Часть 24

Глава 24: Первый поцелуй, который я, хранил двадцать девять лет, был… подарен такому мужчине, как Ицзы… В последние годы Е Лан был невероятно популярным императором кино, сериалов и музыки. Он был красив, хорошо пел, снимался в сериалах с высокими рейтингами и в фильмах, которые пользовались огромным спросом. Даже если Су Цзянь не следил за знаменитостями, он знал, как ярко сияла звезда Е Лан. Вторым братом Анем на самом деле был Е Лан! Су Цзянь не мог сдержать восторга. Он и представить себе не мог, что такая большая звезда окажется так близко! Конечно, вышеупомянутые успехи не были причиной того, что Су Цзянь был так впечатлён. Больше всего Су Цзяня впечатлило то, что у Е Лана, по слухам, было много девушек. Любопытная натура Су Цзяня сгорал от желания узнать подробности, но он не мог просто так спросить об этом Ань Ижоу, произведя плохое впечатление. Поэтому, когда Ань Ицзы в ту ночь лёг спать, он увидел, как Су Цзянь обнимает свой ноутбук и смотрит на него блестящими глазами. Ань Ицзы взглянул на ноутбук и увидел, что там идёт фильм с Е Ланом в главной роли. Затем он посмотрел на Су Цзяня. Су Цзянь взволнованно спросила: «Твой второй старший брат — Е Лан?» Ань Ицзы подтвердил это словом «эм», помолчал немного, а затем спросил: «Он тебе нравится?» «Конечно!» Су Цзянь небрежно ответил, увлечённая сплетнями. «Точно! Я слышала, что в последнее время он встречается с Сунь Лили, это правда?» Ань Ицзы: «Я не уверен». Су Цзянь на мгновение потерял дар речи, но не расстроился. Он снова спросил: «Некоторое время назад в сети ходили слухи, что он воплотил в жизнь вымышленную историю с участием актрисы, сыгравшей ту жизнерадостную девушку… О! Её звали Линь Шимей! Это правда?» Ань Ицзы: «Я не знаю». «……» Су Цзянь приуныл. «Тебе даже нет дела до твоего второго старшего брата!» Ань Ицзы посмотрел на него: “Почему ты так беспокоишься о моем втором старшем брате?” Су Цзянь снова потерял дар речи. Затем он пришел в себя и ответил: “Быть... потому что он мой кумир! Что плохого в том, чтобы беспокоиться о моем кумире? Ань Ицзы посмотрел на Е Ланга на экране компьютера, затем перевел взгляд на Су Цзянь и медленно спросил: “Кумир?” «Да!» После того как Су Цзянь придумал оправдание, его речь стала намного более плавной. Подражая благоговейному тону юной девушки, он сказал: «Оппа такой крутой и так красиво сияет! Он мне очень нравится!» Внезапно Ань Ицзы ответил: «Твой оппа очень похож на меня». Су Цзянь: «…» Су Цзянь молча взглянул на Ань Ицзы и продолжил: «Наш оппа, кажется, полон глубоких чувств…» Ань Ицзы: «У твоего оппы с третьего класса было больше пятидесяти подружек, включая Су Лили, Линь Шимей и прочих». (ПП..кто-то ревнует) Су Цзянь вспылил: «Разве ты только что не сказал, что ничего не знаешь?» «Я вспомнил». Ань Ицзы бесстрастно ответил: «Он тебе всё ещё нравится?» «Да!» Су Цзянь сказал это как ни в чём не бывало, но слова «больше пятидесяти» эхом отозвались в его голове. Твою мать! Я, уже в том возрасте, чтобы жениться и стать отцом, а у кого-то есть девочки с третьего класса! Су Цзянь был полон ревности, зависти и ненависти. Он не мог удержаться и не преклониться перед вторым братом Анем, победителем по жизни. «Быть кинозвездой — это круто!» Су Цзянь взволнованно вздохнул. «Я так хочу попасть в индустрию развлечений!» Милые девушки и прекрасные богини! Здесь есть всё, о чём только можно мечтать! Ан Ицзы посмотрел на неё с выражением «как только я войду в индустрию развлечений, я смогу увидеть своего оппу» и равнодушно сказал: «Ты не подходишь для индустрии развлечений». Су Цзянь как раз представлял, как он играет главную мужскую роль в паре с богиней на экране и влюбляется в неё по-настоящему за кадром, когда Ань Ицзы неожиданно вернул его к реальности. Он недовольно сказал: «Зачем ты это говоришь? Разве ты не видишь, как хорошо я притворяюсь твоей женой? Хм! Если бы я пошла в индустрию развлечений, я бы, наверное, была… как твой второй старший брат… Э-э… как Цзи Янь… на уровне суперзвезды… Нн—” На лице Ань Ицзе уже застыло холодное выражение. Услышав слова «как твой второй старший брат», он нахмурился ещё сильнее. Затем, когда Су Цзянь упомянул Цзи Яня, раздражение в его сердце, казалось, внезапно усилилось. Его раздражал только маленький ротик Су Цзяня, который продолжал говорить то, что делало его несчастным. Поэтому он внезапно опустил голову и заткнул этот рот своим. Су Цзянь тут же перестал шуметь, а его глаза чуть не вылезли из орбит. Чёрт-чёрт-чёрт! Ань Ицзы, что ты творишь? Су Цзянь в оцепенении позволил Ань Ицзы поцеловать себя в губы. Когда он пришёл в себя, Ань Ицзы уже целовал его. От неожиданности у него волосы встали дыбом. Тогда он изо всех сил начал вырываться. Было бы лучше, если бы он не сопротивлялся. Несмотря на его попытки вырваться, Ан Ицзы притянул его к себе, перевернул их обоих и сильнее прижимая. Су Цзянь: ... Ань Ицзы хотел лишь прервать Су Цзяня. Кто бы мог подумать, что, когда он коснётся мягких губ Су Цзяня, его сердце забьётся чаще? Когда Су Цзянь открыл рот, чтобы вдохнуть, его язык воспользовался возможностью и скользнул в её рот. Су Цзянь почувствовал себя так, словно его ударила молния. Ему было ужасно плохо! Он боролся изо всех сил. Он был беспомощен, у него было слабое тело. Ань Ицзы впал в транс. У его слабого тела не было ни единого шанса сдвинуть с места огромную гору, давившую на него. Су Цзянь втайне сокрушался: почему жизнь так жестока… Наконец, когда Ань Ицзы слегка ослабил хватку, Су Цзянь воспользовался возможностью, чтобы выплеснуть своё горе и возмущение. Стены спальни пронзил пронзительный крик. «Помогите! Помогите! Ааааааааааах…» ……. Ань Ицзы наконец пришёл в себя. Тон Су Цзяня становился всё выше. Ань Ицзы рефлекторно нахмурился. Он скомандовал: «Заткнись!» Су Цзянь внезапно замолчал. Он прикрыл рот руками, словно защищаясь, и настороженно уставился на Ань Ицзы широко раскрытыми глазами. Ань Ицзы увидел, что уголки её глаз покраснели, а взгляд был полон горя, возмущения и обиды. Он нахмурился, а затем открыл рот, чтобы сказать: «Я...» Он не успел договорить, как в дверь внезапно постучали. «Третий брат! Третья невестка!» Глаза Су Цзяня загорелись. Это была младшая сестра Ань! Он приподнялся, чтобы открыть дверь, но Ань Ицзы уже одним шагом своих длинных ног добрался до двери и открыл её. Ань Ицзы с недовольным выражением лица посмотрел на сестру, стоявшую в дверях: «Чего ты хочешь?» Ань Ижоу внимательно осмотрела комнату за спиной Ань Ицзы: «Я только что услышала голос третьей невестки…» Ань Ицзы с невозмутимым видом сказал: «Ты ослышалась». «Неужели?» Ань Ижоу всё ещё хотела тайком заглянуть внутрь, но, встретив недружелюбный взгляд третьего старшего брата, тихо отступила. Ань Ижоу нерешительно промямлила: «Третий брат, сейчас третья невестка не в лучшей форме. Вам двоим следует… *кашляет* Вам следует быть с ней помягче…» Ань Ицзе: «...» Последние несколько слов Ань Ижоу произнесла тихо, так что Су Цзянь не расслышал их. Он услышал только: «Сейчас тело третьей невестки не в лучшей форме». Он был тронут и мысленно воскликнул: «Сестрёнка Ань — маленький ангел!» Вспомнив об ужасающе безумном поведении старшего брата маленького ангела, он возбудился и громко закричал: «Сестрёнка! Помоги мне! Я хочу спать с тобой!» Ань Ицзы: «…» Ань Ижоу: «…» Ань Ицзы тихо сказал: «Сяожоу, ты иди пока к себе». Ань Ижоу с сомнением посмотрела на брата, чьё невозмутимое выражение лица начало меняться. Она отступила назад и сказала, обращаясь к кому-то в комнате: «Третья невестка, тебе следует спать с третьим братом. Я больше не буду вас беспокоить». Затем она быстро исчезла. Су Цзянь беспомощно смотрел вслед своему маленькому ангелу-спасителю. Лишившись возможности спать в одной постели с маленьким ангелом, он не мог не чувствовать себя подавленным. Подняв глаза, он увидел, что Ань Ицзе идёт к нему, не сводя с него глаз. Он снова насторожился. Он поспешно закутался в одеяло, оставив на виду только пару круглых широко раскрытых глаз. Он сердито спросил: «Что ещё ты собираешься делать?» Ань Ицзе не стал препятствовать его действиям. Он посмотрел на человека, закутанного в большой кокон, из которого выглядывали только широко раскрытые глаза. Его аура внезапно смягчилась, а в глазах мелькнула почти неуловимая тень юмора. Не обращая внимания на настороженный взгляд Су Цзяня, Ань Ицзы сел рядом с ним. Он тихо сказал: «Прости». Было бы лучше, если бы он не поднимал эту тему. Услышав его слова, Су Цзянь вспомнил, как с ним обошлись несправедливо. Он сбросил с себя одеяло, обнажив растрёпанные волосы, и сердито крикнул: «Какой смысл извиняться? Это был мой первый поцелуй! Можешь ли ты ответить мне тем же?» Ань Ицзы замер и на мгновение потерял дар речи. Затем он повторил: «Прости меня». Су Цзянь в гневе отвернулся от него; он был в подавленном настроении: «Первый поцелуй, который я, хранил двадцать девять лет. Первый поцелуй, который я приберёг для девочек, на самом деле был… от такого мужчины, как Ань Ицзы… одна мысль об этом вызывает отвращение и раздражение!» Су Цзянь схватил одеяло, чтобы прикрыться, и повернулся спиной к Ань Ицзы, который лежал далеко-далеко. Ань Ицзы беспомощно, но спокойно смотрел на эту сердитую фигуру под одеялом