/Детдомовка/ (Адидас)

      Он нашёл тебя на мусорке среди груды хлама. Ты лежала, прижав колени к груди, на картоне и дрожала от холода. Кроме свитера и плотных штанов, на тебе больше ничего не было, потому твоя дрожь не была удивлением. Вова присел на колени и попытался тебя встряхнуть. — Девушка, вы живы?       Ты, ничего не ответив, открыла глаза. «Значит, жива.» — подумал Вова и с облегчением выдохнул. — Вы замёрзли, вставайте.       Вова помог тебе подняться и отвёл в подвал. К счастью, никого там не было и лишних вопросов ни к тебе, ни к нему не поступило.       Заварив чай и обмотав тебя пледом, Адидас ещё с десяток минут побыл около тебя на случай, если ещё что-то понадобится. — Спасибо. — проговорила ты, медленно попивая из кружки. — Что вы делали на помойке в такой холод? У вас есть там мама, папа? — поинтересовался Вова.       На второй вопрос ты отрицательно покачала головой. — Я из детдома. Мне пришлось убежать.       Ещё ты поведала о трудностях выживания в данном учреждении, о том, что для тебя лучше смерть, чем вернуться обратно туда.       Вова внимательно выслушал тебя и предложил пожить в подвале, пообещав как-нибудь договориться с остальными. Но ты отказалась, ибо не хотела стеснять своим присутствием остальных. Да и к тому же это не первый твой побег, потому ты попросила Вову лишь об одном — не выдавать тебя и всё.       Адидас не стал тебя уговаривать и отпустил с миром, но пообещал присматривать за тобой. Ты знала, что делала, так как в нескольких десятках километров от Казани жила твоя дальняя родственница, с которой у вас весьма натянутые отношения. Но раз дело касается ночлега, она ничего не скажет и пустит на порог.       Какое-то время ты шаталась по подъездам, на пару с алкашами собирала бутылки и сдавала их в приёмное отделение вторсырья. На улице ты практически каждый день видела Вову с целой толпой таких же (или почти) как он. Однажды тебе стало интересно, чем всё же твой новый знакомый вообще занимается, и зашла к ним. Вова тебя поприветствовал дружескими объятиями, пока остальные сидели в недоумении. — Решила к тебе заглянуть. — А вы что, знакомы? — спросил один из банды с чёрной шапкой на голове — Зима. — Да, пришлось познакомиться. — ответил Вова, приобняв тебя за плечи.       Представившись всем, ты рассказала свою историю. — Вижу, если ты не сломалась, значит, сильная. — оценил Валера. — Ещё бы, — гордо заявила ты, — я бомжей перегоняю в сборе бутылок. А если дело до драки вдруг доходит, то я им с кулака и готово. Жизнь научила. — Да ну, прям с кулака? — усомнился Кащей. — Не веришь? Давай посоревнуемся. — А давай. — Кащей скинул с себя куртку и встал в центр. — Друг, не надо. — попытался отговорить его Вова. — Ладно она мелкая, но ты-то должен голову на плечах иметь. — Уйди ты. За слова надо отвечать. — Кащей оттолкнул Вову от себя и приготовился биться.       Ты также вышла из толпы и встала в оборонительную позицию. Все присутствующие в предвкушении жаркой борьбы заликовали. — Ну, в бой! — крикнул Турбо.       Не успел Кащей совершить удар, как ты начала наступление. Вся сила в твоих приёмах заключалась в скорости. Получив несколько ударов подряд в лицо, Кащей перестал мешкать и ответил сильным размахом, нацеленным тебе в голову. Ты юрко пригнулась и стукнула соперника по коленям. Тогда-то Кащей осознал, что ты далеко не из слабых, и начал махаться, не измеряя силу. Удар за ударом попадали тебе то по скуле, то под дых, но ты не сдалась. Увернувшись от очередного удара, ты дала Кащею в пах с ноги. Когда противник был обездвижен, ты совершила приём «подножка». Кащей оказался на полу, корчась от боли. — По яйцам бить зачем? — простонал он, катаясь по полу.       Сзади тебя послышались воодушевлённые свисты. — Вставай. — ты протянула побеждённому Кащею руку, но тот с агрессией отмахнулся. — Ты нечестно выиграла. Пацаны не бьют ногами. — Извини, я не знаю ваших правил. — непринуждённо пожала ты плечами.       Тебе зааплодировали. — Да хорош! — запротестовал Кащей. — Если б я ногами начал драться, она бы упала и не встала. — Смирись, дружище. — подошёл к нему Турбо и постучал по плечу, — Она же девка, дай ей фору. — Ну что, — завершил Вахит, — может, если ловкая такая, останешься у нас? — Даже не знаю. — задумалась ты. — Я не люблю чужим людям мешать своим присутствием. — и тут ты вспомнила свою сварливую родственницу, которая, возможно, и оставит тебя у себя, но глотку уж точно порвёт. — Хотя, быть может, останусь, если обеспечите меня жильём.