Вот как все началось

Встреча должна была пройти вполне себе невинно. Изгои (кроме Клинта, который сначала собирался навестить свою семью, а потом уже присоединиться к остальным) должны были прибыть на общий этаж Башни к Тони и Питеру, чтобы немного пообщаться и получше друг друга узнать. Несмотря на то, что официально они снова были одной командой, напряжение между ними после всего случившегося так никуда и не делось. А команда, разделенная недомолвками и ссорами, явно не годилась для выполнения действительно важных миссий. Вообще-то Питера не должно было быть на этой встрече, но он зашел в Башню за жидкостью для веб-шутеров, и Тони решил, что сейчас самое подходящее время, чтобы представить парнишку остальным в качестве своего стажера.        И в данный момент два гения с жаром препирались из-за конфет, ожидая появления остальной команды.        — Нет! Питер, ты и так съел сегодня слишком много сахара, а я определенно не собираюсь становиться тем, кому придется иметь дело с гиперактивным ребенком, — сказал Тони, поднимая над головой пакетик Скиттлз. Несмотря на то, что Тони был не слишком высоким (всего около 172 сантиметров), Питер пока что был еще ниже.        — Я съем только половину. Ну пожалуйста, — проныл Питер, поднимаясь на носочки и пытаясь дотянуться до конфет. — Обещаю, что съем только половину, а остальное достанется тебе.        — Нет, — Тони оставался непреклонным. — Ты испортишь зубы.        — Я почищу их сразу же, как только поем.        — Ага, так я и поверил.        — Но я правда почищу.        — И не сможешь потом пить апельсиновый сок, потому что терпеть не можешь его вкус сразу после зубной пасты. Собираешься отказаться от сока? — спросил Тони.        Питер засомневался, на мгновение переставая тянуться за конфетами.        — Но...        — Никаких но, Питер, — покачал головой Тони. — Сегодня никаких больше конфет. Слушайся своего отца.        — Ну, пааааап, — протянул Питер с усмешкой на губах. Все это началось спустя примерно два месяца после полного фиаско на выпускном. Питер тогда обвинил Тони в том, что он превратился в папочку-наседку, на что Тони сказал: “Тебе всего лишь нужно слушаться своего отца, пытающегося всеми силами обезопасить сына”. Питер тогда ответил: “Но, пап, почему ты тогда не прислушиваешься к словам сына, когда он пытается тебя спасти?”. К концу вечера они оба плакали, обнимались, смеялись, а потом так и заснули на диване в обнимку. Последнее, кстати, случалось с ними довольно часто.        Парочка была слишком сильно увлечена дележкой конфет, так что совершенно не заметила, как в комнате появились Изгои, замершие на пороге и в шоке пялившиеся на то, что происходило в гостиной. Папа? Слушайся своего отца? ПАПА?        Питер заметил гостей первым и, тихо вскрикнув, отпрыгнул в сторону, тут же спрятавшись за спиной Тони и вцепившись в его рукав. Такая реакция заставила Старка обернуться к Изгоям и одну руку завести за спину, будто бы защищая от них Питера. Как только Тони понял, кто перед ним стоит, он, кажется, слегка расслабился.        — Ребята, вы могли бы и сказать что-нибудь, чтобы предупредить о своем присутствии, а не доводить меня до сердечного приступа. Вас не учили элементарному “Здравствуйте”? Или “Добрый день”? Я слышал, что это весьма распространенные фразы.        — Если бы у меня был выбор, я бы предпочла сказать “Привет”, — улыбнулась Наташа. Тони просто закатил глаза, а Питер наблюдал за происходящим огромными словно блюдца глазами.        — О, Боже, это ведь Черная Вдова. О, Боже мой, — пробормотал он, едва ли не вибрируя от эмоций, и с восторгом уставился на остальную часть команды. — Господи, да это же Капитан Америка, Сокол и Алая ведьма. Поверить не могу.        Команда с любопытством рассматривала незнакомого парнишку, который с легкостью называл миллиардера, известного своей замкнутостью, папой. Причем парень все еще держался поближе к Тони.        — Привет. Я Стив, — сказал Роджерс прежде, чем молчание стало неловким.        Питер ахнул и Тони пришлось ткнуть его локтем в бок, чтобы он взял себя в руки и заговорил.        — Пр-привет. Я эмм... я Питер. Приятно познакомиться с вами, сэр.        Такой вежливый, — подумал Стив. — Не могу поверить, что он действительно сын Тони Старка.        — Приятно познакомиться с тобой, Питер.        — И мне. Я, кстати, Сэм.        — Наташа.        — Ванда.        Питер казался еще более ошеломленным происходящим, если такое вообще возможно.        — Вау, я только что познакомился с Мстителями.        — А я значит для тебя уже не герой, да? — рассмеялся Тони, и только Питер услышал в его голосе нотки ревности, так что он быстро ответил.        — Ты все еще остаешься моим самым любимым супергероем, папа.        На этот раз они оба даже не заметили последнего слова Питера, зато его явно оценили Изгои. Они обменяли взглядами, которые так и кричали: “Вы тоже это слышали? Я ведь не один схожу с ума?”        — Тони, ты позвал нас, чтобы обсудить наши будущие миссии? — уточнил Стив после обмена взглядами.        Старк, кажется, немного пришел в себя и обнял Питера за плечи.        — Таков был изначальный план, но потом пришел мой сын и все испортил. Если вы не против, то я бы отложил все серьезные разговоры, — это был уже более привычный всем Тони, который ставил интересы других выше себя. За то время, что они не виделись, Стив осознал, что всегда судил Старка слишком строго (Наташа знатно накричала на него, когда выяснила, что между ними произошло). Конечно, Стив уже извинился за тот случай в Сибири, но он прекрасно знал, что у него был еще далеко не один повод попросить прощение.        Изгои обменялись взглядами, приходя к какому-то соглашению, но ответил за них всех Стив.        — Мы будем не против, если твой сын присоединится к разговору, но если тебе кажется, что это слишком, то можем для начала поговорить о чем-то другом.        Тони и Питер выглядели немного шокированными, но парень быстро пришел в себя.        — Эмм... вообще-то...        Тони захлопнул ему рот ладошкой, прерывая то, что он собирался сказать.        — Как насчет того, чтобы начать с самого элементарного. Вы есть хотите? Я точно знаю, что Питер голоден, так что давайте покормим его быстро растущий подростковый организм, — из-под ладошки Тони раздалось невнятное шипение. — Да тише ты, я всегда замечаю, когда ты голоден.        Не дожидаясь реакции остальных, Тони быстренько усадил Питера на один из диванов. Мстители неловко потоптались вокруг, пока Тони, закатив глаза, не пригласил их тоже присесть.        — Я пока разогрею остатки пиццы. Можете выбрать фильм, чтобы скоротать время, но не давайте право выбора Питеру. Он наказан за то, что вел себя как придурок из-за каких-то Скиттлз, — сказал Тони, игнорируя возмущенный писк Питера.        Со стороны казалось, что Изгои чувствовали себя вполне комфортно в гостиной. Они с удобством расположились на диванах и начали громко спорить о том, что будут смотреть. Сэм хотел чего-нибудь новенького (в основном это были те фильмы, что он пропустил, пока они скрывались), Стив и Ванда были не против классики, а у Наташи и вовсе не было каких-то особых предпочтений. Питеру даже стало немного неловко от того, что он остался в стороне от дружной компании, так что, когда в его кармане завибрировал телефон, он почувствовал облегчение.        Сообщение пришло от Тони.        Iron Dad: знаешь, это было пиздец как смешно        Peter-man: что именно?? Peter-man: и не матерись на меня        Iron Dad: весь этот день тебе придется притворяться моим биологическим сыном        Peter-man: охренеть не встать...        Питер повернулся и посмотрел в сторону кухни с некоторым недоверием. Он серьезно только что прочитал то, что прочитал? Телефон в руке снова завибрировал.        Iron Dad: они все думают, что ты мой настоящий сын. Давай посмотрим, сколько им потребуется времени, чтобы обо всем догадаться Iron Dad: ставлю на то, что Наташа раскусит нас уже к концу дня        Peter-man: Ладно, давай проверим.        Будто прорепетировав этот момент, Тони вышел из кухни, держа в руках пару коробок с пиццами, оставшимися со вчерашнего ужина.        — Фу, тут ананасы, — поморщился Сэм, рассматривая гавайскую пиццу. — В пицце никогда не должно быть ананасов.        Питер выглядел так, будто его оскорбили до глубины души.        — Ананасам в пицце самое место! — сказал он и, заметив недоверчивый взгляд Сэма, продолжил: — Это правда! Пап, скажи им, — слово "папа" слетело с его губ настолько легко, будто он произносил его всю свою жизнь. И Тони солгал бы, если бы сказал, что с его сердцем в такие моменты не происходило ничего странного.        Конечно, будучи хорошим наставником, Старк встал на защиту своего протеже.        — Ананасы и пицца неплохо сочетаются. Впрочем, в пиццу вообще можно напихать все что угодно, и я все равно ее съем.        — Ты так говоришь только потому, что он твой сын, — шутливо ответил Сэм.        — Возможно, — улыбнулся Тони.        — Папа! — возмутился Питер. — Я не раз видел, как ты добавляешь в свою пиццу брюссельскую капусту, так что не нужно наезжать на мою вполне себе безобидную начинку из ананасов!        Старк рассмеялся и сел рядом с Питером, обнимая его плечи.        — Прости, приятель. Я люблю ананасы в пицце, а те, кто уверяет, что это невозможно есть, страдают либо от аллергии, либо от отсутствия вкуса, — заверил парня Тони.        Питер, успокоенный этими словами, прижался к отцу и продолжил жевать свою гавайскую пиццу. Споры о том, какой фильм посмотреть, как-то сами собой стихли, и ПЯТНИЦА включила телевизор на самой тихой громкости. Но на экран почти никто из присутствующих не смотрел, потому что следили за Тони, пытаясь рассмотреть ту его сторону, которую раньше никогда не видели. И только Наташа была единственной, кто будто держался в стороне. Она молча ела пиццу и смотрела на экран.        — Почему они все на нас пялятся? — прошептал Питер, сильнее прижимаясь к Тони.        — Они просто завидуют, ведь у них нет своего личного карапуза, с которым можно пообниматься, — отмахнулся Старк, откусывая большой кусок от своей пиццы.        — Я могу и сам с собой обниматься, — сказал Сэм и демонстративно обнял себя за плечи, заставить Питера хихикнуть.        — А я могу обнять Наташу, — добавила Ванда, наклоняясь к подруге. Наташа придвинулась ближе и накрыла их обоих лежащим неподалеку пледом.        Стив остался в одиночестве и бросил на Сэма печальный обиженный взгляд.        — Хэй, чувак, с тобой обниматься я точно не собираюсь. Страдай в одиночестве.        Когда Стив бросил на своего приятеля такой взгляд, будто его предал самый лучший друг, Питер и Тони громко рассмеялись.        Стив улыбнулся парочке, ведь он никогда не видел Тони настолько расслабленным в чьей-либо компании. Гений всегда пытался найти себе занятие и скрывался в мастерской.        — Хэй, Питер, а сколько тебе лет? Если ты, конечно, не против, что я спрашиваю, — с любопытством сказал Стив. Парнишка выглядел достаточно молодо, чтобы ходить в старшую школу, так что Стив не стал гадать, а спросил напрямую.        — Мне пятнадцать. Летом будет шестнадцать, — ответил Питер.        — Уже? Вау, а мне кажется, что ты совсем недавно бегал тут в своем смешком комбинезончике, — поддразнил его Тони, от чего Питер покраснел и пихнул его локтем.        Эти слова еще больше сбили с толку всех присутствующих, ведь они означали, что Тони общался с Питером с самого его рождения? Должно быть, он, как и Клинт, просто пытался держать свою семью в тайне ото всех.        — Так значит, ты учишься в средней школе? — спросил Стив.        — Да.        — Он гений, так что не позволяй его возрасту и внешнему виду себя одурачить, — с гордостью сказал Тони. — Если бы он захотел, то запросто мог бы прямо сейчас поступить в Массачусетский технологический.        Питер покраснел еще больше.        — Пап, я далеко не такой умный, — тихо пробормотал он.        — Такой, — возразил Тони и взъерошил ему волосы, за что получил еще один тычок локтем. — Не преуменьшай свою гениальность, приятель. Я сам видел, как он за пять минут перебрал двигатель, потому что, цитирую, “он звучал совсем не так, как я хотел”.        — Папа!        Примерно в таком же духе прошло еще около десяти минут. Каждый из Изгоев задавал Питеру казалось бы невинные вопросы, хотя на самом деле они таким образом пытались собрать для себя цельную картинку его прошлого. Быть тайным сыном самого Тони Старка — должно быть, это был интересный опыт. Конечно же, Изгои не оставляли надежд узнать о том, как Тони удавалось держать в тайне сына целых шестнадцать лет. Старк в свою очередь прекрасно знал, что именно они делают и зачем задают вопросы, и получал от всего происходящего огромное удовольствие.        — Босс, прибыл Клинт Бартон, — раздался в гостиной голос ПЯТНИЦЫ. Тони кивнул в знак того, что услышал ее, и, обернувшись, увидел Клинта, входящего в гостиную. Казалось, что лучник был сильно удивлен тем, что вся команда развалилась на диванах и непринужденно ест пиццу, будто Германии вообще никогда не было, но потом он просто пожал плечами и присоединился к остальным. В Будапеште он видел куда более странные вещи.        — Что я пропустил? — спросил Клинт, усаживаясь на диван между Стивом и Сэмом.        — Ничего особенного, — небрежно пожала плечами Наташа. — Совсем ничего. Тони угостил нас пиццей. О, кстати, это Питер. Он сын Тони.        Глаза Клинта в этот момент выглядели так, будто вот-вот выскочат из орбит.        — Вау. Ну ладно. Привет, Питер, приятно с тобой познакомиться. Я Клинт.        — Я знаю, — выдохнул Питер с благоговением. — Ты Соколиный глаз. И ты очень клевый. Вау, — Тони засмеялся над ребенком, понимая, что немного позже тот будет очень сильно смущен собственной реакцией на Мстителей.        — Я и не знал, что совсем не единственный, у кого есть тайная семья, — сказал Клинт, приподнимая бровь и глядя при этом на Тони. — Никогда бы не подумал, что у тебя есть ребенок.        — Что я могу на это сказать? — Тони явно напрягся. — Мне нравится удивлять людей.        Ему было немного не по себе от того, что Клинт — единственный настоящий отец из всех присутствующих — считал его неспособным на то, чтобы быть родителем. Неужели он настолько плох и все делает неправильно?        Лучник тут же поднял руки в примиряющем жесте.        — Я ни в коем случае не хотел тебя оскорбить! Это на самом деле здорово — увидеть тебя таким. Ты потрясающе смотришься в роли отца.        Теперь пришел черед Тони приподнять бровь.        — Ты видел меня всего секунд тридцать, Китнисс. И на мне даже нет уродливого отцовского свитера. На самом деле он у меня есть, но ты никогда его не увидишь. Так как ты умудрился так быстро сделать выводы? — У тебя тоже есть этот уродский отцовский свитер? Подожди, не меняй тему. Итак — Клинт поудобнее устроился на диване, не замечая озорной улыбки на лице Стива. — Я пришел и увидел, как все смотрят какой-то совершенно тупой фильм и едят пиццу, в то время как ты сидишь отдельно и обнимаешь своего ребенка. А это уже говорит о многом, тем более что я неплохо разбираюсь в людях. Хэй, Роджерс, какого хрена?        Пока Клинт разглагольствовал, Стив шутливо на него набросился и теперь крепко обнимал.        — Никто не захотел обниматься со мной, Клинт, — самом своим серьезным тоном сказал Капитан. — Так что теперь я собираюсь обниматься с тобой.        Все вокруг рассмеялись, ведь было что-то веселое в том, чтобы наблюдать, как один из лучших в мире шпионов пытается вырваться из стальных бицепсов. Тони получал от происходящего гораздо больше удовольствия, чем можно было ожидать. Он оказался в той самой компании, с которой когда-то давно он тусовался и веселился. И если потом, после всего произошедшего, он старался не обращать на них внимания и поддерживать холодные напряженные отношения, то теперь он был готов снова впустить их в свою жизнь. И Тони знал, что благодарить за это нужно Питера. Старк безумно скучал по тем временам, когда Мстители были одной семьей. Да и Башня без них была слишком пустой. Это потом в его жизни появился Питер.        Питер определенно был лучшим, что когда-либо случалось с Тони. Гиперактивное маленькое солнышко прочно заняло местечко в сердце Старка. И хотя Тони и Питер сейчас только притворялись семьей, Тони давно уже считал Питера своим сыном. Он собирался защищать парнишку и заботиться о нем так долго, как сам Питер будет ему это позволять. А учитывая их супергеройский образ жизни, Тони собирался наслаждаться каждым проведенным вместе мгновением, не относясь ко всему, как к само самой разумеющимся вещам.        Когда остальные Мстители начали о чем-то разговаривать, Тони наклонился к уху Питера и прошептал так, чтобы никто больше не услышал:        — Спасибо, карапуз.        Питер прижался к отцу и ответил:        — Обращайся в любое время, пап.        Тони был уверен, что какая бы угроза не нависла над ними, они смогут с ней справиться, если будут держаться вместе. И было бы неплохо, если бы остальные поверили, что мальчик, которого Тони так сильно любил, действительно является его сыном.        — Пап, — услышал он голос Питера и наклонился, чтобы узнать, что нужно ребенку. — Если ты не отдашь мне Скиттлз, то я покажу всем твои фотки в том жутком отцовском свитере, который я тебе подарил.        — Ах ты, мелкий засранец...