∞

*** Рекомендуется читать под музыку: Omgkirby – Sweater weather - slowed + reverb Очередная волна накатила на берег, бегло лизнула носок ботинок перед тем как отступить в родные своды. Порыв холодного ветра обдал понурое лицо, заставляя прикрыть глаза и глубоко вздохнуть. Хмурое небо предвещало скорый ливень. Одинокие капли самоотверженно разбивались о песчаный берег, оставляя после себя лишь мокрый след. Одинокий тоненький силуэт выделялся на безлюдном пляжу. Он стоял неподвижно, усердно вглядываясь в морской горизонт. И, казалось, не замечал ни промокших ботинок, ни резких ударов ветра по лицу и волосам. Она не слышала, как он появился. Но ощутила его присутствие, едва мужчина материализовался на небольшое расстояние позади. Небесно-голубые глаза, спрятанные под солнцезащитным стеклом, неспеша рассматривали стоящую перед ними женскую фигуру. Темные редкие волосы чуть ниже плеч трепетали и путались в завораживающем танце. Хрупкие плечи расслабленно опустились вперед, а весь образ олицетворял спокойствие и беспечность. Она обернулась с легкой, играющей на губах улыбкой. – Я заждалась тебя, Сатору. Он ни сразу ответил. Продолжал изучать лицо и внешний облик, дабы закоренеть ее в памяти на долгие и одинокие дни. Она выглядела слегка растрепано, но как всегда прекрасно. Проступившая худоба делала ее еще меньше, а вещи заставляла слегка свисать мешком. Белая офисная блуза немного выбилась из-за пояса, а верхняя ее часть сильно оголила ключицы. Что не осталось без негодующего внимания и отвлекло от прочих мыслей. – Совсем из ума выжила полуголой выходить в такую погоду?! Брови молодой женщины нахмурились, а улыбка сошла с лица. – Мы с тобой столько не виделись... И какие первые слова я от тебя слышу? Грубые и властные. – Я вовсе не хотел обидеть тебя. Вот, надень-ка. Сатору подошел ближе и протянул только что стянутый с себя свитер. – Я просто забочусь о тебе. – Ты никогда не умел правильно подбирать слов, – она примирительно натянула на себя теплый серый свитер, – Ну а ты, не замерзнешь в таком виде? Мужчина остался в одной рубашке и с хлопковом шарфом через плечо. Поспешно окутывая себя единственной теперь теплой вещью, он уверял вопрошающую в правильности сложившегося решения. – Я ведь из хладнокровных. Кажется, так ты однажды сказала, – обоим стало неловко от нависшего воспоминания. Ветер крепчал, слегка завывал и сливался с шумом океана. В небе пролетела одинокая чайка. Подав отрывистый и ритмичный голос, она удалилась вдаль под серый небосклон. Они прогуливались вдоль берега, подгоняемые в спину решительными дуновениями. Каждый был рад увидеть другого. И скрывал одолевающее волнение и страх. Они неловко посмеивались и отпускали исключительно формальные фразы. Смущенно отводили в сторону глаза. Их ботинки промокли и оставляли после себя темные неаккуратные следы. Волосы путались сильнее, находясь без защиты от мощных порывов. А сердца бились быстрее от долгожданной близости. – Я не ожидал твоего звонка, – произнесенная наконец фраза положила конец невинным и отрешенным темам разговора. Что она могла на это ответить? Их встреча назначенная всего пару дней назад стало самой томительно долгой и сладострастной при ее наступление. Находясь в разлуке некоторое время, они заметно отдалились друг от друга. Изменения читались в жестах, диалогах и даже мимики. Некогда чрезвычайно близкие мужчина и женщина превратились в старых формальных знакомых. Обещавшие друг другу на прощание приходить – как раньше – на помощь, они старались насколько возможно сократить контакт между. – Я сама не ожидала. Сейчас идя плечом к плечу и находясь в нескольких дюймах друг от друга, оба понимали, как страстно желали увидеться вновь. Волна ударила в ноги, пошатнув статический шаг прогуливающихся. Вслед за ботинками промокли носки и нижняя часть брюк. Сатору громко выругался. А волна тем временем, будто ликуя, отступила. – Ты знаешь, я ненавижу пляжи, – негодуя полу спрашивал, полу утверждал Сильнейший. – И тем не менее, ты сейчас стоишь здесь. Годжо мгновеньем почувствовал укор. И только хотел ответить что-нибудь язвительно, как поймал этот взгляд. Наполовину провалившаяся в не по размеру свитер она за встречу впервые глядела на него прямо, хоть и неуверенно. В полуприкрытых от моросившего дождя глазах читалась целая гамма чувств: печаль, надежда, радость, боль, неверие, нежность и поднимающаяся страсть. Эти глаза отражали печать на мужском сердце. Под которой были спрятаны и закрыты от всего мира еще теплящиеся взаимные чувства. Его слова проглотил внезапный ветренный порыв. Волны, словно желая присоединиться к проказам своего брата, поднялись и окутали мелкими брызгами стоящих. – Что ты сказал? – Давай отойдем от воды и поищем более сухое место, – Годжо решительно отвернулся по направлению лежащего поодаль ствола. С силой проглатывая взявшийся из ниоткуда ком в горле, она обреченно поплелась следом. Украдкой, находясь в невидимости зрения, женщина смахнула с лица, сама не зная, то ли капли дождя, то ли выступившие слезы. Вытянув промокшие ноги на песке, мужчина неотрывно глядел в пол, стараясь успокоить поток волнительных чувств. На расстояние протянутой руки сидела тонкая, окутанная в серое – такая же печальная и поникшая, как цвет надетого свитера – женская фигура. Молодая женщина решительно отводила взгляд в сторону, старалась придать умиротворенный вид и найти хоть слабый интерес в сером горизонте. Тишину между ними нарушали лишь звуки обещавшей скорое наступление бури. – Та книга. Она все еще у меня, – неловко подал голос Сатору. Повисшее молчание и за малом совершенный порыв взаимного признания в долго сдерживаемых чувствах удручали. Заставляли еще больше разволноваться и усомниться в правильности встречи. Встречи, которая теперь для обоих из желанной и сказочной превратилась в отягощающую и бессмысленную. – Да? Ну ладно. – Я передам ее почтой. Она ведь важна для тебя. Глупо так ее терять из-за нескольких ночевок, – она ничего не ответила, лишь слабо пожала плечами. Не желая сейчас вспоминать былое, и считая нынешнюю близость ошибкой и минутной слабостью, оба более не пытались заговорить. Каждый ушел в собственные мысли, гадая как лучше и тактичнее покинуть другого. А буря тем временем приближалась. Когда на затянувшемся небе впервые засверкало, мужчина и женщина поспешно подорвались, радуясь причине наконец удалиться. Однако образовавшаяся причина легла на сердцах тяжким грузом, чем искренней радостью. Подойдя в последний раз к краю воды, кинематографично встав друг напротив друга, их взгляды снова встретились. – Что ж... Я рада была повидаться и узнать, что у тебя все хорошо, Сатору-сан. Прощальные слова неуместно висели в воздухе. Силясь подобрать нужную фразу и правильный взгляд, ничем не выдающих истинное смятение, пара оттягивала момент расставания и смаковала последние минуты единения. Неожиданно на каменистый уступ, граничащий с океаном, обрушился мощный и неистовый гребень волны. Он разрушился мелкими брызгами и стервозно обмочил всё находящиеся вблизи. Серый свитер в момент отяжелел и почернел. Разум прояснился, а сильные чувства пренебрегли доводам рассудка. Оба словно пробудились. Сатору оглядел бюст девушки и отметил про себя, что черный цвет идет ей более серого. Она выглядела сейчас так желанно и томно. Мокрые волосы, обрамляющие лицо, дрожащие губы и безумный, страстный, еле сдерживающий чувства, взгляд. Этот свитер не только преобразил и подчеркнул ее внешность. Сменив цвет, он словно оголил давно таившиеся мечты и страдания друг о друге. Более они не сдерживались. Влажные губы жадно сомкнулись. Руки безудержно проходили по спине, зарывались в волосы, обнимали плечи. Физическая близость отдавалась электрическим разрядом по всему телу. Звуки поцелуя утопали в шуме разыгравшегося ливня. Они старались теснее прижаться друг к другу. Полностью раствориться и забыться. *** Рекомендуется читать под музыку: The Neighbourhood – Sweater Weather Небольшой домик на берегу океана. Распахнутая дверь на балкон и гуляющий от сквозняка тюль. Начавшаяся буря нагло и остервенело врывается в убежище, оставляя следы проникновения каплями дождя на паркете. Воссоединившиеся мужчина и женщина. Они отдаются страсти и чувственности, оголяют свои души и тела. Звенящие и быстрые поцелуи в перерывах между срыванием одежды. Сбившееся дыхание. И скользящий пол. Они трепетно держат друг друга в объятиях. Часто замедляются, желая запечатлеть и растянуть момент. Нежные и трогательные поцелуи мгновением сменяются настойчивыми и недвусмысленными прикосновениями. Ласковые слова, произнесенные шепотом. Скомканное одеяло под телами. И крепко сплетенные ладони. Они дополняют и наполняют друг друга. В игривом интимном танце место только для двоих. Хорошо знают, как и где касаться. Сменяются в главенствующей позе и сладостно отдаются подчинению. Полное погружение и резкий глубокий вдох. Движение губ и пальцев дразнящие и распаляющие, еле касаемые. Тягучий медленный выдох. Резкая нехватка воздуха. Слезы проступили в уголках глаз, а тугой ком сковал горло. Счастье тоже переживается плачем. Мир сузился до предела маленькой и холодной комнатушки, а его мироощущение до прикосновений ближнего. Спутанные ноги. Невинные поцелуи и комплименты. Высказанные надежды и слезные признания. Два покрывшихся испариной тела. Долгожданно объединившиеся одинокие души. И гуляющий по комнате сквозняк. Пальцы одной руки выстукивают импровизированные аккорды на спине. Пальцы другой вырисовывают свойские узоры на животе. Поцелуи превратились в ленивые прикосновения губ. Тела грузно и опустошенно покоятся рядом. Они ласкают друг друга взглядами. Их раскрасневшиеся щеки и блестящие глаза излучают счастье. Оба тихо посмеиваются над собственной глупостью. Ощущают проступившие мурашки от смеси холода и осознания только что произошедшего. Буря стихает. Дождь перестает врываться в комнату и мирно барабанит по крыше, смешиваясь с отдаленным шумом океана. Мужчина и женщина нежились в постели. Они не разговаривали. В неотрывном лицезрение читались созвучные мысли и невысказанные слова. Друг в друге они вновь обрели полноценность и покой. Друг в друге они открыли преданность и бесконечность.