Часть 1

- Ребят, вам бы сейчас, наверное, лучше уйти! – закончив разговор, Верочка задумчиво постучала телефоном по подбородку. – У Дмитрия Владимировича закончилось совещание и он уже вот-вот будет здесь… и что-то не понравилось мне его настроение, он явно не в духе, а с учетом твоих сегодняшних подвигов, - интонационно выделив последнее слово, она выразительно посмотрела на Севу, - ему на глаза вам лучше не попадаться! Тебе особенно! - Да, Вер, ты права, не будем лишний раз его злить! Тем более, рабочий день уже подошёл к концу! – сидя на спинке дивана, болтая ногой, пробормотала Вика. – Всё, Сев, ретируемся! – затормошила она сидящего рядом с ней на диване притихшего напарника. - Что? – будто очнувшись ото сна, включился в реальность Сева и, задрав голову, посмотрел на неё. - Уходим! – уже громче повторила женщина и подслеповато щурясь, начала оглядываться по сторонам. – А… - На! – поняв её без слов, мужчина, дотянувшись до сумки Берсеевой, тут же сунул её ей в руки. Предновогодняя смена у них сегодня, и правда, не задалась. Точнее, не задалась она у капитана Косицкого, но по уже давней и сложившейся традиции последствия от его невезений, невнимательностей, безответственности, законов подлости (нужное подчеркнуть) лавиной накрывали и его напарницу. Придя сегодня утром на работу и не обнаружив там Севу, Вика уже даже не удивилась и тихонько вздохнув, под грозным взором Родимина и аккомпанемент его добродушной речи о том, что когда-нибудь он уволит к чертям этого балбеса, лишь дозвонилась до него и убедилась, что с этим самым балбесом всё в порядке, ну, конечно, кроме того, что он в очередной раз проспал. Далее балбес пустился в пространные объяснения того, какая именно цепь явлений и событий привела его к этому позорному итогу, но Вика, закатив глаза, молча, передала телефон Родимину и, сказав пару слов Верочке, поехала к подозреваемому. С одной стороны, лучше было бы ей этого не делать и всё-таки дождаться непутёвого напарника, который, несмотря на некую нестабильность в зоне, отвечающую за дисциплину и ответственное отношение к работе, всё же был её опорой и защитой. С другой, помедлив, они явно упустили бы своего главного подозреваемого, который не будь дураком, уже навострил лыжи в другой город, смекнув, после их вчерашнего посещения и внимательного взгляда Берсеевой, окинувшего его с головы до ног напоследок, что дело пахнет керосином и эта умная тётка докопается до сути и рано или поздно выйдет на него. Что, собственно, и произошло, только вот он никак не ожидал, что случится это так скоро. Но всё же сдаваться не собирался. С истошным криком «Не возьмёте меня, волки позорные» он, оттолкнув Вику в стену, кинулся к двери, за которой ему чудился прекрасный путь к свободе. Но «прекрасный путь» вдруг ударил его по лбу. Препятствием, неожиданно возникшем на его пути, оказался наконец-то проснувшийся и вовремя подоспевший к напарнице капитан Косицкий. Заманчивая перспектива свободной жизни, вильнув хвостом, скрылась за поворотом. Но негодяй ещё пробовал сопротивляться и добродушный Сева, лишь посмеиваясь просто скрутил бы его, надевая наручники, если бы не увидел открывшейся перед ним картины. Берсеева, потирая ушибленное плечо, потряхивала головой, которой всё-таки слегка приложилась о стену, пытаясь сфокусировать взгляд на внезапно появившемся напарнике и попутно ища очки, которые при ударе соскользнули с носа и теперь разбитые лежали неподалёку от неё. Он посмотрел на Вику, на очки, снова на Вику и более себя на сдерживая, накинулся на огрызающегося из своего угла преступника. Вид её очков, беспомощно лежащих на земле, всегда вызывал в нём особые чувства. Это был сигнал о помощи, триггер к немедленным действиям по вызволению Вики из опасности. А то, что эта опасность была всегда серьёзна, он никогда не сомневался, поскольку, если находил её очки без их хозяйки, то вопрос в буквальном смысле шёл о жизни и смерти. Именно в такие моменты он особенно остро чувствовал, насколько хрупка и беззащитна его напарница, насколько она нуждается в его помощи и защите. Безграничная нежность к ней, трансформировалась в безграничную же ярость по отношению к её обидчикам, которых спасало только присутствие неподалёку самой Берсеевой, которая оттаскивала своего рыцаря-защитника-напарника от врага и не давала свершиться мести. Что с точностью до последнего удара произошло и в этот раз. Их начальник, бывший уже в курсе утреннего опоздания капитана, непременно заметит и Викину шишку, и отсутствие у неё очков и, конечно, Севины художества на челе преступника, но пока всё же подозреваемого, не пройдут мимо его внимания. Не хотелось даже думать в сторону того, что он может высказать по этому поводу своим подчиненным. Но со звонком Верочки о том, что начальство отбыло в министерство и, по-видимому, пробудет там весь день, дышать стало как-то легче и свободней, работа пошла своим чередом и день подходил к концу уже без каких-либо серьёзных происшествий. Попрощавшись с Верочкой, напарники друг за другом двинулись к выходу и, потеряв бдительность, нос к носу столкнулись с начальством. Что-то зашипел резко затормозивший перед Родиминым Сева, ойкнула, врезавшаяся ему в спину, Вика. Дмитрий Владимирович, вставший на их пути могучей и непреодолимой горой, сложив руки на груди, невозмутимо наблюдал за их копошением. - Ну, и что тут у вас происходит? – окинув их взглядом, он остановил его на Севе. – В чём дело, капитан Косицкий? Что, мозги уже совсем в режим праздников перешли? - Я не специально! – возмущенно посмотрел на него Косицкий. – Я же вам объяснял! - Ещё бы ты специально на службу стал опаздывать! – поднял бровь Родимин. – И от этих объяснений твоей напарнице, между прочим, не легче! Сколько уже можно-то?! Тебе сколько лет, Косицкий? Не надоело еще, как школьнику за опоздания отчитываться? Вот ей-богу, заставлю тебя писать объяснительные за каждое опоздание, а потом зачитывать это буду перед всеми. Может, хоть так… А это что такое? – внимательно присмотревшись к Вике он только сейчас заметил её боевую «раскраску». - Упала. Случайно… - пожала плечами Берсеева, рефлекторно дотронувшись до шишки, намазанной какой-то чудо мазью Вайсберга. - Ну да, с лестницы! – хмыкнул Дмитрий Владимирович. – А где твои очки? - Их разбил… - набрав в грудь побольше воздуха, решил всё высказать начистоту Сева. - Ла! Я их разбила. Там же, на лестнице! – невозмутимо закончила за него Вика. - Ну, это логично! – кивнул не поверивший им ни на грамм Родимин, он слишком хорошо знал своих подчиненных. «Колоть их сейчас абсолютно бесполезно. Особенно Берсееву. А вот с Косицким, пожалуй, можно поговорить. Или нет? – мысленно задумался он. – Нет! – тут же последовал ответ самому себе. – Пусть с ним Вика разговаривает! Она - начальник в группе, она его напарница, она его… в общем, - осадил он себя, не став далее развивать мысль, - единственная, кого он слушает и кто хоть на время может вправить ему мозги! И потом, «мы ведь в ответе за тех, кого приручили» да, майор Берсеева?» - Подозреваемого взяли? – помолчав, через некоторое время вздохнул он. - Взяли! – кивнул Сева. - Он жив? – на всякий случай поинтересовался начальник, уже примерно понимая, что произошло. - Ну, конечно, Дмитрий Владимирович, что с ним будет? Там даже нос не сломан! Мы его к Вайсбергу водили… - Косицкий! – возмутился Родимин, а потом перевёл взгляд на Берсееву и устало махнул рукой. – Ладно, Вика, забирай своего Панурга и уводи с глаз долой, пока я ему выговор не влепил! До завтра! – и круто развернувшись на каблуках ботинок, зашагал к своему кабинету. - Кого? – непонимающе почесал голову Сева. Верочка усмехнулась, а Вика с улыбкой объяснила: - Это из Рабле. Плут, хитрец и проныра, в общем, бесстыдник. - Это чего это?! – возмутился мужчина. – Да я… - Но, несмотря на это, - продолжила Вика, - он обладает здравым смыслом и отменным чувством юмора! Как у тебя с чувством юмора, Косицкий? А? - В избытке! – хмыкнул тот. - Ну, вот и не дуйся! – приблизившись к нему, шепнула она ему на ухо и, повернувшись, двинулась к выходу. Он так и стоял, глупо улыбаясь, пока к нему не подошла Верочка: - Сев, ты чего застыл-то? Вика уже ушла! - А….да! – словно очнувшись, он подорвался с места. – Вик, подожди меня! - Ну, вы прямо как Журавль и цапля! - усмехнулась им вслед Верочка. - Вы меня сегодня этими литературными примерами добить решили?! – возмутился на бегу, услышавший её слова Косицкий под звонкий смех Семихвостовой. *** - Ты чего примолк-то? – Берсеева искоса взглянула на своего напарника. – Торопишься куда-то? Так беги! Я сама дойду, тут уже совсем ничего осталось! Они не спеша шли вдоль набережной. Зимой сумерки наступают быстро, но, несмотря на это вокруг было светло и от мягкого тёплого света фонарей, и от подсветки зданий, и от выпавшего накануне снега. - Да никуда я не тороплюсь! Ты чего? Доставлю тебя до самой квартиры в целости и сохранности, чтобы ничего такого, - он покрутил в воздухе рукой, - с тобой не произошло! - А ничего такого это чего? – поинтересовалась Вика. - Ну, вдруг ты ударишься, оступишься… - начал перечислять мужчина. - Ага, оступлюсь и в Неву свалюсь… - хохотнула Берсеева. - Всякое может быть! – резонно заметил Сева. - Знаешь что… - хотела было возразить ему Вика, но неожиданно поскользнулась и непременно упала бы, добавив к своей коллекции ушибов на сегодня ещё один, если бы не сильная рука Косицкого, подхватившая её. - Вот всё из-за тебя! Накаркал тут! Оступишься, оступишься… - Ну, естественно! – улыбнулся мужчина. – Из-за кого же ещё? Мир? – протянул он ей ладонь. - Мир! – хлопнув сверху своей рукой, кивнула Вика. - Но на самом деле я думал об ответственности и безответственности и о том, почему я так часто опаздываю, хотя изо всех сил стараюсь этого не делать! Вот почему, Вик? - Хочешь ответ с психологической точки зрения или с простой обывательской? - Давай с простой! - Ну, тогда это с каждым бывает! – улыбнулась Берсеева. – И потом, это с какой стороны посмотреть. Сегодня, например, ты очень вовремя появился! - Конечно, - вздохнул Сева, - только вот если бы это «вовремя» было с самого начала, то вообще ничего такого не произошло! – он сочувственно посмотрел на Вику. – Очень больно? - Уже нет! – беззаботно махнула рукой Берсеева. – Очки только жалко… А как оно было бы… Кто ж знает… Шальнов бы в любом случае оказал сопротивление, так что… - Да уж! Мало я ему врезал! – сжал кулаки Косицкий. - Ну, на предстоящих новогодних праздниках он вряд ли будет веселиться, так что, будем считать, что я отомщена! – подмигнула ему Вика. – Но всё-таки над дисциплиной тебе, Севочка, ещё работать и работать! - Не хочешь поспособствовать? - Я этому шесть лет пытаюсь поспособствовать! – поймав его хитрый взгляд, завела глаза Вика. - И у тебя неплохо получается! - Да неужели? Что-то сомневаюсь! - А ты не сомневайся! И держи меня в тонусе! - А, то есть, без меня всё было бы ещё хуже? Да? Хотя, куда уж там хуже… - покачала головой Вика и чуть не врезалась в сугроб. - Господи, Берсеева, осторожно! Сугроб же! Смотри себе под ноги! – крикнул снова схвативший её за руку Сева. - Вижу! Я не слепая! – огрызнулась женщина. - Да? Что-то не похоже! - Что? – возмутилась Вика. - Ребят, возьмите у меня камень! – неожиданно огорошил напарников необычным предложением внезапно возникший на их пути прохожий. - Слушай, мужик, мы что, на школьников похожи? – насупился Косицкий. – И к тому же, приколы в стиле «купи кирпич» уже давно вышли из моды! - Нет, это не кирпич и не приколы! – улыбнулся незнакомец, который при внимательном рассмотрении оказался мужчиной лет сорока пяти. – Это камень, точнее, не обычный камень, а часть стены доходного дома Кольцова с Английского проспекта. - Это «Дом-сказка» который? – заинтересованно посмотрела на мужчину Вика. На любителя дурацких розыгрышей и шуточек он был явно не похож. - Немногие об этом знают! – теперь уже он с уважением и интересом смотрел на неё. - Нет ничего такого, о чём бы она не знала! – с гордой улыбкой похлопал её по плечу Косицкий. - Просто мои бабушка с дедушкой жили в районе Коломны. А я в детстве очень часто гостила у них! – погрузилась в приятные воспоминания Вика. – Мы с дедушкой тогда на прогулках все окрестности пешком обошли. Он мне о каждом доме такие истории рассказывал! Погодите, - нахмурив лоб, вдруг задумалась женщина, - но ведь «Дома-сказки» нет! Он в войну ещё был разрушен, в блокаду… - Кстати, а почему дом называется сказкой? – неожиданно поинтересовался Сева. - Это народное название. У него был очень интересный внешний вид, можно сказать сказочный. Дедушка рассказывал, и я на фотографиях видела! – улыбнулась Берсеева. – А сейчас вот вспомнила его второе народное название – Дом Анны Павловой! Ты ведь знаешь, кто это? – хитро посмотрела на напарника Вика. - Конечно! – хмыкнул тот. – Десерт! Торт-безе! - Сева! – покачала головой женщина. - Шучу! – подмигнул ей мужчина. – Это балерина. Знаю-знаю! - Да, всё верно! – с улыбкой наблюдал за ними таинственный незнакомец. – И про Анну Павлову, жившую в этом доме и про интересный внешний вид дома - смешение национального стиля и северного модерна. Вы также правы и в том, что дома давно нет! А вот камни от него остались! Мой дедушка… - тут мужчина осёкся, - ой! Прошу простить меня великодушно, я же не представился! Сергей Александрович! – и он по очереди пожал руку Вике и Севе. - Так вот, - продолжил он, - мой дедушка был архитектором, и когда полуразрушенный дом было решено снести, сохранил часть обломков стены у себя в мастерской. Дело в том, что он верил в то, что эти камни приносят удачу и делают их обладателей счастливыми! И потом всю жизнь их раздавал друзьям и знакомым. - Вам их туристам нужно продавать! – усмехнулся Косицкий. – У них бы сувениры с такой историей зашли на «ура!». - Их нельзя продать, можно только подарить! – покачал головой Сергей. - Вы, правда, в это верите? – хмыкнул Сева. - Зря смеётесь! У меня уже собралось великое множество историй о том, как эти камни изменили жизнь людей. И каждому они помогали по-своему. Одному моему знакомому, например, он помог тему для диплома найти, защита прошла на «отлично», а подруга суженного своего встретила – нацепила этот камень как украшение и гулять пошла, так с ним и познакомилась, он подумал, что она с этим камнем на шее топиться собралась, и хотел её отговорить! Женаты уже десять лет! А другая девушка, инструктор по парашютному спорту, использует его в качестве утяжелителя для прыжков с парашютом. И ни одной травмы! Она его даже новичкам даёт как талисман на удачу! А ещё я подарил несколько камней маленькому сыну своих друзей. У мальчишки аллергия на пыль и астма… его родители сначала не обрадовались таким подаркам, мол, мусора в дом натаскал, а у нас тут и так ребёнок болеет! Но мы с ним эти камни даже с мылом помыли, а потом он взял кисточку в руки и стал их расписывать. И так ловко и красиво это у него получалось, что тут-то они и увидели - у ребёнка талант! Накупили ему красок, всяких там художественных принадлежностей и даже стали вместе с ним камни собирать на берегу Финского залива! Мальчика в художественную школу отдали, и чувствует он себя сейчас гораздо лучше. Раньше всё дома сидел, а теперь много времени на открытом воздухе проводит – каждые выходные на залив! – он вынырнул из воспоминаний и посмотрел на своих собеседников. – Я могу ещё долго рассказывать! Сначала мой дедушка раздавал эти камни, теперь этим занимаюсь я! - Стали волшебником по наследству? – улыбнулась Вика. - Можно и так сказать! – засмеялся Сергей. – Но вообще-то я писатель! Собственно, именно поэтому так хорошо и осведомлён о судьбе счастливых обладателей этих камней. Я прошу людей, кому их подарил, потом рассказать мне свою историю! Если они, конечно, захотят! Дело в том, что я собираю материал и потом хочу написать книгу о нашем городе, о доме, которого больше нет, но чья частица продолжает творить чудеса, о людях и об их историях, о том, что уже случилось и ещё продолжает случаться… Я и вас попрошу об этом, не возражаете? - Да нет… - задумчиво пробормотал Сева, подбрасывая камень в руке. Обломок стены был совсем небольшим, размером с детскую ладошку, с гладкими боками и почти правильной круглой формы. - Вот… - писатель хотел было отдать и визитку Косицкому, но тот отрицательно помотал головой: - О, нет! Это лучше ей! – и указал на Берсееву. – Я обязательно потеряю! - Пожалуйста! – с поклоном он передал её Вике. - Трёх Копейкин? – поднеся её поближе к глазам и прищурившись, чтобы прочитать написанное, удивилась женщина необычному имени. - Это моя дочь придумала! – тепло улыбнулся Сергей. – Мы с ней как раз сейчас читать и считать учимся. И чем-то ей пришлось по душе именно это словосочетание – три копейки! Так и стала она меня звать-величать, тем более что мы и сказки вместе с ней сочиняем. Может, когда-нибудь и сборник сказок для детей опубликую, и тогда этот творческий псевдоним будет весьма кстати! - Прелесть какая! Удачи вам! – улыбнулась Вика, убирая его визитку в сумку. – И спасибо за такой необычный подарок! С наступающим вас! – произнося последнее слово, она ткнула в бок Косицкого, который никого и ничего не замечая вокруг, крутил в руках камень. - А, да, спасибо! – очнулся тот. – С Новым годом! Всего хорошего! - И вам удачи! – засмеялся писатель, отступая от них и продолжая свой путь. – Не забудьте о своей истории! - Подождите! – вдруг крикнула ему вдогонку Вика. – Нас-то двое, а камень один! Так чья же это будет история? - Ваша! – обернувшись, он сделал круговое движение рукой, указав на них двоих, и хитро улыбнувшись, пошёл по своим делам. Пожав плечами, Вика повернулась и пошла в противоположную от него сторону. Но вскоре остановилась и к чему-то приглядевшись, подошла к припаркованной у набережной машине, шагнув на проезжую часть. В это время Сева, наигравшись с камнем, сунул его в карман и поспешил за ней. - Вик, ты где? – оглядываясь и не находя её крикнул мужчина. - Я тут! – поднимаясь с колен и вытаскивая что-то из-под машины, отозвалась Берсеева. - Ты что там потеряла-то? – Косицкий чуть наклонился, пытаясь рассмотреть, что же там такое интересное нашла Вика. - Ой, Сев, у тебя камень из кармана выпал… - произнося эти слова, с полной решимостью поднять его, она сделала полшага навстречу мужчине, которого ему как раз хватило для того, чтобы дотянуться до неё и выдернуть из-под колёс несущейся им навстречу машины. - Берсеева! У тебя что, ещё одна жизнь в запасе?! - Косицкий ошалело смотрел на Вику. – Ты зачем на дорогу вышла, зачем под машиной ползала? Ты меня сегодня с ума сведёшь! Но Вика, казалось, и вовсе не придала значение этому происшествию, сосредоточив всё своё внимание на том, что вынула из-под машины и за что чуть не поплатилась жизнью. Точнее за кого. Присмотревшись, Сева увидел, что она прижимает к груди маленького рыжего котёнка. - Это что ещё за чудо-юдо? Как ты его там разглядела-то? – удивился мужчина. - А ты бы тоже заметил, если бы был внимательнее и с камнем не играл! – улыбнувшись, она наклонилась, подняла камень с земли и вложила ему в руку. Раскрыв ладонь, Сева внимательно посмотрел на него. Думать о том, что сегодня кто-то или что-то хочет настойчиво забрать её у него, решительно не хотелось. А вот с мыслью о том, что не будь у них сейчас этого камня, всё бы было гораздо печальнее, он согласился, и, кивнув сам себе, положил его Вике в карман. - Пусть лучше у тебя будет! На всякий случай… Тем временем, Берсеева уже успела стянуть с себя шапку и посадить туда котёнка, который у неё в руках начал отогреваться и проявлять признаки активности. - И как ты его назовёшь? – поинтересовался Косицкий, ни секунды не сомневаясь, что она возьмёт его себе. - Харитон! – сразу, не раздумывая, важно сообщила Вика. - А если это девочка? - Рыжие кошки встречаются довольно редко, так что с большой долей вероятности можно предположить, что это кот! - Как много умных слов, узнаю свою Викулю! – улыбнулся Сева. – А сокращено как будешь называть? Харя что ли? - Не я буду! – хитро усмехнулась на это Вика. – А ты! – и торжественно передала шапку с котёнком Севе в руки. - Не понял! – держа его на вытянутых руках, недоуменно посмотрел он на неё. – Это шутка такая что ли? - Это мой тебе подарок на Новый год! Он научит тебя и дисциплине и ответственности, когда меня рядом не будет. Начнёшь отвечать за других, вот хотя бы за него, - она погладила котёнка на головке, - научишься и за себя ответ держать! Вот только попробуй покормить меня не по расписанию, я тебе устрою Ладожское озеро под кроватью, да, малыш? – засмеялась женщина. - Ну, спасибо тебе, Берсеева! Я тебе это припомню! И вообще, хватит моего кота учить плохому поведению! – он прижал его к себе. – Харя у меня настоящим мужиком будет! - Только не начинай его сразу пельменями кормить, настоящий мужик! - Посмотрим! - уклончиво произнёс Сева. – Кстати, по твоей логике, если кот научит меня ответственности, то твою защиту и охрану в моё отсутствие должна будет обеспечить собака, которую тебе уже я должен буду подарить! - Но ты же этого не сделаешь! - Ага, испугалась? – ухмыльнулся Косицкий. – Ладно, я ещё не придумал, что тебе подарить. Но, ещё не вечер, так что, не расслабляйся! - Звучит как-то угрожающе! - Ты первая начала! Так, перешучиваясь, они уже без приключений дошли до Викиного дома и остановились перед парадной. - А на ужин не пригласишь? – выставив шапку с котёнком перед собой, чтобы разжалобить напарницу, посмотрел на неё своим самым мило-просящим взглядом Косицкий. – Настоящие мужики есть хотят, хозяюшка! - У меня нечего есть! – пожала плечами Берсеева. - Как так? А как же холодильник, полный еды и стол, ломящейся от блюд в преддверии праздника? Завтра же Новый год! - Какие блюда? Какой стол? – невесело усмехнулась Вика. – У нас с тобой завтра новогоднее дежурство, если ты не забыл! Всё это будет послезавтра и то, если силы останутся. - Ещё скажи, что у тебя ёлка не стоит! – вопросительно поднял бровь Сева. Вика отрицательно помотала головой. - Ну… - протянул Косицкий. – Скучно живёшь, Берсеева! - Так, ещё одно слово, и настоящие мужики сейчас точно пойдут столоваться по месту прописки! - Значит, всё-таки накормишь нас? Ура! Слышишь, Харя? Живём! – рассмеялся мужчина. – Вик, а хочешь, я тебе ёлку достану? Настоящую, а? У меня знакомые есть, они нам такую ёлку подгонят… - Господи, Косицкий, у тебя что, везде знакомые есть? – хмыкнула женщина. - Не везде… - скромно потупился Сева. – Во всяких научно-заумных заведениях нет! - Ну, там они есть уже у меня! – подмигнула ему Вика. - Да мы ж идеальная пара с обширными знакомствами в различных областях деятельности! С такими связями с голоду не помрём! Ну, что, пойдём? – хохотнул Косицкий, жестом приглашая Вику к ней же в дом. – Заодно расскажешь мне о том, как за Харей ухаживать, чем его там кормить… - он поудобнее перехватил свою пушистую ношу. - Ну, за ёлку – расскажу! – смерила его весёлым взглядом женщина. – А если ещё в магазин за продуктами сходишь, то может быть, даже что-нибудь приготовлю. - Без проблем! – кивнул Сева. – А вот завтра, после работы, точнее уже послезавтра… - Подожди! – остановившись, вопросительно посмотрела на него Вика. – Вы что, ко мне переселиться собрались? - Мы это обсудим! – беззаботно махнул он свободной рукой и тут же поторопил её, придерживая дверь парадной. – Давай быстрее! На улице холодает, а ты без шапки, я есть хочу, а Харя, похоже, испортил твой головной убор! - Сева! - А я что? А я ничего! Это всё он! – раздался их общий смех из-за закрывающейся двери. *** Проходя мимо места, где когда-то располагался «Дом-сказка», а ныне стоял строгий и скромный дом в стиле сталинского неоклассицизма, писатель поднял голову и посмотрел на него. Местные жители нет-нет, да и назовут это здание «Домом-сказкой» по старой памяти. «Воистину, не верь глазам своим! - мысленно усмехнулся писатель. – У кого-то есть время разбрасывать камни, а у меня есть время их собирать, дарить хорошим людям и записывать их истории о том, что случилось и продолжает случаться…» А в том, что скоро у него появится ещё одна, он ничуть не сомневался!