Часть 1. Новый дом.

Если вы хотите иметь то, что никогда не имели, вам придётся делать то, что никогда не делали. Коко Шанель

Выдохнув, я облокотилась на стенку поезда, случайно стукнувшись плечом с девочкой из Дружелюбия. Да уж, какого ей сейчас, когда из привычной фракции добряков и сердобольных, она оказывается в поезде, наполненным сумасшедшими без тормозов бесстрашными. Здесь тебе не скажут «Счастья тебе» и не приласкают. В этой фракции ценится слабоумие отвага и мужество. — Дженна, — сдавленно проговорила девушка и постаралась улыбнуться. Вышло кривовато, но кто я такая, чтобы осуждать? У самой колени трясутся. Я бегло осматриваю её с ног до головы. Она так похожа на ангела! Светлые волосы и небесно-голубые глаза. Только кожа её слегка загорелая, но у всех дружелюбных так. Они всё свободное время проводят на солнце. — Эйприл, — я протянула ей руку, и Дженна слабо её пожала. Не помешало бы найти друзей. Больно оставлять прошлое, но идти дальше куда важнее. «В тебе говорит твой отец», — тихо прошептал разум, но я быстро стряхнула эти мысли. Он остался в Искренности, следовательно, и в прошлом. — Не ожидала, что всё будет… так, — она нервно потеребила край своего платья. Бедняжка. А чего она ожидала? Радужных единорогов, поющих о любви и дружбе? Здесь все иначе, пора бы запомнить. Послышались крики, и я мигом вскочила с насиженного места, стараясь понять их источник. Выглянула из поезда, и картинка прояснилась. Урожденные бесстрашные выпрыгивали из вагона на крышу, при этом смеясь как припадочные. Точно чокнутые. В животе скрутило. Не дошли до самой фракции, а на пути новые и новые испытания, проверяющие на прочность. Назвался клизмой — полезай в жопу. — А если не прыгнешь? — Дженна испуганно схватилась за мой рукав. Появилось желание скинуть её руку, но так я могу только её отпугнуть. Не хотелось бы терять возможную подругу в первые же минуты знакомства. — Станешь изгоем, убогая, — я обернулась на голос. Эрудит с ядовитой ухмылкой оглядел нас и тут же выпрыгнул. Нет, ну бывают же такие люди! Дженна поникла. Их фракция слишком ранима, да и не убогая она! Как он вообще смеет? Все эрудиты как один. Напыщенные и самодовольные. Только одна единственная девушка из Отречения отказалась прыгать. «Лучше быть изгоем, чем мертвой». Я не могу не попытаться. Я отошла от Дженны, но тут же заметила, как она трясётся. Она не справится. Даже не дойдёт до Бесстрашия. — Не бойся, я с тобой, — я протянула ей ладонь, и она тут же ухватилась за неё, как за спасательный круг. Мы чуть отошли от края. Если честно, мне противно держать за руки мало знакомых людей, но сейчас это можно оправдать. — Раз… — я напряглась, было страшно и опасно, но куда страшнее стать изгоем, — Два… — Три! Во время небольшого полета наши руки расцепились, и я перестала чувствовать опору под ногами. В долю секунды я тут же очутилась на крыше, прокатываясь по ней как брошенный мешок с картошкой. Я лежала на мелких камнях, пытаясь отдышаться. Вот тебе и галька! Я поднялась и стряхнула с себя грязь, но это не помогло. Белый костюм был безбожно испорчен. Поэтому бесстрашные ходят в черном? Чтобы грязь не было видно? Да они те еще замухрышки. Я протянула руку Дженне и помогла ей подняться. Вместе мы подошли к остальной толпе чуть ли не последними. На крыше стояло около десяти бесстрашных. Запомнилось всего три. С дредами, зелёным ирокезом и татуировкой челюсти на лице. Да уж, вот они, любители поменять что-то в себе. Я уверена, что среди остальных членов этой фракции найдутся те, кто пошёл на изменения пожёстче, скажем… Пирсинг половых органов? До такого наверняка кто-то додумался. Бесстрашный с дредами протянул мне сложенный рюкзак, и я быстро сообразила, что это парашют. — Для чего он? — я взяла его в руки и осмотрела. Никогда им не пользовалась. Просто знаю, что с ним можно прыгнуть с большой высоты, и бесстрашные этим активно пользуются. Эрудиция доработала их до совершенства, и теперь осечек почти не случается. Один раз из десяти. На мой вопрос мне так и не ответили, так что пришлось надеть парашют без лишних слов. Рядом со мной перешептывались по этому поводу, и я видела, как что-то хочет сказать Дженна, и я чуть отошла, сделав вид, будто не заметила. Пока я не настроена на лишние разговоры. — Ясли заканчиваются ровно с этого момента! — громко отчеканил мужчина с татуировкой челюсти на лице и оглядел толпу, удовлетворенно ухмыльнувшись, — Вы только посмотрите на себя, и это бойцы? Эй, парень, у тебя что, глаз дергается? — слова адресовались не мне, но могу поклясться, глаз задергался в бешеном ритме. Вот она, нашумевшая подготовка бесстрашных. Нервы с таким обращением могут сдать у любого, но не у меня. Отец, будто бы знал, готовил с детства. Я усмехнулась своим мыслям. Бесстрашный уверено запрыгнул на выступ на крыше и сцепил руки перед собой. Я невольно повторила его жест. Дженна опять ухватилась за мою руку. Страшно представить, как она продержится в Бесстрашии. Девочка явно к такому не готова. А, впрочем, это не мои проблемы. Слабые отсеиваются быстро. — Меня зовут Итан, один из пяти лидеров, чтобы попасть в Бесстрашие вам нужно спрыгнуть отсюда, — он нагнулся над пропастью и, видя реакцию неофитов, самодовольно поднял подбородок. Все выдохнули, зная, что на них парашюты, но я не могла успокоиться. Что-то здесь не то, — кто первый? А хотели, на моё удивление, многие. Никто не видит подвоха. Идти к пропасти я не спешила. Вдруг есть ещё условия. Дженна тоже осталась рядом со мной, никуда не торопясь. И когда она успела обратно ко мне подойти?! Первым вышел парень из Искренности, но он прошёл так быстро мимо меня, что я не смогла его разглядеть. Он кивнул лидеру и встал на выступ. — Ах да, забыл сказать. У пятерых из… — он бегло пересчитал нас, — двадцати пяти сломан механизм. Чтобы раскрыть парашют просто потяните за кольцо. Удачи, — он весело улыбнулся, в то время как искренний испуганно отошёл от края и вернулся к толпе. Он боится точно также, как и мы все. Тишина. Никто не осмеливался сказать и слова. Дженна стояла ни жива, ни мертва. Признаться, я тоже. Неизвестность пугала, но с другой стороны, не поубивают же они нас в первый день? Я замялась. Даже если хорошо подумать, то либо они исправны все, либо ни один, а внизу вода или что-то подобное. Пятеро человек отказалось прыгать, и их увели. К изгоям, наверняка. Фракция не прощает трусость и слабость. Осталось двадцать. Вероятность того, что среди нас остались неисправные механизмы тоже никуда не делась. — Вы перешли в Бесстрашие или куда? Смотреть противно, — парень из Эрудиции вышел вперед. Тот самый, который назвал Дженну убогой! Нашелся мне, смельчак, только и умеет язвить? Я искренне надеялась, что командир сделает ему замечание, но тот молчал, ожидая дальнейших действий эрудита, — Я прыгну первым. Готова отдать руку на отсечение, но как же самодовольно он это сказал, будто ему тут никто не ровня. Его же уверенность его и погубит. Лишь бы он там разбился. Меньше проблем в дальнейшем, да и неисправных парашютов. Такие, как он, никого кроме себя не замечают. Уверена, он будет рвать за свою цель. И бровью не поведет, если придется идти по головам. Всё внутри меня кричало, что он опасен. Поставлю на заметку, с ним лишний раз лучше не пересекаться. Быстро и уверенно, он запрыгнул на выступ и, лишь секунду думая, прыгнул вниз. Тишина. Опять. Тяжелый вздох. Крика не последовало, видать, живой. Резко я перестала бояться и только хотела сказать, что пойду второй, как меня опередили. Парень из Отречения. Удивительно, обычно в Бесстрашие альтруисты не идут, а тут ещё смелый нашелся. Крепкий. Но уверенность у него другая, не такая, как у эрудита. Если тот был убеждён, что с ним ничего не случится, то второй решил испытать судьбу. Провериться на прочность. Как только альтруист прыгнул, время на раздумья было мало, я вышла вперед, объявив, что я следующая. На трясущихся ногах я последовала к краю. Страх вернулся, но я постаралась убрать его куда подальше. Пути назад нет. Либо в пропасть, либо назовут трусихой. Такая себе репутация. Я глубоко вздохнула и также медленно выдохнула. Теперь я бесстрашная. Я прыгнула. Зажмурила глаза, но тут же открыла, дернув за кольцо. Механизм сработал! Я облегчённо выдохнула. Всё-таки моей удаче можно позавидовать.

***

— Как зовут, прыгун? — я огляделась. Не умерла. Вроде как. Но вряд ли ангелы были бы в форме бесстрашия, так что, видимо, жива и здорова, но насчет второго не до конца уверена. — Эйприл… Эйприл Блэк, — протараторила я и не узнала свой голос. Он прозвучал слишком робко и тихо, но бесстрашный все услышал. — Можно было и без фамилии, — так, чтобы слышала только я, сказал он и подмигнул мне, — Третий прыгун — Эйприл! — послышались хлопки и с меня сняли парашют. Эрудит и альтруист уже стояли здесь, и я подошла к ним. Нужно дождаться Дженну. Девушка прыгнула чуть ли не самой последней, уступая лишь двум Искренним. Я их узнала. Учились со мной в одном классе. Саймон и Джош. Вот уж не думала, что нам придётся встретиться вновь! Нас разделили на группы. Бесстрашных по рождению и перешедших, но баллы, полученные в ходе тренировок, будут отображаться на общей таблице и оцениваться мы будем вместе. В дальнейшем нам будут предоставляться профессии. Чем больше баллов, тем лучше место во фракции. Мы последовали дальше за Итаном, петляя по темным коридорам, и вышли на огромное по размерам арену, хотя эти даже ареной не назовешь. Больше походило на… — Это яма. Главное место в жизни Бесстрашных. Запомните его местоположение хорошенько, — кругом гудели Бесстрашные. Было шумно, но при этом по-компанейски. У бесстрашных было все иначе. Не тихо, будто народа вообще нет, не так, что ли, правильно? Здесь было не идеально, и мне с каждой секундой начинало это всё больше и больше нравится. — Здесь вы будете жить ближайшие десять недель до Инициации, — лицо Дженны нужно было видеть. Да и мое наверняка было таким же. В Искренности и Дружелюбии, да и в остальных фракциях, были свои комнаты. У Отречения целые дома. А здесь… это даже сложно было назвать общежитием. Кровати притык в притык друг другу. Благо, в этом году перешедших было мало и можно было занять кровати подальше от друг друга. Не хочу спать лицом к лицу с каким-то похотливым парням или, того хуже, от которого воняет за три километра. — Туалеты еще круче, — Итан провел нас вглубь комнаты и… Твою мать! Здесь и туалеты с душевыми общие. Девушки и парни… Да даже думать об этом противно. — Я не хочу, чтобы все смотрели, как я моюсь, — недовольно пробурчала Дженна, надеясь быть не услышанной, но слух у командира был отменный. — Хочешь жить — умей вертеться, Дружелюбная. Переодевайтесь и кабанчиком в столовую, — Итан ушел, оставив нас на самих себя. Да уж, хорошее начало. Нам выдали комплект из одежды. Две пары штанов, носки, берцы. Из верхней одежды майка, футболка и куртка. Всё черное. Цвет фракции Бесстрашие. Уже не терпелось с гордостью это надеть. Пока я переодевалась, меня не покидало чувство, что кто-то на меня пялиться. Но кто? Я оглянулась и встретилась взглядом с Саймоном. Он узнал меня? Или остервенело за мной наблюдал из-за… Черт! К этому остается лишь привыкнуть. Сжигая одежду, я медлила лишь пару секунд, как на церемонии Выбора. Прощай, старая жизнь! Надеюсь, в Бесстрашии я обрету себя. Страх, что связи отца будут и здесь, никуда не ушёл, но нужно хотя бы попытаться. Я пару секунд смотрела, как белые одежды сгорают в огне, как меня схватили за руку и повели дальше. — Пойдем, бесстрашные не любят ждать, — Дженна улыбнулась мне, и мы пошли дальше. На ней черный смотрелся непривычно, или же я еще не привыкла видеть её без этого ярко-оранжевого платья. — В Дружелюбии мы одежду распускаем по ниточке для новых материалов, — поделилась она, когда мы вошли в столовую. Даже здесь все отличалось! В Искренности никто не будет есть вместе с незнакомыми людьми. Только если на бизнес-встречах. Набрав поднос еды, мы сели на свободные места ближе к стенке. С этого места открывался вид на всю столовую, а нас наоборот видно не было. Идеальное укрытие для наблюдения. Бесстрашные толкались, в шутку били друг друга и галдели. Меня не покидала мысль, что здесь я уживусь. Люблю быть в центре внимания, особенно, во время дискуссий. В Искренности часто приходится отстаивать свою позицию, так что для меня быть на виду не проблема, а вот у Дженны с этим тяжело. Она поникла, сгорбив спину и уткнувшись в свою тарелку. В который раз убеждаюсь, что ужиться здесь ей будет трудно. Зачем она вообще выбрала Бесстрашие? Нужно попозже поинтересоваться. Только я хотела приступить к трапезе, как меня кто-то ткнул в бок и наклонил к себе. — Всё время, что здесь сижу, на тебя тот парень смотрит. Такое ощущение, глазами сожрет! — я огляделась. Действительно, на меня в оба глаза пялил Саймон. Да что ж такое! Чем я ему уже не угодить успела? Не поздоровалась, вот и обиделся? На обиженных воду возят. Наконец, меня отпустили, и я повернулась. Каштановые неопрятные волосы струились по тоненьким плечам девушки, в то время как взгляд говорил, что сама она отнюдь не хрупкая. В светло-серых глазах горел озорной огонек, что убедило меня, что ситуация показалась ей скорее забавной, нежели странной. — Софи, Эрудиция, — она протянула мне руку, и я её пожала. Наблюдательная. Казалось бы, зачем такую деталь подмечать. Но оно неудивительно, из Эрудиции же. — Эйприл. — Дай угадаю, в апреле родилась, — я слабо улыбнулась. Мне не в первый раз задают такой вопрос, но к этому я уже привыкла. — Не поверишь, в марте, — она заливисто рассмеялась, и я подхватила. Меня накрыло чувство дежавю, будто я вновь дома. У Софи красивый смех. Звонкий и раскатистый. Совсем как у Ури. А Дженна такая же добрая, как Крис. Не прошло и дня, а я уже по ним скучаю. — Я Дженна, — блондинка протянула руку через меня. И так, на одного нового знакомого больше. Хотя нет, вру, Джош и Саймон, пилящий меня взглядом, тоже в списке. Я еще раз пробежалась взглядом по столовой, подмечая новые детали. Урожденные держались вместе, не впуская к себе никого из перешедших. У них была своя отдельная компания. Только для избранных. Я про себя хмыкнула. Мы действительно им не ровня. Взгляд зацепился за парня эрудита. Он держался особняком от всех, точно также как и я оглядывая местность. Надменно и гордо. Резко он посмотрел прямо на меня. От неожиданности я чуть не уронила вилку. Угораздило же! Так и знала, моя наблюдательность ничем хорошим не обернется. Заметив мое смятение, он скривился и приподнял бровь, мол, чего мне надо. Эрудит просто уничтожал своей надменностью. Впрочем, неудивительно. Как и я думала, здесь ему никто не нравится. Будь возможность, отсеял бы половину, которую не считает проф.пригодной, так сказать. Я наклонила голову, выдерживая на себе его взгляд. Правила такие же, как и на всех дискуссиях в Искренности. Отвести взгляд — проигрыш, продолжать смотреть — стойкость. Глаза в глаза. Его серые и мои зеленые. Резко меня опять ткнули в бок, и я отвлеклась. Победа была за эрудитом. Что ж, я проиграла в битве, но не в войне. — Ты на Эрика так засмотрелась? — ухмыльнулась Софи. Не засмотрелась, а выдерживала натиск! С таким человеком в гляделки играть трудно. Так значит, его зовут Эрик. — Ты его знаешь? — как бы невзначай спросила я, скрывая заинтересованность в голосе. Софи тут же оживилась. — Конечно! Его вся школа знает, — она отпила из своей кружки и продолжила, — Шучу, разумеется, не вся, но пользуется особой популярностью среди женского пола, несмотря на свой скверный характер, — она поиграла бровями. Черт, Софи, мне эта информация ни к чему! Видимо, поняв, что не туда копает, она «перенастроилась», — В нашем классе его прозвали «зверем». Всегда стремится везде и во всем быть на первом месте. Один раз, играя в баскетбол на физкультуре, он сломал парню руку, чтобы выхватить мяч и обеспечить его команде победу! Настоящее чудовище. И очень опасен. Если что-то пойдет не так, как хочет он, — пиши пропало. А что, понравился, подруга? — вилка окончательно выпала из рук, создавая шум столкновения с алюминиевой тарелкой. Обернулось лишь пару человек, но потом, поняв, что ничего интересного здесь нет, отвернулись обратно. Софи сильно приукрашивает. Эрудита я побаивалась в лучшем случае. Я была права, он по головам пойдет к своей цели, а остальные ему и в подметки не годятся. — Он смотрит на меня как хищник на добычу. И вправду зверь, — Дженна и Софи посмеялись моей шутке, но как таковой её здесь и не было. Как выяснилось, Эрик, продолжал испепелять меня взглядом, что хотелось под землю провалиться. Все в нем кричало: «Опасно! Не подходи!». И мне действительно не хотелось находиться с ним рядом. Если пойти наперекор такому человеку — свернет шею. Морально задавит. Унизит. Сделает все, чтобы человек сам наложил на себя руки. Хотелось знать о нем больше, выявить слабости, чтобы, если что, надавить. Победить, пусть и нечестными путями. Теперь я не Искренняя, значит, можно. Резко бесстрашные начали колотить кружками и столы, выплескивая содержимое. Я подняла глаза чуть выше, к балконам, и увидела мужчину. Судя по всему, один из лидеров Бесстрашия. Его тёмная кожа поблёскивала на свету. Он гордо возвышался над остальными и, когда гомон стих, объявил: — Новобранцы! Вы выбрали самую непростую фракцию из возможных. Теперь вы не сопляки с окраины, а будущие воины. Ежедневно вы будете проходить тренировки, дабы провериться на прочность. Наша фракция не терпит сопляков, так что будьте уверены: мы поможем вам возмужать и добиться настоящих успехов. Спасибо за внимание, — договорив, он скрылся из виду. Наша троица переглянулась, и одновременно мы тяжело вздохнули. Это будут тяжелые десять недель. После окончания ужина, мы с девочками понеслись в общежитие, дабы занять кровати рядом. Я выбрала нам укромное местечко, скрытое от лишних глаз. Идеально для Дженны, не любящей внимание, и идеальное для меня и Софи, привыкших анализировать людей. Правда, у Софи получалось чуток получше. Мы с ней уже расположились, но как только Дженна хотела занять свою кровать слева от меня, как на неё приземлился другой человек, даже не сняв ботинки, давая ясно понять, что место теперь принадлежит ему. Эрик! Я не смогла сдержать свою злость. Сначала он называет Дженну убогой, теперь еще и это. Софи среагировала быстрее, ударяя по изголовью кровати. Я сжимала и разжимала кулаки, стараясь успокоиться, но поняв, что также делает отец, мигом перестала. — Эй, мистер-я-лучше-всех! Место занято, — церемониться она с ним не стала. Да уж, прямая как стоячий член. — Не вижу подписи, что она чья-то, — скучающе произнес он и перевернулся на бок, отворачиваясь от Софи. Вот нахал! — Но она моя… — совсем тихо проскулила Дженна, показывая свои вещи, на которых распластал свои грязные ботинки Эрик. Эрудит присвистнул. — У убогой режутся зубки? Похвально, а теперь свалила. Здесь сплю я. — Головка от хуя! Места полно, принцесса на горошине, найди другое! — свою злость я уже сдерживать не могла, пусть и боялась. Терпеть не могу таких людей и сейчас не стану. Страх не должен мешать мне защищать свои ценности. Если вижу, что к человеку рядом со мной относятся бесчестно, то уже моё обострённое чувство справедливости вступает в бой. Эрик лениво повернулся ко мне, с той же сталью в глазах. Обычно так смотрят прежде чем убить. Я поежилась. Снова захотелось спрятаться, но, дабы не казаться в его глазах трусихой, я распрямила плечи, отвечая на его холодный взгляд яростным. Вот только его не требовал возражений. — А теперь честно и справедливо — кто первый встал, того и тапки, — и вновь отвернулся. Мы с Софи переглянулись и сочувственно кивнули Дженне. Она лишь отмахнулась и заняла кровать на две дальше от наших. Не так далеко, но все равно было обидно. Только сейчас я осознала, как же устала! А это ведь еще даже тренировки не начались. Даже не представляю, как буду держаться на ногах ближайшие две недели. Отгоняя от себя лишние мысли, я опустила голову на подушку и моментально заснула.

***

Я проснулась от резкого, порывистого звука. Подскочила с кровати, успешно с неё падая. Вот тебе будильник. Софи помогла мне встать, и я потерла ушибленный копчик. — Две минуты на подмыться и в яму, — сказал, как отрезал, а потом скрылся за дверью. Я буду скучать по спокойным утрам в Искренности. Быстро собравшись, мы отправилась за остальными в яму. — Меня зовут Зак, и я ваш инструктор, наставник и главная нянька до Инициации. Есть два этапа подготовки: физическая и психологическая. В первом этапе тренировка на тренировке, овладеете приемами борьбы, стрельбы и будете работать на приделе. На втором этапе борьба со страхами. Или вы их — или они вас. Как вы знаете, тренироваться вы будете отдельно от бесстрашных, но оценивать вас будут вместе. От оценки зависит вся ваша дальнейшая жизнь — от разведки до присмотра за изгоями. Чем выше вы в рейтинге, тем лучше. А теперь в зал. Зак! Он же проводил у меня тест на способности. Я удивлённо уставилась на него, и он, заметив, что я смотрю, уже ошарашенно поднял брови. Мужчина явно не ожидал меня здесь встретить, как, впрочем, и я не рассчитывала, что он окажется нашим инструктором. Бег. Дженна, на удивление, бежала быстро и обогнала нас с Софи. Они там в своем Дружелюбии от диких коров убегают, или что? Признаться, это злило меня. Хотелось себе еще ногу приделать, но лишь бы бежать быстрее. Впереди всех, но я сильно уступала парням. В частности Эрику и еще одному, который дышал эрудиту в затылок, стараясь обогнать. Эрик не давал ему и шанса. Чуть не упав, я остановилась, отбежав почетные одиннадцать кругов. Шумно выдохнула через нос. Софи нагнала меня, на лице читался вопрос. Не хочу сейчас разговаривать о своих загонах. Не так поймет, да и знакомы мы пока мало. Пресс. Мы разделились на пары. Софи встала с Дженн, а мне не хватило. Точнее, хватило, но это был парень, которого я не знала. Он стоял как вкопанный, бегло просматривая зал, пока взгляд не остановился на мне. — Второй и третий прыгун, встаньте в пару! И не мельтешите уже перед глазами, — так это он! Тот парень из Отречения. Я подошла к нему и начала качать пресс первая. Он мертвой хваткой прижал мои ноги. Сильный. Даже побаливало, но было важно, чтобы тело лишний раз не двигалось для большей нагрузки. Чем лучше я справляюсь, тем выше место в рейтинге, а, следовательно, я ближе к своей цели. — Как зовут? — спросила я, продолжая качаться. Пятнадцать… Шестнадцать. Я старалась не сбиться со счета, но он, видимо, тоже считал. Это читалось на его сосредоточенном лице. Лишь спустя пару секунд он ответил. — Фор. — Как цифра четыре? Эй, ребят, кто украл первые три цифры? — я попробовала пошутить, но Фор, видимо, не оценил. Хотя на мгновение показалось, что он улыбнулся. — А ты? — то ли из вежливости, то ли ему правда было интересно поинтересовался альтруист. — Эйприл. — Как месяц? Признавайтесь, кто назвался Августиной или Мартой? — всё-таки шутка зашла, я улыбнулась. Паренек не без чувства юмора. Мы подружимся. Мы поменялись местами и теперь пресс качал он, а я постаралась всем весом надавить на его ноги, пытаясь повторить его хватку, но получалось, мягко говоря, не очень. Он это заметил. — Ты совсем крохотная, как тебя еще ветер не сдул? — он быстро и легко доделывал двадцать пять пресса, не собираясь останавливаться. Обалдеть. Утра в Отречении оказывается проходят не так, как я ожидала. — Не мельница, — съязвила я, на что Фор хмыкнул и продолжил качаться. Прогремел свисток, и мы поднялись. Зак вышел в центр зала и объявил, что сейчас будет учить нас основам боя. Как и куда правильно бить, чтобы оглушить цель. На подопытного кролика он попросил одного человека, но тут добровольцем никто не пошел. Никому не хотелось получить кулаком под дых. — Последний прыгун, встань напротив меня, — Зак вышел на ринг, подзывая к себе… Джоша. Да, я правильно запомнила, он был последним. Бедняжка. Вот и отдувайся за то, что побоялся спрыгнуть. — Самое эффективное это, пожалуй, удар в висок, — Зак встал в стойку и моментально Джош уже бы валялся на ринге, если бы инструктор не остановился прямо возле его головы, — Чтобы нанести удар правой рукой выставите левую ногу и чуть согните колени. Расслабьтесь, это увеличит импульс и силу удара. Цельтесь в висок, — Зак пальцем показал себе на голову в область сбоку от лица между линией роста волос и бровью, — для силы удара используйте не только ладонь, но и бедра. Ладонью ударить легче, но так мала вероятность попадания в нужную точку, так что бейте кулаком, — на этот раз он медлить не стал и ударил Джоша точно в висок. Парень потерял равновесие и чуть не упал, но его поставил на ноги Зак, придерживая. Так в Бесстрашии поступают с трусами. Какое счастье, что я, Софи и Дженна не прыгнули последними. Интересно, какой по счету была Софи? — Седьмой прыгун, на ринг, — я огляделась в поисках счастливчика. Софи странно вздрогнула, а потом пошла в сторону ринга. Договорилась своим «интересно, какой была по счету Софи». Я ужаснулась. Софи в разы была меньше Зака. Едва выше меня! Но держалась она достойно. Встала, широко расправив плечи, дабы казаться больше. — Но она же девушка! — Дженна рядом со мной серьезно испугалась за Софи, впрочем, как и я. — Соперники не всегда бывают равные вам. Нужно учиться находить слабости, бить точно в цель, жульничать, делать что угодно лишь бы одолеть противника. Оппонент не будет вам подыгрывать и тоже будет делать все для победы. Теперь вы бесстрашные, так учитесь сражаться наравне с бесстрашными. Девушка вы или парень — неважно, — договорив, Зак встал в стойку и показал нам, как правильно делать тычок в горло, но, благо, на Софи показывать не стал, — Этот прием смертельно опасен. Использовать только в крайнем случае, когда вам самим угрожает смертельная опасность. На сегодня обучение закончено. Время проверить, что вы выучили на практике. Первый и двадцать четвёртый прыгун на ринг. Первый прыгуном был Эрик, мне уже жалко того, кто будет против него драться. У того нет ни шанса. На ринг вышел Саймон. Он, конечно, не уступал Эрику в мускулатуре, но по его взгляду можно было понять, что он ни физически, ни психологически не готов к этой драке. Его взгляд бегло пробежался по эрудиту. — Деретесь до момента пока один не вырубит другого или кто-нибудь не сдастся, — отчеканил Зак и отошел от центра ринга, уступая место бойцам. Это мой шанс проанализировать Эрика! Я шепнула на ухо Софи, чтобы та внимательно смотрела за Саймоном. Это тоже пригодиться. Бой начался, но никто пока не бил первым. Они кружили вокруг ринга будто в танце. Опасном танце, где устоит на ногах лишь один. И, кажется, я знала, кто это будет. Ударил первым Саймон, замахиваясь кулаком на висок Эрика, но второй перехватил его руку и свернул. Саймон простонал от боли и попытался вырваться, что принесло ему еще большую боль. Только я начала думать, что бой закончится так быстро, как, на мое удивление, Эрик отпустил Саймона. Искренний приземлился на край арены, но, разминая руку, встал в позицию. Второй удар был за Эриком, я внимательно наблюдала, что он делает и как двигается. Левая нога впереди, поворот бедром и быстрый удар правой рукой в солнечное сплетение. Саймон устоял на ногах и следом ударил Эрика по левой ноге, чтобы тот потерял опору. И эти было верным решением. Как я поняла, весь свой весь Эрик смещает на левую ногу, чтобы правая рука била сильнее. Потеряет равновесие — потеряет и силу. Лишь на пару секунд Эрик в замешательстве чуть не рухнул на пол, но это времени хватило, чтобы Саймон вцепился ему в волосы и дернул. Эрик не закричал, хотя по себе знаю, как это больно, лишь издал рваный вдох. Следующий удар Эрика был нанесен искреннему в живот. Еще один и еще один. Саймон согнулся пополам, тогда эрудит встал, ударяя его в висок. Саймон рухнул на ринг, что-то сдавленно шипя, но Эрик не останавливался. Он продолжал бить беднягу. Ногой в живот, ногой по лицу, разбив ему нос. На Саймоне и живого места не было. Все в крови. Я отвернулась, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. На это невозможно смотреть. Саймон хрипел, стонал от боли, но за каждым вздохом следовали удары эрудита, точно попадающие в цель. У бедняги искреннего изначально не было шансов. Это было понятно с того момента, когда Эрик скрутил ему руку. Тот тогда с легкостью мог выиграть. Просто решил подольше поиграться с жертвой. Это не человек, это самый настоящий зверь. Переход в Бесстрашие просто помог ему выпустить собственных бесов. Я повернулась лишь в тот момент, когда Зак объявил победителем Эрика. Саймона унес Джош и ещё кто-то. Софи повернулась ко мне и по взгляду я прочитала «Теперь видишь, какой он?». Я кивнула. Эрик победоносно спрыгнул с ринга, расталкивая остальных. Чудовище. Зверь. Выродок. Тварь. Саймон хрипел, пытаясь сказать «сдаюсь», но он продолжал. Вся призрачная надежда, что он не такой, как о нем говорят, рассеялась. Перед собой я видела лишь монстра, который будет избивать тебя до последнего.

***

— Ты куда? — спросила Дженна, когда я поднялась с насиженного места у кровати. Мы сидели втроем и обсуждали пришедший день. Софи с придыханием рассказывала, что ждет не дождется, когда мы пойдем в клуб Бесстрашия и напьемся до потери пульса. Я предложила сходить в следующий раз и за одно сделать татуировки. Софи согласно кивнула, а вот Дженна молчала. Ей такое не нравилось. — Схожу и проведаю Саймона. Бедняге сильно досталось, — Софи подняла одну бровь, скрестив руки на груди. Раскусила, — мы с ним знакомы. Учились в одном классе, — прояснила я и скрылась за дверью. Как оказалось, тяжелее всего в Бесстрашии найти медпункт. Я пошлялась по всем коридорам, пока не дошла до зала. Оттуда слышалось, как кто-то остервенело колотит грушу, что та поскрипывала на цепях. Я вошла и увидела сразу двух людей. С левого края оттачивал удары Фор, с правого — Эрик. Я как призрак пронеслась мимо правой стороны и переметнулась к левой. — Фор, не знаешь, где медпункт? — с надеждой в голосе спросила я. Он отвлекся от своего увлекательного времяпровождения и рукой указал на запасный выход из зала. — В коридор до конца и налево. Не перепутай, справа морг. Один раз не туда зашел эмоций испытал на год вперед, — он хохотнул, а у меня по спине холодок пробежал. В Бесстрашии есть свой собственный морг? Видя мое замешательство, Фор тут же добавил: — Я пошутил. Дверь там закрыта, так что сам не знаю, что там, — я облегченно выдохнула. Ну спасибо! Теперь седых прядей в моей башке на целый десяток больше. — Саймона хочу проведать. Бедняга распластался на ринге, как кетчуп на бутерброде, — ассоциацию получше мне не удалось придумать, но это примерно так и выглядело. — Что, успела влюбиться, увидев его побитую мордашку? — и снова шутки. Я скривилась. Видимо, у него такое хобби — стебаться надо мной, но и я не лыком шита. — Жду не дождусь, когда там размажут тебя. Так и представляю твое чудесное личико в побоях. Из штанов выпрыгиваю от страсти, — он улыбнулся, а я пошла дальше. Через задний вход… Я застыла. Чтобы пройти через него, нужно было обойти Эрика почти впритык. Его груша висела рядом. Эйприл, не время бояться. Он колошматит грушу, а не тебя. А мог бы и тебя, — нашептала птичка, но я быстро её смахнула. Не хватало мне еще трястись как осиновый лист перед ним. Для лучшей картины еще таблички с надписью не хватает «Боюсь Эрика». Я замедлилась и походкой горделивой лани пошла в сторону эрудита. Только сейчас заметила, что был он без футболки. Рельефные мышцы, пресс… Пока он дышал, я забыла как это делается вовсе. Сколько времени у него ушло, чтобы достичь такого результата? Я ускорилась. Будет куда лучше, если он меня не заметит. Я почти подошла к двери, как меня окликнули. — Девка. Подойди сюда, — я обернулась. Эрик выжидающе смотрел на меня. Хотелось убежать. На трясущихся ногах я подошла к нему. — Объясни-ка мне вот что…