2. День первокурсника

Перед Чуваком стоял выбор, какую кафедру ему выбрать. У него было два варианта - кафедра ректальной информационной безопасности, где студенты и сотрудники занимались разработкой способов защиты от взлома жопы, и кафедра психопроктологии, которую возглавлял Сортириус Афедрон, и студенты которой изучали влияние анальных процедур на психику человека, а также разрабатывали бутылки анатомической формы. Чувак сделал выбор в пользу последней, ведь имея, благодаря доктору Афедрону, некоторые знания по психопроктологии, он знал, что для первичной защиты от взлома жопы достаточно использовать анальную пробку. А всякие премудрости необходимы разве что известным личностям, которые подвергаются гораздо более серьезным атакам. Первого сентября всех первокурсников собрали в актовом зале. Новоиспеченных студентов приветствовал ректор Баттхоул-Колледжа, профессор Дуплобздей Гузно: - Я рад приветствовать всех вас на дне первокурсника! Также я хотел бы воздать хвалу славному доктору Попову, который в свое время иммигрировал из России в Калифорнию и здесь разработал теорию анальной трансформации личности, став основоположником психопроктологии. К сожалению, совсем недавно жизнь доктора Попова прервалась, он пал от руки подопытного заключенного из Гондураса... Виноват в случившемся ассистент, который использовал для эксперимента неправильную бутылку. В качестве наказания ассистент был посажен на ту самую бутылку и выдворен в Гондурас! В зале раздались одобрительные крики новоиспечённых первокурсников. Времени на выступление было отведено много, и ректор принялся лить воду, а к Чуваку подсел рыжий парень в очках и с весьма крепким телосложением. - Привет! Я - Нюхан Пуки, твой одногруппник. Я приехал из далёкой Финляндии. Предлагаю тебе дружбу и взаимопомощь, говорят, что на кафедре психопроктологии учиться без дружеской помощи трудно. Тебя как зовут? - Все называют меня Чувак. - Да уж, странное имя. - У меня нет имени, и меня это устраивает. Девушка из приемной комиссии записала меня как "Ректум Эссхоул" но это имя звучит как-то слишком пафосно для меня. - Ну да, звучит почти как «ректор». Слушай, Чувак, в Баттхоул Холле на выходных дает концерт певец Куло Кохонес, он аж из Испании прилетит в нашу задрипанную Калифорнию, может, сходим? - Да, давай... - Задумчиво ответил Чувак, засмотревшись на девушку, сидевшую в первом ряду. Нюхан сразу догадался, кто стал жертвой пристального взгляда Чувака. - Ммм, Пердита Шайзенберг, моя соседка, испанка немецкого происхождения. Ядерная смесь. Она великолепна, весь двор хочет насадить её на кукан, только вот она даже разговаривать ни с кем не хочет... А дальше интеллигентный с виду Нюхан стал переходить на фразами, свойственные скорее для типичного Баттхоульского гопника-обрыгана, чем для студента элитного колледжа. Чувак смотрел на Нюхана круглыми от удивления глазами. - Бля, ну не получается речь фильтровать, прости. Я ж на самом деле дворовый пацан, вырос во дворе, хоть и похож с виду на задрота, - попытался оправдаться Нюхан. - Гопник? - Ну, можно и так сказать. Я даже во времена сухого закона умудрился посадить печень. Ёбаный Дикхед со своими ёбаными законами, тьфу, блять. Чуваку было не особо приятно слышать такой интенсивный поток мата и грубостей, однако других друзей у него не было. Пришлось принять Нюхана Пуки таким, какой он есть. Новые друзья еще поговорили о жизни некоторое время, затем доктор Дуплобздей Гузно окончил свою речь, и ребята разошлись по домам: Нюхан отправился в свой дом, где он почему-то жил один, а Чувак - в свою комнату в общаге, расположенной в кампусе.