Казнь смердящего ублюдка

      Прежде чем выйти, Азуриэль взяла со столика неприметные флаконы и положила их в скрытый карман плаща. Это не осталось незамеченным.       — Не стану спрашивать, зачем тебе зелья.       — Gwinbleid, не суй свой очаровательный нос туда, куда не следует. Твоя слава давно опережает тебя в этом вопросе.       — Вернон очень внимателен к деталям, имей в виду.       — Само собой.       Выйдя из трактира, девушка вышла чуть вперёд ведьмака и слилась с толпой. Она зря времени не теряла, выпила незаметно содержимое флакона и на целые сутки стала невидимой.        Это зелье выбрала из-за устойчивости к различным факторам, которые могут помешать. Подумаешь сутки, никто и не заметит, а тем самым у Азуриэль есть преимущество перед остальными все эти двадцать четыре часа.       Девушка незаметно подошла к ведьмаку со спины. Мужчина оглянулся, но взгляд обнаружил лишь пустоту.       — Не надо привлекать к нам внимание, — шепотом на ухо произнесла жрица.       На что Геральт только кивнул, не вставляя своих пять копеек.              Подойдя к резиденции Лоредо, они встретили Вернона Роше.       — Геральт, ты как раз вовремя!       — И тебе не хворать, Вернон.       — Пойдём выясним, что задумал этот сукин сын!       — Роше, ты главное не кипятись, без резких движений, иначе нас гарнизон нашпигует всем, чем можно.       Вернон только неопределенно хмыкнул.       Пройдя пост стражи, оставив оружие, Геральт решил осмотреться. Ему было некомфортно, зная, что где-то здесь шатается невидимка, которая к слову не обмолвилась не разу о своём деле к Лоредо.

***

Азуриэль.

      Девушка удачно проскочила между Роше и Геральтом в резиденцию коменданта. Дело оставалось за малым: Геральт берет полностью на себя Вернона, а Азуриэль решает вопрос с Лоредо, отыскивая при этом Седрика. Как только Вернон и Геральт начали разговаривать у лестницы, девушка юркнула в бок, едва не задевая стражника. Она проникла во внутренний двор резиденции. С помощью хитрости и ловкости Азу смогла проникнуть к Лоредо.       Мужчина сидел на своем троне, расставив широко ноги. Около его ног с цепью на шее сидела заплаканная эльфка с огромным животом.       — Что это? Слёзы? Я просил тебя по-хорошему, а ты носом вертела. Так получи, что захотела.       — Чтоб ты сдох, d'hoine! Ублюдок! — истеричным голосом закричала эльфка.       Комендант особо не церемонился с беременной женщиной, схватился со всей силы за длинные спутанные волосы у корней.       —Ты, эльфская шлюха, заткнешься и будешь делать то, что я скажу. Скоро разрешишься от бремени, подаришь мне наследника, который будет выполнять всю грязную работу       — Будь ты проклят!       За очередные презренные слова эльфка получила по лицу так, что голова отлетела на сто восемьдесят градусов, ударившись о пол.       Азуриэль больше не выдержала, она надеялась, что Лоредо не поднимет руку на беззащитную. Но нет, он сам подписал себе смертный приговор.       —Тебя предупреждали, Лоредо? —голос девушки раздался со спины мужчины. — Жаль, что ты не внял совету.       Резкая боль коснулась вдоль позвоночника, рассекая кожаный жилет и рубаху. С губ душегуба, убийцы и садиста сорвались стоны боли. Выпучив глаза от непонимания, Лоредо глядел на Мориль. В её глазах и действиях он искал... Спасения. Но не спасения нужно искать, а прощения! Хотя... ему уже ничего не могло помочь.       Эридалиэль — Тёмная Богиня, дочь Асех'орна — Бога войны. Её жажда крови по справедливости не знает границ...

***

Бой с вранами. Далёкий n год.

      Кровь врагов давно залила одежду, волосы и лицо. Но ярость, гнев и холодная ясность ума не позволяли Эридалиэль пасть на колени. Она шла, нет, бежала, сметая всё на своем пути.       Её первая самостоятельная война. Сейчас нет рядом отца, который мог направить. Это ЕЁ война. Рядом преданные сёстры по оружию — Адалиэль и Маралиэль.       Бывшие смертные, не знающие жалости и сострадания. Верные псы своей своенравной Госпожи. Идущие и оставляющие кровавый след, клеймя всех и каждого. Ибо, кто не подчинится ЕЙ, навсегда останется в туманных водах, не найдя Яблоневый остров.       Враны не подчинились эльфам, тогда на сторону своего народа пришла Эридалиэль.       Пришла нести волю Даны, что просит склонить головы в обмен на жизнь. Но ящеры не готовы, ибо слишком себялюбивы, чтобы склонять голову пред другими.       В этой великой битве много полегло прекрасных эльфов... Оплакивала каждого Азуриэль. Подходя, ставила свой знак — чёрная роза с каплей крови на лепестке — который проведет погибшего на остров Яблонь.       Бледное лицо Богини оттеняло чёрные платье и кружевная вуаль. Заплаканные глаза и душевная боль навсегда остались с ней и в ней.       Она должна была остановиться. Она должна научиться контролю. Просто обязана это сделать.

***

      Очнувшись будто от пощёчины, погрузившись не вовремя в воспоминания, девушка взяла под контроль эмоции. Снова и снова повторяя мантру: "Я это делаю ради великой цели. Я это делаю ради великой цели."       Лоредо жрица привязала к андреевскому кресту, предварительно раздев. Обнаженный, с кляпом во рту, он напоминал жалкого, униженного d'hoine - от этого Эрид лишь рассмеялась. Ведь он её не видит.       — Где Седрик?       — Отпусти, сука.       — Неправильный ответ.       Удар стеком прошёлся по маленькому члену коменданта.       — Ответ!       — Ах, ты, мразь, я до... мхм, — жрица снова вставила кляп.       — Нет, ты не понял, здесь я диктую правила.       Эрид провела кинжалом драконьего жреца по поднимающемуся мужскому достоинству.       — А ты ещё больший ублюдок, нежели я представляла.       Послышался хруст нижней плоти и вопль сквозь кляп.       — Итааак?...       — Картина с кораблем, а за ней дверь. Он там.       Девушка повернула голову в противоположную сторону от смердящего кровью, потом и мочей мужчины.       — Мориль, найди остальных эльфов, — и жрица вложила нефритовый камень в руку эльфке. — А после открой портал, положив на пол, он приведет вас в мой храм. На что эльфка только кивнула, забрав Седрика из тайной комнаты, и поспешила удалиться, придерживая живот.       — А мы продолжим.

***

Геральт

      Пока я отвлекал стражу, помог баллисте больше не стрелять, уже всн стражники упились и захрапели. Мадам Гарвену и её цветник отправили восвояси. А Вернон приступил к осмотру резиденции.       — Азуриэль, поторопись, — шепотом произнёс ведьмак.       — Что говоришь, Геральт? Поторопиться?       — Нет, Роше, нельзя ничего упустить из виду.       Как только прозвучало последнее слово из окна кабинета Лоредо раздался мужской нечеловеческий вопль.       Роше и Геральт переглянулись и бегом направились к коменданту.

***

      — Я знаю, что ты продал Флотзам Каэдвену, но это не так важно.       — Думаешь, ты самая умная?       — Безусловно, твои песики сейчас развлекаются со шлюхами, им не до тебя.       — Да пошла ты, погань невидимая.       На что только он услышал издевательский смех.       — Нет, пора заканчивать наше рандеву.       С помощью магии задержки боли жрица удалила все зубы, выколола глаза и вырвала ногтевые пластины на руках и ногах. Сняв заклинание, Лоредо закричал, что есть силы.       — Аааааааааа.       — У тебя скоро будут гости, — напоследок сделала надрезы бедренных артерий, заставляя умерать, истекая кровью.       — Прощай, — шепнула на ухо и ушла порталом. А в это время распахнулась дверь.

***

      — Твою же мать, Геральт! Да Лоредо здесь пытали.       — Вижу. А охрана?       — Вырезана одним точным ударом.       — Профи сработал, Роше.       — Знаю, куда ты ведёшь. Не мои, но придется разобраться