Часть 1

      Все знают, что главное для спортсменов — дисциплина. Это то, что помогает им достигать своих целей. То, что заставляет их идти до конца, даже когда уже нет сил, желания и мотивации. Мой отец всегда верил, что без дисциплины в спорте невозможно добиться высоких результатов. Мне не оставалось ничего, кроме как тоже в это верить и следовать его правилам, если я хотел попасть в большой спорт.       Но мне уже 16. И, честно говоря, плевать я хотел на все эти правила.       Поэтому сейчас мы с парнями только возвращались в наши комнаты, несмотря на то, что отбой для всех был час назад.       — О да, это определенно того стоило. Если бы ушли вовремя, я бы не успел потанцевать с Дианой. А вы, ребята, знаете, как сильно она мне нравится. — увлеченно рассказывал о своем вечере Дима, наш товарищ по команде — И почему нам до сих пор не позволяют оставаться до конца тусовки, как всем остальным старшим отрядам?       — Дай-ка подумать. — Кирилл, наш разыгрывающий и мой лучший друг с 5 класса, сделал вид, что задумался. — Ах, да, наверное потому что, в отличие от остальных отрядов, нас наказали сегодня за халяву на тренировках.       А, да, забыл упомянуть, что мы сейчас находимся на летних сборах в спортивном лагере. Несмотря на то, что все отряды здесь — это спортсмены разных возрастов, которые тренируются с утра до вечера, для нас все равно стараются устраивать разные лагерные мероприятия. По вечерам это обычно или просмотр фильмов в общем зале, или дискотеки.       — Ребят, поубавьте немного свою радость от удавшегося вечера. — тихо сказал я, так как мы уже подходили к нашему корпусу. — Мы ещё не знаем, с какими последствиями столкнемся после этой выходки.       — Блин, Влад, ну че ты все настроение портишь. — проныл Дима.       Потому что я определенно точно знал, какие последствия ждут меня, если нас поймают. Но я не стал говорить это вслух. Нет никакой нужды напоминать всем, что мой отец является главным тренером, и для меня действуют самые строгие условия. Я прекрасно понимал, что болеть у меня будут не только мышцы, как у остальных моих друзей после дополнительной физической нагрузки в качестве наказания, но и зад. Но это, конечно, если нас поймают. Однако меня это никогда не беспокоило до момента наступления последствий.       Мы тихо вернулись в комнаты через окно, которое заранее оставили открытым, так как возвращаться в корпус через главный вход было рискованно. Включив в комнате свет и не обнаружив никаких признаков присутствия тренеров, мы облегченно выдохнули и стали готовиться ко сну.       Уже через четверть часа в нашей комнате снова были темнота, тишина и несколько спящих баскетболистов. Но все надежды выспаться перед утренней тренировкой были разрушены через пару минут.       — Подъем. — одновременно с щелчком выключателя прозвучал голос нашего второго тренера — Сергея Александровича Лаврова. — Приведите сюда остальных тусовщиков. — дал он команду своим двум помощникам, которые так любезно решили сопроводить его в комнаты нарушителей.       — Что за фигня? — уже сонный Дима ещё не успел осознать, что происходит.       — Фигней была ваша идея вернуться после комендантского часа. И не говори, что вы не ожидали, что вас поймают. — продолжал ругаться тренер Лавров. — Миронов, ты можешь сразу к отцу направляться. — это уже было адресовано мне. — Пусть сам с тобой разбирается. На тебя, видимо, теперь только он влияние имеет. Остальные становятся в планку.       Дальнейшего развития событий я уже не слышал и не видел, так как направился к отцу, как мне и было велено. Игнорирование приказа не привело бы ни к какому результату — Сергей Александрович бы за ухо сам отвел меня к главному тренеру. Так что я лишь выбрал менее болезненный путь.       Вообще-то я не всегда был таким бунтарем. До пятнадцати лет я редко действовал наперекор отцу. Усердно тренировался, соблюдал режим, и точно знал, чего хочу в этой жизни. Хотя от цели стать профессиональным спортсменом и одним из лучших баскетболистов страны я не отказываюсь до сих пор. Именно поэтому продолжаю упорно тренироваться. Но переход в старшую школу заставил задуматься меня о том, что я пропускаю слишком много веселья, уделяя все свое внимание только баскетболу. Так что теперь в свободное от тренировок время я стараюсь брать от жизни все, но в разумных пределах.       — Пап, можно? — спросил я, дойдя до нужной комнаты и постучав в дверь.       — Да, сын, проходи. — ответил Миронов старший, и сразу скрылся в ванной.       Я прошел в комнату и сел на кровать папы, готовясь к своему наказанию. Долго ждать отец себя не заставил.       — Ну и, зачем нужно было снова сбегать после комендантского часа?       Я мог бы сказать, что не хотел просиживать в комнате свои лучшие подростковые годы, ведь никогда уже не буду моложе, чем сейчас. Но я уверен, что его бы не устроил мой ответ. Поэтому решил просто промолчать.       — Ясно, снова играем в молчанку. — папа всегда был умным и понятливым мужчиной. — Что ж, тогда не будем терять время. Думаю, ты и сам понимаешь, за что наказан. Раздевайся и ложись.       — Спать? С тобой? — попытался пошутить я, но, поймав сердитый взгляд мужчины, быстро понял, что момент не подходящий, отвернулся и начал раздеваться. Иногда я тоже отличался умом и разумом, все-таки есть в кого.       Сняв шорты и нижнее белье, я вернулся на кровать и лег на живот. За два года моего бунтарства эти действия уже стали достаточно привычными. Отец в это время достал ремень, и уже через минуту я почувствовал первый удар на своих обнаженных ягодицах. Папа не был сегодня сильно злым или раздраженным моей выходкой, но он все ещё имел отлично отработанный навык порки ремнем, и умел заставить пожалеть меня о своем поступке. Поэтому к десятому удару весь зад уже ощутимо горел, и мужчина спустился к моим сидячим местам. На пятнадцатом я пришел к выводу, что сегодняшний побег на тусовку все-таки не стоил того. Когда последний двадцатый удар приземлился на мои уже чувствительные места, я шумно выдохнул. Слезы скопились в моих глазах, но я не дал им выйти наружу, быстро смахнув.       — Одевайся. — спокойно сказал папа, убирая ремень обратно в шкаф. Мне два раза повторять не пришлось. Быстро поднявшись, я натянул на место боксеры и шорты, стараясь не задевать больной зад. — Садись. — развернувшись обратно ко мне, проговорил мой тренер и указал на кровать.       — Издеваешься? — я посмотрел на него как на сумасшедшего.       Я знал, что сегодняшняя порка была не самой худшей, которую я когда-либо получал. Я не рисковал жизнью, не заставлял никого переживать, не угрожал своему спортивному будущему. Я просто хотел немного повеселиться. Но эта порка все ещё была ощутимым наказанием за нарушение правил, о котором я буду помнить до завтрашнего вечера точно.       Однако отец не шутил. Кинув мне подушку, он взглядом показал, что его приказ все-таки нужно выполнить. Так что, оставшись без права выбора, я подложил себе подушку и аккуратно опустился обратно на кровать. Но поддерживать зрительный контакт с родителем я не стремился.       — Влад. — устало начал отец. — Ты же понимаешь, что я тебе не враг. — и это было правдой. Я понимал это. Папа всегда поддерживал меня и делал все, чтобы помочь мне достичь целей. Ведь желание стать спортсменом мирового уровня было именно моим, а не навязанным родителями. — Знаешь, почему мы сегодня сделали ранний отбой для вашей команды, а не устроили дополнительную тренировку в качестве наказания? — на этом вопросе я все-таки поднял голову и в ожидании посмотрел на мужчину. Папа, сидя на стуле, внимательно изучал меня, видимо, пытаясь что-то понять.       — Удиви. — скептически произнес я, когда пауза после вопроса затянулась. Прежде чем ответить отец выдохнул и потом продолжил.       — Если бы вы работали сегодня на тренировке не в полную силу из-за лени, мы бы именно так и поступили. Но вы делали все упражнения, засыпая на ходу. И не потому что вам приходится рано вставать на зарядку. А потому что допоздна активно развлекаетесь с другими отрядами и не следите за временем.       — Не такие уж и сонные мы сегодня были. — проворчал я, намекая, что не нужно было изначально менять время отбоя.       — Да я и сам уже увидел, что энергия у вас бьет через край. Поэтому завтра в семь утра жду вас на площадке. Думаю, твои друзья уже в курсе.       — В семь? — чуть громче обычного произнес я, показывая свое недовольство.       — Да. Это поможет вам соблюдать ранний комендантский час, который, кстати, продлевается ещё на два дня.       — Пап, тебе не кажется, что это уже перебор за то, что мы просто сбежали на лагерное мероприятие?       — Нет, сын, не кажется. — отец немного повысил голос, добавив строгости в интонации. — Во-первых, вы сбежали после отбоя, никого не предупредив. Во-вторых, я, точно так же как и вы, хочу увидеть ваши высокие результаты по окончании сборов. Я тренирую вас с детства. И я сделаю все, чтобы вы смогли добиться того, чего желаете. Но для этого мне нужны выспавшиеся и отдохнувшие спортсмены, чтобы на тренировках вы могли выкладываться на свой максимум. Если для этого мне придется ограничить ваши развлечения, я это сделаю. Потому что нагуляться вы ещё успеете. А время для того, чтобы попасть в сборные, к сожалению, ограничено.       Я знал, что, говоря обо всей команде, папа, прежде всего, имел ввиду меня. Конечно, многие ребята для него за столько лет уже стали родными. Но я все-таки его сын. За меня он всегда особенно переживал. Поэтому и был со мной строже, чем с остальными.       — Завтра рано вставать. Иди отдыхай. — отец встал со стула и, похлопав меня по плечу, снова прошел к шкафу, чтобы достать пижаму и начать готовиться ко сну.       Я ещё немного посидел, обдумывая смысл его слов, после чего поднялся и направился к двери.       — Хей, пап. — я на секунду остановился перед закрытой дверью. Отец повернул голову на меня, с интересом ожидая, что же я ему хочу сказать. — Люблю тебя. — легко проговорил с улыбкой я. Когда я маленький попадал в неприятности, после этих слов он был готов простить мне все и даже отменить назначенное наказание.       — Даже не пытайся. Не сработает. — папа тоже улыбнулся.       — Попытаться стоило. — я пожал плечами и все-таки потянулся к дверной ручке.       — Хей, сын. — в этот раз была моя очередь поворачивать голову на отца. — Ты балбес, но я все равно люблю тебя.       — Знаю, пап. — ещё раз улыбнулся я и, наконец, покинул комнату, направляясь в свою. ***      — А вот и наш капитан вернулся. — сообщил всем Дима, как только я зашел в наши покои. — Влад, ты не представляешь, что тут было. Лавров — просто зверь. Заставил сначала в планке стоять десять минут, а потом ещё и отжиматься.       — Ужас, Беляев, и как только вы это пережили? — посмеялся я, залезая в свою кровать и ложась на живот.       — Выдержали бы легче, если бы не начинали сначала из-за некоторых. — проворчал Кир. — Как ты, чувак? — уже тише обратился друг ко мне.       — Ты знаешь, я тут подумал и решил, что это все же была не самая моя лучшая идея. Но жить буду. — улыбнулся я. — И, эй, народ, завтра дополнительная тренировка в 7 утра. — громко сказал я, чтобы все слышали. В комнате сразу послышались стоны недовольства и ворчания.       — Мы знаем. — ответил мне Кирилл. — Просто они все ещё не могут это принять.       Через пять минут в комнате снова воцарилась тишина, прерываемая только тихим сопением спортсменов.