Эпизод IV. Бессонница

      В голове булькало, скрипели засовы, заносы пурги, шипело и грохотало, в пламенеющих, искрящихся лучах прорывалось дыхание, собственное тяжёлое дыхание, прорастающее чужими словами, сдавливало чёрную грудь, свечение солнца и осколки, да вой ветра, в сипоте которого слышались слова: «Радан? Радан… Радан. Радан! РАДАН!!!»       Шея немного хрустнула, когда он рыком оторвался от подушки.       — Тише, тише, кошмар приснился?       Прошибал пот, сердце колотилось. Скверные ощущения некоторое время властвовали над ним, но чем отчётливее проявлялись в сознании уютный интерьер, успокаивающее тиканье старинных часов, заботливая Кейт, тем чаще эти волны разбивались в клочья. Но демон нашёл другой способ сломить Радана. Ведь не всё во сне было лишь сном. Боль потери ещё не улеглась, поэтому анализ только добавил соли на рану.       — Эм… отец, он… и ещё… — Почесал Радан затылок. Этот жест маскировал внутреннее волнение, бурю, не оставляющую на рассудке живого места.       Матовые комоды и шкафчики светлых тонов даже в темноте выглядели максимально приветливо. Такая комната призвана внушать беззаботную радость и воодушевление. Вправе ли он, Радан, спать в столь мирном месте, лишённом острых углов, где всё гладкое и безобидное, в окружении плюшевых игрушек, когда гибнут люди, когда из-за Империи…       — А, Джон! Его уже перевели из реанимации. Врачи сами в шоке: так быстро он идёт на поправку. Забавно, но уничтожение Джону не грозит: он не нарушил ни одного закона Книги Света. Небольшое стирание всего, что связано с его, кхм… хобби, и порядочный гражданин готов.       Детская — мир сказок и фантазий. Комната и правда больше похожа на детскую, чем на спальню повстанца. А Кейт — скорее няня, нежели соратница. Инфантильность? Что это? С какой это поры судьба предпочитает хеппи-энд? С какой стати? Нет, Рэй мёртв. Всего лишь совпадение…       — Н-да… После такого невольно начинаешь уважать Империю…       Кейт хихикнула. Когда Радан упрямится он становится совершенно невыносим. Ей приятно сознавать, что он умеет признавать свои ошибки. Но Кейт не хотелось, чтобы он слишком корил себя за них. В ночном колпаке она напоминала фею. Всё же на первом месте стоит бодрость духа. Пускай, в ярости он её едва не убил. Однако самоедство не имеет ничего общего с рациональное оценкой своих действий и соответствующими выводами из неё.       — Может, чайку? А, Радан?       — Нет, Кейт, спасибо. Как-нибудь усну.       Она выключила ночник и поцеловала Радана в лоб. Но тот ещё долго ворочался. Поэтому Кейт покараулив с полчаса, отправилась на кухню и приготовила травяной чай по рецепту Ванессы.       — Ну что ты, не надо…       — Радан, пей. — Отрезала Кейт.       Дрожащие руки поднесли чашку ко рту. Капельки скатывались по стенкам чашки и по подбородку Радана. Выпить отвар ему стоило больших трудов.       — Полегчало?       — Да, спасибо.       Кейт подождала ещё минут пятнадцать. Радан засопел. Так, удостоверившись, что он уснул, Кейт пошла к себе. Завтра на алгоритм. Фактически, уже сегодня. Шесть часов на сон — не лучшая затея. Но есть вещи и поважнее.