Часть 4

      В ушах стоял странный рой голосов. Время шабаша наступило слишком быстро. — Твою мать, он меня заебал!       Олеся растерянно смотрела в одну точку перед собой, совершенно не обращая внимания на мельтешение ладони перед глазами. Кажется, это был Лёша. — Эй, чё с ней? — Напряжённая рабочая неделя.       Напряжённая? Мало сказано. Дима буквально действовал ей на нервы. Он разбил магические шары, распугал клиентов, и коснулся её карт своими руками. Своими. Руками. — Мне буквально выебали мозг.       Олеся странно замерла, рассматривая окружающих существ. Первыми собрались демоны, затем оборотни, потом подошли практически все ведьмы, и наконец вампиры. Но пока верховного начальства не было, все группы обсуждали внутренние проблемы.       Все представители нечистивой расы сидели в большом банкетном зале.       Каждый стол представлял из себя разные группы тварей. Они сидели в самом углу. Пока что втроём.       Лёша недовольно хмыкнул, рассматривая их троих. — А где Иришка? Где Иришка чики-пики?       Вика пожала плечами. — Она же только по четвергам с ума сходит. Сегодня она Ирина Валерьевна. Может её на работе задержали? — Зая, да мне похуй, кто она сегодня! Я спрашиваю, где эта сучка?       Олеся нахмурилась, сонно зевая: — Может быть она с мужиком, чё ты лезешь?       Отмазка была глупая, но это было в духе Ирины, впадать в кураж и пропадать. Проблема всех любовных ведьм.       Но прогулять шабаш? С ней такое было года три назад, но кажется там что-то было в стиле приворота, а здесь… Странно.       В зале воцарилась тишина, по полу прошёлся туман. А вот и глава нечестивой армады. Зоя Владимировна в компании ещё шести демонов. — Дорогие грешные души, да начнётся шабаш!       Как же пафосно. Обычное собрание кадров из разных отделов, а они: шабаш. Олеся потянулась в спине. Снова расскажут про успехи компании, как им всем повезло оказаться тут, они снова заговорят про примерные проекты, а ещё Вика покажет новую идею с кладбищем. Скучно.       Нужно было хоть Диму с собой взять. Тот бы тут шороху навёл: всех нечистивых распугал бы своими анекдотами. Как же она устала.       Она слегка покачивала ногой, слушая очередную душещипательную речь о высшем долге каждого нечистивого существа — сохранить их секрет от глаз обычных людей.       К середине собрания к Зое Владимировне подошёл чертёнок и что-то тихо прошептал на ухо. Лицо главы исказилось. Привычная улыбка сияла на лице, а вот глаза странно сощурились и блеснули. Демонесса встала и отлучилась в коридор. Олеся почувствовала странное ощущение надвигающего бедствия. Чертёнок тут же попросил её выйти в коридор.       Олеся хмыкнула, направляясь к выходу, громко стуча каблуками. Зоя Владимировна нервно расхаживала из стороны в сторону. — Звали?       Демонесса тормозит, а на её лице отсутствует привычная улыбка. Она смотрит тяжело, будто что-то случилось. — Олеся, немедленно едь к Диме и посыпь дверь солью. Я пока не уверена, но лучше быть настороже.       И звучит это до дрожи пугающе. Потому что Зоя Владимировна не будет беспокоиться о пустяках.       Она кивает и бежит вниз, к машине. Что-то случилось. То, чего боится даже демонесса. И возможно Диме грозит опасность.

***

      Дима встречает её на пороге с сырой головой и в большом банном халате. — Здорова, шарлатанка.       Олеся кивает и молчаливо проходит вовнутрь, закрывая за собой дверь. — Тащи соль. — А с каких пор мы соседи?       Дима отпускает вслух глупую шутку и исчезает на кухне. Он возвращается с белой фарфоровой чашкой, доверху забитой солью. Олеся хватает пузатую посуду и сыпет белые песчинки на порог, проговаривая шёпотом заговор. — Ты что творишь?!       Творить по сути было нечего. Защита от нечисти была простой в исполнении и не требовала каких-то серьезных затрат. В первое время Олеся держала у себя целых три мешка, полных дешёвой соли. — Ты сама это потом убирать будешь!       Олеся кивает, нервно потирая лоб. Она чувствует что-то неладное. Опасность. И внутри что-то рвётся. Так больно и сильно, будто она только что потеряла что-то важное.       А затем она заваливается назад и кричит. Кажется, её хватает Дима, но она не уверена.       Боль. Всепроникающая, сковывающая, неукротимая.       Олеся теряет сознание.