✪

      С каждым шагом острый снег всё больше резал босые ноги. Хруст ветвей за спиной не прекращался. Джеймс обернулся: глаза волков казались красными от ярости. Лёгкие, слегка большие штаны и хлопковая рубашка уже давно не сохраняли хотя бы немного тепла. Ветер обдувал рёбра.       Джеймс продолжал бежать, не имея понятия, куда именно. Складывалось ощущение, что злостное рычание раздавалось совсем рядом. Кажется, зверей было больше, чем он думал. Сердце билось с огромной скоростью, лёгкие начинали болеть, а грудь сдавливать, будто её обвязали крепкой верёвкой. Стопы были изрезаны об замёрзшую землю, лёд, торчащие корни сосен. Руками приходилось раздвигать густые кусты, но лицо всё равно не осталось без нескольких царапин. В ушах раздавался невыносимый гул выдохов и воя. В коротких волосах путался снег.       Он не переставал бежать уже долгое время. Давно не были слышны машины и голоса людей. Вскоре дыхание заменил тяжёлый хрип, ноги стали путаться и очередное бревно теперь оказалось непреодолимым. Джеймс упал на твердый снег, стирая кожу на ладонях и коленях. Хруст. Он повернул голову вбок, стараясь не шевелиться. Зверь уменьшил скорость и медленно подошёл к лежащему парню, аккуратно обходя вокруг. Волк был один. Его тёмная шерсть торчала во все стороны, а дыхание было таким же тяжёлым. В глазах не было ярости. Лишь тоска и глубокая боль, в которой, казалось, можно утонуть, лишь коснувшись.       Взгляды волка и Джеймса пересеклись. Зверь на секунду замер, а после убежал прочь, в чёрную гущу леса. На его левом ухе была рана. ***       Джеймс проснулся в холодном поту, но с необъяснимым спокойствием. Без крика. Он тихо поднялся с пола, кинув взгляд на Сэма, спящего на его диване. На окнах не было штор и яркий свет луны врывался в комнату, освещая каждую полку и угол.       Барнс подошёл к зеркалу. Он осмотрел себя с ног до головы, проводя пальцами по холодному металлу левой руки. Его отражение смотрело с некой тоской и болью. Болью, которая, словно пропасть, утянет за собой каждого, кто посмеет прикоснуться к ней.       Помотав головой, Джеймс зашёл на кухню и приблизился к окну. В некоторых квартирах многоэтажки напротив горел свет. Он открыл форточку, вдыхая зимний воздух, что морозил лёгкие, и прислонил голову к стене, прикрыв глаза.       По сравнению со сном, было слишком тихо. На улице даже перестал дуть ветер, сметая выпавшие снежинки.       Баки вернулся в комнату. Он накрыл пледом Сэма, заодно поправляя подушку.       Опустившись на пол, Джеймс подумал о том, что, когда рядом Уилсон, он лучше спит, и заснул с ощущением, что видел тот сон от лица волка.