Часть 1

Румпель всё ещё сомневался в себе. Проявить такую безрассудность, пробраться в стан врага и... струсить. Оставленные им на "Весёлом Роджере" союзники, наверное посмеялись бы вдоволь, узнав, кто такой на самом деле великий и ужасный Румпельштицхен. Мужчина присел возле костра, размышляя, неужели его сны правда, неужели нет выхода? - По-прежнему никчёмный трус... - руки не тряслись, зато в голосе оставалось слишком мало твёрдости. - Перестань, ты просто запутался, Румпель, - девушка укоризненно посмотрела на возлюбленного. - Ты самый храбрый человек, которого я когда либо знала... - Белль? Ты не можешь быть здесь... - поддержка со стороны была лучшим стимулом для Румпеля. - Ты же осталась дома... - Тогда, возвращайся домой, милый, - Белль протянула к нему руку. - Мы станем настоящей семьёй, как ты мечтал... Все вместе... - девушка ждала ответа. - Не могу... Я обязан найти Генри... - он всё ещё противился. - Родной, с Генри всё будет хорошо. Просто возьми меня за руку... - Белль снова потянулась к нему. - Ну же... - Прости, но я... - Румпель колебался слишком долго. - Ты дол-жен... - Белль как-то странно поникла, стала хватать ртом воздух, издавая хрипящие звуки. - Что такое, Белль? - он медленно повернулся, чувствуя, за ними наблюдают. - Сейчас ты увидишь, кто скрывается под маской, Румпель. - Реджина не могла оставаться с Прекрасными и Крюком. Семейство только тормозило процесс поиска, одной ей было куда сподручнее. Она не любила командную работу. Как только учитель исчез с корабля, Реджина поняла, нужно незамедлительно действовать. - Отойди от неё, - королева усилила давление. - Что ты делаешь?! - возмутился маг. - Это же Белль! - он попытался оттолкнуть Реджину в сторону. - Не мешай, Румпель! - прошло несколько секунд, растерянный маг беспомощно наблюдал, как его любимая девушка превращается в Тень. - Пэн... - ахнул маг. Тень закружилась в воздухе, оскалившись, взмыла вверх и исчезла во тьме ночного неба. - Ну, что я тебе говорила? - Реджина раскраснелась, переводя дыхание, повторила: - Ты видел? - Он хотел меня убить... Зачем ты ему помешала? - Тебя никто не убьёт, кроме меня, Румпель! Ты явился сюда, чтобы умереть? М-да, ты точно Тёмный Маг? - её злила его наивность. Как только дело касалось драгоценной Белль, всемогущий маг терял последние крупицы разума. - Приди в себя! - Предсказание! Юнец уничтожит меня. Я хотел одного - героически умереть! - она не понимала или не желала понять. - Правда? Ты чокнутый, хоть раз засунь свою гордость куда подальше и признайся, что боишься! - Румпель не заметил, за гневом Миллс прятала своё беспокойство. Чем сильнее эмоции, тем неприметнее истина. - Да, боюсь... - как камень с души. Реджине он может признаться. Она... они давно знакомы. Румпель перебирал в уме все эпитеты, по всему выходило, они почти родственники, если не сказать больше. - Ты тоже... Где Эмма и остальные? - Где-то в лесу, ходят кругами. Эмма злится, Снежка горюет, Дэвид и Крюк просто молчат... Они сломлены, чёрт бы их побрал, - лучше злиться, чем плакать. Реджина игнорирует его догадку. Ей страшно. Не важно, что бывшая Злая Королева преисполнена гордости, умеет повелевать тёмными силами, наводить ужас. Она просто человек, знающий азы магии. Она человек... у которого есть слабости. - А ты? - Что я? Никто не заметит, если я исчезну, - она произнесла слова в шутку, на сердце наоборот стало тяжело. - Заметят, - на краткий миг Румпель забыл о Генри, предсказании, Белль, Пэне, его кознях. Он прекрасно её воспитал. Она впитала лучшее: магия и ложь, грубость и хаос, красота и коварство. В ней было нечто необычное, в то же время пугающее. Он сотворил из Реджины если не монстра, то достойного продолжателя своей миссии. Сосредоточие силы, власти. Он нагло использовал невинную девушку, чтобы найти Бея, попасть в мир без магии. На самом деле, получив желаемое, Румпель забыл о сыне. Город в его руках, никто не знал, точнее не помнил, что такое истинное зло в лице Румпельштицхена. Зло, у которого на самом деле было сердце и оно могло биться, чувствовать. - Мне нужен Румпельштицхен, Тёмный маг. Без тебя мы не спасём Генри. Что удивляло Реджину больше всего, Румпель похоже намеренно искажал свой образ, играл худшего человека: лгать, торговаться, угрожать, насмехаться. Никогда не пытаться доказать, он не так плох. - Мы - злодеи, - маг буквально читал между строк. - Мы никому не обязаны доказывать. - Они вечно виновны, гонимы. Их сторонятся, боятся. Героям, или кем считают сторибрукцы, не интересно, что за душой у "сил зла". Людям проще повесить ярлык, забыть о том, что сами не всегда творят добро, поступают по совести. Сторибрук по-прежнему похож на Зачарованный лес, распределённые роли не поменялись ни на миг, только правила сказки стали ещё более жестокими и беспощадными. - Пэн не ждёт нас двоих. Наши доблестные спасатели хуже огров, их не трудно заметить, а мы, другое дело. Они с Румпелем не всегда находили общий язык, точки соприкосновения. Сейчас разговор идёт о Генри, их близком человеке. Дороже Генри у неё никого нет и наверное не будет... А Румпель... Потеряв сына, он отдаляется от всех, замыкается в себе. В любом случае, у него пока есть Белль. Не в её правилах давать советы, но чёрт побери, дочка цветочника рано или поздно сведёт Румпеля с ума. - Мы вдвоём? Мораль такова, прежде им следует понять друг друга. Объединиться не сложно, если есть общая цель. Краем глаза он замечает соломенную игрушку, что недавно бросил в пропасть. Проклятая вещица лежит возле камня, напоминая о гнусном предательстве его юности. Маг молчит, мысли уводят его если не в прошлое, то в такое недалёкое настоящее. Он заговорён, стоит ему начать меняться, что-то рушит его казалось бы с таким трудом обретённое счастье. Отец предал его, он предал Бея, теперь Генри... Порочный круг не разорвать. - Ты сам сказал, тебе нельзя убивать Пэна, тогда, следует обезвредить его с помощью заклинания. - В том-то и проблема. Такие есть лишь в моей лавке, - маг не смеет отвести взгляд от вещи из его прошлого. - Что с тобой? - Румпель что-то скрывает. Её собственный секрет останется нераскрытым, пока они с Генри не окажутся дома. Она потерпит, ради сына. - Ты сам не свой. Это не из-за Пэна. Что это? - Миллс наклоняется, подбирая с земли соломенную игрушку. Неуклюже сделанная, наскоро перевязанная грубыми нитками, она не принадлежит этому месту. - Моя боль, - Румпель отчаянно желает, чтобы солома воспламенилась, выгорела дотла, превратилась в пепел. Только сейчас, маг замечает на шее Реджины чёрного цвета язвы, тянущиеся к подбородку. В лунном свете, они отчётливо видны на светлой коже. Он знает, такие изменения вызывает лишь яд Ночных Кошмаров. Единоличник, как всегда за собственной скорбью и треволнениями, он не видит очевидного. - Так ты хочешь спасти Генри? - Миллс останавливает его. На расстоянии вытянутой руки. Ни шагу вперёд. Румпель отводит её руку в сторону. Реджина редко допускает чужих в своё личное пространство. Обычная самозащита, не более. Он понимает, лучше так, чем постоянно страдать. - Он убивает тебя, Реджина. - Думаешь, не знаю? - она меняется, трансформация слишком быстрая. Из любящего человека, в холодную и расчётливую Злую Королеву. - Это цена. Помнишь? - Пока они тут разглагольствуют, где-то на острове, Пэн подталкивает Генри к самому краю, пробуждая в нём худшее. - Мне хватит времени, чтобы добраться до Пэна и вырвать его чёрное сердце, - Миллс с вызовом смотрит бывшему учителю в глаза. - И кто из нас глупец? - Он тянет время. Если сейчас он отпустит Реджину, она исчезнет? - Позволь тебе помочь. Генри нужна мать. - Не отстанешь? - яд выжимает все соки, делает тело и душу уязвимее. Ей с трудом удаётся удержаться на ногах, натянуто улыбнуться. - У него уже есть Эмма. - Генри нужна ты, поверь мне. - Он странно относится к внуку, почти не проявляя родственных чувств. Генри часть семьи, родная кровь, сын Бея. Почему тогда Румпель так холоден? - Так и будем стоять? - Миллс едва не осядает в его руках. Забвение близко. - Времени всегда мало... Игрушка, что она для тебя значит? - она переводит разговор в иное русло. Жаль, Румпеля не провести. - Хочешь знать? - он почти шепчет. - Заключим сделку? Тёмному магу неловко. Он может применить силу, тогда Миллс навсегда возненавидит его. Самое страшное, ему не хочется отпускать Реджину. Итак, привязанность переходит все границы. - Не можешь без этого? - Их лица совсем близко, Королева ощущает его дыхание на своей щеке. Из всех окружающих её людей, Румпель знает о ней буквально всё. Они в чём-то похожи. Прискорбно, они чаще становились врагами, чем друзьями. - Если соглашусь? Каковы условия? - Ты задаёшь тон. Румпель подавляет в себе желание просто обнять Реджину, сказать, что всё будет хорошо, они найдут Генри. Проще шептать милые глупости, отвлекая её от дурных мыслей. Так несвойственно, так не похоже на него. Или он хочет спасти если не себя, то хоть кого-то? Он помнит, как она пришла к нему в замок, смакуя подробности внезапной "гибели" Белль. Тогда он был взбешён, одновременно разбит. Ему не было дела до насмешек Миллс. Он забыл уроки. Пронести любовь сквозь года, тем более - сквозь время, очень трудно. Из-за власти, он теряет всех, кто становится ему ближе: Бея, Белль. Из-за гордости - своё сердце. - Расскажи о прошлом, - Реджина всё ещё в сознании. Сила воли постепенно угасает. - О своём... - В обмен, - он позволяет себе бережно прикоснуться губами к её виску, оставляя невесомый поцелуй. - Разрешишь помочь тебе. Присядь, - они оба опускаются на дощатый настил, созданный магом. - Что ты помнишь о своём детстве? - он задевает больную тему. - Мало, - она не сопротивляется, когда Румпель аккуратно снимает с неё пиджак, затем слегка расстегивает блузку. - - В основном, воспоминания смутные. Не самые радужные, ты в курсе, - Реджина отмечает, после её слов, Румпель грустно усмехается. - Тогда, начнём?