》[Глава 2]《

Филу хотелось бы сказать, что засыпать ему было легко. Но по правде говоря, слов Техно и сломанного тела Дрима было достаточно, чтобы заставить его просто лежать в своём гнезде, уставившись в потолок. Образы оставались в голове, как паразит, истории о мучениях проигрывались, как заезженная пластинка, каждый раз, когда разуму удавалось отвлечься от насущных дел. Мечта был птицей, о чём Фил никогда не знал. Из-за этого он чувствовал странное родство с Дримом, несмотря на то, что практически не был знаком с ним. Они даже не принадлежали к одному виду, он подозревал, что тот какая-то разновидность совы, но и этого было достаточно, чтобы начать сильно волноваться за него. Дело даже не в его виде, хотя это, конечно, делало то, что было сделано, личным, но Фил бы всё равно был обеспокоен, если бы Техно привёл кого-нибудь, кто пострадал, к их порогу. Убедившись, что пиглин вышел из ванны и отправился спать, он сделал именно то, что обещал, отправился в старую комнату Томми, чтобы присмотреть за Дримом. Ночь была холодная, поэтому он захватил зажигалку и пушистое одеяло, не желая брать с собой одно из тех, что согреет Мечту, планируя разжечь уже приготовленный камин, им обоим было бы тепло в морозный зимний день. Особенно такому хрупкому человеку, как Дрим, склонному к болезням, пока его тело само не сможет оказывать хоть какое-то сопротивление, сейчас необходимо поддерживать тепло. Дверь тихо распахнулась на хорошо смазанных петлях, и Фил вошёл внутрь. Хотя ему и не нравилось вторгаться в чужое пространство подобным образом, но он чувствовал, что подобная ситуация была бы достойным исключением. Лунный свет проникал сквозь окно, на котором ещё не были задернуты шторы. При этом свете ворон подошёл к камину и разжег огонь, на мгновение отложив для одеяло. Пламя легко охватило щепки и перекинулось на сухие ветки и поленья, аккуратно сложенные внутри кирпичной кладки. Слегка потянув, он задвинул металлическую решётку над камином, вздрогнув от звука, с которым она скользила по кирпичу. Однако быстрый взгляд на Дрима показал, что тот даже не пошевелился под грудой одеял. Фил поудобнее устроился в кресле у окна. Он не особо планировал засыпать здесь, но присутствие человека, которого тащили на порог смерти, а потом обратно, всего в нескольких метрах от него, немного успокоило. Здесь не было ничего, что могло бы навредить Дриму, но всё же присутствие рядом на случай возможной неотложной медицинской помощи успокоило его тревожные мысли, давая немного расслабится. Здесь, в гнезде, которое соорудил Техно, другая птица была в безопасности, с исцеляющимися крыльями, которые позволили бы ей снова летать. Он тихонько издал мягкое, успокаивающее чириканье, и Мечта слегка пошевелился. Фил задержал дыхание, пока его слегка учащенное дыхание не выровнялось. Ворон надеялся, что его сновидения будут добры к нему, в отличие от окружающего мира. Прежде чем Фил смог остановиться, он поднялся со стула, половицы тихо заскрипели под ногами. Из-под одеяла едва виднелись коричневые перья в крапинку, а также лицо, похожее на скелет, и грубые ссадины, которые они не прикрыли. Но самое главное, он выглядел молодо. Едва птенец, выбравшийся из гнезда, он уже спотыкался, испытывая то, чего не должно испытывать ни одно живое существо, по неизвестной Филу причине. То ли из-за огня, то ли из-за возможной болезни лицо Мечты покраснело в тусклом свете, поэтому он осторожно провёл тыльной стороной ладони по лбу младшего, чтобы убедится. Кожа была слишком теплой. Как он и опасался, Дрим заболел. В одну из ран, которые они проверяли, должно быть, попала инфекция, но ни он, ни Техно не заразились. Фил не мог сказать, что это было неожиданно, но всё равно проклинал себя. Он должен был ожидать подобного, сделать что-то, чтобы предотвратить это, может быть, дать ему какое-нибудь лекарство. Вероятно, это случилось, когда Техно нёс Дрима через Арктику, добираясь сюда, или, возможно, даже из-за лихорадки, которую он подхватил в тюрьме, когда организм был слишком слаб, чтобы бороться с болезнью. Зелья должны были легко справится с этим, но он не решался использовать ни одно из них без разрешения Техно. Несмотря на это, старший не видел в этом вреда, если, конечно, не было причин, по которым ему не следовало бы этого делать. У Дрима не было аллергии на них, он использовал их множество в Судный день. Однако, Техно многого не рассказал, по его мнению, крайне необходимой информации не было. Никаких разговоров о болезнях, триггерах или о чем-либо ещё, кроме самой скудной информации о том, что с ним сделали. Фил подозревал, что это было связано с тем, насколько свежо это всё было в памяти пиглина. Он верил, что со временем его друг раскроет больше. А до тех пор ворон будет работать с тем, что у него имеется. Что, к сожалению, означало не использование зелий, по крайней мере, напрямую. Рано или поздно ему придётся вмешаться, но сейчас был неподходящий момент для этого. Несмотря на то, что они в основном подлатали его, Дриму требовалось нечто большее, чем просто бинты и несколько швов. Еда и вода были предоставлены, но раны нужно очистить, а не просто оттереть грязь влажной тряпкой. Их необходимо было как следует промыть, а бинты пропитать целебными зельями, прежде чем всё перевязывать. У Фила было немного мази, которая могла бы помочь при ожогах без использования зелий, а также немного притупить боль. У блондина была рана на голове, которую пришлось просто перевязать, поскольку Техно категорически возражал против использования ножниц, чтобы срезать спутанные волосы, и строго предостерегал его от ванны. Теперь сомнений не было. Длительное пребывание в тюрьме сильно повлияло на Техно, и в результате он стал чрезмерно опекающим. Фил мог понять, даже ощущал инстинктивное стремление обеспечить безопасность своей паствы, но это не означало, что он не был немного расстроен. Они были командой. Старшему нужно было знать, нужна ли пиглину его помощь. Было решено. Техно измотан и, скорее всего, заснул гораздо позже обычного времени пробуждения Фила. Тогда он мог бы тихонько разбудить Мечту и помочь ему привести себя в порядок, а также, возможно, получить ответы на некоторые вопросы о том, почему Блэйд был так настойчив в некоторых вопросах. Филу действительно было немного не по себе. Они оба прошли через ад и вернулись обратно, и заслужили время на отдых и восстановление сил. Но Дрим не мог бы поправиться должным образом, если бы его беспокоили травмы, заживление которых с помощью зелий заняло бы всего несколько недель. Как только они пропадут, только тогда, они смогут сосредоточиться на проблеме жилья, которая занимала его мысли. Возможно, Техно ещё не понял этого. Но пока он не осознал, Фил собирался сделать всё, что в его силах, чтобы убедиться, что с ними обоими всё хорошо. Когда наступило утро, ворон проснулся с восходом солнца. Он выполнил свои утренние обязанности: насыпал корм в кормушки для птиц, приготовил еду на потом, расчистил крыльцо от снега, сбил сосульки с крыши; и теперь стоял в ванной на первом этаже, примыкавшей к его чулану. Воспользовавшись ванной наверху, можно было разбудить Техно, а эта была ближе к месту, где Фил варил свои зелья. Он наполнил ванну. Вода была теплой, холоднее, чем хотелось бы, но он не знал, что предпочитает Дрим, и всё мыльное было разложено рядом с тёплой одеждой и небольшой горкой полотенец. В ванну также было налито зелье, которое слегка окрасило чистую воду в розовый цвет. В конце концов, раны будут намокать, и последнее, что ему хотелось бы, это открыть их. По его мнению, ванная комната выглядела успокаивающе. Стены были белыми, шкафчики - светлого дубового оттенка, а столешницы сочетались с деревом. Фонари вдоль стен придавали помещению красивый и светлый вид, хотя окошечко обеспечивало немного естественного освещения. Здесь было тихо, по-домашнему уютно и умиротворяюще, это было его собственное маленькое убежище. Тюрьма, должно быть, была ужасно тёмной, поскольку была сделана из обсидиана, именно поэтому ванная создавала идеальный контраст. Фил надеялся, что это поможет Дриму осознать, что он не в тюрьме. Потому что ничего из этого никогда не оказалось бы в хранилище Пандоры. Уладив все дела, ворон вернулся в гостевую комнату. Беглый взгляд на часы показал, что было только начало девятого. Сон действительно подходил для исцеления, но Филу всё равно пришлось разбудить блондина. Как для принятия ванны, так и для лечения сотрясений мозга, вызванного различными травмами головы, которые были у того. Отрывать измученного человека от отдыха было неразумной идеей, поэтому вместо этого принёс сильно пахнущий чая, который обычно пила только Ники. Он надеялся, что этого будет достаточно. Тогда, возможно, Фил смог бы спокойно поговорить с ним о том, что ему нравится, и быть уверенным, что не перейдёт границы дозволенного. Если не для Дрима, то для Техно, которого нужно было заверить, что с Мечтой всё будет в порядке. А пока пришло время промыть эти раны.

[~]

Дрим проснулся в темноте. Его первой, мгновенной мыслью было то, что Квакити использовал зелье слепоты, от чего страх сжимался в груди. Он не смел пошевелиться, прислушиваясь к любому звуку, потому что он должен был быть здесь, должен был быть. Блондин слышал потрескивание огня, свист ветра, скрип шагов по старому дереву. ...Ни одного из этих звуков не могло быть здесь. Так что... вероятно, это просто очередной сон. Дрим смотрел в темноту, пока она не начала отступать, обнажая неровный деревянный потолок. Он лежал на спине, на чём-то очень мягком. Это казалось слишком реальным для сна. И было как-то тихо. В комнате пахло чайными листьями и мёдом, это почти заглушало чувства. Даже во сне, если он и ощущал какой-то запах, то это всегда была кровь. Кровь, пот, лава и он сам. По крайней мере, последние не изменилось. Он неуверенно попытался выпрямиться, но руки задрожали, поверхность под ним прогнулась, и он почти сразу же рухнул обратно. Крылья дёрнулись, пытаясь компенсировать это, замечая их неподвижно. Мечта обернулся, пытаясь разглядеть что-нибудь в тусклом свете, видя, что они были обмотаны бинтами. Уже только это вызвало у него приступ паники. Кто-то прикоснулся к его крыльям. Даже если это не причинило боли, кто-то тронул их. Он не мог так поступить, только не снова. Это был единственный способ обезопасить себя. Но он ведь спал, верно? – Вот и ты. – сказал кто-то, его сердце остановилось. – Я помогу тебе, не волнуйся, приятель. Нежная рука скользнула под плечи, помогая подняться. Как только кто-то прикоснулся к нему, Дрим замер. Разум был затуманен, а мысли путались. Кто это? Свет был слишком тусклым, или, может быть, это была просто дымка. Ему показалось, что он увидел расплывчатое очертание крыльев, но это могло быть просто игрой его разума. Он не доверял многому из того, что видел в последнее время. Рука не походила на Техно. И руку Стража не напоминала. Это было похоже на… – Поднимайся. – сказал голос. – Нам нужно промыть эти раны. Я помогу тебе, просто следуй моим указаниям, хорошо? Нет, нет, нет, нет.. Не трогай его. Он не хотел, чтобы этот человек прикасался к нему, не хотел следовать за ним, не хотел, чтобы он "помогал" с травмами, таким образом, который наверняка только усугубил бы ситуацию- — Не волнуйся, приятель. – произнёс голос почти сочувственно. – Всё в порядке, я не причиню вреда, давай-ка, поднимайся. Рука чуть сильнее надавила на спину, подсунув под плечи, чтобы помочь ему подняться на ноги. Пятки Дрима опустились на странно гладкий пол, и он тут же рухнул, ноги больше не могли его удерживать. Ступни болели, лодыжки болели, а ноги были как желе. – П-простите, сэр. – прохрипел он, пытаясь подняться. Фигура застыла, сердцебиение участилось. Он сделал что-то не так? Что-то ещё? – Не нужно меня так называть. –ответили они слегка натянуто. – Я не причиню тебе вреда. Ты больше не в тюрьме. – рука, подхватившая его под подмышку, потянув вверх, а другая - под колени. Ему не нравился контакт, он не хотел, чтобы его поднимали, ему было больно, ему это не нравилось, он не хотел- – Всё в порядке. – сказал он, но всё ещё боролся, понимая, что вообще почти не сопротивляется. Ему нужна поверхность под ним , несгибаемый обсидиан, который всегда был бы рядом, когда бы его тело ни падало. И, вопреки всем его самым смелым мечтам, он уступил. – Хорошо, ты хочешь пройтись? Тогда сейчас поставлю тебя на землю. Я правда не причиню вреда. – он высвободился и сел, опираясь большей частью своего веса на другую фигуру. Только явное замешательство позволяло ему сохранять спокойствие. Он не собирался причинять ему боль? Это было неправильно. Дрим почти сразу решил, что это Квакити, кхм, сэр никогда не делал ничего, кроме как причинял боль. За любым проявлением заботы всегда следовала боль. Это всегда было условностью. Или, по крайней мере, так сказал Квакити, что ему не причинят вреда, если он будет хорошо себя вести. А этот человек - Сэр? - ещё не причинил ему вреда. Может быть, если бы Мечта вёл себя хорошо, то избежал бы мучений. И если он сопротивлялся, значит, плохо себя вёл. Дрим не мог быть плохим. Было слишком поздно отвечать, но младший кивнул, пытаясь удержаться на ногах. Он моргнул, вглядываясь в темноту, и прищурился, когда заметил слабый отблеск света. Рядом с ним обрисовался силуэт крыльев, но не его собственных. Это зрелище заставило вздрогнуть. Человек хотел, чтобы он последовал за ним. Он мог это сделать. Дрим сделал бы всё, что хотел от него этот человек. Мужчина шагнул вперёд, и Мечта последовал за ним. Он старался не опираться на мужчину слишком сильно, но ноги грозили подкоситься при каждом шаге, поэтому младший не решался опереться на них всем своим весом. Крылья всё ещё связаны, он попытался пошевелить ими, ощущая, что предплечья тоже обмотаны бинтами. Это было похоже на наручники, ему не нравилось, но Квакити- Сэр- всё равно скоро снимет их. Он не думал, что Дрим заслуживает их. А младший склонен просто согласиться. Но вот Техно всегда настаивал. Где он? Помещение было намного больше, чем камера. Здесь было так светло, что ему даже пришлось закрыть глаза. Он прошёл через пару дверных проёмов. Пол был прохладным для его обожженных ног. Мечта подумал, что это могла быть плитка, но это же невозможно. Верно? – Здесь, хорошо? Вот сюда. – голени Дрима наткнулись на что-то, и, опустив взгляд, он увидел смутное очертание стула. В груди что-то сжалось. Теперь он знал, что это такое. – Присаживайся, ладно? Я принесу ещё света. – сказал мужчина, и Мечта без возражений сел, когда мужчина отошёл. Он заметил, что на стуле не было подлокотников. Это странно сидеть на стуле без них. Крылья свисали с края на пол, а руки он сложил на коленях. Они дрожали. И они тоже были обмотаны бинтами, которые он не надеялся сохранить. Без предупреждения комнату залил свет, и Дрим зажмурился. Было слишком ярко. Никогда ещё не было так ярко, даже с лавой. Сэр давным-давно уничтожил светокамень в камере. Это было невозможно... Неужели Сэр вытащил его из камеры? Без связывающих цепей или без ремней, чтобы удержать его на месте? Нет, этого не могло быть. Должно быть, это сделал Страж. Надзиратель перевязал его, хотя он этого не заслуживал. Единственным, кто сделал бы это, был Техно, и... и пиглин ушёл. Он ничего не мог сделать. С чего бы ему хотеть вернуть Дрима? – Всё в порядке. – уговаривал голос, вытирая слёзы, о которых он даже не подозревал. – Ты вышел из тюрьмы. Можешь плакать, всё будет хорошо. А он мог? По сути, ему дали разрешение. Но правила... правила были нарушены. Не разрешалось же, иначе Сэр дал бы ему повод заплакать. Безопасно нарушать ли правила? Будет ли он наказан за то, что не плачет? Горячие слёзы покатились по щекам, и он склонил голову, чтобы свет не падал ему в глаза. Чья-то рука мягко похлопала по плечу, ещё не коснувшись перьев. Дрим знал, к чему это приведёт. Сэр предлагал утешение, сделку, а Мечта отказывался, и тогда-то и возникала боль. Его крылья были бы сожжены, в них были бы вонзены ножи, они были бы разорваны на части, и это лишило бы Дрим надежды когда-нибудь снова летать. А затем его птичий мучитель начинал ворковать и щебетать - звуки, означавшие покой и безопасность, а блондин дрожал и молил о пощаде, которой не существовало. Этот звук означал только самую сильную боль, которую он мог себе представить. Такую, из-за которой ему хотелось испытывать холод пустоты всю оставшуюся вечность. Это была ужасающая мысль, но это был единственный способ, который он мог придумать, чтобы покончить со всем. Квакити не смог бы воспользоваться книгой, даже если бы она была у него. И если бы он сказал это, всё никогда бы не закончилась. Дрим цеплялся за крошечную каплю надежды, которая заставляла его отказываться сдаваться, даже если за ним никто не придёт. (Потому что, несмотря на то, что заявлял Техно, он не вернётся) – Я собираюсь подстричь тебя, ладно? Волосы слишком запутаны, чтобы расчесать, а на твоей голове есть раны, на которые я не могу взглянуть. Ты не против, приятель? Имело ли это значение? Дрим не хотел, чтобы к нему снова прикасались. Но если бы он не согласится, Сэр всё равно бы сделал так, как хочет. И это было бы ещё больнее, потому что Мечта должен был умолять о наказании. Но блондин не мог этого вынести прямо сейчас, поэтому он кивнул, намекая, что Сэр будет снисходителен. – Ладно, приятель. – сказал он, и это было так мягко, что ему стало дурно. – Я начинаю, хорошо? Снип Он не смог сдержать вздоха, позволяя плечам сгорбиться. Только не ножницы... Дрим уже представлял, как они направляются к его уху или к отметинам на шее. Он ненавидел их даже больше, чем топор, меч или любой другой предмет, который Страж поручил Сэру принести в камеру. Его плечи задрожали, и он поднял руки, чтобы закрыть лицо. Сэр ничего не сказал по этому поводу. Снип. Снип. Спутанные пряди волос упали ему на плечи. Сэр смахнул их. Боли не было. От этого стало только хуже. Всё тело застыло в ожидании ожидаемой агонии. – Я знаю, это ужасно, прости. Ты молодец, приятель. Всё хорошо. Нет, это было не "хорошо". Ничего не было хорошо. У него болела каждая клеточка тела, он был измучен и умирал от голода. Сэр был позади него, рядом с крыльями, и ещё не причинил ему никакого вреда, но явно собирался сделать это. - Я-я... П-простите. – заикаясь, пробормотал он, хватая ртом воздух. – П-пожалуйста. Ножницы сомкнулись, и Сэр начал потирать спину, прямо между крыльями. – Всё в порядке, Дрим. – сказал он. – Всё хорошо. Мы почти закончили с твоими волосами, нам не придётся делать это снова, пока ты не будешь готов. Я обещаю. Дрим, заикаясь, выдохнул. – Х-хорошо. – он не поверил, но, конечно, не мог не согласиться. Отсутствие новой боли только усилило беспокойство. Что будет дальше? Что с ним будет, когда Сэр закончит? – Сделай глубокий вдох. – посоветовал он, и ножницы снова сомкнулись. Без колтунов голове стало как будто легче. Волосы были убраны с плеч и с крыльев. Сэр ощупывал одну из ран, отчего Дрим вздрогнул. Кровотечения не было- по крайне мере, он так думал. За последние месяцы Мечта стал гораздо хуже понимать, что с ним не так. Он услышал тихий вздох. – Ладно, мы всё закончили. Давай сделаем перерыв. Дыши вместе со мной, хорошо? – пальцы обхватили его запястье и потянули. Он не сопротивлялся, когда ладонь оторвалась от лица и уперлась Сэру в грудь. – Следи за моим дыханием. Вдох и выдох. Мягко и непринужденно. Дрим старался, Боги, он старался. Но его дыхание становилось всё учащеннее, а судорожные вздохи перешли в икоту. В теле едва хватало воды, чтобы плакать, слёзы уже прекратились, но он всё равно хныкал, ожидая неизбежного наказания. Он и так вёл себя слишком громко, что было ещё немного хуже, чем плакать? – Успокойся, ты не дышишь. Всё в порядке, всё в порядке. – Дрим пытался, он правда старался, ему удалось с трудом восстановить дыхание, чтобы не пришлось икать, пытаясь вдохнуть воздух, лишь немного успокоившись от того, как долго не причинялась новая боль. Он вдохнул, задержав дыхание и выдохнул снова. Сердцебиение не замедлилось, ощущая, как сильно сжималась его грудь, но, по крайней мере, дыхание пришло в норму. Всё равно это заняло слишком много времени. Его накажут за это. Каждый вдох выходил прерывистым, и он продолжал считать в уме свои вдохи и выдохи, как учил Техно. Вдох на четыре, выдох на четыре. Вдох и выдох. Успокойся. Он мог бы поплакать позже, когда останется один и некому будет причинить ему боль. Сэр, казалось, заметил, что его тело ослабело, что слёзы перестали литься, потому что он на мгновение отстранился, а затем в его протянутую руку вложили что-то похожее на чашку. – Вот, тебе нужно что-нибудь выпить. А когда мы закончим, я принесу тебе что-нибудь поесть, хорошо? Всё, что захочешь. Чашка была слишком тяжелой, и он чуть не уронил её, как только Квакити отпустил её, но поймал прежде, чем она успела упасть слишком далеко. Дрим всхлипнул и взял чашку другой рукой, мутно моргая от света. Это… Вероятно, была вода в маленькой деревянной чашке. Никаких зелий, ничто не подкрашивало воду, когда он наклонил её, чтобы посмотреть. Вода была чистой и холодной, и ему не пришлось, пошатываясь, идти к своему котлу, чтобы взять её. Он поднёс её к губам и с легкостью осушил, сухость в горле немного угасла. Мечта почувствовал себя, по крайней мере, немного лучше, хотя и жалел, что не может выпить ещё. Однако, если бы он попросил, это только заставило бы Сэра воспользоваться котлом. Он не смог бы этого вынести. Только не это. – Ну вот. – сказал Квакити со странным облегчением в голосе. – Оглянись вокруг. Ты знаешь где находишься? Свет всё ещё был слишком ярким, но Дрим всё равно прищурился и попытался посмотреть вверх. Фигура перед ним... была блондином? И... это чёрные крылья? – Ты знаешь, кто я? – спросила фигура вполне доброжелательно. Мечта слегка покачал головой, сосредоточившись на воротнике мантии мужчины. Он не осмелился посмотреть ему в глаза. Это был не Сэр, это явно не так, но он всё равно должен был подчиняться правилам. – Это Фил. – сказал мужчина. – Техно вытащил тебя. Правда сейчас он спит, так что я помогу тебе немного привести себя в порядок, ладно? После это еда, обещаю. Что Фил- Действительно ли это был он? Техно оставил его, как и все остальные. Почему, во имя Прайма, он достал Дрима из тюрьмы? Чего он этим добился? Он кивнул, хотя и не понимал этого. Фил, казалось, испытал облегчение, так что, должно быть, это было правильное решение. – Ладно. Я разбинтую твои раны, и мы приведём тебя в порядок! Ворон, казалось, был полон энтузиазма, когда рассказывал, без умолку болтая, пока снимал бинты, которые выглядели слегка новыми, но всё ещё были в пятнах его крови. Под каждым слоем ткани было несколько новых швов, которых он раньше не замечал, и даже малейшее движение вызывало неприятные ощущения. Даже крылья были освобождены, за что он был несказанно благодарен. И всё же он не получил разрешения расправить их или хотя бы пошевелиться, поэтому остался неподвижным. Он услышал какое-то движение и, подняв глаза, случайно встретился взглядом с Филом. Старший протянул к нему руку, предлагая её. Сбитый с толку, он вложил свою ладонь в руку ворона, и тот осторожно поднял его на ноги. Дрим чуть не упал, наткнувшись на Фила, и, ожидая, что на него накричат, обнаружил, что тот вообще ничего не сказал. Отведя его в угол, Фил указал на фарфоровую ванну. – Я могу повернуться. Раздевайся и залезай, я помогу, если это понадобится, хорошо? Но Дрим не мог отвести от неё взгляда, полного ужаса. Потому что ванна была наполнена водой. Он знал, что должен был ожидать чего-то, но ничто не могло сравниться с тем, как внезапно его желудок сжался. Почему, почему он верил, что с Филом всё будет иначе? – Я собираюсь отпустить тебя. – произнёс ворон, и его голос едва доносился до чужих ушей. – Ты сможешь забраться сам, приятель? Фил утопил бы его. Использовал бы то, чего, как знал Сэр, он боялся больше всего, перекрывал бы ему доступ к воздуху, до тех пор, пока тот почти не терял сознание, затем вытаскивал его и проделывал это снова. И снова, и снова, и снова, и снова- Он даже не осознавал, что кричит, пока Фил от неожиданности не отпустил его, и младший рухнул на пол, больше ничто не поддерживало его. Блондин натянул на себя коричневое крыло, что, несомненно, привело к разрыву швов, и закрыл голову руками, молясь всем известным Богам, чтобы Фил не прикасался к нему. Пожалуйста... пожалуйста, не надо.

[~]

Внезапно переживать из-за того, что вода остыла, стало последним, о чём мог думать Фил. Дрим лежал на полу, свернувшись калачиком, и громко скулил. Его тело было прикрыто крылом, из-за чего из открытых ран потекла кровь. По крайней мере, он перестал кричать, что было небольшим облегчением. Без каких-либо колебаний ворон сел на пол рядом с Дримом и погладил его между крыльями. Он пока не решался дотронуться до перьев - птичьи крылья были драгоценными, и не каждый мог прикоснуться к ним. Тем не менее, он старался сохранять спокойствие, сдерживая собственную панику. – В чём дело? – спросил он, лихорадочно осматриваясь в поисках чего-нибудь, что могло бы его спровоцировать. Было ли это последствием? Он так и не успокоился после вчерашнего? Ножницы были в целости и сохранности в инвентаре, не было причин, по которым Мечта должен волноваться. Что могло быть не так? Что он сделал? Если не считать того, что бросил его, что было ошибкой. Он извинится за это, когда Дрим успокоится. Крики младшего были заглушены его крыльями, но было ясно, что он всхлипывает, бормоча невнятные мольбы и извинения. Он дрожал всем телом и не ответил на отчаянный вопрос Фила. – Эй, эй, Дрим, дружище, всё хорошо, с тобой всё в порядке. – успокаивающе сказал ворон, поглаживая плечи Мечты вверх-вниз, пытаясь успокоить его. – Здесь тебе никто не навредит, ты в безопасности. – Мне очень жаль. – выдохнул Дрим. — Пожалуйста, простите меня, простите, прости... – Приятель, всё в порядке. – повторил Фил. – Я обещаю, ты в безопасности. – он ненавидел чувствовать себя таким беспомощным, неспособным хоть как-то справиться с паникой младшего. Ранее всё шло нормально.. Что же произошло? Дрим всё ещё сворачивался калачиком, несколько швов уже разошлись. Филу нужно было успокоить его, пока он не нанёс себе более серьёзных повреждений. Да, он не очень хорошо знал Мечту, но тот всё же был птицей. Конечно, он знал, как его успокоить. Фил издал тихое чириканье где-то в глубине своего горла, то самое, которое использовал, чтобы успокоить Уилбура после ночного кошмара, когда-то давно. Это был инстинктивный, успокаивающий звук, который обычно издавали только маленьким детям или членам семьи. Однако, как только это прозвучало, Дрим застыл. –"Приятель? Дрим вздрогнул. – П-пожалуйста, нет. Фил склонил голову набок. Он что-то сделал, или это было в сознание младшего? Он проворковал, издав короткую трель, которая, как он знал, имитировала крики множества мелких птиц снаружи. Дрим изменился, но лучше не стало, хотя, по крайней мере, он снова начал двигаться. Ворон не стал бы говорить, что ситуация стала хуже, даже если бы его снова трясло, но вместо этого решил промолчать. – Пожалуйста, не надо, я... Я буду вести себя хорошо, я... – Всё хорошо. – сказал он, решив вспомнить о птичьих инстинктах позже, если вообще удастся. – Я не причиню тебе вреда. Громоподобные шаги заглушили крики Мечты, и дверь с грохотом распахнулась. Фил резко повернул голову. В дверном проеме стоял Техноблэйд с мечом в руке, выглядевший измотанным и злым. – Что... – Отойди от него! – взревел пиглин, угрожающе надвигаясь на ворона. Его глаза были широко раскрыты, ярко-красные, и это почти напугало его. – Техно, что? – Фил вздрогнул, но Техно схватил его за руку и с силой оторвал от Дрима. – Приятель... –"Не трогай его! – прорычал розоволосый. Он оттащил Фила от младшего к двери. – Не смей... – Техно, успокойся, это не... – Ты только дотронься до него, и я... – Техно! – сказал Фил, повышая голос. – Я не причиню ему вреда! Пиглин всё ещё не отпускал запястье, пока ворон не оказался у стены напротив, в самом дальнем от Дрима месте. – Держись подальше, Фил. Не трогай его. – Расслабься. – старший спокойно поднял руки. – Не собираюсь я причинять ему боль. У нас просто возникла небольшая проблема, и я пытался помочь. – Что случилось? – спросил он. – Что ты сделал? – Я не... Его раны нужно было промыть, Техно, но я пока ничего не предпринимал, клянусь, он просто психанул. Ты же знаешь, я бы не причинил ему вреда. – поспешил объяснить Фил, прежде чем воин снова прервал его. – Там кровь. – тихо произнёс Техно сквозь стиснутые зубы. – Что ты... – Несколько швов разошлись, Техно, с ним всё будет в порядке, я обещаю. – сказал ворон. – Я просто не мог его успокоить. В любом случае, он может лучше отреагировать на тебя. Техно тяжело дышал, всё ещё сжимая меч в руке. Его очки съехали набок, а волосы были растрепаны, было ясно, что он только проснулся. – Уходи. – твёрдо сказал он, голос был напряженным. – Убирайся. – Приятель, будь благоразумен, - строго сказал Фил. – Я не собираюсь причинять ему вред. И ему больно, Техно, и ты нужен Дриму. Я не планирую ничего предпринимать, но и не уйду, пока ему всё ещё нужна помощь. – они несколько секунд пристально смотрели друг на друга, прежде чем Техно фыркнул и что-то проворчал себе под нос. Он в два шага пересёк комнату, направляясь к Мечте, его взгляд возвращался к Филу каждые несколько секунд, пока он не опустился рядом с младшим, отложив меч в сторону. – Привет, ботаник. – тихо сказал пиглин. Он уткнулся мордой в теперь уже короткие волосы Дрима, опасаясь небольшой дрожи, которая держала блондина в мёртвой хватке. – Всё в порядке. Техно уже здесь. Фил, как бы ни хотел двинуться вперёд, оставался на месте. Техно знал Дрима лучше, чем он, и знал о том, что произошло в камере, не понаслышке. Возможно, ворон смог бы помочь, если бы пиглин действительно рассказал ему что-нибудь, но Блэйд благополучно оставить его в неведении. Даже в этом случае Фил ничего не смог бы сделать, если бы не знал. – Знаешь, почему Дрим так отреагировал? – спокойно спросил он, делая небольшой шаг вперёд. В ответ Техно бросил взгляд на ванну, прежде чем пробормотать ещё одно “всё в порядке” на ухо Мечты. – Котёл. – проворчал он. – В камере. Квакити нравилось наблюдать за его борьбой. – Ох. – это было всё, что мог сказать Фил, когда в его голове возникла чёткая картина того, на что намекал пиглин. – Я... я не знал.. – Знаю. – сказал Техно. – Но теперь ты понимаешь. Так что... Это не очень хорошая идея. Крылья Мечты чуть-чуть дрогнули от слов пиглин. Фил не мог разглядеть его лицо под таким углом, но Техно, несомненно, мог. Он протянул руку и переплел свои пальцы с пальцами Мечты. – Всё в порядке. – повторил он. – С тобой всё хорошо. Их здесь нет. – Послушай. – начал Фил, и пиглин слегка повернул голову в его сторону. – Я понимаю, что он напуган, но... Эти раны нужно промыть, иначе в них может попасть инфекция. – Мы можем поговорить об этом в другой раз? – спросил Техно. На какое-то время младший, казалось, перестал плакать, хотя Фил всё ещё видел, как он дрожит. – Сейчас действительно не самое подходящее время... – Дальнейшее ожидание только усугубит ситуацию, когда раны начнут затягиваться. – предупредил он. – Мы должны сделать это. Я был бы признателен тебе за помощь, но если нужно... – Нет. – тут же ответил Техно. – Если мы сделаем это, то я буду здесь. Ты не знаешь, что произошло. Да и он тебя так же не знает. – Справедливо. – согласился Фил. – С ним... Всё в порядке? – он кашлянул. Мечта был не в порядке, но он надеялся, что, по крайней мере, успокоился настолько, чтобы Фил мог помочь. Техно покачал головой и перевёл взгляд вниз. – Эй, ботаник? Ты в состоянии встать? Дрим, всё ещё свернувшийся калачиком на полу, вздрогнул. Должно быть, он сказал что-то слишком тихое, чтобы ворон расслышал, потому что Техно кивнул спустя мгновение и помог младшему выпрямиться, позволив прислониться к себе. Лицо Мечты было красным и заплаканным, наполовину скрытое крылом, которым он прикрывался, словно защищая себя. Он всё ещё цеплялся за руку Техно. – Послушай… Дрим, я не знаю, как это сказать, но… Нам надо промыть твои раны. – мягко сказала пиглин. Фил никогда не видел, чтобы он обращался с кем-либо с такой нежностью. – Я буду здесь всё время и обещаю, что не позволю ничему с тобой случиться. Ты в порядке... ну, знаешь. Клянусь, я не позволю твоей голове погрузится под воду. Всё будет нормально. Мечта покачал головой. Техно взглянул на Фила, который поморщился, а затем снова на Дрима. — Дрим. – медленно произнёс пиглин. – Нам действительно необходимо сделать это. Да ладно, я тебя обидел? Обещаю, ничего не произойдет, ладно? Можем ли мы это сделать? На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Мечты. Фил знал, что, если младший действительно не хочет, он ничего не сможет с этим поделать. Ни он, ни Техно не стали бы настаивать, если бы всё так плохо. Ворон не стал бы принуждать Мечту к чему-либо, тем более в месте, которое олицетворяло мир и безопасность. Наконец, Дрим кивнул.

[~]

Из всего, что Сэр с ним сделал, худшим было всё, что связано с водой. Больше всего на свете он ненавидел невозможность дышать. Даже больше, чем кровотечение или удар, Мечта боялся этого котла вдоль стены камеры, даже когда Сэра не было рядом, когда это было просто Техно, убеждающий его попить. Даже сейчас, когда он, предположительно, уже не в тюрьме, вроде как в безопасности, Дрим всё ещё не мог унять дрожь, вызванную принятием ванны. Одной рукой он вцепился в бортик, и не позволял голове приближаться к воде, как бы сильно ни дрожали мышцы, удерживающие тело в вертикальном положении. Техно был нежен с ним, промывал раны и делал его чище, чем он был за последние месяцы, но Мечта всё равно ненавидел каждую секунду этого процесса. Он просто не мог найти в себе сил больше бороться. Младший ощущал усталость. Ну и что, если он не хотел? Техно сказал, что это необходимо, Фил сказал, что это необходимо, они были полны решимости воплотить. Что Дрим должен был с этим поделать? Струйка воды потекла по лицу, мимо глаза, и Дрим вздрогнул. Вода была холодной. Он был вполне уверен, что ему не суждено было чувствовать такой холод, но последние месяцы он постоянно находился всего в нескольких градусах от теплового удара, и сейчас ему было холодно с тех пор, как он проснулся в этом незнакомом доме. Это было ненормально и не приветствовалось. Он почти ненавидел это. – Хорошо, ты отлично справляешься. – ободряюще сказал Техно. Дрим стыдился тона, которым пиглин всегда разговаривал с ним, но был благодарен за это. Ему не хотелось признаваться, что он стал тем человеком, который вздрагивает от голосов. – Почти закончил, обещаю. Мне только нужно вымыть тебе голову. Ты не против? Мечта кивнул, потому что что ещё ему оставалось делать? По крайней мере, у него было хоть какое-то предупреждение на тот случай, когда они неизбежно окунут его голову под воду, пока он почти не потеряет сознание, и- О чём он думает? Это был Техно. Техно не причинил бы ему вреда. (Так ведь?) – Было бы проще всего наклонить тебя, но, я полагаю, это исключено? Дрим попытался представить себе это, сразу представляя, как голова погружается под воду, и покачал головой, более решительно, на случай, если пиглин не поймёт сообщения. – Хорошо. – просто сказала Техно. – Тогда просто откинься немного назад. Я намочу твои волосы из ведра, и мы сможем продолжить. Дрим снова кивнул. Он в последний раз взглянул на мутную воду (Если с него смылась вся грязь, вода обесцветилась и наверняка испачкает ванну. Примут ли они его извинения за то, что он испортил их вещи?) и запрокинул голову, не решаясь закрыть глаза. Его плечи всё ещё были напряжены. Техно было бы легче, если бы он расслабился, но блондин просто не мог. Вода была опасна. Опасна. Даже если это была всего лишь чашка. Чуть более теплая вода потекла по его коротко подстриженным волосам, от чего он вздрогнул. Техно положила руку ему на лоб, отводя воду от лица и ушей. Дриму это по-прежнему не нравилось, но, по крайней мере, было приятно, когда Техно почесывал по голове, втирая мыло, которое жгло рану на голове. Холодная вода пробрала его до костей, но это немного уняло боль, которую причиняли травмы. Он всё ещё дрожал. Казалось, прошло слишком много времени, прежде чем пиглин закончил. – Я дам тебе влажную салфетку, если хочешь умыть лицо? Дрим открыл глаза и повернулся в сторону Техно, заметив Фила, который маячил где-то на заднем плане. Хотя и не встретился взглядом ни с кем из них, он коротко кивнул. Мечта не хотел, чтобы они касались его лица, ни водой, ни тряпкой, ни чем-либо ещё. Даже если это усугубляло его и без того трясущиеся руки, он делал это, чтобы избежать боли. Он прекрасно понимал, что Техно с такой же легкостью может это сделать. Пиглин не стал бы его топить. (Верно?) Но был тот пронизывающий до костей ужас, который заставлял его отклоняться, когда кто-то подходил слишком близко. Это был страх, который никогда не покинет его, укоренившийся в самом его существе. Ему протянули полотенце, и он заколебался, стоит ли протягивать руку. Действительно ли было разрешено? Мог ли он взять? Ему ведь это дали, не так ли? Но… Техно никогда раньше не заставлял его спрашивать разрешения, так что, наверное, всё было в порядке? Но Сэр позаботился о том, чтобы он соблюдал правила. Какое наказание он получит за то, что взял то, чего не заслужил? – Ты можешь взять. – предложил Техно, но ему всё равно потребовалось немало времени, чтобы хотя бы попытаться протянуть руку и забрать у него тёплое полотенце. Их пальцы не соприкоснулись. Полотенце было слегка влажным, но мыла не было. Он не ожидал, что ему что-нибудь дадут, поэтому просто взял его и вытер лицо. Ему приходилось остерегаться множества синяков и затянувшихся ссадин, но избавиться от большей части грязи было облегчением. Его шея не была тронута Техно, - она была покрыта пестрыми синяками, которые он не надеялся когда-либо залечить, - поэтому он изо всех сил старался отмыть и их, хотя вода уже смыла большую часть запекшейся крови. Он был почти удивлён, что она тоже не оставила пятен на его коже. В какой-то момент тряпка выпала из рук. У него не было сил поднять её обратно, руки снова упали в грязную воду, в которой он сидел. Дрим просто смотрел, как тряпка расширяется, а затем тонет, и только Техно успевает подхватить её и отбросить в сторону. — Мы можем закончить позже. – вот и всё, что он сказал, прежде чем протянуть Дриму руку. Не имея другого выбора, он согласился. Младший обнаружил, что дрожит, с полотенцем вокруг талии и сидящим в кресле, где Техно обхватывал его руки, а Фил зашивал раны, которые он разорвал. Он чувствовал, как слабость охватывает тело, затуманивая разум и притупляя чувства. Ему дали какое-то зелье? Он не мог вспомнить. Или они его расплескали? Кажется он не слышал разбивающегося стекла, но и память у него была ужасная. Мечта не чувствовал боли, значит, они, всё же, что-то сделали. Кто-то что-то говорил, или, по крайней мере, ему так казалось. Затем чья-то рука коснулась его перьев, и блондин подавил желание вздрогнуть. В конце концов, он так устал. И всё же разговор продолжался. Это был спор? Они были громкими, но это могло быть из-за того, что у него стучало в ушах. Или из-за его сердца. Ему всегда было страшно, так же, как он всегда дышал или думал, всегда слыша своё сердце. Страх стал таким же естественным, как поднятие руки, и таким же инстинктивным, когда прислушивался к своему учащенному сердцебиению всякий раз, когда что-то происходило. Он был напуган. Но, тем не менее, не сопротивлялся. У него не было ни энергии, ни сил. Это ничего не изменит. Это только сделает его слабее. Его подбородок уткнулся в грудь. Он даже не заметил, как уронил голову. Снова приглушённый говор. Затем две руки, одна за спиной, другая под коленями, подняли его со стула. Мечту несли. Уносили отсюда, подальше от опасной воды и окровавленных ножниц. Болтающиеся ноги задели дверной проём, когда его переносили. Дрим заметил, как его опустили и осторожно положили на поверхность, которая поддавалась давлению тела, смягчая те части тела, где не осталось жира. Когда он попытался пошевелиться, но обнаружил, что его крылья снова связаны. – ..-пришлось снова их перевязать, извини. Как только они заживут, мы всё снимем. Фил сказал, что суставы были повреждены, и если ты хочешь правильно ими пользоваться, они должны пока оставаться такими, пока не заживут, а это значит, что ты не сможешь использовать их как одеяла, Дрим. Когтистая рука легла поверх его собственной, раскинувшейся на простыне. – Я знаю, сейчас это кажется не очень хорохо. Но всё наладится. Обещаю. Собрав остатки сил, Дрим сжал руку в своей. Это было тепло и успокаивающе. Как Техно. – Ложись спать. – приказал другой голос, и его накрыли тёплым одеялом. Когда рука отстранилась, он вцепился в одеяло. – Спокойной ночи. Дрим повиновался.