Часть 1

– Полюбуйся!.. Ацуши, размахивая конвертом, двинул плечо Акутагавы и зашёл в чужую квартиру. Мафиози только поморщился, но дверь прикрыл, хоть и не преминул проворчать: – Я тебя не приглашал! Ацуши разулся и, поставив ботинки на полочку, выпрямился. Сегодня, 31 декабря, он обнаружил под дверью своей комнаты в общежитии белый конверт. Как только он подцепил пальцем криво приклеенный язычок, конверт распахнулся и на пол выпал сложенный вдвое лист. Содержание письма ему не понравилось, поэтому он оперативно собрался и направился к Акутагаве. Квартира мафиози встретила его буквально блестящей чистотой, вкусными запахами и недовольным лицом напарника. Не дожидаясь дальнейших причитаний Ацуши махнул рукой. Конверт быстро перекочевал к Акутагаве. – Что там? – даже не делая заинтересованное лицо, поинтересовался Акутагава. – Можешь прочитать, – милостиво разрешил Ацуши и прошел вглубь квартиры. Акутагава вскрыл конверт и достал письмо, когда Ацуши опустился на диван и, закинув голову на удобную спинку, громко и тяжело выдохнул. Акутагава быстро пробежался по строчкам глазами и вытаращился на Ацуши: – Это что, шутка такая? Ацуши принял вертикальное положение: – Не знаю, но не горю желанием проверять. Акутагава чертыхнулся, бросая письмо на столик. Ацуши скосил глаза на бумагу. На ней были неаккуратно наклеены криво вырезанные из газеты буквы. Которые сложились во вполне себе распознаваемую угрозу. эту новогоднюю ночь тебе лучше провести со своим замечательным напарником. иначе – смерть.. Акутагава загремел чем-то на кухне – Ацуши даже не заметил, как тот вышел – и вернулся с бутылкой саке и двумя очоко . Присев рядом, он налил немного и протянул один стакан Ацуши. Ацуши стакан принял, но напомнил: – Мне всё ещё нельзя пить. Акутагава косо посмотрел на него, резко поднял стакан и, влив в себя саке, громко выдохнул, вытирая губы: – В прошлом году тебе это не помешало налакаться до потери сознания.. Ацуши от возмущения даже подпрыгнул: – Дак это ты напоил и меня, и петуха! Прошлый новой год он помнил плохо, потому что Акутагава, помогая ему, немного переусердствовал и.. в общем, они напились и проснулись уже после полуночи. Акутагава, взъерошенный и всё ещё немного пьяный, тогда быстро собрался и ушёл из гостеприимного дома Кенжжи. К большому сожалению Ацуши. – Зато я спас петуха, – хмыкнул Акутагава, ставя очоко на столик. На какое-то время в комнате повисла тишина. Ацуши крутил в руках стаканчик, стараясь не пролить саке, а Акутагава смотрел на письмо. Потом всё-таки спросил: – Слушай, ну ты же не веришь в эти угрозы? Ацуши пожал плечами. А Акутагава продолжил: – В конце концов, ты достаточно силён и быстр, чтобы противостоять нападению. Ацуши хмыкнул. Конечно, угроза была так себе. Его больше интересовало, кто заточил на него зуб и.. – Есть мысли, кто это? – словно прочитал его мысли напарник. Ацуши в который раз удивился, насколько они синхронизируются и понимают друг друга. Но он понятия не имел, кто мог прислать подобное. Он успел только замотать отрицательно головой, когда зазвучала трель дверного звонка. Акутагава изменился в лице, пробормотал что-то про сестру и пошёл открывать. В прихожей сразу стало шумно, как будто пришло сразу несколько человек. На деле в гостиную залетела одна Гин. Красивая, нарядная и с кадомацу . Завидев Ацуши, она застыла на мгновенье. Потом перевела взгляд на замявшегося брата. На её выразительно-вопросительный взгляд напарник кивнул на столик. Кадомацу тут же был отставлен в сторону. Пакет с померанцами и мандаринами приземлился на пол. Гин пробежалась по письму несколько раз глазами, засмеялась (видимо дошла до "замечательного напарника"), а потом вполне справедливо выдала: – Детский сад какой-то.. И Ацуши, и Акутагава синхронно кивнули. – И что вы будете делать? Акутагава оглянулся на замершего Ацуши: – Да здесь, наверное, останется, – кончики ушей его порозовели, – мы итак уже два новых года вместе встречали. Так что разом больше, разом меньше.. Гин вытаращилась на брата. Тот смущенно потёр шею и отвел взгляд. Тогда Гин перевела свои невозможные глаза на Ацуши. Ацуши только робко улыбнулся. А потом всё как-то закрутилось. Кодамацу был установлен. Небольшая гирлянда натянута вдоль окна и зажжена. Ацуши сначала искренне хотел помочь. Но померанцы и мандарины, которыми он должен был украшать кодамацу, валились из рук, и Гин его ненавязчиво отвАдила от ёлки. Гирлянду, которую он прикрепил неплотно, упала на голову напарника. Тот шикнул на него и, включив какое-то новогоднее кино на плазме, велел не двигаться. Гин, удостоверившись, что квартира украшена, холодильник полон, уточнила, не остаться ли ей? Что она готова дать отставку своему ухажёру и остаться с ними, но Акутагава замахал руками и чуть ли не силком выпроводил из квартиры. Дальше вечер протёк в спокойной обстановке. Они ели тосикоси собу и тамагояки . Напарник даже пошутил и к великому смущению Ацуши предложил покормить его с рук, как в позапрошлом году . Ацуши закатывал глаза, называл Акутагаву дурным и даже позволил выпить себе бокал Awazake . После поздравительной речи премьер-министра он помог загрузить немногочисленную посуду в посудомойку. Акутагава разрешил принять душ, а когда он вышел из ванной, диван уже был разобран и застелен. Акутагава пожелал спокойной ночи и сам ушел в душ. Наступил новый 2024 год. Засыпая, Ацуши перебирал в голове значимые моменты года. Придя к выводу, что в целом он прошёл неплохо, Ацуши завернулся в одеяло и задремал. Разбудил его неясный звук. Он, дезориентированный, вскочил и прислушался. стук Из комнаты Акутагавы. Ацуши тихо встал и подкрался к двери. стук Чёрт, что же делать? Зайти? стук Звук повторился, и Ацуши решился. Он осторожно нажал на ручку и открыл дверь. В комнате Акутагавы горел тусклый ночник. Ацуши улыбнулся такому милому открытию – Акутагава спит со светом. Ну, не со светом, конечно, но всё же.. Ацуши скосил глаза на кровать. Напарника видно не было, только чёрно-белые вихры торчали из одеяла. стук Звук шёл от окна, и Ацуши, прежде чем не спеша распахнуть шторы, уже понял, откуда он. И оказался прав: открытая форточка стучала о раму. Приладив её поплотнее, Ацуши уже было собрался покинуть комнату, как глаза зацепились за стопку газет, лежащих на подоконнике. Он взял верхнюю, воззвал к тигриному зрению и не поверил своим глазам.. Прямо на первом листе то тут, то там были вырезаны буквы. Ацуши расправил листы. Как правильно проводить старый год? – гласил заголовок. Ну то есть из-за вырезанных букв он выглядел так: «К□к п□ав□ль □ □ пр□в□дить старый год?» Ацуши перевернул страницу. И там в некоторых статьях не хватало букв. Он засмеялся, вспоминая содержимое письма, но как только за спиной раздалась возня, захлопнул рот. Потом ещё раз окинул взглядом статью, тщательно сложил газету, задёрнул штору и повернулся к кровати. Его «замечательный напарник» перевернулся на другой бок и причмокнул. Ацуши вышел из комнаты и осторожно прикрыл дверь. Рухнув на свой диван, он раскинул руки, посмотрел в потолок и снова засмеялся. Для чего это Акутагава так расстарался? Неужели нельзя было просто позвать его? Ацуши, все ещё продолжая улыбаться, повернулся на бок, уткнулся носом в подушку и закрыл глаза. Тёплое чувство заворочалось где-то в районе солнечного сплетения. И он определённо собирался выяснить, что это за чувство..