22.04.2024 - Ротчестер

22 апреля 2024 г. Рочестер, Миннесота: Клиника Мэйо. Солнечные лучи проникали в палату, отражаясь от стеклянных поверхностей, создавали какой-то причудливо-красивый рисунок на стенах. Можно считать, что я пришла в себя, в физическом плане. Я стала рассматривать свои руки так, будто впервые в жизни их вижу, интересные последствия наркоза. Мне было страшно поднять одеяло, потому что я знала, что увижу под ним. Хоть и обрывисто, но я помнила последствия того дня, мне казалось, что прошла целая вечность, в действительности — лишь пара дней. Моё внимание привлек букет, стоявший на прикроватной тумбе. Невероятные розовые лилии… Никогда в жизни я не видела настолько изящных цветов, они буквально заняли всё пространство на тумбе. Справа от вазы лежала открытка, мне стоило больших усилий дотянуться до неё, чтобы прочесть: «Для девушки, которая красивее всех цветов на этой планете. Хочу, чтобы ты улыбнулась, хотя знаю, что сделать это будет чертовски тяжело.» Кем бы не был отправитель, ему действительно удалось заставить меня улыбнуться. Слишком много вопросов возникает в моей голове, но главный — в какой клинике я нахожусь? За окном незнакомый для меня пейзаж, определенно, чужой для меня город. Мои размышления прервала медсестра, вошедшая в палату. — Доброе утро, Виктория, — она попыталась искренне улыбнуться, но в её глазах можно было прочесть, с каким трудом была выдавлена эта улыбка. Девушка прошла в палату, фиксируя данные с аппарата. — Меня зовут Грейс, до конца твоего пребывания в этом месте я буду твоим помощником. — Как себя чувствуешь? — Доброе утро. — Медсестра была очень красива, на вид, лет 25, я понимала, почему в её глазах читалась печаль, ей было очень жаль меня, хоть Грейс и пыталась всеми возможными способами скрыть это. — Чувствую себя так, будто мне оторвало ногу. А если серьезно, уже лучше, чем вчера. Она подошла ко мне, взяв за руку. — Вики, можно я буду к тебе так обращаться? — я кивнула в знак одобрения. — Мне не понять, что ты сейчас чувствуешь, но ты всегда можешь поделиться со мной своими мыслями. Я улыбнулась ей в ответ. — Грейс, кто прислал этот букет? — склонив голову набок спросила я. — Хм, — она задумалась, пытаясь вспомнить вчерашний день, — он пожелал остаться анонимом, даже не представился, но я могу постараться его описать. Статный мужчина, лет 30, был одет в элегантный черный костюм, будто только вышедший из ателье, волосы темные, щетина определенно была, но вот глаза. Их цвет я не могу вспомнить, к сожалению. Вначале я подумала, что он ошибся с палатой, я ни в коем случае не хочу тебя обидеть, но ты довольно юна. Хотя, с твоим милым личиком, за тобой, должно быть, пол Сиэтла бегает. — Она подмигнула мне, подойдя к тумбе, на которой стояла ваза с цветами. — Хотя, кажется, это действительно не случайный ухажер, такие букеты дарят только истинные джентльмены. Я засмущалась, чуть выше приподнявшись на локтях, ответила: — Нет у меня никаких ухажеров, даже предположить не могу, кем является его отправитель, но вкус на букеты у него определенно имеется. — И не только на букеты, — медсестра перевела на меня лукавый взгляд. — Грейс, я хочу задать ещё несколько вопросов. Первый — в каком городе мы находимся? Второй — почему я нахожусь именно в этой больнице? Третий — сколько будет длиться моё восстановление? Медсестра прошла в угол палаты, взяв стул, она села передо мной, вновь взяв мою руку. — Мы находимся в Рочестере, Клиника Мэйо. У меня нет ответа на вопрос, почему ты находишься именно в нашей клинике, все, что я знаю — тебя доставили санитарной авиацией и провели экстренную операцию. Я задумчиво посмотрела в окно и заговорила: — Но ведь Сиэтл находится так далеко, это буквально другой конец страны. — Да, милая, но должна отметить, что наша клиника считается одной из лучших в Америке, возможно, по этой причине ты находишься именно здесь. Что касается восстановления, скажу прямо, оно требует много времени и, конечно же, сил, так скажем, всё индивидуально, но твой лечащий врач делает хорошие прогнозы. Мне тяжело было осознавать масштаб случившейся трагедии. Буквально за несколько дней моя жизнь кардинально изменилась, к сожалению, не в лучшую сторону. Интересно, как скоро придет осознание того, что всю свою оставшуюся жизнь я буду передаваться с протезом на ноге, сейчас для меня эта мысль звучит, как приговор. Я больше не смогу бегать по утрам, по крайней мере, ближайшие несколько лет. Хотя, нет. Я не должна унывать, не сейчас. Я обязательно смогу всё. И бегать смогу, и платья свои любимые носить, и машину водить. Правильно, Вики, ты должна оставаться бойцом. Всю жизнь, и до её конца, как завещала мама. Телефон Грейс запищал, прерывая их беседу. — Виктория, я оставлю тебя, начальство вызывает. Через 20 минут тебе принесут завтрак, не скучай. — она нежно провела рукой по моим волосам, и удалилась из палаты. Смотря в потолок, перед глазами стали вырисовываться события прошедших дней. 20 апреля 2024 года г. Сиэтл, Вашингтон. Я подскочила с кровати, когда увидела, что до начала пары оставался час. — Черт, у меня 15 минут на сборы. — схватив первые попавшиеся вещи со стула, я побежала чистить зубы, пытаясь параллельно приготовить на завтрак яичницу. Выбежав на парковку, я молилась, чтобы великолепная королла 2008 года выпуска в это утро проявила милосердие и завелась с первого раза. — Да, малышка, я говорила тебе, что ты — самая лучшая машина на свете?! — погладив руль, быстро выехала на дорогу. Пропустить сегодняшнюю пару означало не получить допуск к экзамену и слететь со стипендии, я не могла позволить себе это дорогое удовольствие, ведь стипендия досталась кровью и потом в буквальном смысле. Это был мой последний год в университете, дальше я строила грандиозные планы на получение места в лучшем архитектурном бюро нашего города — R&N, где уже успешно прошла стажировку. — Да, пап, всё в порядке, уже еду на учебу, хорошего дня, позвоню позже. — Каждое утро мы созванивались с папой, это была наша маленькая традиция. Он живет с семьей в Чикаго, по этой причине мы часто с ним созваниваемся, ведь видимся несколько раз в год. Задумавшись о том, как мне быстрее добраться до корпуса, я не посмотрела в зеркало, чтобы убедиться в безопасности перестроения, выехала на соседнюю полосу, но в последнюю секунду дернулась обратно, поскольку сзади на полной скорости летел грузовик. И, конечно же, въехала в машину. Очень. Дорогую. Машину. Удар был несильным, но от одного взгляда на Порше 911 мне стало дурно. Я выскочила из машины моментально, руки затряслись, ноги предательски подкосило. Из черного Порше вышел мужчина, так медленно, будто это типичная для него история. Он не спеша поправил свой пиджак, затем развернулся и продолжил идти в мою сторону. — Да, я понимаю, что моя машина очень красива, и от неё сложно отвести взгляд, но знаешь ли ты, что все в этом мире стоит денег? В том числе твоя невнимательность, юная леди. Паника охватила меня, почти не слыша его, мне удалось разобрать что-то про красоту машины и деньги. Тело парализовало, всё, что я смогла произнести, было: — Я… Мне очень… Жаль, — теперь у меня тряслись не только руки, я вся дрожала, как осиновый лист. Незнакомец стал приближаться ко мне, не зная, чего ожидать, я просто упала на колени, закрыв лицо руками. Было ли это глупо? Определенно, но телом я не управляла в этот момент. Мужчина растерялся от такого жеста, он подбежал ко мне, схватив за обе руки, пристально смотря в глаза, сказал: — Пожалуйста, успокойся, ничего смертельного не произошло. Вставай, — он помог мне подняться на ноги. — Сколько пальцев видишь, — подняв руку на уровень моих глаз, он стал размахивать ей. — Двенадцать. — он ухмыльнулся, это определенно его рассмешило. — Я, конечно, люблю, когда девушки встают передо мной на колени, но, боюсь, это не то место, знаешь, я больше отдаю предпочтение интимной обстановке, — мои щеки вмиг загорелись, мне стало очень неловко от его слов. — Мне очень жаль, простите меня, выпишите чек, только, умоляю, не сообщайте в полицию. Мой отец этого не переживет. — глаза налились слезами от одной мысли, что придется рассказать отцу о случившимся. Он недавно пережил инфаркт, на его плечах два младших брата и жена, ещё и я с этой аварией. — Тебе очень повезло, как бы глупо это сейчас не звучало, твоя ангельская внешность напрочь отбила во мне желание ссориться из-за этой мелкой аварии, — он отпустил мои руки. — Чека не будет, я оставлю тебе визитку мастерской, пригони машину к ним, мои ребята не возьмут с тебя много денег. Я была ошеломлена его поступком и отрицательно мотнула головой: — Нет, простите, это неправильно. Я виновата в этой аварии и полностью компенсирую понесенные вами убытки. — Уверенным голосом произнесла я, смотря ему в глаза. — А ты, смотрю, борец за справедливость, — он усмехнулся, вкладывая визитку в карман моей куртки, — Хорошо, договоримся так: у меня сейчас крайне мало времени, поэтому, ты пригонишь свою машину в мастерскую, мне передадут информацию, и я уже после свяжусь с тобой, обсудим детали, договорились? — мужчина протянул руку. Немного замешкавшись, я вытянула руку для рукопожатия. — Договорились. Незнакомец улыбнулся, отстраняясь от меня в сторону машины, спросил: — Как твоё имя? — Виктория, Виктория Уокер. — стоя все на том же месте, крикнула в ответ. — Приятно познакомиться, Виктория, отгони машину и вызови такси — улыбнувшись напоследок, он сел в черный Порше и уехал. Я удивлено посмотрела вслед уезжающей машине, сунув руку в карман, нащупала рядом с визиткой купюру 100 долларов. Нет, это какой-то сон. Я врезалась в его машину, а он мне ещё и денег дал, как я сразу не заметила?! Какой стыд. Но, честно признаться, такси — это лучшее решение в нынешней ситуации.