Необитаемый остров

«Нужно зайти в магазин, купить рис для онигири», – внезапно вспомнил Гию, застыв посреди улицы. Его рабочий день подошёл к концу, но он всё также не расставался с формой учителя физкультуры, оставил только устрашающий нарушителей порядка бамбуковый меч и свисток. Голова была заполнена лишь мыслями о том, что приготовить на ужин, но иногда в воспоминаниях мелькали забавные моменты, связанные с коллегами и учениками. Завтра выходной день, можно будет наведаться в пекарню семьи Камадо – разнообразие в еде точно не помешает. «Но сначала рис», – сам себе напомнил Томиока, сделав решительные шаги в сторону ближайшего магазина. Он не заметил подъезжающую к нему чёрную иномарку, пока машина не остановилась у бордюра. Не успел Гию обернуться, как услышал знакомый властный тон: «Кокушибо, останови здесь. Дальше я пойду сама», негромкий хлопок двери и стук каблуков. Томиока попытался держать лицо, но всё равно удивился. В метре от него стояла красивая женщина с заплетёнными в пучок волосами и в дорогом костюме цвета слоновой кости – политик из семьи Кибутсуджи, которая не давала покоя их частной академии после стычки с Убуяшики. А после одного случая в баре, Музан не давала покоя и ему. – В магазин собрался? – как всегда, начала она без приветствий, равнодушно пройдя мимо. Нос Гию защекотал аромат её дорогих духов. – Пошли. Я как раз проголодалась. – Музан-сама, вы уверены, что я могу оставить вас? – с волнением уточнил подчинённый – широкоплечий мужчина с длинными волосами, завязанными в хвост, в чёрном костюме и такого же цвета солнцезащитных очках. По совместительству он иногда являлся и её телохранителем. – Кокушибо, твой рабочий день окончен. – Вас понял. Одного строго взгляда госпожи было достаточно для понимания ситуации: она хотела уединения. Молча кивнув, водитель поднял тонированное стекло и уехал. Гию и раньше такое видел – работники Кибутсуджи беспрекословно подчинялись каждому её слову, словно слуги. У Музан было очень переменчивое настроение: когда ей никого не хотелось видеть, с ней лучше было не спорить. Такое состояние посещало её довольно часто – в основном это случалось вечером, под конец рабочего дня. Вымотанная шумной суетой вокруг, ночью политик хотела только покоя, в том числе от своих подчинённых. Глядя на удаляющийся женский силуэт в персиковом свете закатного солнца, Томиока мельком вспомнил вечер, который раз и навсегда изменил их с Кибутсуджи отношения: когда, недовольная заключением мира с Убуяшики, она психанула и пьяная танцевала на столе. Устав от всех, Музан случайно обратила свой взгляд на него – абсолютно равнодушного к ситуации, схватила за руку и внезапно сделала своим сопровождающим. С тех пор она часто появлялась перед ним, когда хотела, и практически поселилась в его обители. – Ты идёшь? «Риса теперь придётся купить побольше», – подумал Гию, с неким смирением последовав за амбициозной дамочкой. Непонятно было, зачем она звала его в магазин, если сама не умела готовить. – Хочу рис с карри. Что для этого нужно купить? – Продукты. – Ты приготовишь? – Музан его шутку не оценила. – Я плохо готовлю. – Тогда закажем доставку, – женщина решительно достала телефон. Они стояли у полок с овощами. Гию украдкой поглядывал в сторону картофеля. Может всё-таки попробовать сделать карри? – Мне больше нравится домашняя еда. – Почему? – Не знаю. С детства так. – Ты с детства себе готовил? – Сестра готовила, пока мама с отцом были на работе. – И где она сейчас? – Замуж вышла. Они разговаривали абсолютно непринуждённо, словно незнакомцы, что видели друг друга впервые, хотя их уже как полгода связывали странные отношения. Пока Кибутсуджи искала подходящую доставку и листала меню, он успел наполнить тележку всем необходимым для карри. Закончив со сбором ингредиентов, Гию молча поехал дальше, не заметив хитрый взгляд сливовых глаз и то, как тонкий пальчик с лавандовым маникюром нажал кнопку отмены заказа. Музан и не сомневалась, что победа будет за ней. Томиока поехал в поисках свежей рыбы, а она набрала побольше сладостей: печенье, мороженое, конфеты. Встретившись с ним позже и бросив всё найденное в тележку, опережая очередную шутку, на его вопросительный взгляд Музан горделиво положила руку на талию и ответила только одно: «Не слипнется». «Хорошо, что алкоголь не взяла – ей с этим перебарщивать точно не стоит», – снова мельком вспомнив моменты из прошлого, Гию без лишних слов поехал к кассе. Пока он раскладывал товар по ленте, Музан заплатила своей картой и даже раскрыла для него пакеты. «И правда проголодалась – торопится», – размышлял Томиока, укладывая продукты под её пристальным взглядом – нести всё придётся, конечно же, ему. Забрав свои покупки, они вместе вышли из магазина и молча направились к домой. Точнее, Гию пошёл в свою маленькую однокомнатную квартиру, а Музан увязалась за ним следом, как нежданная гостья. Такой она стала для него полгода назад, когда прилично выпила саке, отмахнулась от своих подчинённых и задержала на нём взгляд – фактически сделала своей жертвой. Именно так о себе тогда подумал Гию, шокированный поведением незнакомой женщины. Она просто схватила и потащила его за собой! – Что вы делаете? – Сбегаю, – пьяно хмыкнула политик. На каблуках она стояла уверенно. Её состояние выдавали лишь пунцовые щёчки и стёртая алая помада на губах. Гию едва не отшатнулся, когда женщина прижалась к его руке своей большой грудью, щекоча кожу локонами пышных вьющихся волос, выбившихся из причёски. – Где ты живёшь? Поехали к тебе. – Вы со мной никуда не поедете! – воспротивился Томиока, показав столь редкий для него характер. Его редко можно было выбить из колеи, но Кибутсуджи удалось сделать это практически мгновенно. – Кокушибо, заводи машину. Я поеду к этому парню. – Музан-сама, вы уверены? Я могу отвезти вас домой. – И что мне там делать? – фыркнула женщина. – Не хочу туда. Хочу в гости к... Как тебя зовут? – Советую вам не оказывать сопротивление и сохранять спокойствие, – быстро разъяснил телохранитель потерявшему дар речи Гию. Словно такие причуды его «госпожи» были нормой. «Как я могу сохранять спокойствие, чёрт побери?! Я её даже не знаю, а она хочет поехать ко мне домой!» – Ваше имя. – Что?! – Музан-сама спросила ваше имя. И мне нужно узнать адрес, куда ехать. «Сумасшедшие!» – внутри Гию бушевала настоящая буря негодования. – Отпустите меня! – он попытался высвободить руку из цепких женских пальчиков, но за это, словно кошка, она выпустила свои коготки и впилась в него лавандовыми ногтями. Жуткие сливовые глаза, что в свете ночных огней, казалось, блеснули алым, смотрели ему в самую душу. И плевать, что она была пьяная – держала его крепко; не вырваться. Тон её голоса был холодным, подчиняющим: – Я не люблю повторять дважды. Называй адрес. Полгода назад Гию удивлялся поведению наглой незнакомки, но теперь почти привык видеть её у себя дома. Как только они зашли в квартиру, Музан сбросила с себя образ грозной чиновницы – распустила волосы и расслабленно сняла туфли с уставших ног. Избавившись от блузки, женщина почти по-хозяйски прошла к шкафу и вытащила оттуда его домашнюю футболку, что своей длинной едва прикрывала бёдра. Наблюдая за ней, Томиока отчётливо вспомнил их первую «совместную» ночь, когда Кибутсуджи также уверенно оккупировала его кровать. Вспомнил, как краска прилила к лицу, когда она легла набок, от чего задралась её юбка, и как дрожащей рукой укрывал её одеялом, а другой закрывал себе глаза. Сейчас же вид оголённых женских трусиков нисколько его не смущал. Он невозмутимо прошёл мимо чиновницы, пока она переодевалась у шкафа, чтобы пройти к столу и разложить продукты. В тишине они оба занимались каждый своим делом: Музан пошла снимать макияж в ванную комнату, где уже давно были расставлены её косметика и банные принадлежности, а Гию снял с себя спортивную куртку и начал готовить. Стоя спиной, он не заметил, как одежда исчезла со спинки дивана и была возвращена в шкаф, на вешалку. Кибутсуджи ещё немного походила вокруг него в ожидании ужина, но когда поняла, что оный ждать нескоро, удалилась с телефоном на балкон: выясняла что-то по работе. На готовку и сервировку давно проживающему одному Гию понадобилось не больше часу. Когда всё было на столе, он позвал Музан ужинать. Но совсем не ожидал, что после этого она захочет поговорить с ним: – Ты никогда не женишься. Так и будет дом, работа, магазин, дом, пока что-то не поменяется, – жёстко изрекла политик, окинув молчаливого Гию взглядом опытной женщины. Она снова была у него дома, в его футболке, ужиная рисом с карри. Женщина, что странным образом поселилась в его душе. – Почему ты продолжаешь приходить сюда? – не остался в долгу Гию, спокойно отвечая на её выпад. – Мне здесь спокойно – никто не донимает. А ты думал, что есть другая причина? – усмехнулась Кибутсуджи, хитро взглянув на него. – Думал, что тебе быстро надоест. – Я тоже так думала, но мне понравилось приходить сюда. Гию немного замялся. Недавно на работе с ним произошёл глупый, но не особенно приятный случай, о котором он не мог рассказать Кибутсуджи. Намекать он тоже не умел, поэтому просто вытащил ключи из кармана спортивных штанов и положил их на стол. – Теперь ты сможешь приходить сюда, когда захочешь. Прекрасно понимая, что после её слов это действие выглядело очень двояко, он старался не встречаться с ней взглядом. На самом деле, это было просто удачное стечение обстоятельств. – Запасные у меня есть. – Ты отдаёшь ключи от своего дома малознакомой женщине? – подозрительно спросила Музан, поддевая колечко и надевая его на палец. «Недавно я потерял их на работе во время уборки стола, так что будет надёжнее отдать их тебе», – пронеслось в голове у Томиоки, но вслух он не сказал ни слова. Ему совсем немного показалось странным, что она отзывалась о себе, как о «малознакомой». Полгода – это недостаточно приличный срок, чтобы считать друг друга знакомыми? Не то чтобы они являлись друзьями или... Гию стало неловко. Пристальный взгляд напротив так и требовал немедленного ответа, но у него его не было. Он просто хотел отдать ей ключи, чтобы снова их не потерять. – Или ты отдаёшь их той, кому доверяешь? – предположила Музан чуть мягче. «Да, я уверен, что ты точно не из тех, кто может потерять ключи от дома на рабочем месте. Это можно назвать доверием». – Расценю твоё неприлично долгое молчание за согласие, – усмехнувшись краешком губ, женщина встала со стула, и, прозвенев его ключами, пошла прятать их в сумочку. – Я первая пойду в душ. Ты не против? – Нет, можешь идти первая, я пока посуду помою. – Какой хороший мальчик, – проходя мимо, она шутливо, но почти ласково потрепала его по волосам. – Завидую твоей будущей жене – такого хозяйственного мужа ещё поискать надо. Последние слова Кибутсуджи произнесла едва не шёпотом, резко приблизившись сзади и вновь окутав запахом своих духов, которыми уже давно пропахли все его простыни. Гию каждый раз удивлялся, почему запах не выветривался даже после стирки, хотя в этом не было ничего удивительного, ведь сам источник тоже никуда не исчезал: напротив, буквально поселился в его доме, со временем перенеся в ванную часть своей косметики. – Когда у тебя появится женщина, ключи я не отдам. – Ты слишком часто об этом говоришь. У меня никого нет. «Кроме, разве что, тебя». – Неужели правда никогда не задумывался о женитьбе? – мелодично посмеялась Кибутсуджи. Обернувшись, Гию встретился с ней взглядом и слегка удивился её невероятно довольным выражением лица. Тому, как она прижималась к нему, он уже давно не удивлялся: бывало, что они и просыпались в обнимку. – Нет, не задумывался. – Хорошо. Но ключи я всё равно не отдам. – Я же сам отдал их тебе. Зачем мне забирать их обратно? «Эта странная женщина... Я никогда не пойму, о чём она думает». Они с Музан точно думали о разном. Он был относительно спокоен, что, в случае чего, всегда сможет попасть к себе домой, а она смотрела на него очень загадочно и смущающе одновременно. Глаза цвета спелой сливы говорили что-то ещё, на устах застыла довольная улыбка, но вслух Кибутсуджи не рассказала ему о своих чувствах. Если бы Гию умел понимать намёки, она бы попробовала что-то объяснить. Но зачем? Почему бы не оставить всё как есть? Томиока не против её присутствия и прикосновений. Не против даже того, что она не умеет готовить, и вообще не хозяйственная. Сам отдал ей ключи от своего дома. Для зрелой женщины это выглядело, как предложение пожить вместе. Для начала. Музан мельком подумала, что Гию мог каким-то образом потерять свои ключи, поэтому решил отдать их ей, а сам обзавёлся запасными. Это было самое логичное, и, как ей казалось, правдивое объяснение его неожиданного поступка. Она была взрослой и не строила себе воздушные замки, веря в любовь с первого взгляда. Как и в то, что Томиока вдруг ни с того ни с сего решил отдать ей ключи. Вероятно, что-то произошло на работе, поэтому он решил перестраховаться. Музан тоже могла сделать вид, что ничего не поняла, и, не без помощи женской хитрости, обзавестись любовником, а не просто случайным знакомым. Партнёрские отношения её более чем устраивали. Гию заподозрил неладное уже после того, как она решила помочь ему с мытьём посуды – протирала её полотенцем и ставила на полку. Подозрения не покидали его и в постели, когда они лежали вдвоём под одним одеялом. Подумав, что между ними осталась недосказанность, он решительно повернулся к Кибутсуджи, чтобы обговорить всё перед сном. За время, проведённое вместе, Гию привык к теплу её тела, к её прикосновениям: они больше не вызывали такой бурной реакции, как раньше. Он не сразу почувствовал на груди женскую ладонь, лишь когда кожу слегка царапнули лавандовые ногти. Сливовые глаза смотрели ему прямо в душу. – Расскажи, почему ты на самом деле решил отдать мне ключи? Музан улыбалась, не оставляя ему шансов для капитуляции: придётся рассказать правду. Да и честность она всегда поощряла. – Я случайно потерял их на работе. Подумал, что надёжнее будет оставить их тебе. Кибутсуджи не огорчилась – её улыбка стала ещё шире и веселей. В глазах заплясали игривые чёртики. – Я догадывалась, что случилось нечто подобное. Правда, ты так беспечен. – Обо мне всегда заботилась старшая сестра... Я не очень самостоятельный. Они с Кибутсуджи не впервые лежали под одним одеялом так близко, опаляя дыханием, но в этот раз Гию почувствовал разницу – будто после его правдивого рассказа они стали ещё ближе. Её тёплая рука на его щеке. Озорной, однако не лишённый твёрдости взгляд. Не как у сестры. Музан заботилась о нём по-своему, по-другому, поэтому продолжала приходить; выбирала с ним продукты в магазине и взяла ключи. Он раскрыл глаза шире, когда понял это. Появилось странное желание приблизиться ещё сильнее, но он совершенно не знал, что делать дальше. Обнять? Это могло разозлить её. Кибутсуджи прильнула к его губам и оставила на них лёгкий, ни к чему не обязывающий поцелуй. От этого простого действия его сердце забилось сильней. – Спокойной ночи, Гию. Сна после поцелуя у Томиоки не было ни в одном глазу. Музан спокойно заснула, а он до самого утра размышлял над тем, что между ними произошло. Больше всего его беспокоил тот факт, что она поцеловала его первая. Он обязательно должен взять реванш. Утром они оба собирались на работу и Музан вежливо предложила ему подержать под глазами патчи. Абсолютно не выспавшийся Гию был не в силах возразить, когда она помогла ему надеть их. Его жизнь кардинально изменилась – он начал жить с женщиной.