3. Пробуждение

— Идём. Нечего на полу рассиживаться. — Кензяку выпрямился и направился в сторону выхода со станции метро. Девушка поднялась за ним следом и с опаской осмотрелась по сторонам. Кроме застывших живых людей, распростертых тел и тел, измененных Махито, никого поблизости не было. Убитые не вызвали у Юко никаких эмоций сочувствия. Она давно уже разочаровалась в людях. Хотя сама совсем недавно была ни чем лучше их. Придя к такому выводу, девушка тяжело вздохнула: "Видимо, год, что я провела с проклятиями уже начинает сказывался на моёй реакции на текущие события". А сама в слух спросила, чтобы развеять гнетущую тишину: — Его здесь, правда, нет? Всё получилось? Кензяку изучающе посмотрел на Юко из-за плеча: — Если ты о Сатору Годжо, то и да, и нет. — Он сложил пальцы в кулак, отогнув большой, и указал себе за спину. На плитах платформы лежал куб с голубыми глазами и иногда подрагивал. — Этот упрямец ещё пытается сопротивляться. Хах! Хотя ему всё равно уже не выбраться. Маг, которого все раньше знали под именем Сугуро Гето, развел руками. А девушке решительно расхотелось приближаться к артефакту, чувствуя исходящую от неё опасность. Однако делать было нечего и она попыталась сохранить хотя бы внешнее спокойствие, натянуто улыбнувшись в ответ: — Ясненько. Пройдя всего пару метров, она остановилась напротив углубления в стене. Большая и грубая вмятина ей о многом говорила. В ушах зазвенел полный обреченности голос Джого: — Ханами… Ей стало грустно и тоскливо. После того дня, как её силы были запечатаны, (даже не смотря на то, что её родители тоже называли себя проклинателями) ей стало казаться, что все эти разговоры про магию и проклятия — это всё лишь детские сказки, чтобы пугать детей. Но сегодняшний вечер показал ей, что сказки кончились и вот она — суровая взрослая реальность магического мира. Шаманы и маги правда ненавидят проклятия. Чего только стоил злобный, полный надменности оскал Сатору Годжо, когда он осознал своё превосходство над Ханами. Юко оказалась на платформе М-5 ещё до того, как опустились барьеры. И она прекрасно видела весь бой сильнейшего мага современности, и это было поистине жутко. Как против такого сражаться? — Вы ведь хорошо ладили с Ханами? — Кензяку отвлек девушку от собственных мыслей. — Не то, чтобы… Я даже ни разу её не видела. — Давать сейчас слабину чувствам было некстати. Она попыталась придать голосу равнодушный оттенок и увести разговор в другую сторону. — Да и сейчас пока не уверена, что могу видеть проклятия. Такое чувство, что ещё не все печати удалось сломать. — Вот как? Хм… А это можно сейчас проверить. Из его тени вышло нечто и направилось в сторону девушки. Проклятие чем-то отдаленным напоминало худощавого человека, передвигающегося на четвереньках. Красного цвета кожа, рожки на голове по бокам, а сам был размером с капибару. Передние и задние конечности у этого создания были выгнуты в обратную сторону, как у кузнечика. Юко немного растерялась, рассматривая необычное существо. Теперь она точно поняла, что могла их видеть. Она теперь правда была частью магического мира. Проклятие зарычало в её сторону, широко открывая пасть с длинным раздвоенным языком. — Правда омерзительные создания? — с ехидцей спросил Кензяку. Но его усмешка тут же слетела, когда она с серьезным видом присела на корточки, внимательно разглядывая проклятие. — Существо непривычное на вид. Но почему-то не вызывает страха или отвращения. Юко чувствовала его запах проклятой энергии. Так пахла трава после дождя. Это вызвало в ней странные эмоции: запах никак не вязался с внешним видом проклятия. Девушка медленно протянула к нему руку, сама не до конца понимая, что она делает. Тот в ответ ещё более презрительно зашипел, постоянно оглядываясь по сторонам. — Тебе тоже неприятно здесь быть? — Обратилась она к проклятию. Существо остановилось и настороженно принюхалось к протянутой руке. Гето хмыкнул: — Юко, будь осторожна, он же может и руку откуси... А, вот оно как... Проклятие, обнюхав девушку, перестал шипеть и без раздумий запрыгнул по вытянутой руке на её плечи. — Не бойся, его уже тут нет, успокойся. Всё хорошо. - Юко нежно улыбнулась и погладила проклятие по голове между рожек. Ей даже показалось, что она успокаивает не только его, но и себя. Её голос звучал так нежно и ласково, как будто она обращалась к маленькому ребенку. Проклятие притихло и перестало озираться по сторонам. А потом и вовсе стало издавать звуки, похожие на урчание старого ржавого двигателя. В этот момент куб снова затрясся. Проглятие сильнее прежнего зашипело, резко спрыгнуло с плеч девушки и быстро нырнуло обратно в тень шамана. — В чем дело? — Теперь Кензяку был озадачен. Юко медленно поднялась: — Здесь всё ещё стоит сильный запах проклятой энергии Шестиглазого… Особенно после расширения территории. И от Тюремного царства, кстати, тоже. А вы выпустили слабое проклятие в таком месте. Естественно, что он напугался. — И нехотя добавила. — Вам бы лучше забрать этот артефак обратно. — Забавно. Я был уверен, что это ты испугаешься первой, увидев даже такое простенькое проклятие. — Кензяку уселся на ступеньки лестницы и потер подбородок. — Может это твоя проклятая техника — понимать проклятия? Юко удивленно наклонила голову на бок, обходя на почтительном расстоянии глазастый кубик: — Разве не все шаманы это умеют? Проклятия ведь состоят из проклятой энергии, которую используют все шаманы и маги. Мужчина звонко рассмеялся: — Нет, что ты. Зачем кому-то нужно это бессмысленное занятие? Юко не нашлось, что ответить, лишь промолчала, опустив голову. Кензяку тоже счел это за ответ: — Ну, не переживай, у тебя ещё будет немного времени понять себя и разобраться с проклятой техникой. Кстати, — он обвел взглядом платформу, — мне казалось тут было как-то более грязновато… — М? О чём вы? — Да так… В этот момент прокатилась мощная волна энергии. Ноги девушки подкосились, и она чудом успела выставить перед собой руки, чтобы не удариться лицом об края ступенек. — Оу! Присаживайся, шоу начинается. — В предвкушении заметил Гето. — Ч-что это было? — Сукуна пробудился.