Глава 29

      Попрощавшись с Микасой, Эрен шёл домой с мыслью о том, что нужно позвонить отцу и оповестить его о своём желании приехать, но только чтобы он не говорил ничего матери. Пускай для неё это станет сюрпризом.       Он почитал своих родителей и очень любил, его привязанность к ним возросла после всех увиденных сцен его жизни в Прошлом, особенно он поменял своё отношение к матери.       Приехав к Зику для того, чтобы справиться с эмоциями и понять себя, он больше заботился о том, чтобы его некогда эмоциональные качели и ненависть не вспыхнули вновь, окутав пламенем Микасу.       Он не хотел долгое время думать о матери, о том, что произошло по его вине. Он глубоко спрятал вину в себе, наслаждаясь обществом Микасы, не проработав этот тяжёлый осадок на его душе. Но как только она упомянула о произошедшем, чувство вины с новой силой поразило его, деваться было некуда, он решил, что немедленно отправится к родителям. Остался незакрытый гештальт, который как он думал, он бы смог проработать лишь с участием его родни, тем более он чувствовал себя очень виновато до сих пор, несмотря на всю проделанную им с Зиком работу, ведь теперь его чувство ненависти и злобы заменила полноценно вина.       Придя к себе домой, он кинулся на диван, обдумывая свои дальнейшие действия: это помогало ему меньше беспокоиться о Микасе и её планах в родительском доме, и сфокусироваться на собственных родителях.       Он держал в руке телефон, сверля взглядом контакт под названием «отец». «Почему, чтобы позвонить отцу мне нужно набраться столько храбрости… кажется, Прошлое ещё до сих пор дышит мне в затылок», — с этими мыслями он продолжал смотреть в экран, пока не взял себя в руки и глубоко задышав, решился на звонок.       —      Алло? — раздался мужской голос.       —      Э-э-э… пап, это я, — неловко начал Эрен.       —      Эрен? У тебя телефон поменялся?       —      Да, украли как-то… недавно, — соврал он.       —      Надо же… ну хорошо что позвонил, а то мать бы переживала, — вот только телефон был утерян около двух месяцев назад. Они давно не связывались.       —      Пап, я бы хотел приехать к вам гости. Только не говори об этом маме, ладно? Пускай будет что-то типа сюрприза, — говорил он, в голосе мелькнула дрожь и не в состоянии справиться с напряжением, он встал и начал ходить из угла в угол комнаты.       —      Конечно приезжай! Уже очень давно не было вестей никаких от тебя, мы ведь скучаем, — Эрен услышал дрожь в голосе отца и удивился.       —      Не переживайте, со мной всё в порядке. У меня есть новости, — пытался подбодрить отца он.       —      Тогда буду ждать от тебя сообщения, — заключил отец.       —      Да, пап. Хорошо. До встречи.       —      До встречи, сынок.       Эрен положил трубку и со всей своей грудью выдохнул. Звонок дался ему не легко, их отношения с отцом всегда были не простыми, теперь он догадывался, что всё дело в Прошлом. «Как я посмотрю ему снова в глаза, зная всё?»       Он боялся их встречи, но отступать было поздно и трусливо. Вспомнив все свои пройденные уроки от Зика, он последовал его советам и начал медитацию, чтобы взять под контроль свои нескончаемые мысли вины и образумить самого себя.       Через несколько часов после практик, он почувствовал себя легче и теперь до него дошло, о чём ему говорил тогда Зик: его путь действительно ещё не пройден, а только начался и ему предстояло больше работать над собой, но самое главное — самому начать трудный разговор с родителями. Он понимал, насколько бы не было тяжело признаться во всех своих грехах и раскаиваться, это нужно было сделать, не сколько для родителей, сколько для самого себя.       С этими мыслями он воодушевился и достал снова свою сумку, с которой он отправился к Зику уже более двух месяцев назад. Заглянув в неё, он понял, что так и не разобрал свои вещи и про себя усмехнулся. «Как будто знал, что в ближайшее время уеду снова»       Только одна важная деталь отсутствовала: зелёный шарф, с которым он не расставался. Он напоминал ему о их неразрывной связи с Микасой и о том, как вселенная тонко намекнула на неё, заселяя в Микасу мысль о том, чтобы собственноручно сделать этот шарф и подарить его ему, когда она ещё даже не могла себе представить, что их объединяло общее Прошлое. Всё это время она носила красный шарф, подаренный Эреном, который хранил в себе все её пролитые слёзы, пережитые страдания. Он защищал её словно панцырь, когда она в этом нуждалась.

***

      Мать Микасы подготовила комнату заранее, зная, что она скоро должна приехать, хотя она точно не могла предугадать, что она приедет к ним так быстро. Поэтому, прежде чем показать ей её комнату, она быстро привела её в порядок, делая последние штрихи к её обустройству.       —      Вот твоя комната, — с улыбкой она пригласила свою дочь зайти.       Зайдя в свою новую комнату, Микаса воскликнула от восторга. В этой комнате было ещё больше света, чем на первом этаже, и вид из окна был фантастическим — она могла отсюда наблюдать, как садится красное солнце на горизонте. Комната Микасы уступала по размерам новой, которая была гораздо просторнее и светлее. Сев на большую кровать, она ощутила тёплую и мягкую постель, в которую ей тут же захотелось укутаться, что она и сделала без раздумий.       —      Отдыхай, дорогая, — мать любяще погладила свою дочь по голове и поцеловала в макушку, что подействовало на Микасу как снотворное, она сразу же впала в сон.       Миссис Аккерман тихо закрыла комнату дочери и поспешила обратно к своему мужу.       —      Наша девочка заснула, совсем устала с дороги, — мягко рассказала с улыбкой она.       —      Да, долго ей пришлось добираться. Надеюсь, её не смутила моя громкая речь о нашем Клане, — выразил свои сомнения мистер Аккерман.       —      Что ты, она ведь только встретила нас, для неё всё в новинку, нужно дать ей привыкнуть, — успокаивала мужа госпожа.       —      А что если… она до сих пор привязана к своему Прошлому? Она жила с этим Леви, пусть он и Аккерман, но он часть той ужасной истории, меня это настораживает.       —      Я не думаю. Ты слышал, как она высказывалась о своей службе. Ведь у неё не было другого выбора, мы оставили её слишком рано, — с печалью проговорила она.       —      Пусть это так, но у нас теперь нет времени и возможности более ждать. Ты это знаешь, — Мистер Аккерман пронзительно посмотрел на жену.       —      Меня пугает одна мысль о том, что она уже могла встретить его…       Её на секунду обрушило волнение после озвученных мужем опасений.       —      Нет, такого не может быть, я исключаю это, — обрывисто ответила она, переведя свой взгляд от него.       Он внимательно посмотрел на свою жену, в его взгляде читалось чётко сомнение.       —      Я об этом узнаю, — твёрдо произнесла миссис Аккерман, оставив своего мужа в кабинете.       Проспав несколько часов в чистой и мягкой постели, Микаса поначалу не могла понять, где она находится, но вспомнив о своём приезде и не до конца проснувшись, она тут же вскочила и ужаснулась от того, сколько времени она проспала.       Она быстро переоделась в домашнюю одежду и открыла дверь, почувствовав чудесные ароматы, которые сразу же достигли её.       Девушка спустилась вниз и обнаружила свою маму на кухне, вновь готовящую какое-то потрясающее блюдо, которое так вкусно пахло по всему дому.       —      Что такое вкусное готовишь, мам? — спросила Микаса, подойдя к своей матери сзади.       —      О, ты уже проснулась! Готовлю наше фирменное блюдо семьи, — ответила она, помешивая в кастрюле ярко оранжевый бульон.       —      Эх, как же мне этого не хватало, — признавалась Микаса, сев рядом с матерью, внимательно наблюдая за её действиями.       —      Ничего, я ещё научу тебя готовить.       —      Было бы здорово… мам, знаешь, я хотела вам с папой кое-что рассказать, но при папе как-то неловко об этом говорить… — стала признаваться неловко Микаса, пребывая в смущении       Миссис Аккерман тут же повернулась к дочери.       —      У тебя кто-то есть, Микаса? — спросила прямо мать, скрестив руки на груди.       Микаса опешила от её прямоты.       —      Да, можно так сказать… ты его знаешь… он из Прошлого.       Услышав это, мать медленно присела, ожидая, что будет дальше говорить её дочь.       —      Это Эрен, мама. Эрен Йегер, помнишь его? — с восхищением проговорила его имя Микаса, вспоминая его и смотря матери в глаза.       —      Помню, конечно помню... — со вздохом сожаления ответила мать, опустив свой взгляд.       —      Я знаю, он натворил многое в Прошлом, но он сильно изменился! Я вас познакомлю, вы увидите, какой он хороший! — стала трепетать Микаса, увидев реакцию матери.       Миссис Аккерман решила держать лицо спокойным, хотя внутри неё разошёлся ураган, но подавив его в себе, она смогла изобразить притянутую улыбку.       —      Обязательно, милая, только не говори пока своему отцу, — ответила она, развернувшись и продолжив свою готовку.       Микасу расстроила реакция её матери, но она понимала, что слишком многого хочет от своих родителей, зная, что они наверняка узнали обо всём, что произошло когда-то. Она лишь надеялась, что сможет убедить своих родных в обратном, что им не стоит опасаться своей связи с Эреном.       —      Ты расстроена? — аккуратно спросила Микаса.       Мать громко вздохнула опустив бессильно плечи.       —      Я не могу пока тебе ничего сказать. Но от твоего выбора я, мягко говоря, не в восторге, — призналась мать.       —      Я так и знала, что так будет… — Микаса встала и медленно вышла из кухни.       Миссис Аккерман с силой ударила ножом по кухонной доске, от чего тот вонзился в неё. Её одолевали чувства ужаса и вины, потому что она понимала, что не сможет рассказать всё своему мужу. Значит, он об этом узнает сам. А это означало, что их семья будет в опасности. Она немедленно включив кран и сполоснув свои руки, взяла свой телефон и набрала номер.       —      Здравствуйте, Господин. Это я. Боюсь, у меня плохие новости и нужно, чтобы вы немедленно приехали. Дело не требует отлагательств. Да, всё серьёзно. Только прошу, уведомите сами моего мужа, я не хочу, чтобы он от меня это узнал. Надеюсь на вас. Всего хорошего, — она положила трубку, глубоко выдохнув, принимаясь снова за готовку как ни в чём не бывало.