2. Крыса

      Сегодня Сонхи пришла достаточно рано. Не как обычно. И причина тому то, что она всю ночь не спала. И даже под утро хотя бы за час до будильника не смогла уснуть. Всё оставшееся свободное время Чхве потратила на сборы и вовремя вышла из дома, следовательно и в университет пришла раньше обычного.       Всю ночь девушка ощущала стресс. Подслушанный разговор всё никак не вылетал из головы, особенно тот момент, когда она почти спалилась.       А точно она успела убежать? Точно ли её никто не заметил? Сонхи надеялась на это.       И правильно делала, что всегда избегала такие компании, как эту. Ну и что за нахуй потянул её на эту чёртову вечеринку?       Очередной раз мысленно переживая прошедший день, Сонхи вновь идёт на задний двор, чтобы перед парами покурить. Плохо, но это уже вошло в традицию.       В очередной раз оказавшись в назначенном месте, она расслабляется.       — Пиздец… — шепчет она, усевшись на скамье и взглянув на небо. Голова раскалывается и спать хочется. Ведомая таким навязчивым желанием, Сонхи всё же прикрывает глаза на пару минут. Хоть бушующие мысли в голове успокоит.       «А меня ведь не тронут?»       Сонхи резко открывает глаза и хмурится. Чёрт бы побрал всех в этом мире…       — Блять, почему я вообще должна бояться их? К чёрту! — она нахмурилась. На смену волнению пришла злость. — Я всё равно с ними не пересекаюсь, так шли они нахуй…       И плевать было, что со стороны она выглядела как дура, которая разговаривает сама с собой, с так и не зажжённой сигаретой между пальцами.       Со вздохом Сонхи засовывает сигарету обратно в пачку и убирает её в самый глубокий карман своей сумки. Уже и курить не хочется… Девушка просто утыкается в телефон и читает пришедшее ей только что сообщение.       Чонин сегодня не придёт. С похмелья бедный помирает.       «Так и знала, что без меня ты точно переберешь! Ладно уж, откисай, страдалец» — настрочив, она отправляет ему это сообщение и вздыхает.       — Эй… Ты же вчера стояла возле шкафчиков? — Сонхи поворачивает голову к источнику голоса и видит перед собой весьма в не хорошем виде девушку. Одна из тех, которых она «подслушала» возле шкафчиков. Кажется подруга той, что влюблена в Хвана. Выглядит действительно плохо. Словно всю ночь рыдала. — Ты вероятно слышала наш с Чанми разговор… — её голос слегка хриплый. Девушка садится рядом с Чхве и прикусывает нижнюю губу.       Чанми…       — Да, это так. Не хотела подслушивать, но так вышло… — Сонхи неловко улыбается. Хотя на самом деле глубоко плевать. Просто не хочется казаться какой-то сукой.       — Не страшно. Ты ведь была на дне рождения Хёнджина? — Чхве кивает. — Не помнишь ли ты… Девушка, с которой я вчера разговаривала, приходила? Как ты знаешь, я ей устроила вчера встречу с Хваном, а затем она должна была прийти к нему на день рождения.       — Нет, её там не было… — а в голове словно пазл складывается.       — Значит это произошло до… — печально хмыкает бедняжка. — После полудня она мне не писала, а я никак не могла дозвониться до неё. Поздно вечером я узнала… — её голос задрожал, а затем по щекам покатились слезы. — Что она покончила с собой. Я искренне не понимаю почему… Она ведь так любила жизнь. Она не могла так поступить, даже если бы её отвергли…       «—… Я вынудил её спрыгнуть с той самой крыши…» — эхом раздается в голове у Сонхи.       — М… Может быть… Это Хёнджин? — Чхве старалась намекнуть на факт убийства, но в ответ получила лишь хмурый взгляд.       — Гонишь что-ли?! Он бы ни за что никого не убил. Он ведь очень добрый, хоть и косит под хулигана, но за это Чанми и любила его. Он часто ей помогал, — девушка уверенно защищает «честное» имя парня. — Не надо клеветать его.       «Поверь, я знаю куда больше, к сожалению.»       И Хван Хёнджин не такой божий цветок, каким всё его видят…       — Окей, — Сонхи недовольно дернула бровью и отвела взгляд. Даже если сейчас расскажет правду, то ей вряд-ли поверят. — В любом случае это не моё дело и мне должно быть плевать на это. На твои вопросы я ответила, и конечно же я соболезную твоей утрате. Просто знай, что не все люди такие хорошие, как кажутся.       — Ты так говоришь, потому что сама ненавидишь Хёнджина! Ты не знаешь его! А я уважаю выбор подруги!       — Может быть ты права, — Сонхи поднимается и спешит покинуть задний двор и наконец прийти в аудиторию. А там уже и этот разговор переварить, пока будет идти пара.       На углу по иронии судьбы Сонхи сталкивается с Минхо и Хёнджином. Но лишь обменивается с ними взглядами и уходит. Ну а сердцебиение шкалит от такой неожиданности. И от того, что посмотрели на неё, как на подворотную крысу.       А остальные скорее всего от похмелья отходят.

***

      — А что ты так быстро вчера убежала?       Этот Хан Джисон… Какого хрена он не помирает с похмелья?       И какого хрена он поймал её на лестничном пролёте, пока она не спеша собиралась уходить домой?       — Стало плохо. Разве Чонин не рассказывал? — Сонхи остановилась и повернулась в Хану.       — Неужели день, насыщенный интересными рассказами, так тяжек для тебя?       — Нет, просто перебрала с коньяком. Не переживай, ваши беседы по поводу шлюх не заставляют меня ревновать. Даются вполне легко, — конечно же его слова имели огромный смысл.       — Досадно.       — А что? Скучал без меня? — ухмыляется Сонхи, а затем обходит парня и медленно уходит, надеясь, что он так и оставит её слова без ответа.       — Конечно, — Джисон догоняет её и приспосабливается к её медленному темпу. — Ведь не каждая девушка суёт свой нос, куда не надо…       От волнения аж бабочками в животе блевать захотелось.       Чхве нахмурилась, не подавая вида своей медленно нарастающей тревоги. Благо её всегда переполняют будь они прокляты смелость и уверенность.       — На что это ты намекаешь? — хмуро спрашивает Сонхи и останавливается, с долей презрения окидывая парня взглядом, мол «ты меня сейчас крысой назвал? Не ахуел?»       — Да брось. Не строй из себя дуру, тебе не подходит, — Хан натягивает надменную улыбку. — Ты ведь всё знаешь. По крайней мере в тот момент сильно воняло грязной, наивной крысой…       Чёртов паршивец.       Мерзкий подонок.       — Ты слишком много на себя берёшь, выставляя меня крысой. Не стыдно необоснованно обвинять меня в чем-то? Я даже не знаю о чём идёт речь.       — Где ты была после того, как мы вместе курили?       — Блевала в туалете. Коньяк был весьма ужасен, — Сонхи стойко держалась под напором его пристального взгляда. — Скажи честно, Джисон. Ты просто решил доебаться до меня? Или тебе так не хватает женского внимания? Так закажи шлюху, в чём проблема?       — Нет, что ты. Я получаю достаточно женского внимания, — плавно протягивает он и хитро улыбается. — Да, просто решил доебаться. Видно я не протрезвел. Бывай.       Джисон хмыкает и идёт дальше, оставляя Сонхи одну в этом сером коридоре. Стоило парню повернуть за угол, девушка резко ударяет по стенке слева от себя, опустив голову. А сама шепчет проклятия ему в след.       — Я пиздецки вляпалась в очередное дерьмо…       Сонхи злится в первую очередь на себя. Зайдя в уборную, она долго вглядывается в своё отражение в зеркале, понимая, что это дерьмо — реальный пиздец. И если Джисон так уверен в её причастности, то он явно не отстанет от неё. Остаётся надеяться, что от остальных его дружков не будет такого.       Сонхи подводит всё к своему итоговому решению стараться намного меньше пересекаться с этими людьми.

***

      Чанбин потягивается на скамейке на заднем дворе, пока Джисон хмурится и думает о чем-то своём.       Никто не разговаривает. Ждут кого-то. И если Чанбину просто плевать на всё по жизни, то Джисон начинает закипать. Ненавидит ждать. Уже минут пятнадцать пялит в одну точку и с каждой секундой все больше злится.       — Может в клуб сгонять? — внезапно предлагает Чанбин, привлекая внимание друга. — Давно там не были.       — Похуй, пошли, — поспешно решает Хан, смотря в сторону, откуда сам пришёл, надеясь тот час же заметить тех, кого ждёт.       — Ух ты, даже отговариваться не стал. Я приятно удивлен, — улыбается Со, а затем вздыхает, смотря вперёд. — Так и буду предлагать тебе, когда ты зол. Без раздумий соглашаешься. Кайф.       — Только не пользуйся этим часто, иначе утоплю тебя в унитазе, — Джисон закатывает глаза, а затем резко встаёт. — Ну наконец!       Он видит Хёнджина и Минхо, идущих в их сторону. Так и хочется подойти к ним и каждому снести лицо за долгое ожидание. Хотя Минхо сделает это раньше, чем Джисон успеет хоть руку поднять.       — Она? — с ходу спрашивает Хван, по привычке засунув руки в карманы своих фирменных брюк. — Чёрт, так и знал, что эта ведьма, — спешит он, даже не давая Хану ответить.       — Подожди. Говорит, что блевала в туалете, а потом ушла, потому что стало плохо, ибо коньяк полное дерьмо, — произносит Джисон.       — Конечно она станет лгать, — возмущается Минхо, — ей абсолютно невыгодно сказать правду в этой ситуации.       — Ну а если всё же правда? Вероятность пятьдесят на пятьдесят, — параллельно Чанбин принимает протянутую ему от Хана уже зажжённую сигарету.       — Ты сейчас защищаешь её? — Минхо слегка наклоняется к другу, недовольно сведя брови к переносице. — Неужели тебя так зацепил её зад, что ты готов встать на её сторону? Брось, она всё равно тебе не даст.       — Ты идиот? — рычит Чанбин. — Я просто сказал вполне логичную вещь.       — Хватит, это я вообще жертва, — Хён страдальчески взвыл, уставший наблюдать за началом перепалки Бина и Минхо. — В любом случае это странно. Она пила совсем немного и при этом аж до тошноты, которая настала именно в тот момент, пока мы были в комнате.       — Я ведь доберусь до тебя, Чхве Сонхи… — шепчет Джисон и в предвкушении кусает нижнюю губу.       Ему, кажется, интереснее больше остальных.