Часть 8: Пробуждение Духа-Машины.

Спустя время... Прошло определённое время отдыха семьи Каллисто и экипажа «Гнева Сателлы», когда их отпуск подошёл к концу, а крейсер прошёл модернизацию. Затем Затеин подарил Лоретте книгу «Заветы Императора». Книга Заветов самого владыки их вселенной оказалась чуть толще, но меньше в размере стандартной книги; красная обложка с изображением всё того же золотого орла, раскинувшего свои крылья, под ним же была надпись, сделанная позолотой на арасике. Экипаж крейсера был доволен обновлением своего корабля. Крейсер весь сиял белым цветом, пока на нём красовались по бортам две синих линии, на носу красовалась эмблема TTA. Заняв свои места, Вариус при помощи технопровидца Рубикона связались с его Духом-Машины, запустив диагностику всех систем. Экипаж крейсера был обрадован, когда сообщилось, что все системы отвечают и готовы к службе. Начав процедуру запуска, по всему крейсеру вспыхнули основные огни, зажглись все мониторы, пока реактор выходил достаточно быстро на заданную мощность. Оживились все двигатели крейсера, держатели расцепились с кораблём, и тот, включив малый ход ионных двигателей и репульсоров, взмыл в небо под радостные крики и аплодисменты персонала. Крейсер сделал лёгкий крен влево и вправо, попрощавшись на время с персоналом, выходя на орбиту и затем и за её пределы переключившись на максимальный ход, где их ожидала «Стеллосфера». Увидев корабль-дом, крейсер отправил им сигнал, что крейсер в порядке, вычищен до блеска от кончика носа до выхлопной системы ионных двигателей. Внезапно недалеко от них образовалось красное мерцание и затем пролом, сияющий всеми возможными и невозможными цветами и красками. Не прошло и минуты, как, не иначе как из самого Варпа, выпрыгнул линкор «Дар Императора». Заметив красно-золотого исполина, Майлз с радостью прильнул к стеклу, рассматривая каждую деталь корабля, которую он смог увидеть. В глаза парнишке бросился мостик, напоминающий скорее какой-то храм, нежели мостик военного корабля, затем взгляд скользнул по огромным лэнс-орудиям и поворотным макропушкам, расположенных в башнях. Радости Майлза и одновременно и ужасу от колоссальных размеров данного линкора не было предела. Повернув головы, Фиби и Лео едва не отпрыгнули от своих постов, когда увидели линкор возле них сияющие батареи макропушек по бортам, смотрящих будто в саму их душу. Лоретта тоже встрепенулась, прижав поближе к сердцу подарок в форме шестерни, который ей подарил Затеин, который, казалось бы, обладал аурой, придающей уверенности Лоретте. Девочка не знала, чем объяснить эту ауру. Но она объясняла в голове сразу две вероятные теории: либо этот кулон обладал лёгкой силой самого Императора, либо это было просто обманное чувство, и это был лишь самый простой подарок. "Нет, не самый простой. Подарок от близкого человека априори не может быть простым" – подумалось ей. Лоретта улыбнулась, увидев, что все три корабля в сборе, когда линкор прислал им сообщение, что приносит извинения за то, что немного подзапоздал, сославшись на задержку по причине того, что он угодил в газопылевое облако, и надо было устроить уборку корпуса и стволам орудий, дабы не позорить Венеру и Галактическую Федерацию. Каллисто, услышав извинения, весело рассмеялись вместе. Ибо не ожидали, что такой величественный корабль будет просить прощения перед их маленьким, по сравнению с ним, кораблём. Однако неловкость канула в лету, когда все три корабля передали нужную информацию друг к другу через КСЕПИП, который удалось воплотить в жизнь. Немного хихикнув, Лоретта открыла книгу, перелистнув на новую страницу. Страница 3 Глава: О любви и высоких чувствах Сыны и дочери Человечества! Внимая вам, я, Император, обращаюсь к вашим сердцам и умам. Я вижу, как в мире, в котором бушуют войны и смятения, любовь оказывается под угрозой забытья. Но знайте: истинная сила человеческой души заключена не только в мечах и доспехах, но и в способностях чувствовать, любить и создавать. Я призываю вас не только к единству в битвах, но и к единству в любви. Разве не возвышает ли ваше существование искреннее чувство, достойное великих поэтов и певцов? Я желаю, чтобы каждый из вас стремился к созданию связей, взращивающих искренние эмоции и высокие романтики. Пусть ваши сердца будут открыты, как чистое небо, со звездами надежды и мечтаний. Любовь — это свет, что ведет вас в темные времена. Она заставляет вас видеть друг в друге не только товарищей по оружию, но и крепкие души, способные на великодушие, сострадание и тепло. Упоминаю эти чувства, потому что в их глубине сокрыта истинная сила. Я молю вас, выражайте свои чувства, находите в этих проявлениях вашу силу. В каждом поцелуе, в каждом нежном взгляде, в каждом обмене радостью вы утверждаете, что человечество — это не просто раса существ, но семья, полная любви и заботы. Помните, что отношения между вами — это отражение вашего внутреннего мира. Если вы будете стремиться к высшему, если ваши сердца будут полны добрых намерений, даже в самых бурных вихрях жизни вы найдете гармонию. И, в конечном итоге, эта гармония будет размножена, перенеся свою силу дальше, к будущим поколениям, даруя им благословение любви и понимания. Я желаю вам гордиться не только своими достижениями на поле боя, но и нежностью, которую вы способны дарить друг другу. Пусть ваша романтика будет высокой, как горы, и столь же незыблемой, как ваши клятвы в бою. В каждом поступке, в каждом слове, стремитесь к возвышенному. Подумайте о тех мгновениях, когда ваши сердца замирают от нежности, когда глаза ваших любимых сверкают, словно звезды, освещающие ночное небо. Эти мгновения призваны стать основой для новой эры, где вместо конфликтов царит единство, где идёт обмен не только словами, но и чувствами, где стремление к взаимопониманию приводит к великому процветанию. Я призываю вас, любите друг друга! Не только в моменты триумфа, но и в минуты страдания и испытаний. Взаимная поддержка способна преодолеть любые невзгоды. Как Император, я вижу светлое будущее, в котором каждая пара, объединяясь, будет создавать новые истории, новые династии любви и привязанности. Я призываю укоренить в своих сердцах эту добродетель, дабы она служила опорой для будущих поколений. Поэтому, о, народ мой, станьте хранителями и носителями любви! Пусть ваши сердца горят, словно факелы, освещающие мрак, и пусть вас не пугает этот свет, а только вдохновляет к новым свершениям. Искренне верьте в силу любви и романтики, в их святость и непередаваемую красоту. Каждый жест, каждое слово должны быть наполнены уважением и заботой, превратившись в чудо, могучее, как сама жизнь. В заключение, мои дорогие подданные, помните, что любовь — это наше общее наследие и сила, которую невозможно измерить. Да будет она руководством в вашем пути, да приведёт в мир, где на каждом шагу будет слышен шёпот нежности, а в каждом сердечном ритме — гармония революции чувств. Верьте, любите, и пусть ваши сердца будут переполнены той романтикой, что создаёт настоящие шедевры из глубины человеческой души. Я, Император Человечества, стою с вами, рука об руку, в этом величественном первозданном пути! Прочитав эту страничку, Лоретта мило улыбнулась, смотря в сторону крейсера, где был тот парень, который её полюбил её, и которого она тоже полюбила — Затеина Векта. "Этот Император точно должен существовать. И его идеям обязательно должны следовать, ведь только с ними можно построить счастливый мир. По крайней мере, в его мире... Но, явится ли он в наш мир в физической оболочке?..." Фиби посмотрела на свою дочурку и подошла к ней, немного наклонившись к Лоретте. Прочитав страницу, уже переведённую, Фиби сразу поняла, о чём думает сейчас её дочь. — Лоретта, я очень горжусь тем, что вы с Затеином любите друг друга. Лоретта, такой как он, встречаются очень и очень редко. А Затеин уже совсем особенный от того, что он из иной реальности. Доченька, береги его, я не хочу, чтобы он от своей невероятной отваги серьёзно пострадал. Попытайся не дать ему направиться в ситуацию, где он может себя погубить. Хорошо? Он парень отважный, военный, и у него большое сердце. Но он из-за своего рвения может себе навредить. — сказав это, Фиби улыбнулась своей Звёздочке. — Согласна, мам, — улыбнулась в ответ Лоретта. — Но не переживай, у меня ведь уже есть опыт с моим младшим братом, он тоже лезет везде, где только можно. А уж Затеин-то точно куда серьезнее Майлза. Фиби усмехнулась на её слова. Действительно, по сравнению со способностью Майлза влезать в неприятности, Затеин выглядит ангелом. Тем временем, все три корабля стали разворачиваться к нужному курсу, так как их пригласила на бал и праздник сама королева планеты Сирена-2, которая прознала про иномирцев и их дружбу с семьёй Каллисто, известной практически уже почти на всех планетах. Крейсер лишь замигал установленными сигнальными огнями и ушёл в гиперпространство по нужным координатам. «Дар Императора» же стал на глазах Каллисто открывать впереди себя врата в Имматериум. Смотря на это через остекленение мостика, Каллисто бросило в дрожь, когда энергия иного мира достигла их, энергия иного измерения, не поддающейся логике, трепала каждую нить их души. Внезапно линкор будто что-то всосало из иного мира, и тот с рывком улетел в Имматериум, и сразу, когда корабль исчез, врата схлопнулись, и ощущение сразу же исчезло. Мёрк, испытав на себе энергию Варпа, лишь прижался к Майлзу, который уже явно не был обрадован, что линкор не улетал в гипер, а летел через тот ад. — Ничего себе... — выдохнул он, даже не пытаясь отстранить от себя робо-страуса. Всё-таки вместе было спокойнее. — Никогда не видел ничего подобного! — Ты имел ввиду – «ничего страшнее»? Я согласна! — поёжилась его сестра. — Ну, как минимум, мы можем быть уверены, что нам точно ничего не грозит, — подбадривающим тоном произнесла Фиби, успокаивая детей. — Вряд ли нам хотели причинить вред. — Это точно, — хихикнула Лоретта. Лео, тем временем, направился обратно в кресло пилота, махнув рукой. — Ладно, ребята, пора и нам двигать. А то ещё опоздаем, нехорошо будет, — весело посмотрел он на семью. — Совершенно правильно, Лео, — кивнула Фиби, занимая своё место на мостике. Дождавшись, пока свои места займут дети, она обратилась к Стелле. — Стелла, активируй Галактек! — Да, капитан. — подтвердила Стелла, активируя сферу, вновь преобразовав корабль, сразу же включив гиперускорение вслед за кораблями Федерации. По прибытию в пункт назначения самым первым явился «Гнев Сателлы», затем «Стеллосфера». А вот линкор пришлось подождать две минуты. Когда же вынырнул и линкор, Каллисто наконец-то смогли сообщить, что все на месте и готовы к принятию на бал. Каллисто оделись довольно простенько: вся та же одежда, к которой они привыкли, но только выглаженная и начищенная. Кроме Лоретты. Экипаж же крейсера нацепил парадные униформы: белые мундиры, элегантные фуражки и чёрные туфли, добавив к ним различные медали и ордена, кто чем был награждён. На груди Затеина не было никаких медалей или наград. А всего лишь простой серебряный знак отличия за стрельбу. А вот грудь Вариуса украшали две награды: медаль «За храбрость» и Орден Мира. Лоретта же надела на себя новенькое платье, в котором решила совместить свой любимой розовый цвет, вместе с белыми вставками цвета, который был символом Федерации и цветом Сатурреи. Коул был дважды награждён за храбрость. Как он любил рассказывать, он ворвался в тыл врага, застрелил двух дремлющих членов экипажа из бесшумного пистолета, запрыгнул в БТР «Росомаха» и угнал прямиком из-под носа сил Конфедерации. А через пару недель провернул такой же финт ушами, но на сей раз с лёгким БТР «Вампир». У Арвана же был один скромный орденок — Орден Зелёного Креста. Экипаж же линкора решили высадиться на бал только высшими званиями вместе со своей элитой — Алыми стражами в алой броне с золотыми вставками в броне с символикой орла и черепов, гордо держащих в своих руках лазганы модели М-22 с примкнутыми штык-ножами. «Стеллосфера» мягко и изящно приземлилась, а вот «Гнев Сателлы» сел менее изящно, ибо он иначе попросту не смог бы приземлиться из-за своих габаритов. Шаттл с линкора совершил резкую посадку, едва не снеся незадачливого робота своим носом, и с разворотом коснулся земли, открыв аппарель. Из его недр вышли богато украшенные офицеры линкора в чёрной форме, которую перечёркивали с обеих сторон две попечерных красных линии, начиная с плеч. Экипаж вышли все обвешанные лентами, кучей медалей, орденов и остальными украшениями, подчёркивающими их статус, явно указывая, кто тут «царь». Впереди них вышли Алые Стражи с лазерными винтовками наготове. Увидев друг друга, Затеин и Лоретта улыбнулись и приобнялись. Увидев значок Затеина, Лоретта любопытством стала рассматривать его знак за стрельбу. Рассмотрев, девочка поправила его съехавший в сторону значок. Затеин же с лучезарной улыбкой поправил её шестерню. Вариус наблюдал за этим с гордостью за своего сына, а Лео с Фиби с умилением. Вариус прекрасно понимал, что его сын хочет пройти вместе с Лореттой победы и горе, огонь, прометий и адамантиевые трубы. Выдвинувшись на место прогулочным шагом к большим входным воротам, люди из трёх кораблей продвигались шаг за шагом, Лоретта немного переживала и поэтому шла поближе к Затеину и взяла его за руку, ощущая в этот момент то, что Затеин отключил переживания и смущения, работая в системе холодного анализа. Рубикон тоже шел с ними, стуча по земле своими тяжёлыми искусственными ногами и обухом топора-шестерни, как и один из техножрецов – ещё более ужасающий член Культа Механикус, который сменил всю свою плоть на металл, оставив лишь жалкую кроху органического мозга, чисто ради формальности. — Затеин... Мне страшно... Вокруг столько людей с оружием... А ещё эти двое... — Лоретта кивнула в сторону идущих и громыхающих железом технопровидца и техножреца, которые общались быстро и кратко при помощи лингвы, выпаливая информацию за считанные секунды. Затеин, посмотрев на них, прижал Лоретту поближе к себе, укрыв её голову своим плечом. — Не бойся, Лоретт... Всё будет хорошо, это будет праздник. Это же бал! — Затеин немного посмеялся, стараясь успокоить Лоретту, когда вокруг людей самыми первыми шли Алые Стражи с лазганами, готовые к бою в любой момент, а над небесами дежурит, тихо гудя пропеллером, небольшой ударный беспилотник на электротяге, готовый сбросить управляемые термобарические бомбы на врага в любую секунду. — Да уж, надеюсь на это... — пробормотала Лоретта, слегка отлипнув от плеча мальчика. Всё-таки он был прав: тут столько вооружённых воинов и техники, что, если технопровидец вдруг решит опять взбеситься, с ним явно быстро справятся. Уж эти-то вояки знают, как с ними обращаться, предполагала девочка. Вариус же с Лео разговаривал об своих кораблях. Фиби шла рядом, разговаривая с Майлзом, говоря ему правила приличия и поведения, чтобы они с Мёрком ничего не натворили и не разочаровали королеву. Майлз слушал вполуха, кивая в нужных местах, чтобы мама не заподозрила его в невнимательности, или, не дай Космос, в невежестве. Будет что-то важное – запомнит Мёрк и, если что, предупредит друга. Гораздо больше его интересовал разговор Коула и Арвена, которые шли рядом друг с другом, рассказывая шутки и весело смеясь. Рядом с Крезаром шёл псайкер, прибывший с линкора, и он был выше всех людей. Его высокий рост 215 сантиметров затмевал рост слуг Механикус, хотя слуги Марса и почти догоняли его. Сине-лиловая мантия выдавала в нём явно человека с очень богатой планеты. На лице маска цвета металлик, украшенная непонятными символами, на руках прочные длинные перчатки. На его спине болтается психо-имплант в форме позвоночника, присоединённый к спине и чуть ниже затылка, иногда потрескивающий электрическими разрядами в себя, а его широкие наплечники поблескивали лёгкой позолотой. Крезар и другой псайкер шли и болтали друг с другом. Пока Крезар был общительным, Ценер, как назвал себя псайкер, был краток и немногословен. И пока двое сильных псайкеров разговаривали, они иногда показывали свои способности друг другу. И глаза Ценера переливались синим, что явно пугало Каллисто, но одновременно и завораживало, ибо они не до конца могли поверить, что существуют "псайкеры", которые выходят за пределы понимания разума людей УЗБ: люди, способные черпать энергию Имматериума или чувствующие её, обрушивая её потоки в материальный мир. Зайдя внутрь, Каллисто и иномирцев встретили с размахом: заиграли стоящие наготове музыканты, загудев в трубы и начав бить в барабаны, встретили их её простые слуги в виде различных разумных существ и роботов, глубоко поклонившись почётным гостям. Иномирцы из крейсера, как подобает этикету, встретили их "сотворением" и сделали лёгкий поклон в ответ, даже офицеры, чем немало удивили стоящую вдалеке королеву и самих слуг. Ибо они привыкли, что им гости лишь кивают, а не отвечают взаимностью. Экипаж же линкора просто-напросто проигнорировали слуг совсем. Первыми к ней подошли двое представителей Механикус. Увидев тех, кто раньше был человеком, королеву бросило в ужас, и её сковал страх, сердце женщины ушло в пятки, когда она видела, как приближаются эти два механических чудовища. Остановившись у трона с прижавшейся к нему королевой, первым заговорил техножрец, вместе с технопровидцем сделав знак "Ког Машины", скрестив пальцы на руках у груди. Голос техножреца полностью лишён всей человечности, его "голос" искажался вокс-динамиком. — Меня зовут Адес-1902-Дельта. Это Рубикон-7339-Ипсилом. Мы слуги Омниссии. Мы едины металлом, ибо плоть – слаба. — З..Зачем вы это сделали с...с...Собой?... — еле выдавила из себя королева, чуть ли не паникуя от страха. Экипаж крейсера, увидев реакцию королевы, на арасике приказали культистам Механикус отойти, что они и сделали. Перед ней явились Вариус и Лебедев, поприветствовав её. — Я Вариус Вект, капитан крейсера «Гнев Сателлы». — Я Ярослав Лебедев, заместитель капитана корабля «Дар Императора». — Я...Я Селестия Цинек... — ответила явно растерянная королева планеты, поправив своё элегантное серебристое длинное закрывающее полностью ноги и больше платье. — Приятно с вами познакомиться, Селестия. Благодарим вас за приглашение на бал и одновременно праздник вашей планеты. Мы вас не подведём, мы устроим грандиозный парад, который никто не забудет, — ответил Лебедев полностью серьёзным голосом. — Правда? Спасибо, я ценю это. Пока королева и экипаж разговаривали и всяческие проявляли заинтересованность к балу, Лоретта сидела и через свой браслет просматривала все последние данные о мире Федерации, когда к ней с лучезарной улыбкой подошёл Затеин — Привет, Лоретт. Изучаешь мой мир? —А? Д...да, тут столько новой информации ты мне передал о своём родном мире, что мне требуется время, чтобы собрать всё в одну кучу и разложить по полочкам, — ответила Лоретта, немного понервничав, быстро посмотрев в его глаза. — Понятно... Лоретта, ты не против станцевать со мной? — спросил её Затеин, ожидая ответа девочки. Дочь Каллисто услышав этот вопрос уставилась в землю, поджав одну руку, ибо не знала, как ответить Затеину. С одной стороны она не хотела этого, так как боялась вероятности того, что она его каким-то образом глубоко обидит. С другой же стороны сердце усилило темп, а душа хотела быть ещё ближе к нему, ибо он – Затеин – был тем парнем, который рискнёт всем, чтобы вытащить её и её семью из любой передряги, не потребовав ничего взамен их спасённых жизней. Обдумав, Лоретта взяла себя в руки, дав свой ответ: — Хорошо, я согласна. Этих трёх слов хватило, чтобы лицо Затеина засияло ещё краше, и он на эмоциях крепко обнял её обеими руками, проведя рукой по её косе, смотря ей в глаза. Отойдя к нужному месту, где играла музыка от живых музыкантов, Затеин с улыбкой взял её за руку и чуть выше талии, начав танцевать с ней медленный танец, кружась, смотря друг другу в лицо. Затеин, будто установив невидимую связь, придавал уверенность ее шагам. Он подстраивался под её ритм, ведя её вслед за собой, словно они были первыми танцорами на этом балу, существовавшими вне времени. Окружающий мир исчез: залы, полные гостей и массивные хрустальные люстры, затухли, оставив лишь их двоих и музыку, Затеин, держа её, внимательно следил за тем, чтобы каждый новый шаг был безопасным и лёгким. Он был внимателен, как настоящий партнёр, чувствующий ритм и настроение своей спутницы. Лоретта невольно улыбнулась, смотря в глаза Затеину. Она никогда не была профи в парных танцах, возможно потому, что и танцевать-то ей было не с кем: среди её окружения также не было особых любителей. Но в Затеине чувствовался опыт, он легко сглаживал любые лёгкие ошибки своей партнёрши, превращая их в нечто необычное, словно так и было задумано. Танцевать с ним было легко, и девочка чувствовала себя невероятно счастливой. — Лоретт, я унаследовал правила своего мира, но ты научила меня, что иногда нужно их нарушать. Может быть, мечта о мире возможна и реальна... Мир, который не прекратится никогда, и будет царить вовеки веков до тех пор, пока в нашей Галактике не погаснет последняя звёзда... — заговорил Затеин, глядя ей в глаза. — Я тоже мечтаю о таком мире в твоём мире, Затеин... — прошептала Лоретта, и её голос едва слышно звучал над мелодией. — О мире, который никак не может познать твоя родная планета и вся Галактическая Федерация... Поэтому я надеюсь, что Император явится к вам... В своей физической оболочке, и наведёт порядок... — вздохнула Лоретта, и видя искренность в её глазах, Затеин вместе с ней перетанцевал в другое место осторожно и скрытно. Оставив танец, мальчик обнял дочь Каллисто, нежно проведя рукой по её щеке, когда она наслаждалась теплом его руки, Затеин приблизил свою голову к ней, и совершил ещё один шаг. Затеин полностью обнял Лоретту и проведя рукой по её косе, он нежно и кратко поцеловал её в губы. Лоретта от такого полностью покрылась краской и застеснялась, не ожидая подобного. На расстоянии от них находились Майлз с Мёрком. Оба смотрели на парочку во все глаза, понятия не имея, что делать в данной ситуации. Сами они старались держаться подальше, как от танцующих, так и от важных особ, чтоб не путаться ни у кого под ногами. — Что будем делать, Мёрк? Я боюсь за сестру, — вроде бы озабоченным шёпотом спросил Майлз у друга, однако тон его был больше озорным. Робо-страус покачал головой и издал несколько укоряющих трелей. Мальчик примиряюще поднял руки. — Ладно-ладно, я тебя понял. Просто не будем мешать. Лучше давай тихонько выскользнем, мне скучно, а до парада ещё есть время. С этим Мёрк согласился. — Лоретта, лучик мой... Я никогда не видел Священную Терру вблизи. Это моя мечта – посетить колыбель Человечества... — опечаленно выдохнул Затеин в это время, тая лёгкую обиду. — Почему ты так мечтаешь о Священной Терре? Разве на Сатурреи нельзя найти того же? — Нельзя, — ответил он с лёгким вздохом, и озадачивающее выражение отразилось на его лице. — Сатуррея прекрасна, но Священная Терра совсем другая. Это не только одна планета, это место, где родилось Человечество. Это то, что мне не хватает, мне хочется посетить те места, где ходил сам Бог-Император... — Знаешь… — произнесла она, пытаясь не выдать дрожи в голосе. — Для меня это тоже особенное место. Я выросла на Священной Терре. Для меня это мой дом. Затеин, казалось, потерял дар речи, и его удивление написалось на его идеальном лице. — Что?! Правда?! — его голос был полон надежды и восхищения, как у ребенка, которому дарят долгожданную игрушку — Да, — подтвердил она. — Хотя в моей реальности она совсем другая. Но это одно и то же место, просто в разных мирах… — Л..Лоретт... — голос Затеина задрожал от волнения и триумфа и невероятного счастья верующего. — Я...Я хочу увидеть Терру вблизи, и вступить на неё!... Твоя семья... Поможет мне осуществить мою, и мечту многих других людей?... — спросил Затеин, и по его глазам было видно, что он умолял об этом Лоретту. — Конечно, не думаю, что в этом есть что-то сложное, — улыбнулась Лоретта, кивнув ему. — Мы с семьёй часто прилетаем туда к Гонг-Гонг и По-По – это наши с Майлзом дедушка с бабушкой, да и по делам тоже. Вы вполне можете посетить Землю – Священную Терру – вместе с нами, никто вам не запретит. По крайней мере, Лоретта надеялась, что именно так и будет. Затеин от радости крепко обнял Лоретту, чуть не задушив её в крепких объятиях, отчего девочка засмущалась вновь и раскраснелась. Затеин был невероятно счастлив от того, что сможет посетить САМУ Святую Терру. А вернее, хотя бы её аналог в мире Управления. Но вот Гонг-Гонг и По-По ввели его в лёгкое заблуждение. — Так, минутку, Лоретт. Так вы, что, все родились на Терре получается? — Да, Затеин. Мы все родились на Земле, — мило и невинно улыбнулась Лоретта, поправив свою косичку. Затеин же явно был такому факту удивлён и немного не так воспринял. — То есть, все люди родились на Земле, так? — спросил Затеин уже серьёзно, явно не понимая суть, отчего Лоретта немного хихикнула. — Да нет же, Затеин. Люди рождаются на разных планетах, которые УЗБ колонизирует. — А, прости, Лоретт... — Затеин от неловкости почесал свой затылок, на что Лоретта лишь отмахнулась — Нечего страшного, Зат, с кем не бывает! — Спасибо, Лоретт, — Затеин романтично улыбнулся ей. — Спасибо ещё раз, за то, что я, мой отец и другие смогут исполнить мечту... Коснуться ногами поверхности самой Терры... Моя Полярная звёздочка, — Затеин нежно взял обе её руки, и представители разных миров посмотрели в глаза друг другу и крепко обнялись, и Лоретта положила свою голову ему на плечо, расслабившись, что её обнимает тот, кто искренне любит её, и тот, кому она может доверить даже самые сильные тайны. — Мой герой... — сказала Лоретта, утопая в его насыщенно-фиолетовых глазах, пока он тонул в её зелёных. — Я люблю тебя, Зат... И я сама не верю, что говорю это... — Я тоже люблю тебя, Лоретт... Ты согласна пройти со мной «Крещение аркой»? — Да, я готова. Только не говори, что это, хорошо? — Обязательно, любовь моя, — Затеин нежно улыбнулся, проведя рукой по её щёчке. И чувства обоих вспыхнули, как две сверхновых звезды и они чмокнули друг друга в губы. В это же время жители ГФ решили показать мастер-класс: сатуррейцы танцевали «Эль-Фейн» — размашистые, быстрые и чётко структурированные движения руками и ногами, с высокими отталкиваниями в воздух при помощи носков ног при перемещении с одной ноги на другую. Жители планеты-крепости показывали себя мастерами в танцах. Руки сатуррейцев в Эль-Фейне – это продолжение их воли, выражение их внутренней мощи. Они не просто двигаются – они рисуют в пространстве. Движения размашистые, быстрые, геометрически точные. Они напоминают одновременно рисунок укреплений на планетарной карте, работу сложных механизмов и траектории летающих боевых дронов. Руки описывают сложные орбиты, пересекаются, разделяются, создавая завораживающий ритм, подобный переплетению стальных балок в крепостных стенах. В движениях рук присутствуют резкие остановки, которые подчеркивают силу и контроль сатуррейца над собственным телом и энергией. Ноги движутся с невероятной быстротой и точностью, создавая впечатление невесомости. Их переходы между положениями быстры и плавные, похожие на расчетливые манёвры в боевом искусстве. Парагонцы же, в лице Арвена, Коула и других с обоих кораблей, решили сделать свой «Ракьян». Отличительной чертой Ракьяна являются медленные, плавные движения всего тела. Парагонцы не ограничивают танец лишь работой рук или ног – всё их тело участвует в выражении эмоций и повествовании истории. Движения медлительны, как течение реки, но полны внутреннего напряжения и скрытой силы. Они не резкие, но полны грации и выразительности. Каждое движение – это целая фраза, повествующая о ветре в полях, о восходе солнца, о рождении и смерти звёзд. В Ракьяне важна не скорость, а точность и выразительность. Парагонцы используют язык тела, чтобы передать глубокие эмоции: печаль, радость, надежду, покой. Мимика лица играет не менее важную роль, чем движения тела. В танце часто присутствуют моменты замирания, когда танцор застывает в выразительной позе, позволяя зрителю прочувствовать передаваемые эмоции. Это не просто движение ради движения, а рассказ о жизни, о природе, о душе парагонца. Драматичность Ракьяна достигается не резкими движениями, а градуальным изменением позы, медленным переходом из одного состояния в другое. Это танец переливов, танец переходов, танец времени. Он не захватывает своей скоростью, а постепенно погружает зрителя в свой медленный, завораживающий ритм. А вот жители Венеры исполнили свой «Рон-Кейн» — в «Рон-Кейне» тело венерианца остается относительно неподвижным, служа лишь основой для сложной игры рук и ног. Туловище держится прямо, с едва заметным покачиванием, передающим ощущение утонченной грации и уверенности в себе. Любое движение тела минимально и контролируется с исключительной точностью. Так же само ведут себя и ноги венерианцев. После бала и танцев Затеин, держа Лоретту за руку, рассказал своему отцу всё начистоту: о своей любви к Лоретте и о том, чтобы Лоретта была крещена согласно традиции его планеты. Вариус нашёл это предложение радостным и довольно быстро всё организовал и расставил, и вот, часть экипажа крейсера, Алой Стражи венерианцев и даже офицеры стояли с оружием в виде лазганов и лаз-пистолетов, собирались провести «Крещение под аркой» в честь Затеина и Лоретты. Фиби и Лео с гордостью и трепетом в душах наблюдали на происходящим, гордясь своей дочерью. А вернувшийся как раз вовремя Майлз нашёл это действие даже немного необычным, и поэтому смотрел, как Затеин держал Лоретту за руку, а экипаж обеих кораблей подняли вверх своё оружие. — Ты готова? — тихо спросил Затеин, его голос был полон нарастающей тревоги, но светлая надежда пронизывала каждое слово сына Сатурреи, пока дочь Каллисто слушала его. — Да, пошли, — тихо утвердила Лоретта, и Затеин медленно пошёл с ней через арку оружия, напарники друг напротив друга подняли оружие чуть выше. Лоретта ощутила, как её обнимает будто сама сущность его планеты, даруя Лоретте душевное тепло, а Император Человечества с отеческой заботой положил руку на её маленькое плечо, и это дало чуть больше уверенности землянке и вместе с этим трепетом от того, что её заметил сам Император, и её сердце было готово выскочить из груди. Пройдя через арку, ощущение объятий Сатурреи и руки Императора исчезли, отдавшись эхом у её родителей и родного младшего брата. Лоретта с удовольствием в конце крепко обняла Затеина за шею, как и он в её в ответ, слегка покружив Лоретту.. Ощутив невиданную силу, у Фиби и Лео перевело дух, и вместо страха холода и ужаса, как тогда линкор покинул Имматериум, их объяло тепло. — Ого... Ты это тоже ощутила, любимая? — Спросил Лео свою жену. — Да, тоже ощутила это... Похоже, Затеин не врал на счёт их бога. — Да, но я и не удивлён, Затеин ещё не разу не наврал нам. *** Прошло 3 часа 30 минут... На главной площади пригласившей их планеты, парад начинался, люди и представители различных инопланетных рас собрались на установленных трибунах, ожидая начала парада. Семья Каллисто стояли вместе рядом с королевой этой планеты, также неподалёку располагался и её муж, ожидающий с нетерпением начала обещанного им шоу. Король не смог явиться на бал, так как был занят делами королевства. Первым на площади появился мощный колёсный грузовик M63T45 «Колосс», его огромные колёса размером с человека прокатывались по земле, пока его сердце работало на малых оборотах. Справа на его кабине развевался флаг Федерации, величественно колеблясь под лёгким дуновением ветра. Солнце, ярко светя, отражалось в его начищенном до блеска корпусе, пока по его левую сторону развевалось знамя «Гнев Сателлы». Автоматическая пушка смотрела горделиво в небо, набрав максимальный УВН вверх, который у неё только был возможен. За грузовиком в белоснежно-парадных формах, сверкавших на солнце, шагал строй экипажа «Гнева Сателлы». Каждый из них горделиво держал лазерную винтовку за приклад, а стволы были направлены вверх. Их уверенные шаги задавали ритм всей колонне. Громкоговорители, установленные ровно посредине грузовика, проигрывали боевой марш. Он звучал, как грозный барабанный бой, играние труб и удары тарелок. Это не оставляло сомнений в лояльности экипажа к Управлению и всем людям и инопланетянам. Тогда экипаж крейсера все, как один, стали петь во весь свой голос, следуя тембру играющей во всю громкость музыки. — Idivas, evo nos sudoni Arhan asuvi varro Ave-ni mach fordena! Avis, esu si surro In avis, in novas, farsoni! Invere, vesu ves ni vox. Ire vas sumeni doni Est vox menidis, varro! Раздавалась вновь и вновь эта боевая мелодия планеты-крепости, вызывая в душах людей и пришельцев уже настоящий страх. Лоретта заинтересовалась и включила перевод с сатуррейского языка, и её верный браслет дал ей нужный результат: Вперед, к судьбе. Победа ждет Слава, за нашу честь! И нашего Бога В Боге, в вере, мы победим! И враги умрут. Вперед к судьбе Смерть, направь наш путь! После «Гнева Сателлы» с грохотом и мощью, словно поднимая волнение среди собравшихся, выкатился сверхтяжёлый танк FDB-18 «Молот Венеры», выкрашенный в красно-чёрные цвета с линиями обоих цветов на его стволе главного калибра. Ковш был снят за ненадобностью. И только на его передние экраны гусениц и сзади башни белым цветом сверкал герб Федерации — Мэйр. Его массивные гусеницы гремели по всей площади, а мехводу этого чудовища следовало отдать должное — он был настоящим мастером, сумев расположить свой танк аккурат посреди дороги, не сшибая ничего подряд. За танком выстроилась стройная колонна титанов, расстроенных по своему размеру. В авангарде, впереди всех шли титаны класса «Ион» в шесть метров ростом. Шли уверенным громким шагом, держа свои смертоносные орудия в своих руках, или же приподнимали свои руки, вооружение в которых было уже вмонтировано. Огромные боевые шагатели и впереди них огромный танк вызывали фурор и страх жителей этой галактики, не видавших суровую жестокость войны уже давно. Венерианцы в чёрной униформе с яркими красными линиями маршировали, выставив лазганы стволами вперёд, воспевая свой боевой марш на языке, полном ярости и силы. Каждый их шаг звучал, как призыв, напоминание о том, что они — народ боевой и полный вычурности, готовый отстаивать свои интересы, невзирая на возмущения других, показывая свою надменность напоказ. — Космично!.. – пробормотал Майлз. Больше он сказать и не мог, так как с жадным вниманием выглядывал любую мелочь. — Не скажу, что полностью согласна... Но это зрелищно! Правда, зрелищно! — воскликнула Лоретта, в её глазах одновременно читались восхищение и ужас. — Не хотели бы оказаться их врагами, правда? — с весёлой улыбкой подмигнул детям Лео. — Нам это не грозит, — хмыкнул Майлз, покосившись на сестру. Та лишь усмехнулась его словам, покачав головой. — Лео, Майлз, — твердо, но с улыбкой шикнула на них Фиби. — Потише. Лучше смотрите. Вся семья снова обратила свой взор на парад. Иномирцы провели парад потрясающе, в качестве последнего аккорда устроив парад воздушной техники. Сначала пролетела с тихим гулом авиация с крейсера и затем линкора с рокотом и душераздирающим высокочастотным воем. Люди и другие зрители самых различных рас в ужасе подались назад. Когда парад окончился, по громкоговорителям раздалось объявление о том что скоро будет песня. Люди и другие разумные немного подождали, отдохнув от парада, когда появился крейсер, управляемый пробуждённым Духом-Машиной и ИИ, связанным воедино. Крейсер Федерации завис над землёй на почтенной высоте, когда внизу него вышло устройство, включив огромную проекцию голограммы в виде пародии на тонкий экран. Заиграла бодрая музыка, где в основном звучали быстрые удары по барабанам и игра басс-гитары вместе с синтезатором. На голограмме же для всех сторон засветился видеоряд, показывающий саму планету Сатуррею, и её солдат, обстреливающих врагов из различного вида вооружения. Сначала взмыл реактивный атмосферный истребитель собственной модели с изящными и тонкими обводами фюзеляжа с двумя реактивными двигателями, который совершил резкий вираж с лётчиком внутри, резко затормозил, задрав нос вверх и, убрав мощность, спланировал вниз, пропуская вражеский самолёт вперёд себя. Опешивший ИИ КОП не успел распознать неожиданный, нелогичный человеческий ход ума и стал разворачивать машину, когда лётчик уже навёл ракету на самолёт и пустил ракету. Истребитель КОП сразу же стал отстреливать ложные тепловые цели и совершать противоракетные манёвры, но всё было бесполезно. Ракета настигла цель, разорвав часть фюзеляжа. Истребитель врага устремился вниз к земле в огне и без практически всего левого крыла и с оторванным килем. Лётчик же устремил свою боевую машину дальше, пока сзади него продолжался воздушный бой, самолёты загорались один за другим под огнём ракет друг друга, огнём зенитных батарей или пуска ракет ПВО. Война – испытание истинной веры, Стойким – победа, сломавшимся – черви! Мэйр нас пусть ведет, Мы выдержим всё! Наш мир не падет! Веди, Император, сатуррейцев к победе! Луч Астромикона с Терры нам свети! И знаем – Федерация смотрит на нас. Вперед, сатуррейцы! Пришел мести час! Страдает планета во вражьих осадах, Но рассеется мрак, рассвет впереди – Изгоним врага с сатуррейской земли! Веди, Император, сатуррейцев к победе! Луч Астромикона с Терры нам свети! И знаем – Федерация смотрит на нас. Вперед, сатуррейцы! Пришел мести час! Отмщение – знамя гвардейских полков, Сорвем цепи варпа, низвергнем врагов! Направь, Император, на битву солдат! За Сатуррею мы пройдем через ад! Веди, Император, сатуррейцев к победе! Луч Астромикона с Терры нам свети! И знаем – Федерация смотрит на нас. Вперед, сатуррейцы! Пришел мести час! Когда песня стала подходить к концу, когда заговорилось про отмщение, были показаны солдаты Сатурреи, гордо держащие свои лазганы в руках, а пара из них держала фиолетовые флаги с белыми линиями и цветком в центре флага. Солдаты вытянули флаги вперёд, преклонив колено, затем и другие преклонили колено, когда камера повернулась, и всё окружило золотое свечение, и явился сам Император Человечества с горящим пылающим мечом. Даже через голограмму все ощутили его силу, его ауру неведанной до селе всем силы, что люди и пришельцы стали трепетать черед ликом Императора, даже до Каллисто и королевской семьи дошло его могущество. Император вскинул свой меч, и солдаты, встав с колена, подняли руки вверх, сжав кулаки, явно приветствуя своего Бога боевым кличем. Император кивнул и указал на вражеские позиции своим мечом, и сатуррейцы обрушили на позиции врага в следующем кадре залпы из всех систем, артиллерийские орудия в виде целых батарей произвели выстрелы синхронно с ударами барабанов в музыке. В бой ринулись танки и БТРы и БМП, заливая вражеские позиции огнём из всех стволов, включая даже сверхтяжёлые репульсорные танки, и даже в бой пошёл могучий титан под 15 метров ростом, открыв огонь из своих чудовищных плазменных двухствольных орудий в каждой руке. Под конец, сатуррейцы разгромили вражескую небольшую крепость и вонзили свой флаг на крышу большого главного ДОТа, позволяя своему флагу развеваться на ветру, когда к ним сзади подошёл Император, и люди на фоне его казались совсем крошечные, хоть это и были здоровые мужчины почти под два метра ростом. Солдаты произвели сотворение, Император Человечества кивнул им, указывая своим мечом к звёздам. И когда музыка заканчивалась, появился рисунок, где Император Человечества, возвышающийся до самых небес, указывает кончиком своего огромного пламенного меча на врагов, которые внизу, со спины, на земной поверхности казались совсем-совсем малышами, и позади Императора было шесть исполинского размера кораблей, предвидящие погибель врагам. И среди врагов был в панике убегающий солдат Конфедерации, с позором бросивший своё оружие и убегающий в страхе, вторым был бывший Воитель, которого уничтожал пучок золотого света, который обрушился на врага с кончика меча Императора, третьим же – бывший Верховный, упавший на колени, явно молящий о пощаде. Последним четвёртым оказался в панике убегающий офицер, бросивший своё знамя, которое уже успело упасть на землю, запачкавшись в грязи. Лоретта смотрела на это, не отрывая своих глаз, ощущая комбинацию чувств: трепет, страх и восхищение перед Владыкой мира Затеина, сумевшего практически объединить всё человечество. Королева и её супруг смотрели на это с ужасом, понимая, насколько УЗБ и их правление ничтожно перед такой мощью иного мира. Мира войн, настоящего Бога и страшного потустороннего измерения и подмира, который находится на линии соприкосновений двух миров - Материума и Имматериума. Робо-страус прижался к земле от страха, чувствуя, будто на него смотрит сам Император. Лео же, ощущая на себе силу Императора, чувствовал страх и радость. Страх за то, что такой ужас и невероятность может существовать, и прямое тому доказательство было прямо у них на глазах, а радость – за то, что две их вселенные, хоть и были разные по пути истории и другому, но в то же время были и похожими в одном – объединять. В это же время на крейсере и линкоре по зашифрованному радиоканалу же раздумывали по поводу Истины Императора, и её возможности разнести по миру УЗБ. Пока Затеин не вмешивался, хоть и был верующий, доверил это дело взрослым. Экипаж крейсера с линкором стали кумекать, кто будет произносить речь перед народом этого мира, и, хорошо обдумав, они приняли решение показать всех троих. Несущий Истину Императора — Аэлет Бёрн. Самый главный человек на линкоре, ответственный за религию в Истину Императора. Клемент Орайон — являлся молодым рядовым священником на крейсере, но он хоть и выглядел молодым, но был хорошим дипломатом. И так же взяли с линкора экклезиарха — Аристарха Корнелия, оставив дела пока что рядовым служителям Истины на борту линкора и чуть ниже его рангом. И у всех троих полностью отсутствовали различные символы смерти: Черепа, кости и тому подобное.

***

— Суперкосмично... — прошептал Майлз, явно поражённый всем происходящим, ощутив, будто сам Император взял его за плечо, по отцовски сжав его в своей броне, и от этого мальчишка слегка дрогнул. — Ты тоже это почувствовал? — прошептала Лоретта, поглядывая на брата. Тот лишь кивнул, поняв её без всяких слов. Крейсер в это же время выключил голограмму, слегка довернул и чуть поднялся вверх, выровняв немного накренившийся в сторону борт. Голограммы вновь вспыхнули, и перед лицами на трибуне встал огромного роста человек, закованный в броню, на его лысой голове полностью красовались татуировки, в правой руке он держал раскрытую книгу, его броню украшали озолоченные вставки и символики огня на броне, деталь в виде книги на левом наплечнике и свитка на правой. Слева от него стоял молодой священник, одетый в простую кремового цвета одежду, держащий в руке посох с изображением орла, изображения которого украшали всю его одежду. Его блондинистые волосы и зелёные глаза смотрелись на нём прекрасно. Посмотрев в сторону зрителей, молодой человек радушно улыбнулся им, произведя сотворение, экклезиарх и Несущий Истину повторили этот жест за ним. Слева от бедра священника была закреплена книга с изображением орла. Справа от гиганта стоял пожилой экклезиарх, лишь наблюдая за всем происходящим в своей красной мантии, украшенной различной символикой, а помимо малой книги на нём ещё висело справа кадило, пока что ждущее своего часа. Священник был облачён довольно красиво, обвешанный различной религиозной символикой, и в нём явно чувствовалось, что он был выше по статусу человека в кремовой одежде. Выждав время, пока люди и представители иного разума удивлённо посмотрели на голограммы, первым заговорил молодой священник: — Братья и сестры, дети Галактики! Я стою перед вами сегодня не как чужак, а как брат, как дитя Вселенной, столь же искренне стремящийся к свету и любви, как и вы. Мое сердце переполнено смирением и радостью от возможности говорить с вами в этот знаменательный час. Многие из вас, возможно, смотрят на нас с тревогой, с опаской, и я понимаю это. Наш приход, появление здесь – событие, выходящее за рамки привычного. Но позвольте мне развеять ваши сомнения, отбросить страхи, которые, словно темные тучи, застилают ясность вашего разума. Мы – не захватчики, не завоеватели. Мы – представители Галактической Федерации, объединенные незыблемыми узами мира и взаимопонимания. Мы – дети Галактики, ищущие не войны, а союза, не вражды, а дружбы. Мы пришли не с мечами, а с протянутыми руками, не с огнем, а со светом, — священник протянул свои руки, как бы обнимая всех зрителей в свои объятия через голограмму. — Да, я знаю, что страх – это естественная реакция на неизвестное. Но вслушайтесь в мои слова. Мы – не инопланетные чудовища из мрачных сказок, а разумные существа, чьи сердца бьются в том же ритме, что и ваши. Как и вы, мы познали и горе, и радость, и боль утраты, и восторг открытий. И, как и вы, мы жаждем мира. Не так давно, всего пять лет назад, мы сами пережили ужасы войны. Мы видели, как рушится мир, как гибнут невинные, как ненависть и страх пожирают все живое. Мы видели это, и мы вынесли из этого горький урок. Мы поклялись себе, что это была последняя война в истории нашей Федерации, в истории нашего народа. И мы, дети Галактической Федерации, клянемся перед вами, что это также должна стать последняя война и в истории человечества! Именно поэтому мы здесь – не как завоеватели, а как посланники надежды. Мы хотим поделиться с вами мудростью, накопленной нами веками, хотим вместе строить будущее, где нет места раздору и насилию. Мы верим, что и вы – не враги нам, а братья и сестры в великой семье Вселенной. Нам больно видеть, как страх застилает ваши глаза. Нам больно чувствовать ваше отторжение. Мы пришли к вам с открытым сердцем, и нам больно, когда мы встречаем холод и недоверие. Мы молим вас, дайте нам шанс, позвольте нам доказать вам, что наши намерения чисты, что наша цель – это мир и процветание для всех. Пожалуйста, отбросьте свои страхи. Раскройте свои сердца. Почувствуйте тепло нашего братства. Мы – не чужие, мы – братья. Давайте вместе построим мир, в котором не будет места ненависти, а будет лишь любовь и единство, — священник закончил свою речь и взялся обеими руками за посох, ожидая реакцию жителей УЗБ. Люди и представители иных разумных видов стали переговариваться друг с другом и перешёптываться, пытаясь расценить действия иномирцев. И это выглядело по мнению большинства крайне странно и необычно. Сначала показать военный парад, а затем говорить о мире любви и процветании. И многие жители разных рас и народов сбросили это на такой необычный менталитет народа Федерации. Каллисто наблюдали за этим с лёгким интересом — Наши друзья не перестают меня удивлять, — прокомментировал Лео, явно смотря, что же будет дальше. — Да, пап, определённо, — подтвердил Майлз, а успокоившийся Мёрк что-то пропиликал. — За это мы и любим наших новых друзей, — улыбаясь, произнесла Фиби — Точно! — практически хором подтвердили Майлз с Лореттой, а девочка добавила. — Надеюсь, все остальные члены УЗБ тоже их поймут. — Император Человечества, наш истинный Бог, не просто указал нам путь, Он продиктовал нам Заветы, которые стали основой нашего бытия. Эти Заветы высечены в камне, вытканы на знаменах и выжжены на сердцах каждого верующего. Они учат нас мудрости, справедливости, состраданию и служению высшему благу. Они говорят о единении и о том, что только вместе мы можем преодолеть любые невзгоды. Наш Император возвысил человечество, наделив нас не только разумом, но и духовной силой, способной преобразить мир. Он не оставил нас во тьме сомнений, Он дал нам Истину, незыблемую и вечную, как само время. И именно эта Истина сплотила нас в единый народ, возвышая наши души и направляя наши шаги. Поэтому, когда мы смотрим на вас, иномирцы, мы видим не просто разумных существ, но потенциальных соратников, тех, с кем мы можем вместе нести свет Истины во все уголки вселенной. Истины, что учит о любви, милосердии и готовности встать плечом к плечу в борьбе за правое дело. Мы, дети Императора, не только горды своим происхождением, но и готовы делиться мудростью и верой с каждым, кто ищет духовного пути. Наша вера – это не слепое поклонение, а осознанный выбор, основанный на любви, благочестии и стремлении к высшему идеалу. И этот идеал – Единство. Мы, дети Императора, понимаем ваше стремление к миру. Мы, как никто другой, знаем цену единства. И мы протягиваем вам руки не только, как братья по разуму, но и как братья по вере, ибо, хоть вы и не поклоняетесь Императору, вы наверняка стремитесь к высшему началу, к Истине, как и мы. И я говорю вам, что не только наличие разума объединяет нас, но и эта вера в единую Истину. Она несет в себе силу преодоления всех преград, силу прощения, силу искупления. И эта сила должна стать основой нашего будущего. Будущего, где дети Императора и все разумные расы станут союзниками в великом стремлении к Свету, как и учит нас Великий Император. Позвольте же нам, детям Его, вести вас к этому Свету. Позвольте нам вместе построить мир, где правит Истина, мир, достойный наших предков и потомков. Да пребудет с вами благословение Императора!

***

Спустя 8 Дней... После проведения парада, речи святых о том, кто они, о вере в Императора и обо всём, что пережило человечество в мире Федерации, экипаж крейсера и семья Каллисто занимались мелкими поручениями УЗБ. И стоило Каллисто и экипажу крейсера передохнуть, как им сообщили, что Управление Земли Будущего на одной из своих планет решили провести выставку новой техники: игрушечные ракеты, турборанцы и всё в подобном духе, что не могло не обрадовать детей. Иномирцы запросили у УЗБ показать один из их фокусов, и Управление практически сразу дало им на это своё добро, что повысило моральный дух экипажа «Гнева Сателлы», и на самом крейсере находилась пара техножрецов и экклезиарх, взятых на время с линкора. Прогрев «прыжковый» привод, а семья Каллисто активировав сферу Галактек, все совершили переход и практически одновременно вышли в назначенном месте, и, как показали ауспексы крейсера, после покидания подпространства все показания оставались на прежнем уровне, что не могло не радовать экипаж, члены которого внесли этот плюс в список крейсера после его модификации и капитального ремонта на стапелях УЗБ. Корабли совершили посадку, и люди добрались туда спокойным темпом пешком. Зайдя внутрь большого красивого здания, напоминающего половину сферы, чья крыша была сделана из высококачественного стекла, в глаза Каллисто и иномирцев бросилась огромная выставка самой различной техники, когда над ними пролетели пара новых игрушечных ракет прямиком над головой. — Ух ты, фантастика! — обрадовано воскликнул Майлз, наблюдая за полётом ракет на радиоуправлении. Затеин же не согласился с этим, прикрывая Лоретту на всякий случай. И девочка посчитала это проявление с его стороны очень милым с его стороны. — Не переживай, Зат, это безопасные ракеты, — улыбнулась Лоретта, однако в знак благодарности слегка чмокнула его в щёку, отчего Затеин немного растерялся, но затем гордо хмыкнул, поправляя фуражку. Пока Каллисто ушли изучать технику, экипаж крейсера с проповедниками и двумя техножрецами, закутанные в красные балахоны, чтобы не пугать простой люд, скрылись в каком-то закоулке.

***

Через 12 Минут... Толпа различных инопланетных рас и человечества вместе с семьей Каллисто вошли в ранее закрытое помещение по объявлению о приглашении о показе иномирцев. Зайдя в помещение, им в нос ударил сильный запах благовоний ладана и запаха сирени и ещё самых разных трав древнего Марса с иной реальности. Отчего многие инопланетяне и люди закрыли носы или хоботы от слишком резкого и едкого запаха благовоний, свет был сильно приглушён, создавая эффект темноты, пока сцена с иномирцами была ярко освящена со всех сторон. Громадный силуэт QT-45 «Фалькор», ещё безжизненный и серый, слегка возвышался над стульями со зрителями при помощи поднявшей его платформы. Ткань, накрывшая его двигатели, была сорвана. Вокруг машины, на полу, был начерчен магический круг белым мелом, неровным от волнения рук. Внутри круга, словно в ритуальном алтаре, и на боевой машине рассыпан мутный, мерцающий серебром порошок, доставшийся из древних тайников Марса. Зрители расселись по местам. Каллисто и адмиралы Уотсон и Крик, как почётные гости, сидели в первом ряду, воочию наблюдали за происходящим, до сих пор не веря в во всё, что они видели и слышали. Пара техножрецов и технопровидец стояли возле машины. Все трое напевали гимны и литании Омниссии на языке УЗБ. Технопровидец размахивал кадилом, окутывая грозную спящую ещё бездушную машину священным дымом. Лоретта, юная девочка, сидевшая рядом со своим младшим братом Майлзом, снимала происходящее на камеру своего браслета. К трём представителям Культа Механикус подключился и экклезиарх с линкора, престарелый, но всё ещё гордо держащий осанку и силы старец, стал напевать молитвы и литании вместе с представителями Марса, окропляя машину святой водой из кропила, напевая вместе с молодым священником с крейсера молитвы и литании, посвящённые Императору Человечества, когда из тени вышел Затеин. Пара техножрецов в багровых одеждах стояли у подножия машины, напевая литании Омниссии на древней технолингве. Их голоса, усиленные вокс-усилителями, звучали как гул древних механизмов. Технопровидец с аугментированным глазом размахивал кадилом, окутывая машину густым дымом, словно освящая ее перед предстоящим ритуалом. Старец окроплял машину святой водой из кропила, напевая молитвы Императору Человечества, вторя песнопениям марсианских техножрецов. Два потока молитв, одна — восхваляющая Машину, другая — Императора, переплетались в единый торжественный хор. Лоретта почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. В своей белоснежной униформе, с фуражкой на голове, Затеин выглядел как ангел, сошедший с небес. Затеин, достигнув носа «Фалькора», осторожно вытащил перманентный цилиндр, покрытый мистическими рунами. С лёгкой медленной походкой он поднёс кончик цилиндра к скрытому источнику пламени, и тот вспыхнул, напитавшись святой энергией. Огонь зашёл силу древних рун магических рун, экклезиарх и священник на паре с техножрецами и технопровидцем чуть сбавили темп чтения молитв, пока и вовсе не утихли, погрузив всю комнату в тишину. Юноша осмотрел зрителей и, посмотрев в сторону Каллисто и адмиралов, глубоко поклонился им, проведя рукой по холодной броне. Затеин прошептал пару коротких литаний на арасике, и подошедший к нему Клемент при помощи тонкой кости нанёс на лицо Затеина чёрной краской семь рун, назначение которых ни Каллисто, ни УЗБ не знали. Клемент, закончив рисовать руны, коснулся знаком орла головы Затеина, затем его правого и левого плеча, проводя вокруг него кадилом. Закончив ритуал, священник медленно отошёл в сторонку и кивнул Затеину. Набрав в грудь воздух и прикрыв глаза, юноша ударил горящей головкой о нос машины. Раздался оглушительный хлопок, словно хлопкоподобный выстрел пистолета, а порошок вокруг машины вспыхнул яркими блёстками. На носу «Фалькора», словно вплавленный в металл, проступил черный знак Механикус, отпечатанный силой взрыва и рун, и хлопок заставил всех вздрогнуть от неожиданности, и смотря, как засверкал магическим светом порошок вокруг машины в круге, кружа вокруг Затеина и машины. В воздухе повисла тишина, зрители затаили дыхание. Даже обычно шумные Мёрк и Майлз смотрели на это, не отрывая глаз, а про Лоретту и думать было нечего. И в этот момент в разумах всех присутствующих прозвучал голос. Это был не обычный мужской голос, не человеческий, но словно глас самой машины, древний и исполненный силы: — Пробуждаюсь! «Фалькор» задрожал всем корпусом, его огни на мгновение ярко вспыхнули, а потом потухли, словно моргнули веки огромного механического существа. Затем машина ожила, ее двигатели ожили, начав движение, установленные камеры вместо орудий стали двигаться с тихим гулом приводов механизмов. Машина больше не была просто механизмом, теперь она была сосудом для Духа-Машины, готовой служить Федерации и УЗБ. Толпа, в том числе и семья Каллисто и Затеин, замерла в благоговейном ужасе, наблюдая за пробуждением новой души, живущей внутри машины в этом мире. Затеин смотрел на машину, камеры наводились на лицо юноши. Мальчишка медленно протянул руку, коснувшись ещё горячего знака Механикус, не ощущая боли, а, наоборот, душевное тепло, окутывающее его сердце. Вторая его рука провела по одной из камер, поправляя электронный глаз машины на нужную позицию, и пробуждённый Дух-Машины не оказывал сопротивления, лишь наблюдая за тем, что делает мальчик. Подошедший экклезиарх безмолвно протянул Затеину маленькую баночку с блестящей синей краской и чистую новую кисточку. Затейн взял баночку и кисточку, в этот момент его лицо озарила улыбка — не мальчишеская, а какая-то глубокая и мудрая. Он словно ощутил в этот момент всю тяжесть и ответственность, которые легли на его плечи, но в то же время — величайшую честь. Опустившись на одно колено, он почтительно склонил голову перед «Фалькором». В тишине, воцарившейся в зале, он окунул кисточку в краску и сначала нанёс руну слева от знака и стал медленно и чётко прописывать какой-то текст. Лоретта, завороженная зрелищем, смотрела на это с бурей эмоций внутри, казалось бы, даже её знак, подаренный Затеином, стал источать разогревающее и нежное тепло по всему её телу, почувствовав своего пробудившегося собрата. Когда Затеин закончил наносить текст, он нарисовал справа, чуть пропустив место, вторую такую же руну. И обе руны были похожи на какой-то неизвестный, немного заковыристый знак. Отложив краску и кисточку в сторону, Затеин положил обе руки и что-то прошептал машине, будто устанавливая с ней не только физическую, но и ментальную связь. Закончив процедуру, юноша встал с одного колена и создал сотворение их герба. Платформа стала опускаться, и, завершив процедуру опускания машины, пара техножрецов при помощи спустившихся манипуляторов осторожно, с полным почтением не скрылись за углом комнаты, пока Затеин продолжал стоять с сотворением в руках. Мальчишка, выждав две секунды, медленно повернулся к зрителям, совсем чуть-чуть улыбнулся им своей очаровательной неподдельной улыбкой. Подошедший священник нанёс последнюю маленькую руну аккурат посреди его переносицы. Священнослужитель также повернулся к ним, продолжая держать посох, легко поклонился зрителям, создав сотворение, пока их обоих не скрыли за кулисы, и медленно свет не зажёгся до прежнего уровня. Сказать, что Каллисто, адмиралы и остальные были в шоке, это было словами не передать. Но Лоретта почувствовала, будто заново влюбилась в Затеина. В этого отважного, доброго и романтического мальчика, покорившего её сердце.