Новый год темного мага

Бриан остановился возле своего дома - небольшого коттеджа на территории поместья маркиза Брока, и задержал взгляд на окнах, которые с начала декабря теперь каждый вечер сияли теплым светом. Вокруг была темнота, время Йольтайда*, снег валил густыми хлопьями, наметая высокие сугробы, а коттедж словно бы излучал тепло. Такое, какое бывает, когда у тебя есть близкий человек, ждущий твоего возвращения. Что-то подобное чувствовал Бриан с тех самых пор, как Элира поселилась в его доме на правах супруги и хозяйки. Темный маг некоторое время смотрел на окна, наслаждаясь тем светом и теплом, которые теперь принадлежали ему, сопутствовали его жизни, а после открыл дверь и шагнул внутрь, тут же окутанный запахом недавно испеченного имбирно-ванильного печенья. Входная дверь тихо захлопнулась, нежно звякнув колокольчиками, которые принесла с собой Элира в первый же день своего переезда. Бриан отряхнул плащ от снега и аккуратно повесил тот на деревянный крючок, а после легко стянул тяжелые сапоги, выделанные из оброненной во время линьки кожи василиска. В коридоре раздался цокот когтей по паркетному полу, и из гостиной выглянул упитанный кудрявый черный пес - тезка Бриана (как недавно все же призналась природница). Зверь приветливо вильнул хвостом и вернулся обратно, а темный маг отправился вслед за ним. Обычно Элира всегда встречала его первой и бежала со всех ног, крепко обнимала, чуть ли не повисая на мужчине, и рассказывала, как провела этот день в главной Оранжерее лорда Брока, хранительницей которой назначила девушку супруга маркиза, очень симпатизировавшая своей юной подруге. А тут - тишина. Брианиар немного торопливо заглянул сначала на кухню, где на маленьком столике стояла хрустальная ваза, доверху наполненная ароматным печеньем в форме звездочек, а после, не найдя своей жены там, отправился в гостиную. Так хотелось услышать ее: “Бриан, ты пришел!” и увидеть улыбку, и ямочки на щеках, и теплый взгляд прищуренных русалочьих глаз. Элира действительно была в гостиной и мирно спала, прижав недочитанную книгу (один из любимых ею легких романчиков) к груди. Светлые волосы девушки разметались по бордовым бархатным подушечкам, а красивое лицо было безмятежным и мирным. Мужчина подкинул дров в камин, где уже еле тлели угольки, а после присел на корточки рядом со спящей супругой. Он бережно поправил теплую зеленую шаль, укутывающую ее плечи, затянутые в легкий бежевый шелк платья, и осторожно погладил пальцы, лежащие на раскрытой книге. Дыхание Элиры звучало сонно и спокойно. Бриану сильно захотелось сесть прямо здесь, рядом с диваном, и заснуть, положив голову возле плеча природницы. Темный маг бросил взгляд на часы, висящие над камином. Полдвенадцатого. Последние числа декабря были богаты на работу, и раньше Брианиара это вполне устраивало, но теперь, когда в его жизни вновь появилась Элира, он испытывал большую потребность в том, чтобы возвращаться домой пораньше, ужинать вместе с ней, вместе проводить вечера в гостиной, вместе ложиться спать… Нет. Завтра он пойдет к старому псу Броку и потребует себе отпуск, который не брал даже летом, в самый спокойный сезон. В конце концов, имеет право. Да и маркиз, который в восторге от того, что темный маг, наконец, женился, с удовольствием даст свое согласие на отдых. А Элира обрадуется. Она никогда не упрекала Бриана в том, что он слишком много времени уделяет своей работе и занимается исследованиями даже в выходные. Это звучало странно, но природница оказалась довольно интровертной. И эту ее сторону темный маг узнал лишь после того, как они оба закончили институт. Но было заметно, даже ему, непробиваемому Бриану, что Элире порой грустно, если темный маг не возвращается до ужина и приходит слишком уставшим, чтобы даже поговорить. Мадам Брок была права, настаивая на том, чтобы темный маг пересмотрел режим своей работы в связи с супружеством. Теперь Брианиар это очень ярко осознал. “И начну я прямо сейчас”. Мужчина вновь поднялся и осторожно взял на руки сонно заворочавшуюся Элиру, стараясь двигаться так, чтобы та не проснулась. Природница лишь доверчиво прижалась к его плечу, устраиваясь поудобнее, и мирно засопела дальше. Сердце Бриана окутало тепло. Он отнес жену в спальню и бережно уложил ее на кровать, перед этим осторожно сняв атласные домашние туфельки без каблучков. Накрыл природницу одеялом, подоткнул подушки, и, неудержавшись, прижал к своей груди. - Бриан… ты…? - сонно проговорила Элира, обхватывая руками темного мага за шею. - Хорошо как… Там печенье… - Я. - мужчина погладил ее по голове, проживая какое-то невероятное и еще более сильное словесно невыразимое чувство нежности, и после почти одними губами произнес. - Люблю тебя, Звездочка. Наверное после этого печенья Элиры Бриан и стал ласково называть ее так. А еще, потому что сияла она ярко и действительно была звездой всей его жизни. Тихо падал снег, золотом отражая теплый свет окошек, мягко качались пучки омелы, развешенные над дверьми, мерцала праздничная елка, украшенная волшебными огоньками и засушенными кружочками апельсинов, а на сердце у Бриана, тихо слушающего мирное сонное дыхание своей супруги, было невероятно уютно.