***

Противный звук, раздающийся словно из-за какой-то пелены, заставил Ло недовольно зажмуриться. Впрочем, от звука это не избавило. Он становился только сильнее. И если он сейчас это не остановит его мозг просто взорвется ко всем чертям. На одних только инстинктах парень перекотился на кровати и спустил руку с кровати, нащупывая что-то на полу. В голове, который уже раз, пронеслась мысль, что стоило бы поменять будильник на другой, помягче. Звуки волн например. Или какие-то. Не этот безумный хаотичный ор. Странно, но мысль показалась ему незнакомой. Привычной и незнакомой — странное сочетание, особенно утром во вторник. Тем более после второго будильника, когда до работы осталось то всего ничего. В комнате наступила приятная тишина. что ему всегда было приятнее просыпаться в тишине. Он спустил босые ноги с невысокой кровати и внезапно вздрогнул, когда они прикоснулись к холодному полу. Странно, раньше пол казался не таким холодным. Уже очень давно Ло каждое утро просыпался в этой комнате, созданной им же для него, должен был уже привыкнуть. Странное гудение в голове не давало покоя. Определенно стоит больше спать, что бы не ходить потом и не врезаться в стены. В госпитале засмеют. Это определенно была его комната. Все вещи стояли на тех местах, на которых он их оставил — разбросанные документы на столе, который стоило не забыть взять с собой, брошенные на стул футболки, покоси Грамотный беспорядок. Какой-то…одновременно родной и чужой. Всё было на привычном месте, но пришлось немного пошарить рукой прежде, чем он их достал. Опять всё казалось непривычным, очень непривычным, даже ткань толстовки, в которую он сунул голову. Его взгляд кользнул на стоящем на полке фото. Оно показалось незнакомым всего не секунду — наверное, последствия слишком долгого сна. На фото стояло двое — высокий мужчина, счастливо улыбающийся прямо в камеру и мальчишка в университетской мантии. Он тоже улыбался — господи, Ло хорошо помнит, сколько шуму тогда было от… Парень помотал головой. Словно вчера. Но воспоминания почему-то показались чрезвычайно трепетными. Документы на столе валялись брошенными после безсонной ночи. Который раз уже обещает себе ложиться пораньше — и вот что с этого выходит. Запись о болезни, запись о поступлении, запись о выписке… Анкеты больных. Давно знакомые лица — ну да, они ведь обращались в хирургические отделение не раз и не два. Вон Кид с перевязью — это наверное тогда, когда он заявился в час ночи без руки. Рука была конечно — у него в портфеле, он немедленно попросил пришить. Все очень сильно ахуели… Ло хмыкнул. Как там сказал Киллер? Не доглядели? Дверь за его спиной отворилась почти не слышно. Он вздрогнул только когда услышал знакомый голос. — Я уже думал идти тебя будить, — такой знакомый мягкий голос раздался откуда-то со стороны двери. Ло, резко вскинув голову, развернулся и уставился на стоящего в проёме мужчину. Удивленно и немного напуганного. Такого знакомого, отдаленно знакомого и незнакомого одновременно. С всё той же улыбкой и нелепым макияжем, что и каждое чертовое утро до этого. — Ой, извини, забыл. Ты же просил не входить без стука, да? Лицо Коры озарила извинительная улыбка — ему словно было неловко ходить по своему же дому. Внутри что-то ощутимо сжалось. Может выпил вчера что-то не то? Да нет, не пил ведь вроде бы… Вчерашний день всё равно было тяжело вспоминать… Додумать Ло не успел. — Но ты встал значит всё уже… — Ага, да. Голос парня почему-то предательски вздрогнул. Черт, наверное не выпил утром положенный стакан воды. Господи, почему он сегодня такой забывчивый? Одни, из листов, которые он так торопливо собирал, лежал на полу. Черт, и правда растяпа. Надо собраться, а ты вырежет сегодня почку вместо печени. Он что, шутит сам с собой? Впрочем, эта же бумажка сыграла злую шутку. Ло чертыхнулся, когда босая нога соскользнула и он грохнулся на пол, с недоумением уставившись на потолок. — Ей, ей, чего это ты? А говоришь что я неуклюжий. Потолок заслонила высокая фигура. Кора засмеялся, протягивая руку упавшему парню, но глаза его почему-то стали взволнованными. Такая знакомая недосказанность, умалчиваемая взволнованность. Будто бы это сделает всё проще. Ло вздохнул. Он сам виноват, что начал первый. — У меня всё хорошо. — А? — У меня всё хорошо, — повторил Ло ещё раз, поднимаясь на ноги и продолжая собирать документы. — Точно? — Да. Да, всё хорошо. Нет, я не принимаю наркотики. Пап, не будь таким нервным... Последнее обращение вырвалось случайно, но прозвучало очень гармонично. Коразон взмахнул рукой, прикрывая ей рот. Ло слегка улыбнулся. Господи, сколько бы он это не говорил — каждый раз будет одна и та же реакция. — Я...я буду на кухне, — он быстро вышел с комнаты и хлопнул дверью. В коридоре послышался шум. Ло вздохнул — что же, Кора всё ещё побеждает его в неуклюжести. Телефон пиликнул, сообщая о поступившем сообщении. Он только сейчас вспомнил, что он не проверил его утром. А стоило бы — сегодня он поднялся довольно поздно. В мессенджер светилось всего несколько иконок — всего-то трое людей. Кто бы сомневался — именно те, после ответа которым обычно голова болит сильнее всего. «Ей, але, Торао, ты сегодняы будешь?» «Для тебя — нет» — знает ведь что он на месте каждый день — и всё равно пишет. Ло сокрушенно помотал головой. «Я приячйду послк обеда» От блять ну НЕЕЕТ " Нет, не надо!» Но Луффи уже вышел с сети. Кошмарно, день становится ещё напряжённее. «У нас тут выписывается сегодня пациент» — ещё одна иконка светится в непрочитанных. «Да, я помню» «Можно будет уйти пораньше?..» «Я переставил твою смену, я помню что у Шачи завтра день рождения, а значит сегодня вы вдвоём пойдете пить» «ЭТО ТАК ОЧЕВИДНО??!» «Да» Ещё в сообщениях висела открытка «С добрым утром» от Бепо и какие-то сообщения с незнакомых номеров. Туда он даже не стал смотреть, просто молча отложил телефон. Какое ему вообще должно быть к этому дело? Может это Кид просрал телефон и теперь ему срочно надо три литра спирта или кто-то из больничного отделения просит их подменить или же просто те, о ком он пытался забыть. Во всех трёх случаях ему было откровенно говоря похуй. Ло усмехнулся. Иногда решать проблемы было очень просто. Ему стоит будет написать Робин — она говорила, что у неё есть какие-то книги с последними исследованиями… Когда он зашёл на кухню — туда уже осторожно заползали первые лучи солнца. Они разбивались о стоящий рядом с плитой чайник и кружили по комнате забавными солнечными зайчиками. Кора-сан сидел за столом и внимательно читал утреннюю газету. Может он так пытался скрыть всё ещё не отсупившее смущение, старая привычка — Ло уже сотню раз говорил что намного проще и дешевле делать это через интернет, но нет ведь. Нравится ему шуршащая бумага и стопки сероватых газет на столе. Парень подошёл к кофемашины и, поставив кофе, развернулся к сидящему мужчине. — Ты сегодня дома? — А…Да? Мы говорили об этом вчера. — Точно, да. Всё из головы вылетает. Коразон взглянул на него поверх газеты, приспустив с глаз очки. Он купил их ещё в детстве, когда только усыновил почти незнакомого мальчика. Но вот использовать начал только сейчас. Выглядело по суровому-смешно. Но хотелось не смеяться, а просто улыбаться. — Может и ты сегодня дома останешься? — голосом, лишенным всякой надежды, спросил он, — мы могли бы позвать твоих друзей и… — Сколько раз тебе говорить, они мне не друзья! Больные не значит друзья, коллеги не значит друзья, даже семья не всегда значит друзья. — Луффи был у нас дома чаще, чем твой дядя, — Кора пожал плечами, опять ткнувшись носом в газету. — И Слава Господу Богу что чаще!!! — А Кид? А тот, со светлыми волосами? И с больницы трое парней, и седой мужчина тот что… — Так, всё, закругляйся. Пол города сейчас мне в друзья запишешь. Ло отхлебнул из кружки на ходу и одобрительно кивнул. Хоть кофе сегодня получился. Он бросил быстрый взгляд на черты и чуть не выругался, но вовремя поймал неодобрительный взгляд. Кофе нормально выпить он не успевал — Сегодня вечером ты готовишь ужин, — его мысли были перебиты самым наглым образом. — Что? Нет, Кора, это не чест… — Не обсуждается, ты уже неделю не готовил. — Так ты тоже! Подгоревшая картошка не считается. Кора смешно поморщился, будто бы припоминая что-то неприятное. Господи, как же славно что Ло додумался поставить пожарную сигнализацию в квартире. — Хорошо, готовлю я, — Ло поднял руки в знак примирения и быстро зашагал в коридор, пытаясь скрыть усмешку. Он любил утренние перепалки, любил видеть отверенную дверь кухни, когда собирается на работу, любил небрежное ежедневное течение жизни. В этом было что-то дорогое, что-то, что делало каждый день особенно ценным. — Ты поздно вышел на пенсию, пап. Не успеешь насладиться всеми прелестями свободы, — хмыкнул он, завязывая шнурки на обуви. — Видимо я был таким хорошим полицейским, что меня не хотели отпускать. Ло ставил все свои сбережения, что сейчас Коразон улыбался. Отсюда не было толком видно. Парень засунул руки в рукава курточки и перекинул сумку з документами через плече. В его голове уже по порядку прокручивались события предстоящего дня - спешки, беготня, выпитое впопыхах кофе, очередное отсутствие обеда, очередной сломавшийся кран на втором этаже... — Я люблю тебя, Ло. Ло застыл в дверях, держа в одной руке пачку документов, а во второй — термос с кофе. Он знал, что именно должен ответить. Он отвечал так каждое утро, каждый божий день, писал это в сообщениях и на записках. Я тоже тебя люблю. Всего-то. Он стоял в дверном проёме и смотрел на залитую солнцем кухню, где за столом сидел высокий улыбающийся мужчина со светлыми волосами. И тут мир очень резко и очень быстро отключился, заменяясь на полную, кромешную темноту. … По коже пробегала мелкая дрожь. Опять. Опять эти бесконечные сны, бесконечные счастливые сны. Не кошмары. Хотя, может от кошмаров было бы не так плохо. — Ей, капитан, капитан… — С вами всё хорошо? Я принес вам воды. Голоса доносились словно из другой вселенной. Было сложно собрать их до кучи и понять, где же он сейчас находится. Чёртовы сны, это всё опять чёртовы сны. — Кошмар? — Тс, не лезь к капитану, — Бепо пнул в бок Шачи, который склонился слишком низко. Ло слабо улыбнулся, беря в дрожащие руки небольшую кружку. Пальцы мгновенно стали мокрыми — видимо, воду набирали очень быстро. Он прикрыл глаза и вспомнил свой сон. Неубранная комната, уютная кухня, высокая дверь. Сейчас всё это казалось таким незнакомым, странные вещи, которыми сейчас он бы даже не разобрался как пользоваться. Знакомым оставался только высокий улыбающийся мужчина. Как и в каждом сне. Я тоже тебя люблю, Кора-сан. Ло поднял глаза на взволнованно столпившуюся вокруг команду и попытался убрать выступающую на губах улыбку. — Чего расшумелись? Что, уже утро? — Но капитан… — попытался запротестовать Шачи, но Ло ткнул ему в руки кружку и шикнул: — Раз не утро — всем спать. Завтра тяжёлый день. — Точно никого не оставить здесь подежурить? — Я сказал быстро потопали в кровати! А то поменяю ноги местами, попадаете и прийдется спать всем на одной куче. На лицах команды появились слабые улыбки. Капитан пошутил. Значит всё не так плохо. Лёжа в теплой постели и смотря на потолок, Ло водил руками по татуировках на пальцах. Ему и не нужно было этого говорить. Кора и так это знал. И там, и здесь, всюду. Ло улыбнулся. Да, он точно счастлив в другой вселенной. Но, возможно, он счастлив и в этой?