Перистые облака

Последние хорошие и теплые деньки, однако пока многие наслаждались этим, Чарли не находила себе места. Ее правой руки, радиодемона, уже который день не было в отеле. Добавляло масла в огонь то, что он не появлялся в радиоэфирах, и это было совсем для него нетипично. «И все катится под откос!» — мысленно простонала принцесса, и намеревалась идти и разыскивать давнюю подругу демона, Рози: последнюю надежду как-то прояснить ситуацию. — ты пойдешь… куда?! — взрыкнула Вэгги, изумленно вытаращившись на Шарлотту. — мне надо хотя бы попытаться узнать, где он живет. Но… Рози не так-то просто найти — уже не обращая внимания на гневный взгляд полруги, углубилась в свои мысли Чарли. -Вот из-за этого… проходимца… так рисковать? — слышится недовольное ворчание. Всю эту сцену наблюдали, стоя в сторонке, Витра и Ниффти. На новоиспеченной сотруднице отеля и по совместительству повелительнице красовался значок рабочего персонала. Да-да, к счастью или сожалению, Витра все же умудрилась затесаться в круг местных работяг в роли поварихи. Выходило у нее не то чтобы плохо, но усилия, прилагаемые каждый раз для готовки даже простой глазуньи, оставляли демонессу в состоянии выжатого лимона. Поэтому сейчас она была бы крайне рада бы заняться чем-то другим. В особенности посодействовать поискам куда-то пропавшего Аластора. Пусть даже это казалось немного забавным: искать демона, чья главная черта это тайны, секреты и скрытные интрижки. Но Витра сразу же оживилась, едва упомянули Рози. — скоро собрание правителей, и я могла бы увидеть ее там — предложила демонесса, сложив ладони, все еще приятно пахнущие паприкой и орехом — только я сомневаюсь, что вам туда можно… — но пожалуй это хорошая идея! — одобрительно кивнула Чарли, заодно видимо радуясь тому, что Вэгги не придется за нее так переживать. Витра, очевидно для Шарлотты , в ад попала совсем недавно, ведь только сейчас, под руководством Нифти, кое-как научилась пользоваться простейшими магическими устройствами. Но она быстро будто нашла с радиодемоном общий язык. А значит, у нее немалые шансы отыскать если уж не Аластора, то хоть причину его отсутствия. Ближе к вечеру, доделав работу, Витра вновь отправилась домой, ей стоило вновь хорошенько подготовиться. Демонесса все же боялась себе признаться, что переживала за судьбу радиодемона. Витра словно не успела увидеть в нем врага. Он был ей не просто знакомым с манерами, он был тем, кто ей что-то доверил, кто уделил время, не потребовав взамен ничего. А это уже первые саженцы дружбы. Но демонесса одернула себя от таких мыслей. Сначала надо разыскать Аластора, а уже потом время покажет, не разобьются ли вдребезги ее надежды. Тем временем, на другом конце города, на окраине глухого леса, творились воистину странные вещи. Потрепанный, побитый и измазанный собственной голубоватой кровью истребитель лежал на земле. Он не мог даже двинуться, будучи проткнутым насквозь парой штырей. Позади разгорался сильный пожар, слышались чьи-то возгласы, но кажется кричащим не было дела до ангела. Последние крохи информации, которые от него требовались, уже давно упали с уст вместе с каплями густой крови. Но сейчас все для него закончится, верно? Эта мысль тешила, как вдруг штыри резко пропали. Больше ни что его не удерживало, а сзади никто не нависал, ничья невидимая улыбка не ощущалась каждой частичкой тела, а в нос не бил едкий запах чужой крови от единственной раны, которую смог нанести крылатый. — решил меня бросить умирать? Что-ж — ангел схватился за истерзанный бок — я не побоюсь свалить и сделать так, чтобы все узнали о твоих проделках. Не побоюсь… — злобный крик терял громкость. Тьма в лесу сгущалась неестественно быстро, а убегающего прочь пленника быстро начал преследовать звук шуршания листвы под ударами копыт. — Не боюсь… — уверенный голос перешел на сдавленный и приправленный кровавым кашлем хрип, быстро заглушаемый нарастающим гулом. Земля под ногами начала краснеть, становиться мягкой, маслянистой и невыносимо горячей. Она затягивала, а улететь на обломках крыльев возможности никак не было. — все равно не боюсь — застыло мученическое выражение на губах. Все стихает, лишь слышатся слабые радиопомехи. — уверен? — Точный выстрел в голову. Хруст, и жертва падает безвольной тряпичной куклой. Вертится в когтистой руке неестественно белое среди такой кровавой вакханалии перо. Спадает с уст злобный оскал. Лес вновь возвращается к привычному виду. — странные нынче ангелы пошли… — слышится над уже остывающим телом убитого голос. Уже не равнодушный, не лишенный напрочь человеческих ноток и эмоций. Спадает окончательно маска безумного убийцы. И лишь тогда Аластор смог позволить со вздохом взяться рукой за плечо, саднящее от раны, оставленной ангельским копьем. Стоит отметить, этот пернатый действительно дал должный отпор. Впрочем, с учетом всех тех мерзких убийств, бесстрастно совершаемых истребителями, жалко его ни капли не было. С этими мыслями радиодемон поворачивается и задумчиво вскидывает брови. Его со всей этой беготней, устроенной ради одной конкретной цели, вновь покоящейся в кармане рабочего алого пиджака, должно быть, окончательно потеряли. Изящно он закидывает на плечо верное ружье и, чуть пошатываясь, направляется в сторону дома. Завтра, все завтра. А сегодня ему нужна тишина и время, чтобы потом вновь ‘одаривать’ всех улыбками. На деле, радиодемон просто не мог, не смел показывать уныние и слабость, тем более раны. Он глянул на видневшееся через кроны деревьев небо, аккуратные перистые облака, раскрашенные почти затухшим закатом. Кажется, у причины всей этой затеянной им истории было хорошее настроение сегодня. Аластор усмехнулся этой мысли. Она его радовала. Не так, как достигнутая выгодная ему цель, а как что-то просто-напросто хорошее. Боль же постепенно отступала на задний, несмотря на ощутимые потери крови, густыми каплями стекающей на землю и уже давно насквозь пропитавшей одежду демона. Но Ал не плетется, как усталый подстреленный бес, а идет, чуть насвистывая задорную мелодию в такт своим мыслям. Но что он завтра сможет сказать остальным? Что все в полном порядке? Ему однако придется несладко: объяснения перед принцессой, перед советом повелителей, ну и конечно его подчиненными. В этом иногда воистину осточертевшем аду, если Ал прилюдно расслабится хоть на мгновенье, то будет мгновенно стерт с лица преисподней и разделит участь убитого истребителя. Такое вот местечко. И, конечно, глупостью будет вера в возможность его менять. Корыстная и злобная сущность людей непоколебима, и кому как ни Аластору, ощутившему в полной мере ‘прелести жизни’ на собственной шкуре, это знать. Демон уходил все дальше, а свистящая затейливая мелодия становилась все менее слышимой на фоне пожара, приближающегося к месту расправы и стирающего все улики.