Глава 27: Судьбоносная ночь. Знакомство с Игнисом

      Уже наступил март. Одним вечером Кирилл пошёл гулять с Глебом, Катей и Машей. Уже начинало темнеть. Мама отпустила его, пусть и понимала, по рассказам сына, что друзьями этих людей он назвать скоро не сможет. Пытаться сказать ему это не будет пустым звуком, но гораздо лучше будет, когда он сам всё поймёт. Учитывая, что он всё рассказывал ей, Кирилл точно засомневался в них.       И вот, сейчас он гулял со своей подругой и двумя хорошими знакомыми по улице, они шли недалеко от остановки, рядом располагался универмаг. С Глебом они так и не разговаривали. Ни о чём. В отношениях этих четверых начались перемены. Раньше каждый мог свободно общаться с каждым. Сейчас Катя и Маша по-прежнему общаются на хорошей волне. Глеб с ними — тоже. Однако в голове Кирилла всё поменялось. С Глебом он общается по минимуму, с Машей — старается так же. Единственный, с кем у него действительно есть желание продолжать дружить, — это Катя.       По пути они встретили одноклассника. Маша сказала, когда одноклассник прошёл мимо:       — Смотрите, какая сука... Так довольно улыбается. А ведь я вытянула весь класс по оценкам. Это ведь благодаря мне наш класс на втором месте по успеваемости в параллели... Честно скажу, ребят: исключая вас, у нас класс состоит из клоунов.       Кирилла эта фраза задела. Ему и так не нравилась её жизненная позиция, а теперь ещё и это... Да, он практически никак не взаимодействовал с классом. Однако он учился с ними девять лет, а она — три года. Он знает каждого из одноклассников лучше, чем кто-либо из всей этой четвёрки. И если кто и имеет право их осуждать, то только Кирилл.       — Маша... Угомонись. Ты не имеешь права так говорить о них! Ты учишься с ними три года, я — девять! Ты никого из них не знаешь!       — Кирилл, ты чего?       — Ничего, просто... Сдерживай свои мысли.       — Слушай, ты чё из себя умного строишь? Думаешь, ты у нас гений жизни?       — Блин, ты чё считаешь, что ты познала жизнь? Что ты самая умная?       — Учитывая, через какую боль я прошла... Да, я могу так сказать. А вот ты как раз-таки не сильный. И родные твои ни хера не сильные, и Катя даже прошлое не отпустила...       Кирилл остановился. Маша тоже. Катя и Глеб прошли чуть-чуть вперёд, но через пару секунд так же застыли.       — А ты не охренела ли, сволочь? Ты моих родных знаешь? Хоть кого-нибудь? Думаешь, ты вся такая несчастная, пережила неизмеримую боль?! Думаешь, ты одна тут с грустной историей?! Детство Кати напомнить? А то, что я пережил почти год назад? Или как я людей убил? Не показатель, не?       — Нет.       Кирилл пришёл в ярость.       — Как же ты меня бесишь... Как же я хочу тебя у...       Внезапно до Маши дотронулся какой-то мужик, после чего упал на асфальт. Кожа Маши резко стала предельно бледной, можно сказать, чисто белой. Глаза окрасились в красный, одежда превратилась в чёрную мантию, развевающуюся на ветру. Перед Кириллом стояло что-то страшное... Не человек.       — Чё за хрень?..       Стоящее перед ним существо с лёгкостью убило одного прохожего, поцарапав ему шею, из которой мгновенно фонтаном брызнула кровь. Всю эту кровь чудовище собрало в правой руке, ногти на которой неприлично отросли и почернели. Пара секунд, и в руке находился кроваво-красный шар.       — Ты кто?..       — Я демон. Сангвис. Наконец-то, я обрёл молодое, крепкое тело.       — Демон?.. Твою мать! Бегите на хер все, и вы двое тоже!       Катя с Глебом уже давно скрылись. Все стоявшие на улице тоже разбежались.       Кирилл поджёг свои кулаки.       — Маша... Ты одержима, ведь так? Да, точно... Ничего, я убью эту нечисть...       Кирилл огненным облаком полетел на демона и... пролетел сквозь чудище. Внезапно голос, доносившийся откуда-то изнутри, прямо как в тот вечер с отцом, сказал:       — Отдохни... Я помогу...       Кирилла окутал огонь. Он находился в огненном шаре. И языки пламени, из которых этот шар состоял, находились в постоянном движении.       По ощущениям происходящее было очень похоже на тот вечер, когда Кирилл побил отца. Однако сейчас он не терял голову. Он чувствовал чужое присутствие в своём мозгу, но не давал этому внутреннему голосу полный контроль.       — Ты кто такой?       — Моё имя — Игнис.       — И давно ты живёшь у меня в башке?       — Я — демон. Ты впустил меня почти год назад.       — Почти год... Ты огонь?       — Думал, тебе достались просто суперсилы, как твоему папаше?       — Ладно, потом поболтаем об всём этом. Ты можешь победить эту хренотень?       — Сангвиса? Легко.       — Тогда вперёд.       Огненный шар развеялся, языки пламени растворились в воздухе. И теперь на улице стоял не Кирилл с горящими руками. Перед демоном, захватившим Машу, стоял горящий ярко-красным огнём монстр. Голова тоже горела, но огнём обычного цвета. И на ней располагались огромные красные глаза, а рот был усеян десятками чёрных зубов. Из спины торчали огненные крылья.       Красноглазый демон с бледным лицом, Сангвис, заговорил:       — Так вот, что скрывал этот малец... Игнис...       — Ну привет, кровосос!       — Учти: если ты убьёшь меня, девка тоже сдохнет.       — Да иди ты на...       Внезапно Кирилл, у себя в голове, окликнул своего демона:       — Эй! Игнис, да? Она, конечно, та ещё сука... Но убить я её не позволю. Даже если демон останется на свободе.       — Ты издеваешься? А как я его вытащу из девки? Для этого нужен специальный человек. И ты не подходишь на эту роль. Если хочешь решить всё здесь и сейчас, действуем по-моему.       — Нет!       — Он прямо сейчас убивает людей. На твоих глазах одного порешил. Вон, ещё одного проткнул, пока мы болтаем... Думаешь, лучше будет пожертвовать жизнями обычных людей, но подождать, пока найдётся способный изгнать его? Не, я-то не против...       — Я не хочу никого убивать! Если я правильно понимаю, ты влиял на меня, и из-за этого влияния я не боялся отнять жизнь! Но я хочу это остановить!       — Это не совсем так работает. Я объясню всё позже.       — Нет. Сейчас мы полетим домой, и ты мне всё объяснишь.       — Ты же понимаешь, что если мы его отпустим сейчас, то он порешит кучу людей?       — Ты разговариваешь со мной, как будто я какой-то супергерой! Мне жаль других людей, но и на себя не по х*й! Может, это плохо, может, нет. Не знаю. Но причина, по которой мы его не уничтожим, заключается лишь в том, что я не хочу больше отнимать жизнь. Тем более, хорошо знакомого мне человека. Свяжемся с Одиссеем, и потом порешим всё с помощью МДОВа.       — Как хочешь...       Игнис обратился огненным облаком и улетел к дому Кирилла.

***

      Кирилл сидел в квартире. Только что он закончил писать огромное сообщение и наконец отправил его Одиссею.       — Блин, ещё и одежда сгорела, пока там был... Ну а теперь... Расскажи, кто ты и что ты.       — Меня зовут Игнис. Я демон, который вселился в тебя почти год назад. Да, в той капсуле находились не просто суперсилы.       — Демон... Одиссей рассказывал немного о демонах. Как ты вообще оказался у МДОВа?       — Сколько себя помню, я постоянно убивал. Захватывал чужое тело и убивал. Я всегда старался убивать плохих людей. Питался их душами и страхом. Однако души преступников были наполнены негативом. Не все, но большинство. Я являюсь одним большим сгустком ненависти. Эту тёмную энергию я переработал в огонь и стал... Ну вот таким, огненным демоном. Однажды я убил около десятка преступников, которые собирались взорвать какое-то важное здание. Конечно, МДОВ подобное без внимания не оставил. Но когда они пришли, их встретил человек, внутри которого на тот момент сидел я, и трупы бандитов. Зевс тоже там был. Именно он вытащил меня из сосуда и запихнул в капсулу. Кроме меня демонов у них не было, только гонители.       — Гонители?       — Да. Это маленькие существа, питающиеся жизненной энергией в очень малых количествах. Они не обладают разумом и сознанием. Фактически тупо сгусток суперсил. У твоего отца как раз какой-то гонитель внутри. Но это не страшно, в таком виде они не причинят носителю вреда, если у него сильная воля.       — Ясно... Так почему ты убивал людей моими руками?       — Потому что я привык это делать. Мне нравится это делать.       — Молодец, конечно, но ты не думал, что я испытываю от осознания того, что убил человека?       — Не думал.       — Но, согласись, от убийства Маши я бы точно сильно и долго охреневал.       — Похоже, что так.       — И вообще я больше никого не хочу убивать. Да и ты странный. Вроде демон, душами и страхом питаешься, а убиваешь избирательно.       — Ну... Демоны жрут души, чтобы стать сильнее. Я — почти сильнейший демон. Мне больше необязательно это делать. Но убийство стало для меня чем-то обеденным. И даже каким-то развлечением.       — О как... Почему до этого никак не пытался со мной заговорить?       — Да фиг его знает. У тебя то друзья, то подготовка к экзаменам, то спасение мира...       — Ну, ты моё тело не жрёшь там изнутри?       — Ты чё, упал? На хер мне это надо?..       — Ну вот. С убийствами порешили. Никого больше не убьём.       — Ну ладно, как знаешь...       — Ждём ответ от Одиссея.