I Am Who

Дни и ночи слились в одно неразличимое целое. Она работала без устали, не зная сна. Сначала был подбор декораций, затем пробная съёмка в костюмах в зале. Потом бесконечные репетиции с оператором в том же зале. И так повторялось снова и снова. Она дорабатывала раскадровки, доводя их до идеала. Она дорабатывала раскадровки, стремясь довести их до совершенства. Группа всё больше сближалась, каждый вносил свои идеи и коррективы. Но больше всего они общались с лидером. Их переписка стала похожей на хранилище видео и идей. Когда она хотела что-то срочно сохранить или найти, то отправляла ему. Девушка потеплела к парню, видя, как он работает. А он просто стал больше её уважать. Он видел, как она спит в перерывах на обед или в машине при разъездах, и не более того. Она была раздражительной и зачастую ругалась на операторов и ребят, когда они отлынивали от работы. Но никто не возражал, потому что даже черновые варианты уже нравились всем достаточно сильно. Наконец наступил день съёмок. До начала рабочего дня оставалось ещё около пары часов, но когда Чан зашёл на площадку, девушка уже была там и делала какие-то заметки. Потом она подошла к камере и сделала отметку на стойке. — Что ты делаешь тут так рано? — Она даже не обернулась, чтобы задать вопрос. — Вам надо отдохнуть, сегодня самая трудная задача будет у вас. — Я хотел порепетировать заранее, чтобы сделать расстановку. — Он подошел ближе. — Вижу, ты тоже этим занимаешься. — Встань там, — указала она на место перед камерой. Парень подошел к указанному месту и посмотрел прямо в камеру. Она отодвинула её немного дальше и направилась к монитору. — Правее на шаг, — попросила она. Парень послушно исполнил просьбу. — Подвигайся... Хорошо. Это центр. Запомни. Она подошла поближе и наклеила на пол красную полоску изоленты. Парень восхищался этой девушкой с каждым днем всё больше. Она была жутким трудоголиком, что делало их совместную работу идеальной. Правда, это становилось кошмаром для других. Она всё так же ходила и смотрела будущие ракурсы, делая разметку для оператора, а Чан ходил и делал то же самое для своей группы. Они с девушкой стали единым механизмом. В какой-то момент она пропала из виду, и на съемочной площадке стало тихо. Девушка опустила голову на стол перед монитором и тихо посапывала. Её волосы наполовину закрыли лицо, а спина размеренно поднималась при каждом вздохе. Веки подрагивали. Он подошел ближе и накрыл её своей курткой. Легким касанием пальцев он убрал пряди с лица и засмотрелся на приоткрытые губы. Их алый цвет сильно контрастировал с бледной кожей. Но ещё сильнее контрастировали темные круги под глазами девушки. Интересно, сколько же она спит? Он оставил её там, в тишине, а сам ушел. Несмотря на то, что погода обещала быть теплой, холодный утренний воздух всё равно заставлял продрогнуть до костей. Молодой человек купил пару сэндвичей и кофе в ближайшей забегаловке и нес их обратно. Когда он зашел внутрь, то обнаружил, что тут уже приличное количество персонала, но все они вели себя тише обычного. Он всем поклонился и подошел к спящей. Поставил рядом кофе и сэндвичи и пошел к группе уже знакомого персонала. — Чан, это вы утром выставили весь свет? — спросила один из операторов. — Что? — удивился парень. — Когда я пришел, весь свет уже стоял. Мы только сделали разметку для всех, и она уснула. — Не задавайте глупых вопросов, — возмутилась гримерша. — Вы же видите, она во вчерашней одежде. Значит, не уходила. — Я, конечно, знал, что она хочет закончить площадку, чтобы упростить задачу группе сегодня. Но по ощущениям она всю неделю не ходила домой. — Оператор пошел посмотреть поближе на главного режиссера, которая всё ещё трупом лежала на том же месте. Чан был удивлён ещё больше, чем раньше. Получается, если бы он не пришёл и не помог ей, она бы всё делала сама до самого утра? Её лицо было спокойным, только нос иногда подрагивал из стороны в сторону. В какой-то момент она сильнее закуталась в его куртку и теперь чуть ли не вся спряталась в ней. Люди постепенно подходили, так как приближалось начало съемок, и девушка проснулась. Она потерла свои сонные глаза и почувствовала знакомый запах духов и кофе. Перед ней стоял бумажный пакет и большой стакан кофе. На телефон тут же пришло сообщение: «Завтрак для самой главной STAY». Она уже хотела написать, что откажется, но настойчивый взгляд парня и пустой желудок заставили ее написать короткое «спасибо» и открыть пакет. Пока все ребята готовились у костюмеров, а операторы проходились по отметкам, сверяя кадры, она достала весь лук в сэндвичах, оставляя его в контейнерах, и наслаждалась своим завтраком. Еще теплый кофе приятно согревал изнутри. Ей нравилось, как этот запах смешивается со вкусом духов от куртки на её плечах. Люди увидели, что руководитель уже в строю, и постепенно начали подходить, задавая различные вопросы. От того, какие должны быть парни, до мельчайших подробностей на площадке. Девушка быстро прошлась по павильону и собрала всех перед главной площадкой. Затем она позвала Феликса и попросила его переводить. — Всем еще раз доброе утро! — Она сделала паузу, чтобы её знакомый успел перевести. — Хочу поблагодарить всех за уже проделанную работу! Также хочу всех настроить на работу сегодня. Нас всех ждет сегодня тяжёлый день. Особенно вас, зная мой характер. — Девушка усмехнулась, а помощник в толпе прокричал, что она не шутит. — В любом случае прошу всех отнестись максимально ответственно к любой мелочи и сделать всё качественно. Я заранее прошу у всех прощения за этот день и моё будущее поведение. — Она поклонилась. — Особенно прошу прощения у вас. Из всех присутствующих при таком типе съемок будет тяжелее всего именно вам. — Она поклонилась группе отдельно. — А сейчас объявляю общую репетицию в костюмах. Макияж пока можно не делать. Девушка подошла к лидеру группы с курткой на его плечах. В павильоне всё еще было прохладно от утреннего зябкого воздуха. Они обсудили расстановку участников и договорились, что в первую репетицию можно не выкладываться на полную. Затем они прошлись по площадке, расставляя ребят в разные точки и просматривая кадры на мониторе. Наконец, пришло время первой пробной репетиции. — Стоп! — прокричала она в мегафон, хотя не прошло и пяти секунд от начала. — Бан Чан, ты что, не можешь поймать этот мяч? Еще раз! И они начали снова. Даже начало уже давалось тяжело. У них то мяч улетал, то девушке не нравились ракурсы. То оператор не успевал, и первую репетицию они смогли закончить только через полтора часа. Затем начался первый полноценный прогон. Ну как начался... — Стоп! — Девушка была зла. У младшего за весь сегодняшний день не получалось ударить по мячу нормально. И режиссер злилась. — Чонин! Если ты не можешь этой битой по мячу попасть, то можешь головой об неё постучать. Если ты еще раз не попадешь, то будешь делать, как я сказала. Еще раз! В целом первый прогон прошел успешно. Было внесено пару корректировок, но общая картина уже складывалась. Парням нанесли макияж и пошли съемки. В первые же минуты всё пошло не так. Бита Минхо отлетела слишком далеко и прилетела прямо в ногу Стейси. Она резко согнулась, а остальные побежали к ней. — Какого черта! Никогда, слышите, никогда при такой ерунде вы не заканчиваете съемку. — Она потерла покрасневшую костяшку и злобно посмотрела на них, поочередно указывая то на одного, то на другого. — Чонин, кадр неплохой, когда ты бьешься об биту. А ты, Минхо... Ты что, так сильно ненавидишь меня? Это же только начало. Ты, — она ткнула в лидера, — на репетиции ты снял куртку. — Понял, не буду. — Чан отдал ей честь и уже хотел уйти обратно. — Нет, стой. Ты и Хёнджин снимите куртки в том же месте, что и на репетиции. Выглядело неплохо. — Все закивали. — А еще. Я действительно прошу не останавливать съемки при небольших травмах персонала. — Прокричала девушка на весь павильон. — И я прошу за это прощения. Но, к сожалению, ресурс всех остальных намного более ценный. Здесь трудится очень много людей! — Бан Чан перевел её слова для всех, и они продолжили. В первый раз они оттанцевали весь танец. Сразу после этого младшего подозвали к столу режиссера, показывая что-то на мониторе. Затем пошел Бан Чан. — Насколько серьёзная травма Чонина? — Она подняла на него красные от усталости глаза. — Не очень, но ему пока тяжело. — Парень достал из кармана охлаждающий пластырь и присел рядом, наклеивая его на уже опухающую лодыжку режиссера. — Я дала ему раскадровку, где ему необходимо двигаться активнее. Пожалуйста, проследи за ним, — девушка зашипела и слегка поморщилась от боли, когда парень надавил чуть сильнее. Вторая попытка остановилась на сороковой секунде. Сейчас страдали визажисты, которые не удосужились поправить макияж и причёску Феликса в перерыве. Девушка ругалась, что их работа — следить за этим, а не делать, только когда им скажут. Девушки сразу побежали поправлять их образы. Бан Чан сосредоточенно смотрел на девушку, понимая, почему она заранее извинялась. Он был такой же. Началась третья попытка. Девушка с трудом дошла до своего места и уставилась в монитор, потирая уставшие глаза. Но и эта попытка была прервана из-за упавших позади декораций. Стейси была сосредоточена и раздражена. Она переживала, что попыток осталось не так много и участники начинают уставать. Из-за мелких недочётов она безжалостно прерывала ещё две попытки почти в самом начале. На шестой попытке они наконец дотанцевали до конца и тут же побежали к насупившей брови девушке. Они смотрели и обсуждали, что и где поправить. Видели себя со стороны и лучше понимали, где и как повернуться к камере. Она пошла с ними, выставляя в определенных точках перед камерой и оставляя пометки, чтобы они знали, куда вставать. Съемки пошли по-новой. Они уже видели, что ходила она почти без участия своей правой ноги. В следующий раз произошло то, что никто так не хотел. При прыжке со спины Чонина лидер споткнулся и полетел вниз, падая коленкой прямо на спину младшего. Чан улетел вбок, пытаясь закрыть голову руками, а другой участник происшествия скорчил гримасу боли и согнулся пополам. Режиссер побежала сквозь боль к ним, приземляясь рядом на коленки. Она сразу же взяла лицо Чонина в ладони и внимательно посмотрела на него. Он чуть не плакал от боли. — Вы двое, быстро за мной! — Девушка крикнула и пошла в сторону раздевалок. Как только они вошли, дверь закрылась с громким хлопком, оповещая всех о том, что никто не имеет права туда заходить. — Снимай верх. — Девушка почти выплюнула эти слова, смотря на Чонина. Он медленно снял свою куртку, а затем, при помощи лидера, и футболку. Девушка увидела тейпы, которые были наклеены по форме, которую используют при переломе рёбер. — Что это? Я правильно понимаю? — спрашивала она лидера, глядя на него с возмущением и злостью. — Как ты мог не сказать мне об этом! Как ты вообще позволил ему сниматься? Мы могли перенести выпуск. У него скоро ещё одни съёмки! Девушка уже срывалась на крик, ругаясь с лидером группы. Они злобно смотрели друг на друга, пока самый младший пытался самостоятельно надеть футболку обратно. — Это его будущее! Это ваше будущее! — Он сам принял это решение! — Повысил голос молодой человек. — Я отговаривал его. Но я не могу решать всё за него. Я тоже о них забочусь, не надо делать из меня злодея. — Молодой человек сорвался, вышел и громко хлопнул дверью. Девушка ударила кулаком по столу, и стакан упал на пол, разлетаясь вдребезги. — Пожалуйста, позвольте мне... Один раз. Мы сделаем последний раз. — На ломаном английском говорил парнишка. — Подними футболку. — Младший послушался. Она взяла тейпы и подошла, накладывая их по новой и укрепляя те, что уже были. Молодой человек отметил, что у неё уже был опыт. — Несколько лет назад на съемках такой же молодой артист снимался с травмой. Он никого не предупредил и порвал сухожилие. — Она легонько приглаживала тейпы, задевая своими холодными пальцами парня. — После этого его карьера пошла на спад. Он больше не мог танцевать так, как раньше, и перестал делать трюки. Сейчас я его и не вижу почти на сцене. Вот почему я так злюсь на вас двоих. — Она помогла ему поправить одежду, мягко провела по волосам и наклонилась, почти касаясь его носа своим. — Скажешь кому-то на площадке, что я добрая, я тебя убью... — предупредила она. — Пошли. У вас есть одна попытка. Девушка вышла из гримерной. Молодой артист с видом потрепанной, но прирученной собаки плелся рядом. Она взяла свой мегафон и произнесла, смотря прямо в глаза их лидеру. — Это последний раз на сегодня. У вас есть последняя попытка. Я не буду останавливать вас и прерывать. Но если что-то пойдет не так, то мы откладываем съемку. Бан Чан коротко кивнул и подошёл к ребятам. Они обсудили план действий. Он рассказал им, что произошло, и они совместными усилиями приняли решение и кивнули главному режиссеру. Она дала отмашку. Во время съемок её взгляд не отрывался от жизнерадостного лица Чонина. Казалось, что ему не больно вовсе. Улыбка озаряла лицо, и только малая подвижность местами выдавала его состояние. В остальном дубль получался хорошим. Было видно, что сейчас ребята делают даже больше, чем их максимум. Девушка же сидела перед монитором и кусала губы. Она не могла оторвать взгляд от монитора, периодически замечая незначительные недочеты. Стейси заметила небольшую перестановку: на главной танцевальной партии они поставили его за Хёнджином и спрятали его от камеры. Она одобрительно кивнула. И вот подошел самый страшный момент для неё. Бан Чан забрался на их спины, пытаясь опираться только на Хвана. Он прыгнул, и лицо Чонина попало в кадр. Однако он не выдал ни одной мышцей, что ему больно. Сердце девушки сжалось. Она заметила развязанные шнурки Чана и указала помощнику на это, и сжала его руку. Если сейчас он споткнется, то они не смогут ничего сделать больше за сегодня. Всё обошлось. — Снято! — проговорила девушка в мегафон. — Чан, завяжи шнурки! Вся съемочная площадка вздохнула с облегчением. В воздухе повисло напряжение, и ребята тяжело дышали. Съемочная группа потихоньку начала собирать вещи, а девушка пошла в гримерную, подзывая за собой младшего. Он мягко опустился на своё прежнее место, а она снова осмотрела его. Теперь на спине начала появляться гематома в форме коленки их старшего. Она снова помогла ему раздеться, достала из аптечки мазь и подошла ближе. — Ну и что скажешь, стоило того? — Мы попытались, ц, — послышалось из его уст при первом касании холодных пальцев. — Вы могли лучше... Не уверена даже, что это того стоило. Это же даже не полноценный клип. — Сказала она, закончив наносить мазь. — Можно рассказать им, почему ты злилась? — Девушка кивнула и нагнулась, чтобы собрать оставшиеся осколки разбитого стакана. — Эм, как это говорить. Они понимают твою злость. Они поймут. — Это не моё дело. Девушка тихо прошипела от появившегося пореза, но вида не подала. Несколько увесистых капель, растекаясь, упали на глянцевую поверхность светлого пола, но она даже не заметила этого. Нога снова дала о себе знать, пластырь уже не помогал. Наступать было почти невозможно. Она подошла к зеркалу, взяла несколько салфеток в руку, отчего их часть сразу же стала красной от крови. Показав младшему знак, чтобы он молчал, она вышла из гримерной. Оглушительный гул аплодисментов удивил её. Кто-то стоял из коллег, стоял и пересматривал на мониторе почти успешный кадр. Кто-то стоял чуть ли не впритык к гримерке. Она спрятала руку за спиной и поклонилась. Она поблагодарила каждого и еще раз извинилась перед всеми за сегодня. Все собирали аппаратуру, и она помогала. Боль в ноге была такой, что она еле её переставляла, а порез на руке немного жгло. Её постоянно звали то в одну, то в другую сторону, пока чья-то рука не остановила её. Он обхватил её сзади за талию, не позволяя идти дальше. Безо всяких слов Чан указал ей на ногу, и она поняла, что дело плохо. Теперь это было уже не просто покраснение. Нога уже очевидно опухла, и вместо покраснения место удара становилось сине-фиолетовым. — Я закончу здесь и поеду в больницу, спасибо за беспокойство, — она хотела уже сорваться с места, но теплая рука не дала ей и шагу сделать. — Отпусти! — Нет. — Парень настырно пялился прямо на неё. — Отпусти. — И что ты собралась делать в таком случае? — Девушка попыталась обойти с другой стороны, но теперь оказалась обхвачена двумя руками. — Хорошо, чего ты хочешь? — Ты уже уходишь. Я предупредил твоего помощника. Мы с Чонином едем в больницу и ты с нами. — Она обреченно вздохнула. Он улыбнулся и протянул ей руку, чтобы она облокотилась, но как только Стейси положила туда свою, то почувствовал что-то мокрое. Чан отодвинул ладонь и увидел глубокий порез. — Черт! Молодой человек раздражённо произнёс ещё несколько колких фраз и, чуть ли не силой усадив девушку на переднее сидение рядом с собой, а затем резко тронулся с места.