Глава 5

Зайдя в сквер, иду к фонтану. Наш парк – прекрасное место. Если входить в него через главный вход, то перед вами раскидываются три тенистые аллеи, в которых летом можно укрыться от солнца. Но сейчас это серые деревья, ветки которых переплетаются как паутина. А голуби, сидящие на них, похожи на пауков, ждущих своих жертв. Это уже такие родные и близкие мне места, не представляю, как можно уехать из этого города. Я выросла, нашла здесь друзей, свою первую и, надеюсь, единственную любовь. Именно здесь Саша меня поцеловал впервые. Сажусь на гранитную окаймовку фонтана, расположенного в центре парка, и беру в руки телефон. Ищу и набираю контакт «Мама». Родители уже 3 года не приходят на мои матчи, всё время находят отговорки. Мне это уже всё надоело, поэтому сейчас пойду на отчаянный шаг – буду ей звонить. –Алё, мам, привет! –Что ты хочешь от меня? – грубо отвечает мать. Ничего удивительного, это обычный тон для разговора со мной. –Ничего особенного, хочу, чтобы ты пришла на мой сегодняшний матч в 16.00. Билеты я тебе с папой уже выслала на электронку. –Ладно, так уж и быть, придём, только не вздумай к нам идти не до игры, не после. Услышала меня?! –Хорошо, спасибо. До встречи, – сказала я и положила трубку. Теперь надо идти в аптеку, всё обезболивающее закончилось. А продержаться матч мне надо. –Добрый день, будьте добры упаковку мексилакама. –Держите, с вас 248 рублей. –Спасибо, а подскажите, пожалуйста, сколько можно за раз использовать ампул? –Если для сильной блокады, то 3. –Спасибо ещё раз. Взяв лекарство, я отправилась домой.

~~~~~~~~

–Алё, Серёж, у Вас в команде всё хорошо? –Да, а что случилось, Юляш? –Только что в аптеку приходила Волконская, взяла упаковку мексилакама и спрашивала, сколько нужно ампул для сильной блокады. Теперь ты уверен, что у Вас всё в порядке? –Нет... Твою мать, она сегодня утром уже хромала, сказала, что плохо зашнуровала коньки. Ладно, любимая, спасибо за информацию. Будем разбираться. (Аптекарша Юля – жена Макеева Сергея Петровича, тренера «Медведей».) ~~~~~~~~ Я беру телефон в руки. Время 14.02. Вдруг на экране всплывает входящий вызов от... Макеева. «Интересно, что он хочет», – подумала я и нажала 'принять'. –Волконская, срочно во дворец, ко мне в тренерскую! Живо!!! – крикнул в трубку тренер. –Хорошо, – робко ответила я и направилась во дворец. Я уже около двери в тренерскую. Стучусь. –Входи! – голос грубый, интересно, что я натворила. –Здравствуйте, Сергей Петрович!.. И Василий Геннадьевич. Может, объясните мне, что я сделала не так, что Вы вызываете меня к себе с такой срочностью. –Это ты нам должна объяснить, – отвечает ВасГен. –Я сходила на тренировку, погуляла и теперь здесь. –Ладно, не хочешь по хорошему, будет по плохому, – твёрдо говорит тренер и закрывает дверь изнутри на ключ. –Кристин, давай закатывай правую штанину, – решительно говорит врач. – Не вредничай! –Ладно, – вздыхаю я. – Вот видите всё хорошо. –А что же ты тогда хромала на тренировке? –Сказала же вам, что конёк плохо зашнуровала, – отрезаю я. –Сейчас осмотрю и скажу, правда ли всё хорошо, – говорит ВасГен, ощупывая руками колено. Вдруг он куда-то нажал, и ногу пронзила резкая, как стрела, боль. На своё удивление, я не даже не дрогнула, видно мозг понимает, что этого делать нельзя. –Даже тут не больно? – удивляется врач, убирая руку. –Да, даже тут, – вру я. –Ладно, извини. Иди, готовься к игре, до неё осталось 1.5 часа. Я встаю и выхожу из этой комнаты. Колено болит.

~~~~~~~~

–Геннадьевич, что думаешь? Реально ничего нет, или терпит? –Мне кажется, что у неё болит всё-таки, может обезбол успела сделать, не знаю. Но доказательств, чтобы не пускать её на лёд, у меня нет. –Это понятно и без твоего умозаключения. А если там что-то серьёзное? – волнуется тренер. −Ты сам всё видел. Она отнекивается. А ты как будто Волконскую не знаешь? −Ладно, посмотрим.

~~~~~~~

В раздевалке уже есть Щука. –Щук, привет! – говорю я, беря свою косметичку, и направляюсь в туалет. Там уже на автомате раскрываю шприц, набираю в него лекарство из 3 ампул и вкалываю себе. Надо продержаться 2 часа. Это так долго. За это время может случиться всё что угодно, но хотя бы не буду чувствовать боли.