Часть III. Лучистая тропа

– Не пробовал что-то более увлекательное, чем глупое созерцание однообразных простор? – раздался звонкий голос позади лидера людей. Облачëнный в сияющие латы рыжеволосый правитель неспешно повернул голову к говорившему. Говорившей, если быть точнее. – А я разве не предупреждал тебя, что выходить из леса на рассвете – занятие слишком рискованное? – бесстрастным голосом ответил Лорэн, пустыми глазами обводя худой тёмный силуэт. – В следующий раз заберусь к тебе прямо на балкон в замок Его Величества! – улыбчиво и с хитрым прищуром отсалютовала ему собеседница. Мужские губы тронула улыбка: то, как горели глаза девушки, напоминало королю о временах, когда он сам был таким же – безнадëжным оптимистом. Безнадëжный. Безнадëжно.

Итак, он был простолюдином, А в те далёкие века, Ломая судьбы, не щадила Таких железная рука

И сотни предков, словно птицы, Сражённые, упали в грязь!.. Но не переставали биться, Пока звезда не родилась...

Их знакомство случилось обыденно. Приняв встречную за крестьянку, король уж проехал мимо после вежливого приветствия, однако та с любопытством и манерами, не свойственными его подчинëнным, с интересом последовала за Джонатаном. Тот сначала и не понял – каким образом путнице удавалось нагонять его скакуна, совершенно не ускоряя при этом темп, даже не переходя с шага на бег. Остановив жеребца, Джонатан оглянулся на неё, более внимательно рассмотрел. Казалось бы – что в ней такого? Невысокого роста молодая девушка, он бы даже сказал – девочка: настолько округлое её личико и большие глаза, тонкие ручки и ножки. Не сказать, что одежда была неопрятной или грязной, однако вид намекал на то, что встречная была... Бродяжкой? Нет, не то. Король с интересом наклонил голову, прищурив карие глаза. Девица встала прямо, как в балетной стойке, заложив худые ручки за спину и чуть улыбнувшись тонкими губами. Губы. У неё они были тёмными. Парень изогнул бровь: мазь, помада? Наряд был каким-то гибридом: то ли сарафан, то ли недлинное платье со множеством поясков и корсетом, чьи ткани заботливо обматывали девичье худощавое тело. Все лоскутки были строго тёмных цветов – от иссиня-чёрного до тёмно-коричневого с оттенками бардового. Высокие сапожки, туго перевязанные, доставали до острых колен. Чёрные лохматые волосы по плечи острижены, а чёлка мило прикрывала тонкие брови. На плечики накинут кожаный чёрный плащ с капюшоном. Джонни, развернув жеребца к стоявшей, пару раз моргнул, не понимал – девушка ни под одно племя внешне не подходила. Может быть, новая поселенка? Так почему он о ней не знал? Тут его взор привлекли цветастые пятна, выбивающиеся из образа мрачной девочки-подростка: узоры. Ярко-зелёные линии обрамляли её ноги выше колен, задевали ткань платья на бёдрах и частично покрывали бледное лицо. Раскрашена она была на манер шкур диких зверей: полосы, леопардовые пятнышки. Уши достаточно странной формы были украшены серьгами, а одно было увенчано пёстрыми птичьими перьями. Кажется, людской лидер так бы и пялился на незнакомку, прокручивая всю свою зрительную память на предмет её жительства, пока последняя застенчиво не заправила тёмный блестящий локон за ухо: – Что-то не так, мистер Джонатан Лорэн? Её улыбка практически и выбила парня из седла. Клыки. Девушка в своей неловкой улыбке сверкнула отнюдь не человечьими зубами.

***

И пускай нам пока что

Падать больно до слёз –

Мы сумеем однажды

Дотянуться до звёзд!

Неприметный мальчишка

Или дочь короля –

В самый сумрачный час

Мы покажем себя!

Король нахмурился и не спешил делать выводы: живности в его лесах водилось всякой разной множество, но не каждая была опасна. Например лешие, водяные и прочая славянская сущь были не столь агрессивными. – Вы – нимфа леса? – подал хриплый от долго молчания голос монарх. Девушка взмахнула пушистыми чёрными ресницами. – О, я рада, что схожа! В восторге от них и всячески пытаюсь копировать внешне, ведь они меня многому научили! – незнакомка воодушевлённо взмахнула руками, вновь улыбнувшись резцами. Джонни, однако её радости никак не разделял и сильнее сжал повод: – Подойдите сюда, мисс. Девушка замолкла, чуть округлив удивлённые глаза от приказного тона парня: – А? – Ко мне. Вот сюда, – указал рыжеволосый ладонью, облачённую в перчатку, рядом со своим конём, – мне показалось, что вас заинтересовала моя лошадь, можете подойти ближе и погладить: мой рысак – отличный скакун! – попытался выдавить из себя улыбку монарх. Конь под ним, увидев девушку, прижал уши и зафырчал, начал копать копытом землю. «Нехороший знак: ох, какой нехороший!» – думал про себя король, начиная злиться. – Э-эм… – девица неловко переминалась с ноги на ногу, – не особо. – Улыбка с миловидного личика сползла. Всё то время она стояла в тени деревьев, а всадник на освещённой солнцем тропе. Лорэн с ликующим видом наклонился корпусом вперёд, опершись локтем о шею коня, и положил подбородок на ладонь, словно любуясь концертом: – Пошла вон с моих земель, и чтобы духу твоего я здесь боле не видел! – без всякой весёлой улыбки отчеканил Джонатан. Его ухмылка напоминала оскал, а глаза метали молнии. – Почему? – непонимающе спросила незнакомка. – Издеваешься?! – терпение, казалось бы, миролюбивого короля было на исходе. Встречная быстро замотала головой, знатно испугавшись его злого настроя. – Ты – вампир! – выплюнул парень. – Только из-за этого? – изогнула бровку брюнетка. Она, действительно, не понимала бедствия ситуации или смеялась не кому-нибудь, а королю в лицо? Конь встал на дыбы, когда незнакомка сделала шаг в его сторону. Джонни, усмирив животное, развернул его прочь, оглянулся на растерянную носферату: – Ты безоружна. Только поэтому я оставлю тебя в живых! – крикнул парень через плечо незнакомке, пуская скакуна галопом прочь от девушки, орошил силуэт той пылью лесной тропы и искренне надеялся, что вампир не погонится за ним и не вцепится королю клыками в спину.