1.

      — Все суетятся, бегают туда-сюда, — Соуп хмуро наблюдал за военными снаружи, между бровей залегла задумчивая складка.       — Очередная проверка, — капитан просто пожал плечами, уткнувшись в документы перед собой.       Прайс занимался бумажной работой, пока его не отвлёк Соуп. Сержант во всех подробностях поведал, что с раннего утра база гудит. Во время обеда в столовой солдаты тихо перешёптывались о ком-то, кто должен приехать. По правде говоря, Прайс не горел желанием встречаться сегодня с проверкой или очередным человеком из верхушки.       Кабинет погрузился в молчание, в котором тихо шуршали листы бумаги. Физически Прайс прямо сейчас был здесь, в своём кабинете, но ментально… Ментально он хотел быть дома, хотел обнять младшую сестру, с которой не виделся несколько лет. Они созванивались пару раз в месяц, чаще не получалось в силу занятости Прайса и работы сестры. Она хотела быть как он, помогать людям, защищать их. Джон всячески отговаривал её, приводил разумные и весомые аргументы. Сестра поступила на юридический наперекор брату, прикладывала все усилия, старалась, чтобы Джон ею гордился. После окончания университета младшей Прайс заинтересовалось ЦРУ, ей предложили работу. Они с Джоном поссорились, их связь прервалась тогда на год. Несмотря на ссору, он продолжал слать ей письма на электронную почту, в Рождество сестра позвонила первой. Джон долго молча слушал монолог сестры: новости, успехи, неудачи, трудности. В конце их разговора капитан просил её быть осторожной, чтобы та берегла себя и попусту не рисковала собой.       — Кто-то идёт, капитан, — мысли Прайса прервал голос Соупа, о присутствии которого он уже забыл.       Они оба заинтересованно посмотрели на открывшуюся дверь. Ручка из рук Джона выскользнула, покатилась и остановилась у края стола. Он не верил собственным глазам.       — Привет, кексик! — она усмехнулась, проследив взглядом за ручкой. Сначала взглянула на удивлённого Соупа, потом на шокированного Джона.       — Кексик? — губы МакТавиша дрожали, он сдерживал рвущийся наружу смех. Джон метнул в него недовольный взгляд. Он никогда не думал, что детское прозвище, данное сестрой, когда-нибудь всплывёт.       — Джон любил мамины шоколадные кексы, — она широко улыбнулась, прикрыв за собой дверь. — Рада видеть, Джонни! — Соуп крепко обнял её, заставив тихо ойкнуть.       Когда МакТавиш отпустил её, девушка с облегчением вздохнула и поправила пальто. Джон продолжал молчать.       — Оставишь нас, Джонни? — он кивнул, бросив взгляд на капитана, и бесшумно скрылся за дверью. Они наконец-то остались наедине.       Весёлая улыбка превратилась в грустную, приподнятое настроение исчезло. Она не заметила, как Джон в несколько широких шагов преодолел разделяющее их расстояние и крепко сжал в своих руках.       — Меган… — шёпот растворился в шоколадных волосах сестры. — Я скучал по тебе, тыковка, — он коснулся губами её виска.       — Я тоже скучала по тебе, кексик, — голос Меган дрогнул. Эмоции переполняли быстро бьющееся сердце.       Следующие несколько часов брат с сестрой провели за разговорами. Они вспоминали детство и родителей, говорили о пережитых событиях и работе. Джон и Меган навёрстывали упущенное время.       — Так что, — девушка вздохнула, заправила за ухо прядь тёмных волос. — Я теперь директор ЦРУ, — Меган серьёзно посмотрела на брата, ожидая его реакцию. — Знаю, ты был против, не хотел, чтобы…       — Я горжусь тобой, тыковка, — Джон мягко перебил её, тёплая улыбка коснулась его губ.       — И ты не злишься? — девушка не могла скрыть удивления.       — Самую малость, — он усмехнулся, когда сестра закатила глаза. — Но я действительно горжусь тобой, Меган. Ты проделала огромный путь и потратила немало сил, чтобы добиться своей цели. Родители тоже гордились бы тобой, будь они живы. — Джон накрыл руку сестры своей, слегка сжав.       — Спасибо, Джон, — Меган кивнула. В груди разливалось тепло от долгожданного воссоединения со старшим братом.       — Получается, это из-за тебя база стоит на ушах с самого утра? — Джон откинулся на спинку дивана, на котором они сидели. Он задумчиво почесал тёмную бороду.       — Не понимаю о чём ты, кексик, — Меган пожала плечами и отвернулась, пряча от брата улыбку. — Кстати, твой лейтенант здесь?       В ответ на её вопрос Джон подозрительно прищурился. Откровенно говоря, Меган, как только брат познакомил её со своей командой, интересовалась Гоустом. Джон помнил, как та пыталась наладить контакт с ним, невинно флиртовала и заигрывала, но лейтенант не отвечал тем же. Он давно забросил попытки объяснить сестре, что Гоуст немного не тот, с кем стоит строить серьёзные отношения.       — Только не начинай опять, Джон, — Меган устало потёрла переносицу, прерывая неначавшиеся нравоучения. Брат молча поднял руки, сдаваясь. — Я… просто хочу поговорить с ним.       Джон изучал лицо сестры несколько минут, но потом сдался под напором любимых ореховых глаз. Тяжело вздохнул и провёл рукой по бороде.       — Да, тыковка, лейтенант Гоуст на базе.       — Увидимся завтра, кексик! — Меган быстро оставила поцелуй на щеке брата, поблагодарила и выскочила из кабинета.       Капитан тихо усмехнулся, надеясь, что директор ЦРУ задержится дольше, чем на один день.       Меган преодолевала бесконечные коридоры, как ей казалось, уверенными шагами. На самом же деле она передвигалась на едва сгибающихся ногах. Ладони от волнения вспотели, а во рту стало сухо.       И вот, наконец-то Меган достигла своей цели — она стояла напротив кабинета Гоуста. Несмело подняла кулак и постучала. Рука коснулась дверной ручки, когда он разрешил войти. По правде говоря, Прайс множество раз прокручивала этот момент в голове, представляла по-разному. Кабинет Гоуста ничем не отличался от кабинета её брата — планировка помещения и мебель та же.       — Здравствуй, Гоуст, — Прайс сняла пальто и повесила на спинку одного из стульев, затем села напротив лейтенанта. Теперь она осталась в одном классическом костюме.       — Здравствуй, Меган, — его голос не выдавал заинтересованности или радости от встречи. Но глаза впились в лицо девушки. Он изучал её, словно над чем-то раздумывал.       Гоуст ждал этой встречи три года. Три проклятых года он пытался избавиться от мыслей о младшей сестре своего капитана. Пытался избавиться не только от откровенных картинок в голове, но и от разъедающих его нутро чувств. Меган въелась в его мысли, как трудновыводимое пятно от красного вина на белой одежде. Гоуст никогда не отвечал на кокетство и флирт Меган, считал, что девчонка просто забавляется и развлекается.       Когда младшая Прайс только-только появилась здесь, на базе, капитан рьяно оберегал её от чрезмерного внимания солдат. Нашёлся даже храбрец, который пригласил Меган на свидание, когда рядом был её брат. На следующий день этого солдата перевели, на свидание звать тоже перестали. Гоуст не боялся быть переведённым на другую базу, нет, Гоуст боялся потерять доверие капитана.       — Джон сказал, — Меган первой нарушила затянувшуюся и неловкую тишину. Её взгляд скользил по бумагам перед лейтенантом. — Что база шумит с самого утра.       Её пальцы потянулись к верхним пуговицам рубашки. Гоуст проследил за движением Прайс. Оливковая кожа, ямка на шее, выпирающие ключицы… Лейтенант отвёл взгляд, сжав кулаки под столом. В голове так невовремя всплывали те картинки, от которых он силился избавиться.       — Да, — лейтенант коротко кивнул, расслабил кулаки и вернулся к бумагам на столе. Он работал над отчётом до прихода Меган. — Проверка, — Гоуст безразлично пожал плечами. Ему было плевать по какой причине солдаты копошились с раннего утра, как пчёлы в улье.       — Не думаю, что прибытие директора ЦРУ можно назвать проверкой, — Меган усмехнулась, откинулась на спинку стула. Рука Гоуста с ручкой замерла в воздухе всего на пару секунд, но именно это и выдало в нём удивление.       Гоуст никогда не сомневался в том, что Меган добьётся определённых высот в работе. Она была трудолюбива и упорна, всегда доводила начатое дело до конца, даже если не имела и капли интереса. Сестра переняла от брата самую лучшую привычку, которая не раз играла ей на руку — терпение.       — Что ж, поздравляю с новой должностью, Меган, — девушка заметила, как его глаза сощурились. Она не была точно уверена, но, кажется, под маской Гоуст улыбнулся. Тепло и волнение разлилось по венам, заставляя нервничать.       — Я хотела поговорить… — Меган замолчала, пытаясь правильно подобрать слова. — О нас. — Прайс отвела глаза, стараясь не пересечься с ним взглядом.       Гоуст наконец-то потерял интерес к отчёту, отложил ручку и взглянул на девушку перед собой. Её щёки покрылись очаровательным румянцем, губы поджаты, глаза глядели куда угодно, но только не на него. Он тяжело вздохнул, чуть отъехал в кресле и откинулся на спинку.       — О нас? — лейтенант повторил специально, словно издеваясь над ней и играя на её нервах. — Мне кажется, никаких «нас» не было. И быть не может.       Меган застыла на своём месте, как от удара. Руки непроизвольно сжались в кулаки, но спустя пару мгновений ладони вновь спокойно лежали на поверхности стола. Девушка кивнула каким-то своим мыслям, встала, взяла своё пальто и повернулась к двери, желая как можно скорее уйти отсюда. Идиотка. Какая же она идиотка, раз питала несбыточные мечты. Джон ведь оказался прав в конечном счёте.       — Это ты хотела услышать? — Меган вцепилась в пальто в собственных руках, когда сзади послышались тихие шаги. Гоуст остановился в двух шагах от девушки.       — Нет, — она вытолкнула это слово из глотки, думая, что это что-то изменит. Взгляд сверлил закрытую дверь в паре метров от неё. Выход был так близко.       Гоуст сделал ещё один шаг к ней. Он видел её напряжённые плечи и как пальцы нервно сжимали несчастное пальто.       — Ты мне нравишься, Гоуст, — Прайс зажмурилась до белых точек в глазах. Она так давно мечтала сказать эти слова. Думала, если скажет, станет легче. Но долгожданного облегчения не последовало. Волнение нарастало, как снежный ком.       Меган не заметила, как лейтенант сократил оставшееся расстояние между ними. Его горячий шёпот обжёг кожу нежную кожу. Девушка вздрогнула.       — Скажите мне это, глядя в глаза, директор Прайс, — Гоуст ухмылялся под маской, но взгляд оставался серьёзным. Его жалкая мышца в груди, гоняющая кровь по венам, трепыхалась и скреблась о рёбра, как раненное животное.       — Вы мне нравитесь, лейтенант Гоуст, — Меган повернулась к нему, ей даже пришлось закинуть голову, чтобы поймать зрительный контакт.       Она не обращала внимания на то, что они стояли чересчур близко друг к другу. Меган смотрела в эти тёмные глаза перед собой, как заворожённая, и даже не возражала, когда Гоуст почти вырвал из её рук чертово пальто и отбросил куда-то в сторону дивана.       — Приятно слышать, госпожа директор, — Гоуст усмехнулся и коснулся костяшками пальцев щеки.       — Поцелуйте меня, лейтенант Гоуст, — он провёл костяшками линию от скулы до расстёгнутого воротника белой рубашки.       — Это приказ, госпожа директор? — другая рука мужчины обвилась вокруг талии Прайс. Его горящий взгляд метнулся к приоткрытым губам.       — Да.       Гоуст помедлил лишь для того, чтобы отогнуть край балаклавы до носа. Затем его руки вновь обвили Меган. Он растягивал этот момент специально, наслаждался дрожащим от нетерпения телом в своих руках. Его пытка бездействием длилась ещё пару мгновений, а потом Гоуст накрыл её губы своими.       Девушка сразу же ответила на поцелуй, вцепившись пальцами в воротник военной формы лейтенанта. Меган не заметила, как спустя несколько мгновений оказалась сидящей на столе с расположившимся Гоустом между ног. Её пиджак был уже где-то на полу, как и камуфляжная куртка лейтенанта. Дрожащими от желания пальцами девушка расстёгивала пуговицы рубашки, в это же время Гоуст избавлялся от футболки, прятавшей крепкое тело.       Меган вздрогнула, когда горячие ладони коснулись её спины, пальцы пробежались по позвонкам снизу вверх. Тишину разрезал первый, но далеко не последний стон. Девушка откинула голову назад, когда губы Гоуста коснулись шеи. Она тихо охнула, оставшись без бюстгальтера. Лейтенант практически вжал женское тело в собственное. Меган чувствовала каждый кубик накаченного пресса.       Прайс потянулась к пряжке ремня, но Гоуст не дал перехватить инициативу. Он, тяжело дыша, кивнул на поверхность стола. Меган было не до споров, девушка молча повиновалась, ощутив возбуждение Гоуста. Его пальцы расстегнули пуговицу на брюках Меган, затем молнию. Он медлил, давал время передумать, встать и уйти.       — Приподними бёдра, госпожа директор, — его голос хриплый от возбуждения и желания. Меган сделала как он просил. Мужчина стянул с неё не только брюки, но и нижнее бельё.       — Гоуст… — Прайс всхлипнула, умоляя, когда лейтенант провёл по влажным от смазки складкам кожи.       Девушка, которую он желал больше всего на свете, сейчас была на его столе. Нагая, умоляющая и изнывающая от желания ощутить его в себе. И совсем недавно она сказала, что он нравится ей. Гоуст сжал челюсть, когда Меган призывно потёрлась о его ладонь, которая всё ещё находилась между её ног. Пальцы дразнили клитор.       — Лейтенант Гоуст, пожалуйста… — грубая ткань болезненно давила на возбужденную плоть.       Выругавшись сквозь зубы, Гоуст избавился сначала от ремня, затем и от брюк с бельём. Он шумно втянул носом воздух, когда Меган кончиками пальцев коснулась налитой кровью плоти. Гоуст вновь провёл ладонью по влажным складкам, распределяя смазку, затем этой же рукой провёл по члену. Он хотел, чтобы проникновение принесло как можно меньше дискомфорта, учитывая его размер.       — Скажи, если будет больно, — Меган кивнула, смотря на него затуманенными страстью глазами. Шоколадные волосы прилипли к мокрому от пота лицу, лицо порозовело, а губы открывались в тихих стонах.       Дразня, Гоуст провёл набухшей головкой по половым губам, вырывая из женской груди хриплый стон. Лейтенант на мгновение замер, когда Прайс сама подалась бёдрами ему навстречу. Нетерпеливая. Гоуст осторожно вошёл в неё, чувствуя, как стенки влагалища сжимают его член. Мужчина вцепился пальцами в край стола до побелевших костяшек от ощущения узости и жара. Гоуст ощутил, как за его предплечья схватилась Меган. Вены на сильных руках вздулись, стальные мышцы пресса и груди напряженно перекатывались.       Войдя в неё почти до основания, Гоуст замер, давая время обоим привыкнуть к новым ощущениям. Осторожно толкнул бёдрами, всё ещё чувствуя, как Меган сжимает его член. Лейтенант затянул её в новый поцелуй, пытаясь расслабить, оставлял короткие поцелуи сначала на лице, потом начал спускаться к груди. Наконец Прайс начала расслабляться и Гоуст повторил движения бёдрами.       Кабинет наполнился тихими женскими стонами вперемешку с хриплыми мужскими. Он был осторожен в своих движениях, старался не причинить дискомфорта своим размером. Они оставляли друг на друге смазанные поцелуи, лёгкие покусывания сменяли красные отметины. Они не говорили о высоких и трепетных чувствах, говорить вслух об этом было незачем. Не говорили и не думали о последствиях или о том, что будет завтра. Понимали, что как прежде ничего не будет, но просто хотели попробовать быть вместе.       Меган хотела дарить тепло и ласку этому мужчине, заботиться о нём и просто быть рядом. Гоуст хотел научиться принимать всё это. Он заслуживал и был достоин всего этого, лейтенант был ничуть не хуже остальных. Но они оба прекрасно понимали, что им будет сложно совмещать работу и личные отношения. Но они были готовы пробовать и бороться, учиться на собственных ошибках. Вместе.       — Гоуст, — Меган задрожала в его сильных руках, в глазах заплясали чёрные пятна, по телу пробежалась волна наслаждения. Долгожданная разрядка наступила.       Сжав зубы, мужчина вышел из Прайс и излился ей на живот с приглушенным стоном. Найдя на столе пачку влажных салфеток, он вытер плоский живот. Девушка перед ним раскраснелась, ореховые глаза блестели, волосы липли к её влажному лицу. Губы распухли от настойчивых поцелуев Гоуста. Меган, тяжело сглотнув, осторожно приняла сидячее положение на столе.       — Вместе? — Прайс нежно обхватила его лицо ладонями.       Гоуст одной рукой обвил её талию, другой — заправил прядь волос за ухо. Его губы дрогнули в слабой улыбке.       — Вместе.       Лейтенант затянул Меган в новый поцелуй, заставляя её сердце забиться с новой силой.