Уязвимость

— Ген, хватит… — смеялась, а он всё терзал её грудь и ключицы до алых отметин, ласкал живот и гладил спину, ища шрам как вовсе не страшный изъян, а сокровище; как не бессмысленность трёх операций, а счастье, что где-то под ним бьётся сердце.