Предварительное послесловие

Люди — совершенно иррациональные существа. Мы часто делаем ошибки. И ещё чаще — повторяем их, раз за разом. Измены, плохие знакомства, агрессия, зависимости. Это то, что преследует нас. Возможно — именно это и делает нас людьми. Неверно принятые решения, о которых жалеем лишь потом, ведь просто плохо всё обдумали. Но иногда — мы выбираем плохие решения намеренно. В одной из многоэтажек, коих полно на земле, этой ночью было громко. Скрип кровати раздавался сразу на несколько этажей. Либо всё было плохо с мебелью, либо у любовников была одна из самых бурных ночей. А такие ночи, обычно, символизируют расставание. — Бля, я внутрь кончил. — выдохнул молодой парень, после чего упал на кровать. — Не парься, я знала с кем иду изменять. Так что таблетки приготовила. Голая девушка встала с кровати и побрела в ванную. Через пару минут — она снова оказалась в комнате, уже укутанная в полотенце. Короткостриженная блондинка поставила стакан, наполненный газированной водой, на стол и начала вскрывать упаковку экстренной контрацепции. Но, что было неожиданно для девушки, — парень остановил её. — Слушай. Нам нужно поговорить. — Ты не можешь подождать, пока я приму таблы? — Именно в этом и дело. Девушка подняла бровь в удивлении, но таблетки отложила. Парню же нужно было немного времени, что бы подобрать нужные слова, по этому тишину нарушала лишь игра пузырьков в стакане. — Мийя… Ты помнишь, что говорила мне, когда мы впервые расстались? Что я полный мудак и уёбок, но при этом — такой обоятельный милашка, что если бы у тебя был ребёнок — ты бы хотела его только от меня. Это предложение ещё в силе? Мийя сжала стакан и уже хотела выплеснуть воду прямо в лицо своему любовнику, а затем и кинуть сам стакан туда-же, но вдруг задумалась. Стакан был поставлен на место, а взгляд направлен в окно. Они провели так несколько минут, а после, девушка, достала пачку сигарет и зажигалку. На мгновение — звук кремня и искры заполнили всё пространство, а затем — появился огонь, что начал играть с сигаретой. Он обступал её то справа, то слева, прогревая до такой степени, что бумага сама начала потихоньку тлеть, вместе с этим передавая вкус никотина в рот девушки. — Хорошо, Диего. — наконец прозвучал ответ, с которым пачка таблеток отправилась в ящик тумбочки. — Я согласна. Если рожу — не буду делать тест на отцовство. Но ради бога — к тому моменту, как ребёнок подрастёт, убейся в ближайшей канаве. Прямо как ты и пел в той глупой песне. Не хочу, что бы он даже подозревал о тебе. — Да, конечно. Умру в двадцать семь, как всегда и обещал. Кстати, ты же знаешь, что та песня была посвящена тебе? — Иди нахер… Будешь сигарету? — Конечно. Юноша встал, обняв девушку сзади. Мийя положила другую сигарету ему в рот и помогла поджечь. Прошло время, а тот же рот испускал будто тот же самый дым, что и в тот день. В этот раз он тоже был не один, рядом стоял один из друзей парня, чтот любил вкус табака не меньше. — Ахаха, ну и чё дальше? — Ну. Она родила. Мальчик. Почти весь в неё, кроме глаз. Они голубые. — Дык у того еблана тоже голубые. Уверен, что твой? — Я видел его. Я, сука, уверен, — это мой пиздюк. Вот бля буду. — И ты гордишься этим? Заделал ребёнка и свалил? — Как будто ты не кончал внутрь ни разу. У самого, поди, целый детский сад. — Но я не знаю о нём! А ты, сука, уверен, что ребёнок твой. Ладно. Так что, ты и вправду решил сдержать обещание? — Ральф. Я чё, на труп похож? Вроде нет. — Ха, хорошо. Хоть пару извилин осталось у тебя. Ладно, я к остальным. И эт, с наступающим тебя. — Ага, да, спасибо. Я ещё одну выкурю. Ральф вышел с балкона, а Диего поджёг новую сигарету. Пока та медленно передавала никотин в организм парня — он размышлял в слух. — Ха. До полуночи ещё часов шесть. Если прыгну сейчас — точно успею умереть в двадцать семь. Даже до больницы не доеду по таким пробкам. Из рук парня выпала недокуренная сигарета. Она медленно опадала, покачиваясь на ветру. Чем дольше она была в полёте — тем чаще билась о другие балконы и ветки. А с каждым ударом — от неё потихоньку отпадали куски. В конце концов она упала прямо в лужу, которая медленно растекалась, спускаясь в канализацию города.