Горячий шёпот теплых касаний.

Согнувшаяся фигурка травницы, сидящей на плотной покрытой досками скамейке, тонкие плечи медленно извивались, внезапно дёргаясь, судорожно перебирая пальцы, ёрзавшие на бежеватой ткани юбки. Немного опущенные вниз брови, в некоторых местах растянули на лице морщины, по напряжённому лицу девушки с итак блестящего на свете солнца лба спускалась светлая капля пота. Сжатые губы раздвинулись, Обессиленно упав, расслабившаяся челюсть издала цок, Из уст девушки просочился лёгкий, но вполне достаточно уставший выдох. Громко шумящие ноги, принесли на удивление неухоженный силуэт изящного юноши, по лицу которого вальяжно бежали прозрачные капли пота, потянув уголки рта высоко, раздвинув губы, чтобы вдохнуть и выдохнуть, переводя дыхание, в стоны, через которых звучали слова —Травница,— Ряхло, но чётко прозвучал мужчина, тоном помирающего хищника —Ух,— Более звонко, тяжело зазвучал евнух. Девушка будто тянула, То-ли недовольный, то-ли расстроенный взгляд лежал на груди молодого господина, ожидая какого-либо толчка от итак вымотанного сознания Мао Мао. Ещё неделю назад, весь вечер травница крутила мрачные представления этой сцены, этим действиям, монологу. Ласковый вид господина, чьи кисти были подняты к плечам, подрагивая, от тяжёлых вздохов, медленно подергиваясь и опускаясь. Мужчина внезапно переменил взгляд на полного внимания и любви, кстати только ей, он выражался искренне. Не как к другим дамам, или любимым, уважаемым наложницам императора. Такой неухоженный, искренний вид господина Джинши, был неестественен для прогулки во дворе, по которому обычно щегаляют низшие Консорты. Но в это время молодые наложницы только собирались у порогов своих жилищ, пока служанки только двигались к центральным местам, перебегая по каким-то своим обязанностям. Ладони раздвинулись, оперевшись на пальцы, девушка поднялась, двинувшись к своему господину, Мао Мао наклонилась в лёгкий поклон. —Что такого внезапно случилось, что моей кошечка пожелалось так рано встретить своего возлюбленного– Хитрым тоном,. произнёс юноша. —Ветер дует,— Подойдя в поклоне, произнесла аптекарь. Медленно подняв голову, голубые глаза вонзились в него до некуда серьёзным взглядом. —Не стоило вам выбегать в таком виде — Было только начало весны, действительно было прохладно, холодный ветер чаще утром и вечером, иногда и в обед на дворе пролетала метель. Джинси, с безразличным выражением лица, осмотрел свою накидку, и дёрнув сползшую ткань на плечи, поматал головой, заставляя виноградные волосы вальяжно прильнуть к плечам, и принять более привычную позицию на голове красавца. Благо никакая из нарядных девушек не увидела его движений, иначе бы драматично поставила на лоб кисть, а по губе полилась слюна, стирая яркие белила на подбородке. —Нормально— Ответил Джинши. Когда дело касалось его возлюбленной, речь, и мнение, даже аура разговора, менялась на комедийную обстановку.

***

Лекарь, как обычно, отдавала желанием, оставить диалог в любую секунду, не беспокоить ее лишними фразами, но в глазах главного евнуха, такого не было, то-ли она ему особенной была, то-ли действительно у Мао Мао аура серьезной шишки. —Моя романтические чувства к тебе остыли.— Скорее Мао Мао хотела чтобы значение этой фразы затерялось в тишине прошлого её монолога, как к примеру, «Ветер сильный, булочки остыли» Веки парня, дрожа, опустились вниз, губы расслабившись окончательно, перестали чувствоваться Джинши вообще. Брови же застыли на месте, где стояли секунд десять назад, В прочем, благодаря ужасному, тошнотному нарастающему в груди чувству мужчины, его изящные черты лица, наполнились чем-то более мрачным, нежели во всех прошлых разах, в которых было видно это же лицо. Звонкий стук сердца переместился чуть выше от груди, к горлу евнуха, Ещё десять - пятнадцать секунд прошло, аметистовые глаза изумлённо растопырились, но в глаза Мао Мао не смотрели, лишь зрачки напугано дрожали, лёжа на макушке девушки. Только лекарь собралась с силами продолжить диалог, как мужчина произносит —Чего— Самым искренним тоном Джинши, тон то-ли разучарования, то-ли испуга. «Тяжело» Подумала Мао Мао, отпускать человека, соответсвующе больно, возможно было больновато, однако травницу волновал Император, который поуши полезет в разъяснения того, что случилось с его душевно разбитым братиком. Нижняя губа Мао Мао поджалась, однако вид оставался так же застывшим, —К тебе, моя страсть и чувства остыли. — продолжила лекарша. Поднятая голова опустилась, теперь Мао Мао спокойно стояла, не подняв, и не дёрнув конечности. Уже колотящееся сердце, колотило кровь так, что поток алого водопада давил на грудь Джинши изнутри, а река скреблась по стенкам груди до самого горла, На горло как-будто опустился ком, который ещё и щекотал язык. Нижние веки на изящном лице согнулись вверх, оставляя морщины на уголках глаз. Желание биться в конвульсиях из детской капризы, разгорелось как масло в огне, голова мужчины задралась вниз, а по побаливающим векам побежали кругловатые горючие реки, Лицо покрылось морщинами, пряди которые как челка, достойно не прикрывали стройный лоб юноши, открыл травнице вид на всю мимику изящного лица Джинши. Если бы парень рухнул на колени и зарыдал, Мао Мао все равно был бы виден полностью его вид, она была под ним, даже учитывая что он прогнулся словно в поклоне, Мужчине хотелось разорвать всё что только попадётся в руки, загрызть свою нижнюю губу, но не хотелось испытывать ещё больше боли в этот момент, сейчас, не хотелось до жути, но зубы в попытке выплакать боль господина наружу прокололи нежную кожу губ, кровь сразу расплылась по нижней губе, и из-за пощипывания боли, Джинси окончательно сорвало крышу. Он упал на итак почти лежащие колени, и опускаясь до последнего, дёрнул рукой навверх, ладони ударили по крепкому полю, случайно задев концы длинной юбки травницы, Мао Мао согнулась. Однако Джинши ударил с тем же самым темпом, но уже доброжелательно притягивая к себе концы бежеватой юбки аптекарши.

***

К этому зрелищу собрались сначала евнухи, а потом и служанки, выяснить, чего господин в такой позе, словно так старательно внимание привлекает, пару наложниц стояли неподалеку, ждали вестей, мало ли что натворила с ним, эта его Мао Мао. Позже первое что разъяснили евнухи и служанки, это что сам изящный, красивый Джинши набросился на юбку служанки, так ещё и ревел в неё. А когда девушка начала дёргать назад почти порванную юбку, чтобы выхватить её у господина, то евнух сразу просунул руку как получится, к лодыжке Мао Мао, вцепился, и рыдал в ткани девушки, положив локоть на пыльную землю. Эти мысли перекручивал в себе мужчина, придерживавший в ладони глиняной кувшин с вишнёвым соком. Вести долетели до императора быстро, в обед, в день когда это все произошло.