Часть 22

      Празднование в честь безусловно великой победы над Изенгардом началось на следующий день после возвращения отряда.       Столы ломились от разных кушаний, играла музыка и лился эль. Каждый нашёл себе занятие: артисты заняли себе столик и тихо переговаривались между собой, Эцио ушёл напиваться, Альтаир просто ходил по залу, наблюдая за окружающей его суетой.       Однако спокойная атмосфера не продлилась долго. Пиппин и Мэри начали плясать на столе, распевая свою любимую песню, ну и музыканты восприняли это как вызов. Как только песня хоббитов затихла, Трубадур снял со спины гитару и брякнул по струнам, привлекая к себя внимание. - Поёте не плохо друзья. - сказал музыкант хоббитам, пока Кошка приготовила скрипку, а Пёс взялся за гитару.Остальные артисты были либо без инструментов, либо были не в состоянии играть из-за ранений - Ну пора уступить место профессионалам. Только без обид. Ну что друзьям; Начнём? - Ко.. Конечно! - высказал мнение товарищей Петух, перекувырнувшись через голову и приземлившись на ближайший стол. Кошка провела смычком по струнам, Пёс ударил по струнам и юноша запел: Налейте наёмникам полные чаши, Им завтра снова в поход. Привыкший сражаться не жнëт и не пашет, иных хватает забот. Он щедро сулил, этот вождь иноземный, купивший наши мечи. Он клятвы давал нерушимее кремня, сильнее чем солнца лучи, о-о-о Т. Юноша заиграл на гитаре бодрую мелодию, Кошка и Пëс подключились, остальные же принялись танцевать, быстро заводя толпу. А мелодия всë лилась и всё громче звучали аплодисменты и весёлые оклики: П. Сказал он, что скоро под крики вороньи взорвётся стрел хоровод. И город нам свалится прямо в ладони, как спелый, вызревший плод. Мы там по трактирам оглохнем от здравниц, устанем от грабежей. И смело утешим белогрудых красавиц, оставшихся без мужей. Т. Кошка на несколько секунд перестала играть и, взяв ближайшую свечу, превратила еë в розу, которую отдала неуверенному в себе молодому воину, подтолкнув его к его избраннице, после чего снова взялась за скрипку. Осëл претащил барабаны и Петух, игнорируя боль в раненом крыле уселся за них и, выхватив барабанные палочки присоединился к музыкальной троице. А юноша продолжал играть всё громче и громче, начав ходить по залам, лавируя между людьми и столами. В зале зазвучал третий куплет: П. Когда перед нами ворота раскрыли- мы ждали вынесут ключ. Но копья взлетели из облака пыли, как молнии из-за туч. Смеялись на небе жестокие боги, кровавой тешась игрой. Мы полегли не дождавшись подмоги, но каждый пал как герой. Т. Музыканты "растеклись" по залу, после чего стали постепенно сходиться к центру. Публика расступались, пропуская артистов и отодвигая столы, впрочем не всегда успевая. Артисты просто перепрыгивали препятствия или красиво обходили их: Давно не держали мы трусов в отряде на том зелёном лугу. Из нас ни один не просил о пощаде, никто не сдался врагу. Другие утешили вдов белогрудых, собрали в мешки казну. А мы за воротами сном беспробудным которую спим весну, э-э-эй, а. Т. Пушистые и пернатые артисты убрали инструменты ( те у кого он был) и подняли юношу над публикой. Мелодия сменила тон на торжественном печальный. Юноша нравоучительно поднял палец, на несколько мгновений перестав играть, но сказав первую строчку последнего куплета вновь ударил по струнам, встав на твёрдую землю. Кошка и Пёс также взялись за свои инструменты, встав рядом с человеческим другом: Жестока мудрость, подобную нашей. Постигнут в свой смертный час. Так налейте наёмникам полные чаши. Пусть выпьют в память о нас.       На двух последних строчках юноша взял бокал вина и когда песня закончилась осушил его, как и некоторые его друзья под звук одобрительных аплодисментов.Артисты продолжили развлекать публику, Эцио подсел к Леголасу и Гимли, которые решили перепить друг друга. - Так друзья... - после двух кружек к троице подсел Эрик, кивнув Сыщику, который оперся о колонну, в нескольких метрах позади них. - Думаю и мне следует принять участие в данной забаве. - Нечестно. - возмутился было Эцио, но Гимли заткнул убийцу свои натруженным кулаком. - Он пришёл позже. - недовольно закончил ассасин, слегка отодвинувшись от гнома. - Три кружки ничего не решают. - выдвинул свой аргумент гном, пододвинул кузнецу кружку. -Присаживайся. В конце посчитаем количество пустых кружек. - И как ты собираешься их считать? - спросил гнома слегка побледневший Леголас. - Я ничего считать не буду. - отозвался гном, выловив взглядом в толпе Арагорна. - Посчитает он. - Ладно. - немного подумав медленно кивнул следопыт, слегка обалдев от такого поворота. - Только учти, Гимли сын Глоина. Я тебе это припомню. - Тогда я считаю эльфа. - мяукнула Мурка, откуда-то из под стола, после чего прыгнула эльфу на колени. - И не думай мухлевать остроухий. - И не думал. - отозвался Леголас, погладив белую кошку по голове. - Считаю Эрика. - буркнул Сыщик, пернкинув нож из руки в руку, правда тот приземлился уже будучи булкой, что очень смутило гения. На подозрительный взгляд Кошка лишь развела руками, мол это не я. - Эцио Аудиторе. - подал голос Альтаир, протолкавшись сквозь толпу. - Не подведи меня брат. - Не подведу брат. - картинно приложил руку к сердцу итальянец.       И грянула битва. Участники усиленно боролись с наплывом алкоголя, но того оказалось больше и вскоре участники стали выбывать из соревнования. Первым свалился под стол Эцио, далее свалился Гимли, после пары кружек к ним присоединился Эрик. Сидеть остался только Леголас, но пришло время считать пустые кружки. Считал Сыщик, так что никаких подсуживаний, только цифры. Итого Леголас выпил 8 кружек, Эцио осилил 12 кружек, рыжебородый Эрик осилил 13 кружек и победил Гимли с 15 кружками выпитого алкоголя. Либо Леголас должен был выпить столько же, либо сдаться, признав поражение. Эльф благоразумно сдался, решив что здоровье важнее победы. Дождавшись окончания спора Арагорн пошёл беседовать с Гэндальфом, через полчаса к их беседе присоединился всë ещё трезвый Альтаир. - Не помешаю? - спросил ассасин следопыта и мага. Те сразу прекратили разговор и посмотрели на ассасина. - Конечно нет. - после нескольких секунд молчания сказал Гэндальф, сделав приглашающий жест рукой. - Мы как раз пытались понять, где сейчас находится Фродо и кольцо.Мне удалось следить за ними до Мёртвых Топей, но потом я потерял след. Скажи же нам, что говорят твои птички. - Здесь я мало что могу добавить. - немного подумав ответил магу Альтаир, постучав пальцами по столешнице. - Мои люди видели хоббитов на пути в Итилиан, но потом они скрылись от взоров моих людей и наших крылатых помощников. Не ваши ли? - Они. - помрачнев кивнул Арагорн, взявшись за кружку. - Когда это было? - Два дня назад. Если удастся ещё что-нибудь узнать, я обязательно вам сообщу. А теперь мне пора. Дела не ждут. После этих слов ассасин встал из-за стола и направился к выходу, Арагорн и Гэндальф продолжили тихо переговариваться между собой. Празднование продолжалось до поздней ночи, но и ночь приберегла свой сюрприз. Эцио вышел на крыльцо, где застал Арагорна и Леголаса, но не успели мужчины завести диалог, как ночь пронзил хоббичий крик. - Он здесь. - произнёс Леголас и первым бросился к двери. Следом за эльфом ломанулся Арагорн, последним, чертыхнувшись, побежал Эцио. Ворвавшись внутрь итальянец быстро оглядел комнату, положив руку на рукоять меча. Посреди комнаты кричал и корчился Пиппин, сжимая в руках уже трижды проклятый ассасином палантир, в метре от него сидел Мэри, отчаянно звавший мага, а по углам комнаты замерли Кошка и Петух с животным ужасом в глазах. Первым на помощь хоббиту бросился Арагорн, вырвав артефакт из рук полурослика и корчась рухнул на пол. Эцио подхватил палантир и уронил его на пол от вспышки внезапной боли, а артефакт с горящим багровым оком был отфутболен Леголасом куда подальше. Прокатившись пару метров артефакт наконец был накрыт тканью, отправленной точным броском проснувшегося мага. - Идиот!- первым высказался Эцио, осматривая болевшие руки. - Случая в Изенгарде было мало, чтобы... - гневная тирада застряла в горле итальянца под грозным взглядом белого мага. Так и не сказав и слова маг поспешил на помощь Пиппину, замершего на полу сломанной куклой. Пока маг приводил в себя хоббита в себя начали приходить бродячие артисты. - Что это было? - трясясь как осиновый лист на ветру выдала Кошка, Петух же прокукарекал что-то нецензурное и обнял подругу. - Враг. - мрачно отозвался Арагорн, опустившись рядом с магом, пытаясь успокоить Пиппина, который внезапно вскочил и вместе с артефактом бросился к выходу и отхватил от раздражённого Эцио. - Как же эта магия достала. - мрачно произнёс он, после чего ушëл на улицу. - Гэндальф. - слабо позвала мага Пиппин, когда отошёл от оздоровительного тумака наёмника. - Прости меня. Я сунул нос в колдовские дела. - запричитал хоббит. - Всë хорошо. Я не сержусь. - слабо улыбнулся маг, пока эльф успокаивал артистов. - Ты сделал большую глупость взяв палантир. Что ты увидел. Пока маг разговаривал с Пиппином вернулся Эцио, в компании с Альтаиром. Услышав конец разговора ассасины мрачно переглянулись, что не укрылось от Арагорна, который сразу подошёл к ним. - Горящий город это Минас Тирит. - мрачно пояснил Альтаир, когда следопыт подошёл к ним. - Хоббит увидел планы врага. - всё также мрачно отозвался дунэдайн, достав трубку. - Вот только не понятно насколько они близки. -Намного ближе, чем вы думаете король в изгнании. - отозвался араб, положив руку на плечо следопытп. - На границах Гондора уже собираются вражеские Орды, но дальнейшее обсуждение может подождать до утра. Спокойной ночи. Не сказав больше не слова ассасины растворились во тьме ночи. - Вам есть что добавить? - переключил внимание с хоббита на приунывших артистов Гэндальф. Петух отрицательно помотал головой, его хвостатая подруга лишь всхлипнула. - Мы увидели примерно то же самое. - подавив дрожь наконец выдавила Кошка, едва сдерживая слезы. - Этот артефакт показал наши страхи и искушения, пытался поглотить...Я не хочу. Не хочу, не хочу. Фокусница разрыдалась, так что магу пришлось успокаивать и еë. После чего все разошлись спать. Однако не всем спалось в эту ночь. Примерно в двух днях пути от города проснулась одна молодая волчица. Она почувствовала тьму.Более того она с ней говорила, пыталась перевести на свою сторону и была послана в тартар. Теперь волчица решала, стоит ли поднимать группу дабы быстрее добраться до большого города людей или дать собратьям отдохнуть. После нескольких минут раздумий Алу молча встала и в приказном порядке отправила спать дозорного и так просидела до рассвета. Как только горизонт осветили первые лучи солнца волки вновь пустились в долгий путь.