Первые впечатления

Если Техно был честен с самим собой, он действительно не ожидал, что будет латать истекающего кровью ребенка в четверг вечером, и он действительно хотел, чтобы у него было объяснение получше, чем "это просто случилось". Гибрид пиглина мирно жил в своем маленьком коттедже на окраине города (на самом деле он не был большим поклонником столицы, но там жил его лучший друг, поэтому он построил свой дом достаточно близко к ней), работал на своих полях и иногда подрабатывал кузнечным делом тут и там. Во время одной из своих поездок в город по торговле он заметил мальчика не старше двенадцати, маленького гибрида енота, если уши и хвост о чем-то говорили. Он был весь в грязи, пытаясь стащить одно из яблок с прилавка. Владелец прилавка заметил это и пригрозил ребенку кинжалом, заставив его убежать. Техно по сей день не знает, что заставило его сделать то, что он сделал, но он купил мешок яблок и пошел искать мальчика. Он вспомнил, как нашел ребенка в каком-то переулке, мальчик был явно одет не по холоду, шипел и рычал, как только увидел Техно, но удивленно затих, когда розововолосый мужчина бросил ему пакет с яблоками и ушел, не сказав ни слова. Техно думал, что это будет последний раз, когда он увидит ребенка-енота, но примерно неделю спустя он увидел мальчика, стоящего перед витриной пекарни и рассматривающего выпечку за витриной. Гибрид пиглина зашел в магазин, купил себе хлеба и пирожных с клубничной начинкой. Сначала парень посмотрел на него со злостью (и, вероятно, ревностью, потому что, по его мнению, Техно только что купил то, о чем он мог только мечтать), но когда ему в руки положили десерт, он просто уставился на него широко раскрытыми глазами, прежде чем убежать. После этого он несколько раз видел ребенка, который обычно бродил по городу, иногда прихватывая пару вещей, и он не мог не почувствовать необходимость хотя бы присматривать за маленьким мальчиком, бегающим зимой в рубашке с короткими рукавами. И теперь, еще неделю спустя, он стал свидетелем того, как ребенка избили какие-то головорезы, кричавшие о воре, и он не собирался просто пройти мимо этого, ни за что на свете. Он бросился к ним, ускорив шаг, когда услышал крик ребенка на земле, сердце выпрыгивало из груди, когда он увидел окровавленный нож в руках одного из парней. Он мало что помнил из самого боя, но он помнил, как осторожно взял ребенка на руки и понес его к своему коттеджу. Люди в городе довольно сильно боялись Техно, вероятно, потому, что он был довольно энергичным и ходил с мечом, пристегнутым к поясу, но кого это волнует. Никто не беспокоил его во время прогулки, поэтому он не жаловался. Ребенок у него на руках был едва в сознании, неглубоко дышал, весь в синяках и порезах. Больше всего сейчас Техно беспокоило очень тревожная колотая рана на животе, прикрытая куском плаща Техно, чтобы остановить кровотечение. Он практически пинком распахнул входную дверь и прямиком направился к своему дивану, где осторожно положил мальчика, завернутого в свой плащ, который был гораздо более красным, чем раньше. Он бросился на кухню, к шкафу с зельями, чтобы взять зелья регенерации и здоровья, а также немного бинтов, и вернулся в гостиную. Мальчик-енот лежал почти неподвижно, если бы не медленное поднимание и опускание его груди. Его брови были нахмурены, лицо скривилось от боли, уши прижаты к голове, хвост медленно мотался из стороны в сторону. Когда Техно опустился на колени рядом с диваном, глаза парня едва приоткрылись, из его горла вырвалось тихое рычание. — Полегче, полегче, — прошептал Техно, показывая ему зелье восстановления. — Ты должен выпить это, хорошо? Это поможет тебе справиться с твоими ранами. Мальчик заскулил и попытался отодвинуться, но спинка дивана сделала это невозможным. — Я знаю, ты, маленький комочек шерсти. — Мужчина чуть не рассмеялся, услышав это имя, но, честно говоря, это было первое, что пришло на ум. — Но если ты это не выпьешь, то истечешь кровью, а мне нравится мой диван таким, какой он есть. Мальчик еще немного посмотрел на него, затем кивнул, пытаясь подняться, но заскулил от боли, когда попытался пошевелиться. Техно пошел ему на помощь, и после небольшого рычания малыша ему удалось заставить ребенка сесть прямо, и помог ему выпить зелье. Они оба наблюдали, как раны мальчика медленно заживали, порезы срастались сами собой, и Техно вздохнул с облегчением, когда заметил, что колотая рана медленно заживала, хотя и не исчезала полностью. — Нам придется перевязать рану и завтра снова попробовать с зельями, — пробормотал мужчина, больше себе, чем мальчику, которому пришлось лечь обратно на диван, поскольку процесс регенерации отнял у него слишком много сил. Когда он был уверен, что ребенок больше не умирает, он пошел в ванную за ведром воды и полотенцем, чтобы хотя бы немного прочистить малышу живот. (Он предложит ему настоящую ванну позже, когда тот немного лучше осознает свое окружение.) Только когда он очистил ребенка от большей части крови, вымыл руки, перевязал ребенка и сел за кухонный стол с чашкой кофе в руке, он понял, что только что сделал. Боги, он только что привел случайного уличного мальчишку в свой дом, и почему? Потому что ему было жаль его? Да, город, вероятно, больше не будет воспринимать его как "сильного, страшного воина в отставке" после того, как они увидели, что он носит на руках такого ребенка. Но, честно говоря, ему было все равно. Правда заключалась в том, что в глубине души он точно знал, почему помог ребенку. В детстве он достаточно жил на улице, поэтому знал, как трудно было добыть еду, не говоря уже о какой-либо медицинской помощи. К тому же, мальчик был таким маленьким. Когда Техно нес его, было страшно, насколько он был легким, а впалые щеки не оставляли места для потворства, мальчик умирал с голоду. Боги, ему, вероятно, следовало подумать об этом немного лучше, не так ли? Что ж, теперь слишком поздно. Теперь у него в гостиной есть маленький ребенок-енот, которого нужно выхаживать, он просто сосредоточится на настоящем, а о будущем побеспокоится позже. Все должно получиться хорошо, да? Кроме того, насколько это может быть сложно Первое, что заметил Томми, когда проснулся, было то, насколько тепло. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так комфортно, спать в переулках и лесах было не лучшим вариантом, но на самом деле у него не было выбора. Итак, когда он медленно пришел в сознание, тепло мгновенно стало красным флажком. Его глаза резко открылись, но он старался не слишком двигаться на случай, если кто-то наблюдал за ним в ожидании какого-либо движения. Он осмотрел комнату, заметив, что в данный момент лежит на диване рядом с камином. Высокие книжные полки стояли вдоль стены, а рядом с ними было окно, через которое в комнату лился солнечный свет. Томми никого не видел и не чувствовал запаха, поэтому он попытался выпутаться из странного красного одеяла, под которым он был, но когда он начал садиться, острая боль в боку остановила его и заставила зашипеть. Внезапно все вернулось к нему. Замерз в переулке, пробрался к ларьку, чтобы попытаться украсть немного ткани для одеяла, убежал, был пойман и избит, ублюдок с ножом, у которого его точно не должно было быть, если он собирался зарезать детей в качестве "наказания". После этого он мало что помнил. Томми потряс головой, чтобы прояснить мысли, затем снова попытался сесть, на этот раз медленнее. Когда он более или менее сел прямо, он приподнял свою изодранную рубашку, чтобы увидеть повреждения, но обнаружил только бинты, обмотанные вокруг живота. Ладно, он определенно этого не делал. И это могло означать только то, что кто-то, должно быть, сделал это за него, что на самом деле было не так уж трудно понять, учитывая тот факт, что он находился в каком-то незнакомом доме. Его сердце забилось быстрее при мысли о том, кто мог привести его сюда. Тот факт, что он не узнал комнату, было небольшим утешением, но это не означало, что он не просто нашел себе новое место, в конце концов, у него были деньги. Томми действительно не хотел туда возвращаться. Пожалуйста, он даже предпочитал улицы, только не... Шаги, раздавшиеся за его спиной, заставили его остановиться. Кто-то направлялся к нему. Томми бросился обратно на землю, плотнее завернулся в одеяло и понадеялся, что, кем бы ни был этот человек, они не планировали причинить ему слишком сильную боль. Он почти затаил дыхание, когда услышал, как человек устраивается на полу рядом с диваном, но передумал. Незнакомец что-то промурлыкал, и через некоторое время Томми почувствовал, как с него стягивают одеяло, и отреагировал, не раздумывая. Мальчик мгновенно сел и попятился от человека, прижимаясь спиной к дивану, громко шипя и прижимая уши к голове. Первое, что заметил Томми, это то, что парень перед ним был чертовски огромен. Томми был довольно слаб из-за того, что большую часть времени голодал, поэтому мысленный образ парня, хватающего его, был не очень приятным. Затем он заметил длинные розовые волосы, пронзительные красные глаза, длинные уши и клыки. Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо Это был гребаный гибрид пиглина. Причем огромный! У Томми был некоторый опыт общения с ними, и большинство из них были просто теми, кто видел его "золотые" волосы и мех, и немедленно хватал его и хотел забрать домой, что было бы не так уж плохо, если бы они не относились к нему просто как к объекту. К счастью, большинство из них быстро потеряли интерес, когда поняли, что "золото", которое у них в руках, на самом деле довольно неприятно находиться рядом, и просто выбросили его обратно на улицу. И это было хорошо. Не имело значения, что они хотели Томми только из-за его раскраски и ненавидели человека, которым он был, это ничуть не заставило его чувствовать себя плохо ни капельки. Это было хорошо, его не похитили, так что он был рад этому. Он был, правда. Итак, единственной причиной, по которой этот парень привел его сюда, должно быть, были его волосы (даже если в тот момент они были настолько покрыты грязью, что даже Томми не мог разглядеть их нормальный цвет), так что все, что Томми нужно было сделать, это немного поговорить, и его выпустят. Так было всегда. Но было еще кое-что. Томми действительно узнал этого парня. По крайней мере, немного. Однажды он дал ему несколько яблок, затем купил ему лучшую булочку, которую Томми когда-либо пробовал в своей жизни, и каким-то образом всегда мог заметить его в толпе, когда этот человек приезжал в город. Томми не хотелось думать об этом сейчас. — Полегче, полегче, — прошептал мужчина, поднимая руки вверх, но Томми только зашипел на него еще сильнее. — Здесь ты в безопасности, не волнуйся. — Отвали! — Томми немедленно заорал на него, его хвост хлестал по спине. — Я не хочу, чтобы твои скользкие руки приближались ко мне, ты, уродливый ублюдок! К удивлению Томми, выражение лица парня не изменилось на гнев и отвращение. Вместо этого он просто громко вздохнул и провел рукой по лицу. — Во что я себя втянул, — прошептал он, но Томми все равно услышал его. — Послушай, малыш. — Красные глаза встретились с его голубыми. — Мне нужно проверить повязки и, возможно, дать тебе еще одно зелье, это все, что я хочу сделать прямо сейчас. — Не лги мне, черт возьми, — прорычал он. Он был не настолько глуп, он знал, что никто не станет тратить на него зелья. — Я, блядь, выцарапаю тебе глаза! — Я не лгу, — подчеркнул парень. — Смотри. — Он потянулся за чем-то, затем вытащил блестящее красное зелье. — Это зелье, которое я хочу, чтобы ты выпил. Это регенерация, видишь? — Он показал ему этикетку, как будто Томми умел читать. Мальчик все еще рычал на него, мысленно радуясь, что мужчина постепенно пресыщается им, если усталый вздох о чем-то говорил. — Послушай, ты, чертов комок шерсти, — Томми ощетинился на это прозвище. — Я просто не хочу, чтобы ты умер на моих глазах, мне нет смысла делать что-то, что может причинить тебе боль. Смотри! — Мужчина выпил немного зелья, после чего вытер носик бутылки полотенцем. — Оно не отравлено или что-то в этом роде! Тебе просто нужно выпить немного, чтобы тебе не было больно. Томми несколько раз перевел взгляд с мужчины на бутылку, прежде чем зарычать в последний раз и схватить зелье, выпив большую его часть залпом. Через несколько секунд он почувствовал, как по его телу разливается тепло, рана на боку перестала болеть в течение нескольких минут, за чем последовала волна истощения. — Лучше? — Томми вскинул голову и снова уставился на мужчину, но это было немного менее устрашающе из-за его сонливости. — Хорошо, хорошо. — Мужчина встал, прихватив с собой пустую бутылку. — Сейчас вернусь. Томми снова улегся, снова зарывшись в одеяло. Свиночеловек вскоре вернулся, неся миску с божественным запахом, от которого у Томми заурчало в животе. Вот это был настоящий идиотский поступок - размахивать едой и высмеивать Томми за то, что он, блядь, умирает с голоду. — Вот. — Миску поставили на маленький столик рядом с диваном вместе с кусочком хлеба и ложкой. — Постарайся ничего не пролить на ковер. Томми уставился на мужчину, не понимая, что происходит. Он только что… добровольно дал Томми поесть? Ну, если подумать, он давал Томми еду и раньше, так что это не должно его особо удивлять, верно? Черт возьми, это было слишком запутанно. Мальчик решил встать и поесть. Черт возьми, мужчина еще не сделал попытки причинить ему вред, нужно воспользоваться возможностью, пока он не передумал. Суп оказался даже вкуснее, чем пахло, ароматы таяли на языке. Томми очень старался сохранить еду, но голод был слишком силен, чтобы справиться с ним, поэтому он практически проглотил всю миску. — Ты уже закончил? — Томми замер, услышав голос. Он нарушил какое-то правило? Он не должен был это есть? Это то, из-за чего мужчина его вышвырнул? — Боги, малыш, постарайся в следующий раз притормозить, ладно? Мы не хотим, чтобы ты заболел. Томми просто ошарашенно уставился на него. Он… Будет следующий раз? Как будто вся ситуация была недостаточно запутанной, парень на самом деле был готов тратить больше еды? Погруженный в свои мысли, Томми не заметил, как мужчина приблизился, пока тот не сел рядом с Томми на пол. И просто для ясности, он не вздрогнул и не пискнул, он не кит, большое вам спасибо. — Мы должны проверить повязки, — сказал мужчина, то ли не замечая враждебности Томми, то ли просто игнорируя ее. — И под этим я подразумеваю, что я должен их проверить. Хорошо? Томми действительно не хотел соглашаться, но он знал, что смерть от инфекции была бы довольно неприятной, поэтому он кивнул. Оказалось, что его рана полностью зажила, так что в бинтах больше не было необходимости. — Все твои травмы прошли, — сказал гибрид пиглина, когда Томми снова надел рубашку. — Но я не думаю, что тебе стоит уходить прямо сейчас. Его сердце остановилось. — Что?! — Томми закричал, свирепо глядя на друга. — Я не хочу здесь быть, выпусти меня, свинья! — Я знаю, малыш, я знаю. — Голос мужчины был нежным, что совсем не соответствовало всей его эстетике. — Но ты смотрел за окно? Услышав это, Томми встал, чтобы посмотреть на мир за пределами дома, но вместо того, чтобы увидеть что-то конкретное, он увидел только белое. Везде был снег, никто не смог бы говорить сквозь него, особенно слабые и измученные голодом дети, у которых не было защиты от холода. — Видишь? Там настоящая метель, — продолжил мужчина. — Я не хочу заставлять тебя оставаться, но ты ни за что не переживешь там и дня. — Как бы Томми ни было больно от этого, он не мог не согласиться. — Так что просто оставайся здесь, по крайней мере, пока для тебя не станет безопасно, хорошо? Потом ты можешь делать все, что захочешь. Томми не переставал смотреть в окно, обдумывая предложение. С одной стороны, он на самом деле не знал этого парня. Из всего, что он знал, он мог быть убийцей (зачем ему ухаживать за Томми, помогать только для того, чтобы убить его?), или он мог просто хотеть его из-за волос (он даже не мог видеть настоящий цвет), он не мог просто доверять ему в том, что он делает одно хорошее дело. Но… он помогал Томми и раньше. Он давал ему еду, он помогал Томми, использовал на нем свои зелья и даже предложил ему теплое место для ночлега. На данный момент действительно не было сложного выбора. — Конечно, неважно, — ответил он, оборачиваясь, чтобы посмотреть на розововолосого мужчину. — Но если ты попытаешься выкинуть какую-нибудь странную хрень, я без колебаний тебя укушу. У парня хватило наглости рассмеяться над этим. У него был странный смех, похожий на пыхтение или что-то в этом роде. — Конечно, малыш. Меньшего я и не ожидал. — Прекрати называть меня ребенком! — прорычал он. Томми смотрел на что угодно, только не на мужчину. — Томми. — Техноблейд. — Что это за гребаное имя? — …