Глава 20

–Саш, ты куда? – сонным голосом спрашиваю его я, когда мы только проснулись. –Пробежаться захотелось... Спи, ещё рано очень. –Хорошо, – говорю я, переворачиваясь на другой бок. Моё лицо озаряет мимолётная улыбка после того, как я вспоминаю, что было вчера у нас с Сашей. Но она сразу же потухает, оказываясь во власти ужасного вчерашнего утра.

~~~~~~~~

«Главное, чтобы Крис ни о чём не догадалась», – думает Саша, выходя из подъезда, и направляется в сторону дома Шмелёва. –Эй, Шмель, открывай, – звеня в звонок, кричит Костров. –Кто там в такую рань? – только что, проснувшись, Кузьма открывает дверь. – Костёр, ты, что тут делаешь? Саша резко заходит к нему в квартиру и прижимает Шмелёва к стене. –Я-то ничего, а вот что ты вчера делал у нас большой вопрос, – грозным голосом произносит Костров, сопровождая свои слова ударом по носу, так, что у Кузьмы пошла кровь. –Так случайно получилось. Тем более что я уже извинился, – бормочет Шмель. –А мне плевать на твои извинения! – заорал Саша, развернувшись к двери. Только Шмелёв слегка выдохнул, как Костёр резко оборачивается и кулаком ударяет ему в рёбра с левой стороны. Кузьма медленно оседает по стене, схватившись за бок. –А это за что? – застонал Шмель. –А это за Крис, которая теперь винит себя! – заявил Саша и, уходя, хлопнул дверью.

~~~~~~~~

–Кристи, я вернулся. –Что так долго? Через парк бегал? –Да, – врёт Саша. –Давай на тренировку собираться, а то опоздаем. –Хорошо.

~~~~~~~~

–Всем салют! – приветствую я парней раздевалке. –О, Волчица, привет, – говорит Кислый, по-дружески обнимая меня. Я замечаю Шмелёва, он молчит и даже не поднимает глаз в мою сторону. «Ну и ладно, мне же хорошо», – думаю я. Когда Шмель достаёт экипировку, я замечаю синяк на его лице. Подходить и спрашивать его об этом я не хочу. –Все готовы? – заходя, спрашивает тренер. Видя наши утвердительные кивки, – Тогда на лёд. Сначала, как всегда, разминка. –Сегодня у нас игровая тренировка. Игровая тренировка – это некое подобие настоящей игры, в основном такие тренировки нужны для отработки пасов и приёмов вратарей. Мы делимся по пятёркам на команды и со свистком начинаем играть. Через некоторое время скрип лезвий об лёд и стук клюшек о шайбу прерывает голос Макеева. –Шмелёв, почему левой рукой не работаешь? Она у тебя отнялась что ли? – кричит ему тренер. –Петрович, может у него с рёбрами что? Обычно если что-то с ребром, то это сказывается на руке. Эй, Кузьма, подъедь сюда! – подзывает его к себе ВасГен. – У тебя с рёбрами всё в порядке? –Да, – говорит Шмелёв. –Ну, тогда, работай нормально! – замечает Сергей Петрович. – Работаем, работаем! – кричит он уже всей команде. Тренировка прошла довольно энергично, и мы, вымотанные и усталые, идём в раздевалку. –Кузьма, после того как переоденешься, зайди ко мне, – просит его врач. –Парни, у меня есть ко всем общий вопрос, – начинаю я. – У Макеева день рождение через неделю, как будем его поздравлять? –Победой, у нас же игра как раз через неделю, – отвечает капитан команды. –Это всё понятно, а если капнуть поглубже? –Крис, надо думать, – говорит мне Миха. – Может, в спортбаре все вместе посидим, гляди, и придут мысли какие. –Давайте. –Только идите без меня, я потом подойду, – вклинивается Кузьма. –Хорошо, мы не расстроимся, – иронизирую я.

~~~~~~~~

–Василий Геннадьевич, можно? –Да, Кузьма, заходи. Снимай футболку. Шмелёв стягивает с себя одежду. –Ого, откуда у тебя синяк такой на боку левом? И почему ты мне ничего не сказал? –Приложился неудачно, наверное, Думал, поболит – перестанет. Врач ощупывает рёбра. –Тебе не больно? –Вот тут болит сильно, – показывая на одно из рёбер, говорит Шмель. –Я без снимка не скажу что с тобой. Будем надеяться, что просто сильный ушиб. Можешь теперь нормально объяснить, где ты так ударился сильно? Просто такое чувство, что тебя побили где-то: синяк на лице, бок тзбитый. «Может мне выдать Саню, тогда ему влетит. Будет знать, как врываться в мою квартиру и бить меня. А с другой стороны, сам виноват, нечего было к Волчице лезть...» – думает Кузьма. −Шмелёв, ты чего застыл? –Нет, ничего. Ну, в общем, я шёл и ко мне подошли мужики сигарету попросить. А я говорю, что нет у меня, мол, не курю я. А они, что молодёжь вся курит сейчас и не может у тебя не быть. Ну и начали меня бить. –Что-то мне не особо верится, – задумчиво произносит ВасГен, – но ладно, приму теорию. Давай, дуй в травмпункт за снимком.

~~~~~~~~

–Ну что там? – обеспокоенно спрашивает Шмелёв, вернувшись и отдав снимок врачу. –Ничего хорошего, – хмурясь, говорит ВасГен. – У тебя трещина. Пошли к Макееву, ему надо сказать всё-таки. Кузьма стучится в тренерскую. –Заходите! –Сергей Петрович, – мямлит Шмель. –Ну что ещё? – на этой фразе в комнату заходит врач. –Короче, Шмелёв сам не скажет. У него в левом ребре трещина. Только что снимок смотрел его. –И откуда? –Подрался... –Твою мать, с кем?! У тебя игра через неделю, а ты лишаешь команду запасного вратаря! –Я что виноват, что ли, что они ко мне полезли. –Ещё б ты был виноват! Свободен! – Кузьма грустный покидает тренерскую. – Геннадьевич, слушай, и надолго он выбывает? –Ну, на недели полторы, может две, в худшем случае. –Чёрт! Шмелёв выходит из дворца и направляется в спортбар. За ним остаётся прекрасный ледовый дворец, описанием которого я пренебрегла. Дворец очень высокий, в голубоватых оттенках. В основном, там занимаются фигуристы или хоккеисты, ещё есть группа поддержки нашей хоккейной команды. Ледовый дворец очень красивый, но при этом простой. Мне он нравится, я привыкла к его облику. Такое ещё одно моё любимое место. Именно здесь я обрела любовь, друзей и семью, как бы странно последнее не звучало. Ведь Макеев заменил мне отца, а большинство парней братьев. Девчонки из группы поддержки стали друзьями. Это то место, где я нашла себя и обрела смысл своей жизни.