Новый знакомый

***

Всю дорогу до дома, скрипя зубами, я волокла раненое тело, изредка делая остановки, чтобы отдышаться. В конце концов, толкнув ногой итак приоткрытую дверь в мое жилище, сделала последний рывок и оставила лежать парня на старом паркете. — Какой же… ты тяжелый… — во время жуткой отдышки, начала причитать вслух, так как мысленных ругательств мне уже стало недостаточно. По большому счету, виной тому, что я так сильно выдохлась, был не истекающий до сих пор кровью парень, а моя смертельно опасная привычка и да, пока я здесь рассуждаю, по-моему он уже начинает потихоньку испускать дух. Едва придя в себя, пытаюсь вспомнить где лежит аптечка. Пробежавшись взглядом по полочкам моей маленькой угловой кухни, заметила белую коробку, валяющуюся среди различных видов круп. Что она там делала - не ясно, что делают у меня дома крупы - тоже, ведь я их не ем ни в каком виде. Пожав плечами, взяла с полки аптечку и начала раскладывать содержимое в поисках нужных вещей. Перекись, бинты, ножницы, обезболивающее, думаю что этого достаточно, я не особо разбираюсь что в таких ситуациях делать, опыт не позволяет, но кажется, если наложить ему на рану бинт, все каким-то образом решится само по себе. Надеюсь… Парниша он, как посмотрю крепкий, ничего с ним не станется. Желания пачкать кровью кровать абсолютно не появлялось, поэтому, решила, что все будет хорошо, даже если я остановлю ему кровотечение прямо на полу. Нахмурившись, сняла курточку, повесив ее на ближайший стул. Стащила кое-как толстовку с лежачего, оставив его в одной футболке и по-моему, судя по количеству вытекшей крови, рана оказалась больше и я сделала своим действием только хуже… Так, спокойно, без паники, конечно это похоже больше на издевательство с моей стороны, чем на помощь, но я честно стараюсь как могу. Пожалуй… Господи, хоть бы не умер, он мне по долгам еще не расплатился. Сделав лицо, якобы преисполненное в понимании того, что я сейчас делаю, двумя пальцами закатила подопытному, липкий от крови, рукав футболки, дабы открыть взору полную картину происходящего. Умное лицо, по идее должно было бы помочь мне, но смотря на обезображенное, почти что рваное предплечье парня, единственное, что мне пришло на ум, так это то, что придется все это дело зашивать. До последнего надеялась, что до этого не дойдет, кажется скоро я просто окончательно измучаю его бедное тело. К слову, у меня всегда были проблемы с оказанием первой помощи и зачастую не только другим. Казалось бы, наклеить пластырь себе на палец проще простого, но каждый раз, как в первый, мне приходилось проходить через ад, случайно попадая клейкой стороной на рану. И из раза в раз, я попадала в одну и ту же ловушку, со слезами на глазах и тяжелым грузом на душе, отрывала от раны уже десятый по счету, неудачно наклеенный пластырь. Я опять задумалась, ну сколько можно? Схватившись за голову, поняла что он мог бы уже бесконечное количество раз отойти в мир иной, еще по дороге сюда, пока тащила его по дренажной, бугристой дорожке. Нужно действовать как можно быстрее. Чувствую как мои, казалось, непоколебимое спокойствие и грубая решительность, начали медленно рассасываться. Так, еще раз спокойствие, помню как местный престарелый врач, показывал как зашивать рану на корове. Думаю разница небольшая. Нужно еще достать йод и нитки с иголкой. На коленях подползла к столешнице, где оставила аптечку и, нервно порывшись в ней, достала нужную мне баночку. Неуклюжим рывком подобралась к шкафу и отрыла среди прочего хлама иголку с ниткой. Вернувшись к пострадавшему, еще несколько секунд постояла возле него с открытой баночкой йода и ваткой в руках. Откинув, от неизбежности своих дальнейших действий, голову назад, зажмурила глаза и сделала глубокий обреченный вдох. Это придало мне немного сил и уверенности. Смочила ватку и начала обрабатывать края раны, далее взяла перекись и на протяжении минуты поливала ей рану. В моменте, подумалось мне, что импровизированному «хирургу» не хватит смелости на такой отважный поступок, поэтому я встала, подошла к холодильнику и открыв дверцу, оперативно схватила, мирно покоящуюся в дверце чекушку водки. Внеплановая, внутренняя дезинфекция прошла как нельзя удачно, на резком выдохе, решительно схватив иголку в руку, обеззаразила ее антисептиком, продела в нее, также предварительно смоченную в этой жидкости нитку и, уже не такими, как прежде трясущимися, движениями, начала штопать парню руку. Какой-то кошмар, как же хорошо, что он сейчас лежит в отключке, не хватало еще резких движений. Или… Нет, нет, нет, никакого «или» я обязана спасти его, иначе просто напросто разрушится, придуманный мной, круговорот взаимовыгоды. — Грудь вздымается, значит дышит, уже признак жизни, — успокоила себя, проговорив мысли вслух. Завязав крепкий узел, хорошенько перевязала руку. Чтобы уж точно закрепить результат, решила наложить побольше слоев. Ну, так, на всякий. Победно, вытерла пот со лба. Аккуратно сложила последствия своей хирургической помощи обратно в аптечку, выкинула, так нелюбимые мной, крупы в мусорный пакет и поставила коробочку обратно на полку. Облокотившись на столешницу мои глаза остановились на внешнем виде спасенного. Только сейчас заметила, что его маска сползла, открыв мне вид на его лицо. В суете я даже не заметила насколько нездорово серой была его кожа. Необычное явление. Присев на корточки, решила поближе рассмотреть его лицо. Из глаз текла все та же жидкость, что и из маски… Полностью поддавшись любопытству, указательным пальцем, аккуратно приоткрыла ему веко. Зрачка не показалось, вместо глаза находилось что-то черное и глубокое, которое нельзя было назвать таковым. Проверив у парня пульс, я окончательно успокоилась. Встала и перешагнула через лежащее на полу тело, чтобы сесть на диванчик, перевести дух. Пока приводила себя в чувство, что-то мне все-таки не давало покоя, будто что-то неправильное здесь происходит. Оглядев комнату, поняла, что все лежит на своих местах. Кроме этого штопанного нечто. Закатив глаза и недовольно цокнув, все же решила перетащить его на кровать. Не знаю, толи совесть во мне взыграла, толи жалость, хоть последнее и навряд ли. Накрыла его пледом и прошлась до переключателя. Щелкнув по нему, в доме снова воцарилась кромешная тьма. Я села на прежнее место, сонно облокотив голову на руку. Еще немного и меня саму отключит. Погодите. Кажется, я не обработала руки…

***

Золотые лучи, стремительно пронзающие окно, своим ярким сиянием, заставили поморщиться сквозь сон. Поочередно разлепив глаза, немного проморгалась и осмотрелась, в надежде, что вчерашние события оказались лишь ночным кошмаром. Но, к сожалению, реальность оказалась строга. На полу уже почти высохшая, впитавшаяся в деревянные дощечки, кровь, валяющийся посередине комнаты пузырек сорокаградусного и, завершающим звеном оказался, все еще не пришедший в себя, странный парень, мирно посапывающий на моей кровати. Тяжко вздохнув, встала с диванчика и не спеша поплелась в ванную. Надо хоть немного привести себя в порядок после вчерашнего. Пожалуй, столько событий за раз, оказали достаточно негативного влияния на мое, итак расшатанное, внутреннее здоровье. Пока я умывалась, за пределами ванной комнаты, начал доноситься шорох. Прополоскав рот, сплюнула воду в раковину, вытерла первым попавшимся полотенцем лицо и вышла глянуть что к чему. Вчерашний ночной гость тщетно пытался приподняться с кровати. По всей видимости, ноющая рана в предплечье, сковывала движения. Единственное, что он смог сделать, это принять кривое положение полусидя. Он резко обернулся и посмотрел на меня, я же в свою очередь оперлась плечом на часть дверного проема и скрестив руки, наблюдала за его действиями. Из-за его глубоких черных глазниц, казалось будто он видит меня насквозь. До мурашек пробрало если честно… Лицо парня не выражало ничего. Он просто смотрел на меня, придерживая здоровой рукой, забинтованную во множество слоев, рану. Наконец, я решила прервать неловкое молчание: — Как твоя рука? — лениво взглядом изучила его поврежденную конечность. — Наверное уже заметил, я не хирург, но все же благодаря мне ты до сих пор жив, — еще немного подумав, спросила: — Чем долг возвращать собираешься? Вытянув ладонь чуть вперед, потерла воображаемую монету между указательным пальцем и большим. Парень не отвечал. Его взгляд все еще был направлен будто бы сквозь меня. Наконец, отвернулся и уставился куда-то перед собой. — Даже имя мое не спросишь? — ехидно спросил он. — Это второстепенное. Покалеченное тело издало усталый вздох. Парень все же попытался парировать мое заявление: — Кажется, вчера я не просил меня «спасать» и уж тем более, записывать в должники, — сказал это и снова повернулся в мою сторону. — Без моей помощи ты бы уже давно скончался от рук грешника, хоть бы спасибо сказал, — я возмущенно отвернулась в сторону. — Мне абсолютно плевать как ты смотришь на эту ситуацию. Я тебе помогла, значит и ты, будь добр, отплати сполна. Немного помолчав, парень сказал: — Считай, своим «снисходительным» отношением к тебе, я погасил свой долг на десять лет вперед. — Судя по всему, ты человек Слендера, занятно… — Верно. Думаю ты уже поняла насколько натянута атмосфера в особняке, смотри в оба и не дай себе разочаровать ожидания начальника. В том странном месте я действительно прочувствовала негатив от некоторых личностей, но не придала этому большого значения. Мало ли что на уме у местных душевнобольных? Не стала озвучивать свои мысли вслух: — С чего бы это? — У нас не принято просить о помощи, все просто. Слендер считает, что сами мы не сможем справиться с возникшей проблемой и нам нужна помощь человека разбирающегося в текущей ситуации. Это сильно ударило по самолюбию особенно «выделяющихся» личностей. — Но раз уж на то пошло, с чего бы тебе не встать на их сторону? — В отличие от некоторых своих товарищей, я мыслю рационально и понимаю, что Слендер прекрасно осознает все риски и если бездумно убивать одного иного, за другим, не разобравшись в корне проблемы, в конечном счете всех нас может ждать худший конец, — после ответа, последовала короткая тишина. Наконец, он задумчиво продолжил: — Единственное, чего я не понимаю, как обычный человек может помочь нам в этой ситуации. Но, если Слендер уверен в своем выборе, это уже не мое дело. — выделив слово «обычный», стало ясно что он ни капли не поверил в мои слова. Я не стала отвечать.

***

Начало вечереть. За весь день парень не сказал ни слова, если не считать холодного «можно» на мое предложение выпить по чашке чая. Утром он был поразговорчивее, даже как-то неловко… За окном виднелся все тот же чернеющий на фоне алого заката лес, возле раковины две вымытые алюминиевые чашки, собранная сумка у двери, уже готовая к переезду и свесившее с кровати ноги заштопанное нечто. Что-то явно казалось лишним среди перечисленного. — Смотрю тебе уже лучше, — действительно, сейчас он выглядел лучше, чем вчера, когда заливал мой пол кровью… — Я не собираюсь ждать дольше, уверена ваша мамочка заждалась. — Мне и правда лучше, — парень ловко размял некогда раненое плечо. — Бинты уже ни к чему. Мои брови скептично выгнулись в вопросе. — Серьезно? Но я же только прошлой ночью наложила швы, предполагаю, тебя головой сильно стукнули? Парень спокойно начал разматывать десятки слоев бинта, которые я так старательно накручивала ему на руку. И правда, раны как не было. Какой-то фокус? Смысл был от моего вмешательства? — Да кто ты вообще такой… По насмешливому выражению лица моего недавнего «пациента», можно было догадаться насколько сильно ему нравилось держать интригу. — "Считай, что я такой же, обычный, как и все человек", — ухмыльнувшись подстебнул меня. Меня это просто убило. — То есть. Прошлой ночью я чуть с ума не сошла. Раскидывала варианты как обойтись без трупов в доме… По нарастающей, меня начало захлестывать раздражение. Это чувство не было чем-то серьезным, навряд ли меня может вывести из себя незнакомое до недавнего времени нечто. Но все таки где-то внутри, небольшой осадок от бесполезного спасения раненого дал о себе знать: — А в итоге оказывается моя помощь вообще не нужна была?! Парень скрестил на груди руки. Наигранно задумавшись, слегка наклонил голову в бок и прикрыл глаза. Снова эта противная драматичная пауза. — Кто знает, — загадочно бросил мне в ответ и лениво отвернулся. Черт бы его побрал, я прямо таки вижу, как ему нравится пудрить мне мозги. Обреченно вздохнув, я встала с диванчика на котором просидела все это время, почитывая второсортный журнал. Подобрала окровавленную толстовку, до сих пор валявшуюся с прошлой ночи около столешницы и кинула ее на руки парню. Развернувшись, медленными шаркающими шагами, я стала двигаться к своим собранным вещам. Чувство бесконечной усталости после нашего «удивительного» диалога все никак не покидало меня. Этот парень точно умеет знатно почесать мозг собеседнику… — Джек. — Что? — это заставило меня остановить руку в сантиметре от сумки. — Так меня зовут. — спокойно произнес эти три слова и наконец встал с кровати, попутно надевая толстовку. Выдержав паузу, я тоже решилась назваться: — Зови меня просто Лиз, — невольно улыбнулась и все-таки схватила сумку за ручки. — Надеюсь ты меня не разочаруешь, Джек. Протянув имя нового знакомого, я ловко закинула сумку на плечо и обернулась. Мой новый знакомый лишь легонько прыснул в кулак. Настал момент и мы отчалили из моего уже бывшего убежища. Последний раз окинула его взглядом, пошарилась по карманам, достала пачку табачного и наконец закурила. Что меня ждет дальше, боюсь даже представить…