Глава 2

      Любимым уроком Ичиго всегда была литература.       Тацуки и даже Орихиме иногда дразнили её, называя начинающей поэтессой, когда ловили её за чтением Шекспира.       И хотя эпические трагедии занимали в её книжном шкафу много места, там были и научно-фантастические и фэнтезийные романы.       Было несколько вещей, которые она узнала из теорий о путешествиях во времени. Либо своим внезапным появлением она создала новую временную шкалу; либо её присутствие здесь было заранее предопределено, и сейчас она просто замыкала временную петлю; либо любое её действие или фраза, способные изменить будущее, взорвут Вселенную к чёрту.       Именно поэтому Ичиго обливалась нервным потом, сидя перед тремя знакомыми ей, но не знающими её капитанами, каждый из которых смотрел на неё со смесью любопытства и насторожённости.       Унохана-сан, по крайней мере, выглядела более-менее как обычно, и каким-то образом это заставляло её чувствовать себя чуть спокойнее.       — Меня зовут Куросаки Ичиго, — напряжённо сказала она, кратко задаваясь вопросом, не рванёт ли от этого каким-либо образом мир вокруг.       Укитаке-сан тихо отхлебнул чай.       — Никогда не слышал о тебе, Ичиго-тян, — спокойно ответил Кёраку-сан. — Ты, кажется, довольно сильный шинигами.       Ичиго почесала затылок:       — Ну, я на самом деле исполняющая обязанности шинигами.       Укитаке-сан слегка нахмурился:       — И что это должно значить?       Она заколебалась, поняв, что в Сейрейтей пока нет подобной концепции.       Ещё одна вещь из будущего — в минус.       — Это своего рода временная должность, — объяснила она, скривившись. — Я родилась в Мире Живых, но у меня была рейрёку...       Укитаке-сан едва не уронил чашку, с небывалым удивлением глядя на неё:       — Ты человек?       Ичиго почувствовала, как её выражение лица стало жёстче:       — Ну... не совсем.       — Ваши родители были шинигами? — догадалась Унохана-сан, спокойная, как и всегда.       Решив пока не затрагивать тему своей матери, Ичиго мрачно кивнула:       — Да.       — Хорошо, это довольно неплохо поясняет, кто ты такая, но что насчёт твоих отношений с нами? — спросил Укитаке-сан. — Ты определённо знакома со мной и Шунсем.       Ичиго сделала нервный вдох, понимая, что её жалкое умение лгать ничем ей здесь не поможет. Может быть, будь она Айзеном, смогла бы придумать какое-то оправдание и оставить правду при себе, но она сама никогда не имела опыта в манипулировании людьми.       Взглянув на них, Ичиго решилась:       — Я почти уверена, что переместилась во времени.       Но шокирующее откровение не вызвало той реакции, которую она ожидала.       Кёраку-сан выглядел созерцательным, Укитаке-сан просто кивнул, сделав ещё один глоток чая, а Унохана-сан чуть наклонила голову.       — Понятно, — наконец сказал Укитаке-сан.       Ичиго была в шоке:       — Разве это, не знаю, не сложно вообразить?       — Вы путешествовали по Дангай? — спросила Унохана-сан.       Ичиго скрестила руки на груди:       — Я была там раньше, но не прямо тогда, когда произошёл этот... беспорядок.       — Определённо странно, — сказал Кёраку-сан, пристально глядя на неё. — Известно ли тебе о пространственно-временных искажениях, происходящих в Дангай?       Ичиго кивнула, вспоминая свой первый опыт преследования позорной подметательной машиной и то время, которое она провела в Дангай, изучая Финальную Гетсуга Теншоу. Ишшин упоминал, что тех, кого настигал Кототсу, отбрасывало на сотню лет, и они неминуемо умирали от того, что их тела не успевали за ускоренным течением времени.       — Я знаю, что один час здесь эквивалентен двум тысячам в Дангае, — ответила она.       — Это большая редкость, но у нас были сообщения о шинигами, которые по собственной воле или же случайно попадали в искажение в Дангае и возвращались на несколько лет назад, — объяснил Кёраку-сан.       Ичиго кивнула с хмурым видом:       — Ну... Боюсь, в моём случае это не несколько лет, — пробормотала она.       Кёраку-сан приподнял брови в немом вопросе.       Ичиго нервно сглотнула:       — Больше... пятисот?       Это получило уже гораздо большую реакцию, чем всё сказанное ранее, и в полной тишине три капитана смотрели на неё в совершенном ужасе.       — Тот факт, что вы живы — ни что иное, как чудо, — сказала наконец Унохана-сан.       — Поэтому ты спросила о квинси? — вспомнил Укитаке.       Ичиго кивнула:       — Да, в моём времени прошло около тясячи лет с момента окончания первой войны.       — Первой? — севшим голосом повторил Кёраку-сан, широко раскрыв глаза.       Ичиго осознала ошибку и испуганно шлёпнула рукой по своему глупому рту.       — Всё в порядке, Ичиго, — успокоил её Укитаке-сан, слегка улыбнувшись. — Генрюсай-сенсей всегда говорил, что Квинси в конце-концов вернутся.       — В таком случае, ваши раны были получены на войне? — тихо спросила Унохана-сан.       Ичиго медленно кивнула.       — Мы выиграли? — легкомысленно поинтересовался Кёраку-сан, очевидно, пытаясь разрядить обстановку, но Укитаке-сан бросил на него предупреждающий взгляд.       — Нам лучше не знать, — серьёзно сказал он.       Ичиго хотела было заверить их в победе, какой бы шаткой та не была, когда поняла, что Укитаке-сан прав. Что, если знание о будущем внушит им ложную уверенность, сделав слабее в критический момент?       — Так... Вы знаете кого-нибудь, кто мог бы помочь мне вернуться? — спросила Ичиго, сменив тему.       — Трудно сказать, — ответила Унохана-сан. — Ваша ситуация довольно деликатная, и мы бы предпочли оставить ваше истинное происхождение как можно более засекреченным.       — Может, Нулевой отряд? — предложил Кёраку-сан.       — Каким бы необычным не было перемещение Ичиго во времени, если оно не влияет напрямую на Королевское измерение, я сомневаюсь, что они согласятся вмешаться, — сказал Укитаке-сан.       Ичиго, у которой сложилось об элитном отряде собственное, уникальное впечатление, была склонна с ним согласиться.       Кроме того, она сомневалась, что кто-то из них разбирается в настолько дальних путешествиях во времени.       — Мы можем обсудить другие варианты с Генрюсай-сенсеем, — предложил Укитаке-сан. — Я уверен, что если мы втроём поручимся за Ичиго, он будет более предрасположен предоставить ей убежище в Сейрейтей.       Она склонила голову в поклоне, чувствуя, как гора на её плечах стала чуть легче:       — Спасибо.       — Не каждый день кто-то настолько интересный падает в обморок у нашего порога, — поддразнил Кёраку-сан, поднимаясь на ноги. — Идём, Ичиго-тян, нам нужно кое-куда, прежде чем мы увидим этого старого сварливого Яму.       — Куда? — нерешительно спросила она, вставая вслед за ними.       — Время ужина, — просто сказала Унохана-сан.       Впервые с момента прибытия сюда на её губах растянулась искренняя улыбка.

***

      Встреча с Ямамото прошла лучше, чем она ожидала.       Хотя в его бороде было чуть меньше седых волос, чем она помнила, он всё ещё был старым сотайчо, которого она знала, и, хотя он всё время сверлил её подозрительным взглядом, по крайней мере не пытался обнажить меч.       В разговоре в основном участвовали Кёраку, Укитаке и Унохана, умело опуская подробности о второй войне с Квинси и её связь с миром живых, убеждённые, что её необычное происхождение может заставить его отказать ей.       Она была просто несчастной потерянной во времени шинигами, которой нужно было место, чтобы временно пожить и выяснить, как вернуться домой.       — Хмф, — буркнул Ямамото, переводя взгляд на каждого из них. — Я могу сказать, что за этим стоит что-то большее, чем они говорят, однако, если ты сможешь доказать, что ты союзник Общества Душ, я не вижу причин отказывать тебе в помощи, Куросаки Ичиго.       Она с облегчением вздохнула и кивнула:       — Спасибо.       — В каком отряде ты служила до этого инцидента? — внезапно спросил он.       Ичиго чуть не задохнулась от неожиданности.       — Ух...       — В моём, — ответил Укитаке-сан, бросив на неё быстрый взгляд.       Она сразу же кивнула с широко раскрытыми глазами, ни на секунду не замешкавшись:       — Да, да! Я была членом Тринадцатого отряда!       Ямамото прищурился на неё:       — Я подозреваю, что ты хорошо зарекомендовавшая себя шинигами, ты была одним из офицеров?       — Она была моим фукутайчо, — спокойно ответил Укитаке-сан, почти заставив Ичиго снова поперхнуться.       — Д-да, — с усилием справилась с шоком. — Я иногда заботилась об отряде, когда Укитаке-тайчо отбывал в Угендо, чтобы восстановить здоровье.       Лёгкое удивление промелькнуло в глазах Укитаке, который явно не ожидал от неё таких интимных знаний, и внутренне Ичиго чуть не расплакалась от облегчения.       Спасибо, Рукия!       Теперь, казалось, Ямамото расслабился и посмотрел на неё подобревшими глазами.       — Понимаю, — сказал он, кивнув. — Возможно, ты можешь снова быть полезной — Джуширо, насколько я помню, должность твоего фукутайчо в настоящее время пустует?       Осознание того, что собирался провернуть Ямамото, поразило её, и Ичиго захотела вернуть все свои слова обратно.       — Это так, сенсей, — без промедления сказал Укитаке. — Однако мы не знаем, как долго Ичиго пробудет здесь, и как это скажется на будущем, из которого она пришла.       — Она может продолжать исполнять свой долг перед Готей, пока остаётся здесь, — твёрдо сказал Ямамото. — Я не понимаю, как восстановление её старого положения может поставить под угрозу будущее Сейрейтей.       — Так и есть, Яма-джи, — вмешался Кёраку-сан, — но чем больше людей взаимодействует с Ичиго, тем больше вероятность, что это будет иметь последствия для будущего.       — Ты подразумеваешь, что она будет вести себя гнусным образом? — спросил он, полыхнув рейацу.       Ичиго нахмурилась от упрямства старика, понимая, что он хочет следить за её действиями, держа поближе. Ей, без сомнений, сошла бы с рук подозрительная активность в качестве безликого безымянного шинигами, но рядом с Укитаке-саном, всегда в центре внимания, она бы не была так свободна в своих действиях.       — Разумеется, нет, — Ичиго склонила голову в знак уважения, не желая причинять больше неприятностей трём капитанам рядом с ней. Они уже доверились ей и подставили собственные шеи под клинок ради неё. — Для меня было бы честью служить Готей-Джусантай, пока я остаюсь здесь.       Ямамото ударил об пол концом своей трости:       — Тогда на этом всё. Я попрошу Хикифуне-тайчо рассмотреть твоё дело, но пока ты ждёшь, выполняй обязанности в своём отряде. Свободны!       Чувствуя тепло руки, тянущей её на выход из зала собраний, Ичиго бездумно шла рядом с тремя капитанами, чувствуя себя ещё более измученной, чем когда она только переместилась.       Они остановились возле главного здания казарм Первого отряда, и только тогда Ичиго заметила, что уже стемнело.       — Ну, могло быть намного хуже, — тихо сказал Кёраку-сан.       — Я согласна, — кивнула Унохана-сан. — Было разумно не упомянуть о её статусе заменяющей.       Ичиго тяжело вздохнула:       — Я не ожидала, что выйду отсюда с новой работой.       Укитаке-сан улыбнулся и похлопал её по плечу:       — Это может быть к лучшему, Ичиго. Хикифуне и её команде исследователей в любом случае потребуется время, чтобы найти способ отправить тебя домой.       — Думаю, да, — пробормотала она, ощутив снова накатившее чувство вины. — Спасибо, что прикрыли меня. Я знаю, что вы по сути не знаете меня, и у вас нет причин доверять мне...       — Не волнуйся, Ичиго-тян, — Кёраку-сан с улыбкой махнул рукой. — Я неплохо разбираюсь в людях и могу сказать, что ты не желаешь нам вреда.       Ичиго поджала губы, борясь с желанием извиниться. Даже когда она вломилась в Общество Душ за Рукией, Укитаке и Кёраку были первыми, кто пришёл ей на помощь на холме Сокьёку.       — Спасибо, — скзала она ещё раз, опуская голову.       — Ну хватит, уже довольно поздно, — Кёраку-сан добродушно хлопнул её по спине. — Давайте вернёмся и хорошенько отдохнём.       Ичиго попрощалась сначала с Уноханой-сан, поблагодарив её за лечение, а затем и с Кёраку-саном, когда он направился в свой собственный отряд, пообещав увидеться с ней снова в ближайшее время.       Она последовала за Укитаке-саном к бараками Тринадцатого отряда, чувствуя прилив ностальгии от вида вокруг. Планировка и дизайн немного отличались от того, что она помнила, но общая атмосфера и тёплая обстановка остались прежними.       — Ты знакома с территорией Джусанбантай? — спросил Укитаке-сан.       Ичиго кивнула:       — Да, я была здесь, наверное, чаще, чем где-либо ещё в Сейрейтей. На самом деле, одна из моих близких подруг была вашим фукутайчо.       — Ах, вот оно что! — Укитаке-сан тепло улыбнулся. — Мне было интересно, откуда ты узнала о моих посещениях Угендо.       Смущенная, она легонько почесала нос:       — Она очень уважала вас и, ну, любила говорить о своём времени здесь, когда мы с ней познакомились поближе.       — Я рад слышать, что в будущем у меня будет такой хороший помощник, — мягко сказал он.       Вскоре они добрались до отряда, Укитаке-сан привёл её в главное здание, показал свой кабинет и казармы остальных офицеров.       — И это кабинет и личные комнаты фукутайчо, — сказал Укитаке-сан, распахнув сёдзи рядом со своими собственными помещениями. — Всё, что тебе может понадобиться на первое время, здесь есть, а остальное мы можем обсудить завтра.       Ичиго низко поклонилась, чувствуя себя настолько уставшей, что смогла бы уснуть и на ледяных камнях:       — Спасибо. За сегодня, и вообще за всё.       Он положил тёплую руку на ей голову, слегка потрепав волосы:       — Спокойной ночи, Ичиго.

***

      ... поприветствуйте Куросаки-фукутайчо.       Ичиго стояла, чувствуя себя довольно неловко под взглядами членов Тринадцатого отряда. Большинство из них вежливо поклонились, но были и те, кто одаривали нового, неизвестно откуда взявшегося лейтенанта скептическими взглядами.       Учитывая, что у неё не было ни истории, ни каких-либо знакомых, Укитаке-сан решил назвать её другом его семьи, которая только вернулась с тайного задания.       Ичиго слегка поклонилась, решив начать оправдывать доверие Укитаке-сана — шеврон лейтенанта непривычной тяжестью ощущался на её руке:       — Благодарю за гостеприимство.       — Поскольку Куросаки-фукутайчо только привыкает к своим новым обязанностям, пожалуйста, продолжайте работу в Джусанбантай как обычно. При возникновении неотложных вопросов приходите ко мне в кабинет, — закончил Укитаке-тайчо.       Уволенные шинигами медленно расходились по своим собственным делам.       — Пойдём, Ичиго, — поманил её Укитаке.       Следующие шесть часов стали вихрем изучения задач отряда, миссий, тренировок, обязанностей каждого офицера, имён этих самых офицеров и попыток разобраться в горе документов, возвышающихся на столе Укитаке-тайчо.       К заходу солнца новое место обитания Ичиго в кабинете лейтенанта превратилось в настоящий хаос.       Во время летних каникул Ичиго часто помогала Ишшину с семейной клиникой, изучая и бизнес, и медицину разом, но управление небольшой больницей казалось детским лепетом по сравнению со всеми её обязанностями в отряде.       — Всё ещё здесь?       Ичиго оторвалась от своих документов, чтобы увидеть, как Укитаке-сан улыбается ей, стоя в дверном проёме с большим подносом еды в руках.       Она чуть не разрыдалась, увидев его:       — В следующий раз отправьте меня в Уэко Мундо!       Укитаке кивнул:       — Прости, я знаю, что с непривычки это очень тяжело.       Он отодвинул стопку бумаг и поставил поднос на стол. Ичиго благодарно склонила голову, прежде чем жадно наброситься на еду.       — Я не представляю, как вы в одиночку справлялись в этим, — сказала она, жуя.       — Ешь медленно, — упрекнул Укитаке-сан. — Джусанбантай всегда набирал ответственных офицеров, а кризисов не было уже многие годы.       — Думаю, это хорошо, — осторожно сказала она. — Если честно, я вообще мало что знала об Обществе Душ.       — Ты из Мира Живых, — сказал он. — Путаться в нашей организации для тебя абсолютно нормально.       В дверь тихо постучали, и Ичиго подняла взгляд с тарелки, чтобы увидеть Кёраку-сана, с озорной улыбкой прислонившегося к стене.       — Ну и ну, отрадно видеть, как мои любимые Джуширо и Ичиго-тян так хорошо сработались.       Укитаке-сан бросил на него мягкий, но не впечатлённый взгляд:       — Ты уже закончил со своими делами?       Кёраку замахал рукой, подходя к столу:       — Конечно нет, я делегировал их своему третьему офицеру.       — Я так и думал, — протянул Укитаке-тайчо с маленькой раздражённой улыбкой.       — Что привело вас сюда? — спросила Ичиго, отправив в рот ещё одну порцию риса.       — Ты не рада мне? — спросил Кёраку-сан насмешливо, прижав руку к груди. — А я-то думал, что ты захочешь немного размяться.       Ичиго застыла, глаза взволнованно расширились от предложения:       — Вы предлагаете тренировочный бой?       — Просто чтобы иметь представление о твоих способностях, Ичиго, нет поводов для беспокойства, — обнадёживающе сказал Укитаке-сан. — Фукутайчо иногда сталкиваются с опасными для жизни миссиями, и мы хотели бы, чтобы ты была жива и здорова.       — Конечно! — скзала Ичиго с излишней поспешностью, предвкушающе ухмыляясь. — Я всегда рада подраться.       — Я говорил, что она будет в восторге, — сказал Кёраку, самодовольно глядя на Укитаке.       Она рассмеялась, немного смущенная.       — Сначала поешь, пойдем после, — закончил Укитаке-сан.       Подчиняясь своему новому командиру, Ичиго смела оставшуюся еду, не тратя времени на то, чтобы толком всё прожевать и насладиться чаем.       — Я уверен, что ты уже освоила шикай, — сказал Кёраку-сан, всматриваясь в Зангетсу рядом с ней.       Она кивнула:       — Я постоянно держу занпакто в высвобожденном состоянии, то, что вы видите — это и есть шикай. Мне говорили, что это из-за моего плохого контроля рейацу, но мне самой кажется, что моему занпакто просто нравится эта форма.       — Необычно, но ничего ранее неслыханного в этом нет, — сказал Укитаке-тайчо.       —Я достигла ещё и банкай, — застенчиво добавила она, потирая затылок. — Хотя его истинную форму изучила совсем недавно.       Оба мужчины казались удивлёнными этим, хотя Укитаке-сан чуть больше.       — Ичиго, когда именно ты стала шинигами? — серьёзно спросил он. — Ты родилась и выросла в Мире Живых и росла как человек, правильно?       — Верно, — ответила она, мысленно считая годы. — Я пробудила свои силы в пятнадцать, а в следующем месяце мне исполнится восемнадцать.       — Ты практически ребёнок, — сказал Кёраку-сан в шоке. — И через три года получить банкай...       Ичиго немного сжалась, задаваясь вопросом, стоит ли ей пояснять:       — Ну... На самом деле я научилась высвобождать банкай за три дня с помощью нестандартного метода.       Её заявление породило мёртвую тишину.       — И что именно это был за метод? — наконец спросил Укитаке-сан, сидя с приоткрытым ртом.       — Ух, я не знаю, как много могу сказать об этом, потому что человека, который изобрёл его, может ещё даже нет, — пробормотала она, скривившись.       — И эта техника трёхдневного изучения банкай является нормой в пятисотлетнем будущем? — спросил Кёраку-сан с поражённым выражением лица.       Она покачала головой:       — В тот раз были исключительные обстоятельства. Если я правильно помню, этот метод использовали только я и шинигами, создавший его.       — Воистину увлекательно, — пробормотал Кёраку-сан. — Думаю, нам с самого начала не стоило о тебе беспокоиться, да?       — Всё не так! — Ичиго замахала руками, слегка взволнованная. — Я очень ценю вашу заботу.       — Генрюсай-сенсей недавно ввёл правило, запрещающее высвобождать наши занпакто в Сейрейтей, так что нам придется немного прогуляться, Ичиго, — пояснил Укитаке-сан. — Как твой хохо?       Она приподняла бровь:       — Проходимый?       Кёраку-сан усмехнулся, вставая на ноги:       — И почему-то мне кажется, что он гораздо более, чем проходимый.       Ичиго тоже поднялась и чуть размяла ноги с улыбкой:       — Возможно.

***

      Они прибыли на большую открытую поляну между двух гор, спрятанную за небольшим районом в Западном Руконгай, и Ичиго почти с жадностью вдохнула потрясающий свежий воздух.       — Хорошее местечко, да? — Кёраку-сан понимающе улыбнулся.       — В сотню раз лучше, чем сидеть за столом, — ответила она.       — У меня остался ещё один вопрос, прежде чем мы начнём, — сказал он, смотря на неё с противоположного конца поляны. — Ты раньше сражалась с кем-либо из нас?       Ичиго удивлённо моргнула, а затем повернулась, чтобы посмотреть на Укитаке, стоящего в стороне и явно не собирающегося вмешиваться.       — Я на самом деле даже никогда не видела ваших занпакто, — сказала она после секундных раздумий.       Когда она сражалась с Бьякуей на холме Сокьёку, они противостояли Ямамото вне поля её зрения. Во время вторжения Айзена в фальшивую Каракуру она застряла в Уэко Мундо. Она на большом расстоянии почувствовала, как Кёраку-сотайчо высвобождал свой банкай во время войны с Квинси, но понятия не имела, каким именно он был.       Кёраку улыбнулся её ответу, рука покоилась на рукояти одного из мечей:       — Чудно. Всегда веселее, когда ни один из противников не знает козырей в рукавах другого.       Ичиго потянулась рукой за спину, готовая.       — Начнём, Ичиго-тян!       Бой начался в столкновении стали и рейацу, и Ичиго быстро ускользнула от двух мечей, используя более широкий и длинный клинок Зангецу, чтобы парировать двойные атаки им одним.       Удары Кёраку были тяжёлыми и прямыми, его занджуцу казалось Ичиго почти непроницаемым. Было очевидно, что его владение двумя клинками было преимуществом, особенно против противника с единственным мечом.       Они продолжали обмениваться ударами, не обходя защиту друг друга, но пока отказываясь выводить борьбу на следующий уровень.       Внезапный финт слева застал Ичиго врасплох, и, зная, что не сможет парировать каждый из двух ударов, она схватилась за рукоять Зангетсу двумя руками и потянула.       Её меч разделился на две части, возвращаясь к своей настоящей форме, чтобы заблокировать удар Кёраку с обеих сторон.       Он тихо задохнулся при виде нового открытия, отступая от ставшего напряжённее боя шунпо.       — Так ты владелец парных клинков, Ичиго-тян? — сказал он со всё больше растущей на его лице широкой улыбкой.       Она игриво пожала плечами:       — Я всё ещё новичок в этом, так что, надеюсь, вы немного мне поддадитесь.       Кёраку-сан зашёлся глубоким смехом:       — Ни в коем случае!       — Потрясающе! — сказал Укитаке-сан со стороны, восхищённо сведя руки перед собой. — До сих пор мы с Шунсуем были единственными владельцами парных занпакто.       — Ну, я бы не назвала их парой, скорее неохотными партнёрами, — пошутила она, указывая на их разницу в размере и форме.       Кёраку-сан изменил стойку.       — Давай потанцуем, Ичиго-тян.       Она шагнула ему навстречу, фокусируясь, и сосредоточилась на каждом движении Кёраку, пока из клинки встречались раз за разом. Скорость его шунпо удвоилась, и Ичиго подстроила свою, не желая отдавать ему право задавать темп боя.       — Проходимый хохо, такая ложь, Ичиго-тян, — упрекнул он.       Она рассмеялась:       — Я научилась не быть высокомерной.       Ичиго нанесла мощный и стремительный удар, задев руку Кёраку, стоило ему открыться.       — Страшно, очень страшно, — пробормотал он, глядя на свой обрезанный рукав.       — Вы не собираетесь высвобождать свой шикай? — спросила она с искренним любопытством.       Его улыбка чуть поблекла:       — Боюсь, мой шикай немного темпераментный, и он не слишком подходит для демонстраций, но я больше заинтересован в твоём, Ичиго-тян. Изменение формы — это ведь ещё не всё?       Она отступила на несколько шагов, собирая рейацу на острие своих клинков.       — Ну... просто будьте острожны, — серьёзно предупредила она.       Кёраку согласно промычал.       Подняв короткий меч, она резко рассекла пространство перед собой:       — Гетсуга Теншоу.       Огромный взрыв золота заполнил поляну, и у Ичиго была доля секунды, чтобы почувствовать поглощение рейацу, прежде чем поток теперь синего света устремился обратно в неё, заставив уклониться.       Когда пыль осела, она поняла, что что-то не так, и, одним шагом переместившись вперёд, увидела стоящего перед Кёраку в обороне Укитаке, парные мечи которого были опущены и издавали шипящий звук, дымясь. От левого плеча до талии виднелся длинный порез, и Ичиго сразу же соединила Зангетсу, сливая его обратно в единый клинок, и подбежала ближе.       — Укитаке-тайчо! — Заголосила она в тревоге.       — Джуширо, идиот! — Кёраку-сан выругался позади него, выглядя в основном целым, за исключением повреждённых рук. — Что ты сделал?       — Я видел, что происходит, в то время как ты продолжал валять дурака, — сделал выговор Укитаке-сан, запечатав свой занпакто. — Ичиго предупредила тебя.       Кровь из его раны продолжала заливать белую форму, заставив Ичиго запаниковать:       — Вы... вы в порядке? Прошу меня простить...       Полная мощность её Гетсуги Теншоу смогла почти полностью уничтожить Яхве, и, хотя в своём шикай Ичиго серьёзно сдерживалась, она забыла, что Кёраку и Укитаке не доставало ещё пятисот лет боевого опыта и наращивания сил.       — Всё в порядке, Ичиго, — сказал Укитаке-сан спокойно, совершенно не выглядя так, словно ему больно. — В этом нет твоей вины. Это чудесная способность.       — И всё равно нам нужно осмотреть и исцелить вас! — протестовала она, про себя задаваясь вопросом, сможет ли Рукия прорвать пространство и время, чтобы добраться до неё, если узнает, что Ичиго навредила Укитаке-тайчо.       — Не делай такое лицо, — успокаивающе сказал он. — Это даже не царапина.       Кёраку-сан вздохнул, запечатав свои собственные мечи, и стащил с плеч хаори.       — Зажми, — серьёзно сказал он, вкладывая ткань в руки Укитаке.       Тот не высказал ни единой жалобы, и даже не изменился в лице пока они возвращались в Сейрейтей почти в полной тишине.       — Ичиго, всё в порядке, — снова сказал Укитаке-сан, оглянувшись на неё, когда они вошли в Сейрейтей. — Я отправлюсь с Шунсуем в Йонбантай, так что не могла бы подождать меня в нашем отряде.       — Но... — нахмурилась она, не желая так просто оставлять его.       — Не переживай, Ичиго-тян, — небрежно махнул рукой Кёраку, но она видела напряжение в его взгляде. — Я позабочусь о нём и верну в лучшем виде. В любом случае, это результат моей неосмотрительности.       Не имея возможности продолжить спор, Ичиго только кивнула и осталась стоять на месте, глядя, как двое капитанов направляются в сторону Четвёртого отряда.       Она наблюдала, как они покидают поле её зрения, понимая, что просто не сможет спокойно сидеть на одном месте в своём кабинете.       Ичиго решила терпеливо дожидаться их возвращения.

***

      Как только они отошли от Ичиго на достаточное расстояние, Джуширо ощутил, как сжимается его грудь, и закашлялся кровью.       Зачем, идиот, — зашипел Шунсуй, беря его под руку, чтобы помочь удержаться на ногах. — Мог просто оставить это мне, не убился бы.       — Ты не воспринимал её всерьёз, — покачал он головой.       Шунсуй мрачно нахмурился:       — И твой занпакто не высвободился вовремя, чтобы поглотить её атаку полностью.       — Нет, я успел, — поправил Джуширо, тихо вздохнув. — Согьё но Котовари просто не смогли усвоить этот удар целиком.       Он почувствовал, как атака Ичиго в доли секунды перегрузила его способность, а всё остальное, то, что он не смог поглотить, накрыло его с головой.       Джуширо удалось перенаправить девяносто процентов энергии, и он был шокирован тем, насколько сильны были оставшиеся десять.       Если бы Шунсуй был поражён в полную силу, он не был уверен, что от того осталось бы что-то, чтобы вылечить или восстановить.       — Я недооценил её, — наконец признался Шунсуй, отводя взгляд. — Прошло много времени с тех пор, как мы встречали кого-то настолько сильного, и у меня просто в голове не укладывается, что она тренировалась всего три года.       — Знаю, — тихо согласился Джуширо. — Она уклонилась от моего отражённого удара без единой царапины.       — Что-о? — надулся Шунсуй обиженно. — Тогда она намного, намного быстрее чем говорила.       — На войне люди вынуждены расти быстро, — пробормотал он. — Эта мощь — свидетельство всего, что она пережила.       — Думаю, Ичиго — это не просто безликая мощь, — заметил Шунсуй.       Она сильна сама по себе, не сказал он.       Даже после того, как он увидел бой, у Джуширо было только общее представление о том, как оценить её способности, и они, конечно, не были на уровне фукутайчо.       Они еще даже не видели её банкай.       — Интересно, сколько таких шинигами, как Ичиго, будет в будущем, — сказал он с улыбкой. — По крайней мере, это даёт мне надежду.       — Эй, не говори так, словно не увидишь этого своими глазами, — мягко упрекнул Шунсуй. — Ичиго-тян знает нас, так что можно с уверенностью сказать, что мы будем такими же старыми пылесборниками, как Яма-джи.       Джуширо усмехнулся, представив это, а затем поморщился, когда излишние движения усугубили его травму.       — Ты прав, — слабо сказал он. — Приятное утешение на следующие пятьсот лет.       — И теперь тебе не нужно чувствовать вину за то, что ты сваливаешь на неё свою работу.       — Шунсуй!