Останься со мной

— Останься со мной, – Ториэль положила руку на щеку ребенку, но та только отвела глаза. Маленькая девочка в полосатом свитере с забавным черными кудряшками, такая хрупкая, такая крохотная. До чудовищного огромный мир за Дверью разорвет ее на части, раздавит, попросту уничтожит. И Ториэль тем больнее отпускать этого ребенка, чем ярче в ее глазах горит знакомый алый свет – она уже не спасла одного маленького человечка с тем же болезненно ярким, почти безумным блеском Решимости во взгляде. — Мама, – девочка тепло улыбнулась, взяв Ториэль за руку, и заглянула ей в глаза, – Я выживу, я знаю. Отпусти меня, – попросила она, и женщина поняла: если она не отступит, произойдет что-то ужасное. Над головой нависло не-случившееся будущее и настоящее, которого-нет-и-не-было. Ториэль судорожно вздохнула, когда на секунду в красных глазах ребенка напротив увидела собственное отражение – мертвое тело в почерневшем от крови платье распласталось у Двери. Это не угроза, малышка с ней этого не сделала бы. Это предупреждение из другого времени. Женщина с трудом сдержала всхлип, прижав к себе ребенка со всей силы. Она даже не знала имени этой девочки – только надеялась, что это не «Чара». — Хорошо, – дрожащим голосом прошептала женщина, погладив девочка по спине, – беги и не возвращайся сюда. За Дверью – Друг. Он поможет. Он обещал. Он... сам ещё ребенок. Если Седьмая Душа выйдет из-за Двери, произойдет нечто ужасное, но если этого не случится – произойдет катастрофа. Ториэль не знает, что именно случится, но чувствует, что обязана отпустить этого ребенка. Восемь. Восемь детей уже погибли. Но эта Девятая... — Спасибо, – малышка отстранилась, и в ее глазах блестела благодарность, – Мы ещё встретимся, мама. Я спасу вас всех, – девочка отошла к Двери, которая с натужным скрипом, повинуясь древнему заклинанию, впервые за долгие годы открылась. В Руины дохнуло ледяное дыхание Сноудина, но девочка не выглядела удивленной. Она была готова к этому – она шла навстречу своей судьбе, как будто делала это сотни и тысячи раз, будто знала все, чего могла ожидать. И Ториэль на секунду поверила, что так оно и было. Малышка обернулась – в ее взгляде горел костер, страшный пожар революции, начало конца. Она пришла изменить этот мир – и она знает это. — Я обещаю, – тихо и серьезно закончила она, не обращая внимания на холодный ветер и снежинки, запутавшиеся в волосах. Ториэль молчала. — Прощай, – наконец смогла выдавить из себя женщина, не веря, не желая верить, что видит этого ребенка в последний раз. Почему-то ей хотелось верить каждому ее слову. — До встречи! – улыбнулась девочка, взмахнув рукой, и шагнула за порог. В следующую же секунду Дверь захлопнулась, как будто крышка гроба, и Ториэль осталась одна, снова одна, в затхлых пустых Руинах. — Останься со мной, – едва-едва прикоснувшись к Двери ладонью, выдохнула Ториэль. Но никто не пришел.