/Гитарист/ (Адидас, Турбо, Марат, Зима, Кащей)

Вова Адидас       Впервые он услышал твою игру в Доме Культуры. Каждую пятницу ты выступала с новой песней и аккомпанировала себя приятным звучанием гитары. Потому в этот день всегда было больше всего народа. Все районные прозвали тебя Трубодуром за столь мастерское совладение с этим инструментом. Зачастую ты исполняла песни своего написания, но когда вдохновение отказывалось тебя посещать, проигрывала что-нибудь из полюбившегося всем, или шлягера.       Так Вова и повстречал тебя. Ты сидела на табуретке у сцены и погружала слушателей в свою блаженную музыку и нежный голос. Адидас подобрался поближе и присел рядом, оперевшись плечом на ступеньку. А по прошествии ещё пары композиций и вовсе не заметил, как задремал. Очнулся лишь по твоему зову, когда уже все разошлись. Валерий Турбо       Каждую ночь ты на одной из крыш домов играла на гитаре и чужие песни, и песни своего сочинения. Каждый раз по игре ты смотрела на небо и проливала слёзы, отдаваясь полностью мелодии. Во дворе о тебе ходили слухи, что музицировать ты начала после смерти своего молодого человека, так и не вернувшегося с армии. Люди говорят, что именно через песни ты пытаешься залечить своё истерзанное сердце и найти силы жить дальше.       Среди людей считалось, что тот, кто услышит неторопливую мелодию у себя на крыше, того постигнет горе от любви.       Валера стоял у открытого окна и с замиранием слушал твой протяжный лиричный голос, напевающий всем известную мелодию «Луч солнца золотого» из мультфильма «Бременские музыканты». Он никогда не видел тебя, только слышал, как ты поёшь, чувствовал всю боль, завуалированную красивыми строчками. Турбо понимал, что пришла его очередь страдать, ведь ты добралась до крыши его дома. Марат Суворов       Впервые он увидел тебя в окне, когда ты в мороз обливалась холодной водой. Марат прекрасно знал о твоих игровых способностях, потому на протяжении месяца выслеживал тебя, чтобы попросить научить его так же виртуозно управляться с инструментом.       Когда же Марат застал тебя врасплох, ты не смогла скрыться и выслушала его. — Нет. — коротко отрезала ты, закидывая на плечо полотенце. — Почему? — Потому что единственный музыкант в этом районе — я. Вахит Зима       Идя по улице, ты под гитару напевала матерные частушки. Соседи совали тебе печенья, предлагали заплатить, даже новенькие джинсы предлагали за просто так, только чтобы ты замолчала, ибо на ушах стояла вся улица.       «Ах, муженёк мой удалой играл на деньги в карты. Раз партейка, два партейка — снова наебали.»       Некоторые даже грозились милицией, но тебе всё не почём. Даже когда дело дошло до крайности — соседи с полотенцами гнали тебя по дворам — ты не прекращала напевать.       Пока ты бегала, за всем за этим с усмешкой наблюдал Вахит. Раньше ему не доводилось тебя видеть, потому решил для себя, что ты приезжая. Заметив, что ты чуть замедлилась, Зима решил спасти тебя от недовольных стариков, почти догнавших тебя. Кащей — Эй, Трубодур! — свистнул сзади тебя он. — А почему именно гитара? — У меня просто слуха музыкального нет. — посмеялась ты, подходя к нему скрестным шагом.       На твоей шее качалась гитара, прицепленная к ремню. — Не холодно? — обратил Кащей внимание на то, что ты в одном свитере. — Ну, тогда понятно, почему у тебя грудь не растёт.       Положив гитару на снег, ты подскочила к Кащею и завернула ему руку за спину, повалив на асфальт. — Ты думаешь, почему у меня волосы такие короткие? — прыснула ты ядом. — Так отвечу тебе, что служила я, как и друг твой, на Афгане. Таких как ты там по косточкам разбирали, не церемонясь. А ещё у меня ордин есть «За службу в вооруженных силах II степени». Думаешь, мне слабо тебе руку сломать?       Пока ты всё это рассказывала, Кащей лишь ухохатывался. От приступа неудержимого веселья его лицо сильно покраснело. Не желая более тратить своё время на этого алкаша, ты выпустила его и, надев обратно гитару, пошла делиться своим талантом в город, предварительно пригрозив: — Ещё раз подойдёшь ко мне, хер отрежу.       Отряхивая куртку от снега, Кащей смотрел в твою удаляющуюся спину и, можно сказать, восхищался. Его всегда привлекали боевые девушки. Боевые и нелегко доступные. Он попробует подойти к тебе снова, без сомнения.