, и женщинам. — Ладно, если так хочешь, то пускай будет Сиэль. – с некоторым скрипом согласился я. — А как я могу к тебе обращаться? — Дея. – немного подумав, протянула она. — Ну и что же нам с тобой, Дея, делать… – задумчиво выдал я. — Радоваться, что у вас есть такая прекрасная актриса как я. – хихикнула она. — Не спорю, но всё-таки… моя работа подразумевает частые отсутствия и риск для жизни, крысам я тебя не отдам, в демонологи не пойдёшь, остаются только медики. – рассуждал я. — А мне скучно не будет? – спросила она. Пара секунд у меня ушло на осознание сказанного, и ещё пару минут на то, чтобы перестать смеяться. — Во всём этом, тебя интересует только это? – посмеивался я. — Слушай, когда я была в театре… – осеклась она, но уже через секунду продолжила слегка подрагивая. — В борделе бывали разные клиенты, и некоторые не сильно заботились о сохранности девочек. – прошипела она, сжав губы в тонкую бледную полоску. — А в больницу обращаться нельзя было, и приходилось справляться самим… – она замолчала, собираясь с мыслями и спустя секунду продолжила. — В любом случае, я думаю у меня получится. – заключила она. Через что же ей пришлось пройти? Но теперь всё будет в порядке. И я сделаю всё, чтобы ей больше не пришлось страдать. Пускай мы и были мало знакомы, но мне отчасти знакомы её чувства сейчас. Как никак я тоже был в схожей ситуации, когда только проснулся и осознал, что ничего не помню. Первое что я тогда испытал - страх, затем отчаяние, ведь не было даже угла, в котором я мог себя почувствовать комфортно. Я оказался совсем один в мире, о котором ничего не знал, но он знал меня прекрасно. Мир обычных людей тоже не подходил, потому что меня в нём не существовало, никогда. В этом пограничном состоянии я пробыл достаточно долго, пока не набрался опыта, который достался мне очень большой ценой. Пока мы мило беседовали Юля и Ольга закончили свои непристойные занятия, о чём свидетельствовал звук открывшейся двери. — О, вы уже поладили. – удивилась зашедшая Юля. Ответом ей был молчаливый взгляд двух пар глаз, одни были синими, другие серыми. Но из-за крайней затемненности помещения, оценить их схожесть не представлялось возможным. — Как будет проходить обучение? – спросила Юля. Я же запрокинул голову назад, вспоминая, с чего именно я начинал обучение, после чего задумчиво выдал. — Ну-у, для начала пробуди очаг энергии. — Энергии? – повторила она. — Да, твой слух тебя не подвёл. — А что это? - не унималась она. — Как бы так объяснить. – задумался я. — Энергия вещь достаточно абстрактная, не представляется возможным выяснить, из какой именно характеристики она берёт своё начало, поэтому ей и не подходят названия по типу “мана, реацу, ки, чакра.” Факт в том, что она есть и ей можно управлять. И у каждого человека спит очаг. И чтобы её пробудить нужно либо осознать свою душу, легче всего это сделать в подсознании, либо же засосаться с демоном. — от этих слов девочку, положившую мне голову на плечо, передёрнуло, и я посильнее приобнял её. — А как в подсознание попасть? — Есть несколько вариантов — Конкретнее. — Первый — это отвар, но для того, чтобы он гарантированно подействовал, нужно выпивать до состояние абсолютного нестояния. Второй же - медитации — И какой вариант мы выберем? — Оба, для начала начни медитировать и займись своей физической подготовкой, думаю, Мышь тебе с этим поможет, только смотрите не поебитесь там. Думаю, ты видела, как разминается твоя ненаглядная по утрам. – ответом мне послужил кивок. — Так вот, я хочу, чтобы ты спокойно выполняла её разминку, или хотя бы была близка к этому, поняла? – ответом мне послужили округлившиеся глаза девушки. — Затем, когда твоё тело достаточно окрепнет, мы используем отвар. Так мы закрепим результат твоих медитаций, и только затем ты начнёшь постигать свою душу. — Как же сложно. – потирая виски, застонала девушка. — Проследишь за первой частью? — С удовольствием. – пропела бесшумно вошедшая в комнату Ольга. — Трахать её можешь либо до, либо после разминки, но не вовремя. – ответом мне послужила грустное выражение лица Ольги. — Рад0 что поняла, а теперь оставьте меня одного, все, и ты тоже. – сказал я, с некоторой неохотой отрывая от себя Дею. И вот, через непродолжительный промежуток времени я остался в комнате один. Пускай и не хотел быть один, однако посторонние сейчас будут мешать. Наложив на стены, пол и потолок все возможные барьеры я оказался в абсолютной темноте и тишине. Казалось, сам мир забыл о моём существовании, но это было мне на руку. Сев в центре комнаты, я сконцентрировался на тишине вокруг. Представил, как она мягким одеялом оплетала меня и изолировала от внешнего мира. И всё это нужно было для вхождения в медитативное состояние и последующего планирования действий. Подробного планирования действий. Когда в голове стало так же тихо, как и снаружи я выдохнул, избавившись наконец от груза мыслей накопившегося за короткое, но насыщенное событиями, утро. Я стал моделировать, что в той или иной ситуации сделает демон. Спустя некоторое время голова неприятно загудела, а желудок протяжно заурчал, требуя еды. Однако это того стоило, пускай и призрачная, но тень уверенности поселилась во мне. Развеяв все барьеры, я резко ощутил на себе пристальное внимание мира, оно было неприятным, обволакивающим, как будто мириады слизней ползают по тебе, пока на твою душу смотрит неописуемо гигантское существо. По сравнению с габаритами которого ты - лишь жалкое одноклеточное, минимально возможное значение. Именно поэтому эта техника никогда не пользовалась популярностью - из-за цены, которую нужно заплатить чтобы скрыться от пристального внимания этого мира. Выходя из комнаты, я поморщился от ударившего в глаза света, они то закрывались, то открывались в болезненной попытке привыкнуть к нему. Когда это всё-таки случилось я прислушался, в сравнении с абсолютной тишиной, из которой я вышел, в квартире было чрезвычайно шумно. Ответственен в этом был холодильник, мерно гудящий на кухне, а также часы, противно тикающие в гостиной, с которой и начался мой день. Направившись в неё, я застал безумно милую картину: Юля задремала, положив голову на колени Ольги пока та поглаживает её по волосам. Казалось, они были центром миров друг друга в этот момент. — Медитировал? – внезапно прервала тишину Ольга, не прекращая своё занятие. — Да. – коротко ответил я. На что ответа не последовало, он и не нужен был. Сев в кресло справа от дивана, я задумался, пускай это и было крайне проблематично. “А что, если я что-то упустил?” – неприятные мысли стали роиться у меня в голове, что достаточно быстро отразилось у меня на лице. — Всё, что ты мог подготовить ты уже сделал, куда как в большем объеме, чем оно того требует. – переведя свой взгляд на меня, сказала Ольга. — Ты не понимаешь, я хочу не просто изгнать его или заточить в драгоценном камне. – мой голос стал хриплым, почти мёртвым. — Я хочу его убить. Насмерть. – безэмоционально сказал я. — Псих, демоны плоти почти бессмертны, их либо изгонять, либо заточать в драгоценных камнях. — Я это знаю, именно поэтому то, что я сделал недостаточно. И меня всё время терзает чувство что я что-то не предусмотрел. – уже более задумчиво выдал я. — Как знаешь. – пожала плечами она. Нашу беседу прервала Дея, вошедшая в комнату и бросившая в меня новую пачку сигарет. — Я взяла у тебя пару штук, возвращаю с процентами. – несколько усталым голосом выдала она. Кивнув ей, я запрокинул голову назад и попытавшись заснуть, потерпел неудачу. Тяжело вздохнув, я поднялся, взяв пачку сигарет и накинув плащ, я похлопал по карманам. Обнаружив в одном из них ключи, я направился ко входу, где меня перехватила Дея. — Куда? – нервно спросила она. — Не знаю — Ясно, разрешаю вернуться не в целости и не в сохранности. — Спасибо за разрешение, обязательно им воспользуюсь. – усмехнулся я, подойдя и растрепав её волосы. Подъезд был обычным, пускай чем-то и напоминал лестницу в штабе. Спуск тоже не представлял ничего особенного. Однако уже сейчас ощущалось гнетущее настроение, всё нараставшее на почве размышлений о предстоящей схватке. Ведь ощущение того, что какая-то безумно важная деталь забыта, никак не давало расслабиться. Тяжело выдохнув, я завёл машину, вслушиваясь в мерное гудение двигателя, я направился к себе, на заброшенный завод. В это время небо заволокло тучами и на лобовое стекло посыпались капли дождя, постепенно погружая меня в некоторое уныние. Частично из которого меня вытянул голод, заставляя припарковаться рядом с какой-то кафешкой. Обстановка внутри была достаточно уютной, и в купе с маленьким числом посетителей идеально подходит для того, чтобы с комфортом поесть. Ко мне подошла официантка: высокая девушка со светлыми волосами, заплетёнными в хвост и достаточно аристократичными чертами лица. Практически не глядя сделав заказ, я принялся ждать те несколько блюд и напитков. Ел я в сравнении с обычным человеком чрезвычайно мало, но это мне не вредило. Я просто ел когда хотел, а хотел я редко. Дождавшись наконец свою еду, я принялся есть. И тут же я обомлел - у еды был вкус. Стоило обратить внимание на это ещё утром, ведь до этого я пил кофе, потому что не чувствовал горечи, и, по сути, пил просто горячую воду. Вкус – нечто настолько обыденное, что даже не задумываешься о том, что будет если его потерять. Ответ мне был известен с того самого дня как я проснулся. Достаточно быстро покончив с едой и напитками, я расплатился и вышел оттуда. Если так подумать, я мог уже после четырёх лет работы экзорцистом завязать, денег бы хватило на всю оставшуюся жизнь. Некоторые так и делали, и их не в чем винить или упрекать, ибо не каждый готов постоянно рисковать собой и терять близких. Но были и такие как я – отбитые нахуй, мы не представляем жизни без этой работы, и нам нужно постоянно чем-то рисковать. И не всегда риск оправдан, иногда это просто риск ради риска. И такие живут намного дольше нормальных, потому что не они бояться нечисти, а нечисть их. Потому что по глазам видят, что перед ними не простой человек, а псих, готовый идти до конца. Встав из-за стола, я аккуратно собрал посуду на поднос и, держа его одной рукой, прошёл через зал. Немногим посетителям было плевать на меня, а мне на них, но банальную вежливость – помочь официантке с посудой, в этом случае я не отменял. За что удостоился несколько благодарного взгляда. Пока эмоциональные качели зашли на положительный отрезок, я решил немного пройтись под дождём. Немногочисленные прохожие интуитивно обтекали меня, спеша по своим делам. Некоторые кидали на меня беглый взгляд, и тут же забывали, стоило им его отвести. Такова моя судьба – жить в тени, чтобы другие могли жить на свету. Однако, я уже не чувствовал к ним такого безразличия, как раньше. Что-то во мне изменилось, я сам изменился. И тут я в полной мере ощутил, что изменился практически полностью. Молча идя вперёд, я смотрел вокруг, и постепенно замечал всё больше деталей, которые раньше не вызывали интереса, и были благополучно игнорированы. Но сейчас имела значение каждая мелочь, каждая песчинка под ногами. И пускай я не могу объяснить почему, но с каждой деталью этого уродливого мира, он становился всё прекраснее для меня. И внезапно на меня наконец снизошёл так желанный покой и умиротворение. Припарковав машину чуть в стороне от здания, я заглушил мотор, и даже если бы барабанящего по крыше дождя не было, то образовавшийся звуковой вакуум никак не пошатнул бы моё спокойствие и уверенность. Здание встретило запахом крови и звуком противного чавканья — это в углу с наслаждением жевал чью-то руку какой-то гуль. В любом случае мне было плевать, кому она принадлежала, и в каких обстоятельствах была потеряна. Однако кровь была достаточно свежая и в целом подходила для моих нужд, оставалось только найти тело. Что в свою очередь заняло не так много времени, как я рассчитывал, и лежало оно в основном зале завода - очень удобном месте для вызова демона. Бросив сковывающий талисман на одну из тварей в углу, я начертил пентаграмму в центре зала используя свежую кровь с тела. Ровно вышло настолько, насколько позволяло полное отсутствие навыков рисования. Перетащив связанную по рукам и ногам тварь ближе к пентаграмме, я посмотрел в её абсолютно чёрные большие, просящие пощады глаза и не задумываясь раздавил её голову ногой, попутно начиная читать заклинание. — Яви своего слугу, владыка крови и стали, ибо я взываю к тебе ради праведной мести слуге твоему Мураалу. – пропел я. Внезапно кровь из трупа гуля начала сочится и притягиваться в точку на небольшом возвышении от центра пентаграммы. Когда капля крови стала достаточно большой она преобразовалась в диск и стала постепенно закручиваться, когда диск стал достаточно большим из пиктограммы, стали выстреливать красные молнии, направленные в центр диска, образуя небольшой круг, через который можно было увидеть кровавые болота. Постепенно расширяясь, он краями дошёл до первого диска и остановился, ещё несколько секунд казалось всё нормальным, пока из портала не показалась мясистая конечность, из которой торчали несколько мечей и топор. Уже спустя секунду появилось само существо: огромное, мясистое тело, из которого торчали десятки если не сотни видов оружия лишённое кожи, к которому крепились не менее огромные руки и ноги, так же сплошь и рядом утыканные разнообразным оружием. Лицо было отвратительным, без носа и век оно также было лишено кожи. Вокруг его шеи были обмотаны чьи-то кишки, а в руке был одноручный топор. — Давно не виделись. – раздался хлюпающий бас демона. — Я убью тебя. – с некоторой теплотой в голосе и улыбкой проговорил я, разминая мышцы — А силёнок хватит? В тот раз тебе не хватило и пришлось просить помощи у других, а что изменилось сейчас? – хищно усмехнулся демон. — Всё. – сказал я, скидывая плащ и прикрывая глаза. Больше не собираясь разговаривать с ним, я надел кастеты и встал в стойку. Напитав ноги и руки энергией, я сделал стремительный рывок к демону, и оказавшись рядом я стал наносить удар за ударом. Демон же не двигался, издевательски глядя на меня. — Такими ударами ты можешь разве что комара прихлопнуть, но никак не меня. – смеялся тот. И действительно, удары не наносили никакого урона демону, а только смешили его. Внезапно он стал серьёзным и поймав меня на том, что я слишком сильно ушёл в свои мысли нанёс удар свободной рукой мне в живот. Однако я не дрогнул, пускай боль и была достаточно сильной. Подав энергию в глаза, я обомлел – души не было в теле. Демон наслаждался каждой секундой моего оцепенения злорадно усмехаясь. — Что? Не получается? Но ты давай постарайся, вдруг что-нибудь получится. – издевался он. Выйдя из оцепенения, я развернул корпус для более сильного замаха, и, когда удар достиг цели, моя рука провалилась внутрь отвратительной массы плоти, из которой состояло тело демона. И спустя секунду я почувствовал, как кастет исчезает с моей руки, и тут же появляется на месте костяшек одной из рук демона. Вытащив руку из его тела, я попытался нанести удар другой рукой ему в челюсть, но она была перехвачена и кастет также исчез, интегрировавшись в тело демона. Получив новую игрушку старая, стала не нужна, почему и была воткнута куда-то в плечо. Отпрыгнув, я призвал силовые сферы и линзу, но тут же демон раздавил несколько из них. Произошёл небольшой взрыв оглушивший и отбросивший меня в сторону, однако и демону тоже досталось. Приземлившись на ноги, я выпустил зал из оставшихся, но это не дало почти никакого результата, и уже спустя секунду я согнулся от куда более мощного удара в живот, чем предыдущий. Уже спустя несколько секунд на меня обрушился град мощнейших ударов, каждый из которых был сильнее предыдущего. Пускай большая их часть и была заблокирована линзой и вызванными впопыхах экранами, но те, что всё-таки достигли цели нанесли невероятный урон. Закончилось всё ударом ноги, отправившим меня в полёт до одной из стен. — Ничего не изменилось. – презрительно плюнул демон, пока моё сознание темнело и путалось.

***

Неожиданно яркий свет ударил мне в глаза и заставил щуриться. Привыкнув, я осмотрелся, пространство вокруг казалось и пустым, и полным одновременно, это казалось странным и в тоже время до безумия привычным, родным. Однако мои мысли прервал женский голос, раздавшийся со спины. — Ну как так можно, я что, зря тебе рассказывала всё о демонах? – говорила высока черноволосая девушка, с мягкими чертами лица и редкими морщинами. — Учитель… – запоздало спросил я, пока до меня доходил смысл сказанного девушкой. Внезапно она расплылась в улыбке. — Да, ты что, забыл меня? — Я не знаю… – виновато протянул я, на что она немного нахмурился, от чего немногочисленные морщины стали ещё виднее. — Как это ты не знаешь… – она осеклась, заметив татуировку на моей руке, и став серьёзной сказала. — А ты по-прежнему идиот, запечатывание памяти безумно опасно, ты ведь мог запечатать рефлекс по типу дыхания, сердцебиения и много ещё чего без чего ты не сможешь охотиться и жить. — Простите, тем не менее я жив. – перебил я её. — Это пока-что, если ничего не предпринять, то ты умрёшь от лап демона плоти. — Точно, как я мог про это забыть… — Ты сам запечатал свою память на семь замков, в то время как ненормальные люди всего на один, если вообще решаются на это. Тем не менее я вижу, что один из замков ты снял, осталось ещё шесть, но ты не сможешь стать собой если умрёшь, так что слушай внимательно и запоминай. – строго бросила она. — Демоны плоти не только сильны, но и хитры, и чтобы их никто не убил они запечатывают свою душу оружии, определить его просто, оно единственное будет в ножнах, и если его достать из ножен, то душа демона вернётся в тело и его можно будет убить. А теперь, шуруй, и заебашь эту тварь. – закончила она, после чего пространство вокруг опять ослепило меня, и я вернулся в реальный мир.

***

— Если это всё на что ты способен, то я разочарован. – в ответ я лишь рассмеялся, почти истерически. Из рассечённой брови текла кровь. Стерев кровь с лица я пригладил волосы, торчавшие в разные стороны из-за не самого удачного удара о стену. На моём лице воцарился хищный оскал. — Тебе стоило убить меня сразу, а не играться. Я не та добыча, с которой это можно себе позволить. — вставая посмеивался я. Демон слегка отшатнулся, но быстро собравшись, хищно улыбнулся. Размяв шею, я начал быстро сближаться, попутно осматривая демона на наличие чего-то, что выделялось из общей массы вооружения, воткнутого в его тело. И уже спустя секунду я заметил слегка изогнутую рукоять катаны с чёрной обмоткой и красной кожей ската, заклёпка же была в виде змеи. Цуба была видна не сильно, но интереснее всего был кусок ножен с трудом различимый за куском плоти на месте, которого у людей была трапециевидная мышца. Невольно оскал стал ещё шире. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от демона, я занырнул под его рукой, но не спешил наносить свой удар. Вместо этого я усилил энергией свои ноги и оттолкнулся от одного из станков. И оказавшись на плече демона ухватился за рукоять катаны и с новым усилием оттолкнулся, обнажая в воздухе клинок. Секунда ушла на то, чтобы демон понял и осознал случившееся, но было уже слишком поздно. Тёмная дымка поднялась от клинка и направилась в сторону демона, и, как бы он не пятился, всё равно настигла его. Его отвратительная морда изменилась, вся та уверенность, выпирающая из каждого его действия до этого, испортилась. Теперь на его роже был виден лишь ужас осознания неизбежности конца. Глаза его забегали, а руки задрожали. — Скажи мне: чего ты боишься? – безумно улыбнулся я. — Хотя можешь не говорить, и так прекрасно видно, что ты боишься смерти. — Жалкий червяк… – только и смог выдавить он. — Неплохая кстати катана, хотя скорее даже нода́ти, вес и длина больше. – рассуждал я. — Да что ты несёшь червяк… — Добро и позитив, а ты? Но шутки кончились, когда я встал в стойку, а он достал из своего тела первое, что попалось – рапиру. Я потупил на него взгляд, и на секунду даже улыбка сползла с моего лица, уступив место полному непониманию. В мыслях же пронеслось: “Это он сейчас серьёзно?” Однако быстро переборов непонимание и некоторый шок, я бросился в атаку. На удивление оружие держалось в руках как влитое, а чувство знакомое чувство, с каким кожа рукоятки натирает руки казалось безумно приятным. Первый мой удар сверху вниз был заблокирован, но не остановившись на этом я стал наносить множество ударов в одну точку, продавливая оборону демона. В завершение я, нанеся удар снизу вверх чуть ближе к гарде – металлическим прутам, которые составляя полусферу защищали руку. Через секунду рапира была выбита из руки демона, от чего он открылся и следом последовал град ударов каждый из которых так или иначе настигал свою цель. Он попытался достать из своего тела что-то на замену утерянному орудию, но он смог лишь завопить, когда его рука была отделена от тела лёгким движением. Зайдя ему за спину, я нанёс точный удар в район подколенной выемки, от чего он начал терять равновесие, в чём я ему помог, нанеся удар ногой в спину. — Ну как? Тебе нравится боль сейчас? – спрашивал я, на что ответом мне послужил пронзительный визг. — Судя по всему, нет, но не важно, ты будешь умирать долго и мучительно, сперва я сломаю каждую кость в твоём теле, затем я отрублю тебе каждую конечность, и только потом я позволю тебе умереть.

***

— Это заняло сильно больше времени, чем я думал. Однако прижигать тебе раны было правильным решением, как никак ты сейчас смертен, а мне крайне не хочется, чтобы ты умер от кровопотери, слишком легко. Кстати, очень занимательно, что ты не можешь умереть от болевого шока, надо будет рассказать это демонологам. – задумчиво выдал я, рассматривая отрубленную руку демона, после чего переведя взгляд на демона несколько устало выдал. — Ты меня утомил, пора заканчивать. — на секунду прикрыв глаза я встал, и вытащив воткнутый в землю клинок вогнал его в сердце демона. Издав последний хрип, он умер, а я очутился в белом пространстве. Передо мной стоял самурай в красном доспехе с маской они́ и той самой катаной за поясом. — Спасибо тебе, это было уже невыносимо, пускай я и сошёл с ума в самом начале — Где мы? — Мы нигде и везде одновременно. – расплывчато говорил он. — Не пытайся это понять, не сможешь. – его голос не выражал ничего, кроме усталости и поразительного спокойствия. — Ты ведь слышал, что проклятия живут намного дольше людей, наложивших их? — Да. – коротко ответил я. — Проклятие, наложенное на меня ещё живо, и убив меня ты перенял моё бремя - вечные страдания в битвах, которые нельзя ни выиграть, ни проиграть. Но не бойся, пока твоё человеческое сердце бьётся, ты будешь человеком, но когда ты умрёшь… ты перестанешь им быть. До этого же момента, орудуй моим мечом низвергая врагов в небытие. — Как вас зовут? – спросил я, глядя на маску. — Это не имеет значения, ничего больше не имеет значения. — Как я понимаю вас, не зная японского? — Наши души общаются не словами, а смыслами, которые мы вкладываем в слова. – потянувшись к своей маске он снял её, небрежно бросив на землю. — В любом случае время вышло, прощай несчастный воин, чей путь не закончится, никогда. — развернулся он, и направился в противоположную сторону от меня, постепенно растворился ярким светом. В следующую же секунду я уже стоял перед изувеченным телом демона, которое постепенно начало тлеть, отваливаясь и взлетая небольшими кусками, быстро сгорающими в воздухе. Я не испытывал ничего, ни сожаления, ни страха. Как будто все эмоции разом выключили, и какая-то странная пустота поселилась внутри. Может её причиной было осознание начала своего жуткого конца, а может и выполнение цели, ради которой я жил последние несколько лет. В любом случае демон мёртв, а я жив. Спустя пару минут от демона не осталось ничего. А я направился на свежий воздух, закинув перед этим новую игрушку в свою комнату. Дождь по-прежнему шёл, но промокнуть я не боялся. И наконец выйдя под прохладные капли дождя я направился по единой дороге в город, позволяя воде смывать с себя кровь. Некоторая часть её была моей, но большая всё же принадлежала демону. Шёл долго. Настолько, что пока дошёл до квартиры Ольги дождь почти стих. Что уже не имело значения для меня, укрывшегося под козырьком нужного подъезда. Я стоял, задумавшись и опёршись о дверь подвала, когда, достаточно быстро раскинувшаяся, дверь подъезда своим грохотом вывела меня из транса. И когда раздражённым голосом Юля принялась меня отчитывать за безрассудство, мысли о проклятии, духе учителя и многом другом отступили. Вместо них в голове воцарилось умиротворение и невероятное спокойствие. Я поднял свой взгляд на Юлю, она молчала, глядя на меня серьёзным взглядом. — Ты меня не слушал. – я молча кинул. Тяжело выдохнув, она продолжила. — Ладно, пойдем уже в дом. – ничего не ответив, я молча проследовал за ней, напоследок всё же обернувшись. Казалось, что какие-то силуэты стоят метрах в десяти от меня и машут руками, купаясь в лучах выглянувшего солнца. И только сейчас я обратил внимание на красоту чистого неба.