Часть 18

Выживай со Мной ~Глава 1: кровавая бойня~ «Значит, это лаборатория Кабуто, да?» — ухмыльнулся Суйгецу, кивнув в сторону Дзюго. Невозмутимый мужчина даже не попытался ответить, по-прежнему игнорируя Суигэцу, который некоторое время назад высокомерно поддразнивал его. Теперь они стояли перед зияющей дырой, которую создал Дзюго, пытаясь разбить лицо Суигэцу. В любом случае, — размышлял Суйгецу, — хорошо, что чудовищная сила Дзюго может принести хоть какую-то пользу в их безнадёжном предприятии. Находка лаборатории Кабуто точно порадует Саске. «Да перестань ты быть такой плаксой, это работа Саске!» — Суйгецу от души рассмеялся и пошёл осматривать лабораторию без Юго. Тот, что был выше ростом, остался снаружи, не проявляя никакого интереса ни к Суигэцу, ни к лаборатории. Он предпочёл воспользоваться этой возможностью, чтобы спокойно провести время вдали от шумного мечника с серебристыми волосами. Что-то слегка надавило на плечо Дзюго. Он обернулся и увидел маленькую чёрную птичку. Она не была похожа ни на одну птицу, которую он видел в своей жизни. Маленькая птичка пела жуткую и почти трагическую мелодию, словно исполняла собственный ритуал. Казалось, она готовилась к приходу смерти. Птица улетела, оставив после себя жалобное карканье. Дзюго смотрел ей вслед, пока не подошёл Суигэцу и не сунул ему под нос свиток. «Юго…» Обычно разговорчивый мечник, казалось, потерял дар речи, протягивая свиток Юго. Джуго прочитал первые несколько предложений. Они переглянулись, и рыжеволосый подросток кивнул, признавая силу запретного свитка. Это помогло бы Саске больше, чем они планировали. Саске закрыл глаза, и на его лицо упали солнечные лучи. Если бы кто-то увидел его, он бы ни за что не догадался, какие смятение и тьма уже поглотили его душу. Внешне он выглядел спокойным, но внутри не мог думать ни о чём, кроме разрушения и мести. Любой мог бы представить себе идеального принца, просто взглянув на него. Они бы воображали, что у него идеальная семья и безупречная девушка-наследница. От таких мыслей его чуть не разобрал смех. Почти. Услышав, как птица садится на ветку рядом с ним, он медленно открыл глаза. Он был чёрным, с серебристыми глазами, которые сверкали, как жемчужины. Он раскрыл клюв и запел ту же мелодию, которую не так давно пел для Юго. Он нашёл утешение в меланхоличном напеве и решил оставить птицу живой. Птица заманивала его, нашептывая о невозможном и запретном. Он почувствовал, что попал в ловушку желания. Его транс прервался, когда он услышал голоса двух своих товарищей по команде неподалёку. Обычно они не торопились, но, судя по поту, стекавшему по их лицам, они спешили вернуться. Суйгецу и Дзюго остановились, чтобы перевести дух, прямо под деревом, на которое сел Саске. Суйгецу достал из-под плаща флягу и жадно припал к ней. Он уже был обезвожен. Птица радостно зачирикала и запрыгнула на плечо Саске. Она подпрыгивала от восторга, словно вот-вот добьётся того, о чём давно мечтала. Глаза Джуго расширились, когда он услышал ту самую необычную птицу, которую, как он надеялся, ему больше не придётся видеть. От птицы пахло трупами, а её глаза сверкали злобой. По мнению Джуго, то, что Саске позволил ей спеть для него, само по себе было ужасающим зрелищем. Если бы Юго мог придумать название для этой мелодии, он бы назвал её мелодией смерти. И, похоже, это была любимая мелодия Саске. Он грациозно спрыгнул вниз, демонстрируя отточенную сноровку. «Ну что? Нашли что-нибудь полезное для меня?» Он говорил спокойно и равнодушно, но и Дзюго, и Суйгецу знали, что он разозлится, если они вернутся после четырёхчасовой поездки ни с чем. Они переглянулись. Суйгецу толкнул Дзюго локтем, давая понять, чтобы тот передал свиток Саске. Джуго нерешительно достал его и взглянул на птицу, глаза которой заблестели от восторга, когда свиток коснулся пальцев Саске. Учиха развернул запретный свиток и активировал свой Шаринган, чтобы прочитать длинный документ. Закончив, Саске почувствовал, как у него вспотели ладони. Он стремительно терял самообладание, а его сердце бешено колотилось от волнения. Ему было больно дышать от одной мысли о перспективе, о возможности... возрождения его семьи и клана. Это было бы равносильно тому, чтобы повернуть время вспять и вернуть всё, что с ним произошло. Он бы вернул всё, что Коноха отняла у него, у его родителей и, возможно, даже у Итачи. Он не знал, что чувствовать, поэтому рассмеялся. Он смеялся от души, безудержно и в целом просто безумно. Как будто он обманывал саму смерть! Джуго тут же пожалел, что отдал свиток Саске, но понял, что возвращаться уже поздно. Саске был полон решимости вернуть свой клан. Его смех превратился в тихое хихиканье, а потом он и вовсе заулыбался как дурак. «Здесь наши пути расходятся, Дзюго, Суйгецу». Саске развернулся, чтобы уйти, и на прощание махнул рукой. Суйгецу выплюнул воду и начал бормотать что-то бессвязное, пытаясь осознать, что Саске вот так просто покинул их команду. Он даже не поблагодарил меня за этот проклятый свиток. «Этот кусок дерьма Учиха! Что мы скажем Карин?» Суйгецу схватился за лицо. Джуго молча посмотрел в ту сторону, куда ушёл Саске. И задумался о том, что их теперь ждёт. Саске шёл по лесу, наслаждаясь ощущением безграничной силы. Он сжимал в руках свиток, представляя, как здорово будет снова собрать весь свой клан. Их легенда будет жить, и ему больше не придётся нести это бремя в одиночку. В тот момент отказ от мести казался ему самым заманчивым предложением в мире. Даже если он упорно трудился ради этого, пережил все эти страдания и обрел всю эту власть, это ничего не значило, потому что ничто не могло вернуть то, что он потерял. Эта власть не вернет их. Эта власть ничего не стоит без его клана. Найдя в лесу свободное место, Саске положил свиток и развернул его. Он кратко изложил всё, что прочитал, упростив последствия, которые, как ему казалось, не представляли для него проблемы. Саске зачитал свой конспект вслух, желая услышать, как он произносит запретное дзюцу, которое наконец-то принесёт ему покой. «Фукоу но дзюцу может перенять момент трагедии одного человека и передать его другому. Другой человек не обязан соглашаться на это, поскольку он/она был/а выбран/а дзюцу. Это произойдёт только с тем человеком, который находился в ситуации, максимально схожей с вашей во время вашего трагического происшествия. Вашим бременем станет жизнь с чувством вины за то, что вы переложили тяжёлое бремя своих страданий на кого-то другого. Саске усмехнулся, услышав условия. Какие слабые условия придумал создатель этого дзюцу! Кому бы ни досталось несчастье в виде уничтожения его клана, ему всё равно. Скорее всего, он никогда не увидит этого человека за всю свою жизнь. Это может быть кто угодно в мире шиноби! К чёрту чувство вины, это гораздо менее тяжёлое бремя, чем исчезновение всего его клана прямо у него на глазах. Он приготовился активировать его, читая про себя сложные печати, которые нужно было сложить, чтобы пробудить его силу. Он вперил взгляд в свой Шаринган, сосредоточившись на каждой детали. Если бы этот свиток оказался подделкой, он бы сжёг весь лес дотла и устроил кровавую бойню. Хитрость заключалась в том, чтобы правильно поставить все тысячу печатей на каждом сантиметре свитка за один раз. Он подумал о том, насколько это было бы невозможно без его Шарингана. На самом деле казалось, что свиток был создан специально для того, чтобы его расшифровал Учиха. Текст был схематичным, но Саске было всё равно. Инструкции по запечатыванию были чёрными, пустыми и напоминали ему о том, насколько бессмысленной стала его жизнь. Он слышал, как символы на коричневой потрёпанной бумаге насмешливо нашептывают ему в уши о провале. Их было так много. У него дрожали руки, поэтому он решил сесть и, глубоко дыша, успокоить тело и разум. Справа от него раздалось чириканье, и оно звучало довольно... нетерпеливо. Чёрная птица последовала за ним в лес. Саске раздражённо бросил в него кунай, но птица увернулась с ловкостью, несвойственной обычным птицам. Он проигнорировал это и снова встал. Он отключился от всех окружающих звуков и сосредоточился на собственных мыслях, на свитке, лежащем прямо перед ним, и на ощущении того, как его зрачки принимают знакомую форму шарингана. Он был готов. Он хотел этого. Он вернёт свой клан. «Шаринган!» Он начал осторожно, по ходу дела повторяя символы. Каждый символ, который Саске произносил правильно, становился ярко-красным и начинал дымиться. Он набрал всего 200 очков и уже был на пределе. 400. Он обильно вспотел и влил ещё больше чакры в глаза. Было чертовски больно. 600. У него начали сводить судорогой руки. 800. Ему хотелось потерять сознание. 974. Его рука дрогнула, и сердце замерло. Он поспешно исправил ошибку и вздохнул с облегчением, когда свиток распознал печать как правильную. 1000. Он почувствовал, как у него подкосились ноги, и с глухим стуком упал на землю. Он тяжело вздохнул и со стоном вытер пот со лба. Чёрная птица, которая так пристально наблюдала за ним, теперь взлетела высоко в небо и с удовольствием кружила над местом, где находился Саске. Она спикировала вниз и укусила Саске за безымянный палец, сразу же прокусив его до крови. Саске отбросил её в сторону, шипя от злости и глядя на то, как птица повредила его палец. Повреждение было незначительным, но Саске был вне себя от ярости. Он был вне себя от бешенства. Из его печати ничего не вышло. Саске ожидал вспышки или, может быть, разлома, который открылся бы, чтобы он мог вернуться к своей прежней жизни в клане. Ничего, абсолютно ничего. Он был всего лишь ребёнком, который надеялся получить всё, чего хотел, но не мог. «ЧЁРТ ВОЗЬМИ!» — взревел он, сжимая свиток в руках и разрывая его на мелкие, неразличимые кусочки. Он использовал Шаринган, чтобы сжечь свиток, и от него не осталось ничего, кроме пепла. Начался сильный дождь, и Саске пожалел, что вообще на что-то надеялся. Ками, должно быть, действительно не существует. А если и существует, то он жестокий ублюдок, которому больше нечем заняться, кроме как портить людям жизнь. Он почувствовал чьё-то присутствие позади себя и тут же замолчал. «Отуто?» Саске затаил дыхание. Он напрягал слух, пытаясь расслышать знакомый голос сквозь шум дождя. Это звучало слишком правдоподобно... «Ты простудишься. Окая-сан разозлится на тебя, но вина наверняка падёт на меня за то, что я не привёл тебя домой раньше». Итачи подошёл к Саске с красным зонтиком в руке. Саске не пошевелился. Он уже забыл, как дышать, и теперь не мог подобрать слов. Это было ненастоящее. Наверное, какое-то гендзюцу. Это не по-настоящему. «Не настоящий. Он не настоящий», — прошептал Саске себе под нос. На глаза навернулись слёзы, и он напрягся, почувствовав, что дождь прекратился благодаря зонту его брата. Итачи присел на корточки и ткнул Саске пальцем в голову. «Пойдём домой». Саске дал волю слезам, чем очень удивил Итачи. Итачи взъерошил волосы младшего брата, всё ещё не понимая, почему тот плачет. Он вспомнил, что в детстве его раздражало, когда брат обращался с ним как с ребёнком. Но на этот раз он просто не хотел, чтобы это прекращалось. Саске вытер глаза и просто ответил: «Да, пойдём… аники». Гендзюцу это или нет, сон это или нет, Саске выжмет из этого максимум. Он молча шёл рядом с Итачи. Так продолжалось до тех пор, пока любопытство не взяло верх над Саске и он не спросил о других членах клана. «Итак, аники, как… поживает клан?» Слова давались ему с трудом, он неловко их произносил, потому что не мог вспомнить, каково это — иметь клан. Итачи вопросительно приподнял бровь, размышляя о необычном поведении брата. Он не стал ничего говорить и решил пока не обращать внимания на странные поступки брата. «Клан такой, каким и должен быть. Он по-прежнему занимает важное место в Конохе, и мы по-прежнему являемся ведущим кланом в деревне». Такие базовые знания не должны удивлять его брата, но глаза Саске, казалось, блестели от волнения и ностальгии. Они бежали до самого конца пути, так как находились довольно далеко от Конохи. Подойдя к воротам, Саске остановился и жестом велел Итачи сделать то же самое. «Ну и что теперь, Отото?» Итачи не был раздражён, скорее он был скорее раздосадован, чем зол. Саске вёл себя так, будто не видел его много лет. Его поведение говорило о том, что он не привык находиться в Конохе. Казалось, он ничего не знал об их клане, и Итачи чувствовал какую-то необъяснимую дистанцию между ними. Итачи решил ещё немного понаблюдать за Саске, поразмыслив над этим вопросом. Он просто очень беспокоился о благополучии брата. Его чакра не изменилась, так что это точно был он. Тем не менее, в данный момент безопаснее всего было бы присматривать за его отото. Итачи направился в сторону их части деревни, поместья Учиха. Саске, колеблясь, побрёл за ним, гадая, что его там ждёт. Его родители? Сможет ли он встретиться с ними лицом к лицу и вести себя как обычно? Он был слишком взволнован, чтобы думать о чём-то ещё. Справа от них раздались внезапные громкие крики ужаса. «Резня! Резня!» — Саске замер на месте. Неужели его клан снова уничтожили? От этой мысли ему стало не по себе. Это не гендзюцу и не сон, это кошмар. Итачи взял Саске за плечи, давая ему понять, что нужно взять себя в руки. Саске стоял неподвижно, как дерево, и, казалось, терял самообладание. Но один вопрос не давал ему покоя. Если Итачи всё ещё здесь, то кто тогда убил его клан? Итачи поговорил с одним из жителей деревни и прояснил ситуацию. Он немного занервничал, прежде чем вернуться к Саске и рассказать о случившемся. «Саске, сейчас не время терять рассудок. В Конохе произошла резня в одном из кланов. К ним тоже относились с большим уважением, почти так же, как к нашему клану. Это важное дело». Оно достанется только тому, кто оказался в ситуации, максимально похожей на вашу во время вашей трагедии. У Саске перехватило дыхание от осознания последствий. Это происходило прямо здесь, в Конохе. Из всех мест в мире шиноби это должно было произойти именно здесь? Неужели в Конохе действительно есть кто-то с таким же прошлым, как у него, кого выбрали специально? Этого не могло быть. Саске нерешительно последовал за Итачи. Тот направлялся к месту резни, и Саске не был уверен, хочет ли он знать, кто этот человек. Будет ли он чувствовать вину? Будет ли он испытывать потребность извиниться и всё исправить? Я не спаситель. Я не буду ничьим спасителем. Саске давно принял решение. Ему было наплевать на человека, который теперь страдал от той же участи, что когда-то постигла его самого. Но ему всё равно было любопытно. Поэтому он собрал остатки сил и направил чакру в ноги. Он пробежал оставшееся расстояние и увидел огромную толпу вокруг комплекса. Саске услышал сверху слабое чириканье. Это была та самая чёрная птица, которая укусила его и была рядом во время активации печати… а теперь ещё и здесь? Она улетела, но бросила сверху листок бумаги. Он приземлился в руки Саске. Это часть свитка. Неужели он пропустил что-то, когда читал с помощью Шарингана? Невозможно! Но, похоже, так оно и было, потому что у этого дзюцу было ещё одно условие. «Ты должен сохранить жизнь тому, к кому перешло твоё несчастье. Если он умрёт, умрёшь и ты. Ему хотелось кричать. Теперь он был навсегда связан с этим человеком. Он должен был сохранить ему жизнь, иначе вся его работа пошла бы прахом! Он крепко сжал лист бумаги в руках, так что на ладонях выступила кровь. Его костяшки побелели как снег. Он не подписывался на эту чушь. «Саске, резня была устроена кланом Хьюга. Мы должны немедленно сообщить об этом Оуто-сану». Итачи уже собирался вернуться в их поселение, но Саске задал неизбежный вопрос. «Кто остался из клана Хьюга?» — прошептал Саске сдавленным голосом. Итачи был застигнут врасплох. Он спросил: «Кто ушёл?» Как он... «Я спросил, кто ушёл, чёрт возьми!» — нетерпеливо выкрикнул Саске. Он не хотел выходить из себя в присутствии брата. Тем более что они только что воссоединились, но… это было уже слишком. Итачи посмотрел в сторону резиденции, а затем поднял взгляд к небу. Оно было тёмным, унылым и безжизненно-серым. Дождь подчёркивал, насколько трагичным был этот момент для Конохи. Всё это напоминало пьесу, действие которой разворачивается в унылой и безрадостной обстановке. Как же отвратительно, что Ками развлекается подобным образом. Итачи снова повернулся к Саске. «Хината Хьюга, наследница... бывшего клана Хьюга». Глава 1 из 3 Далее »Выживай со Мной ~Глава 2: сквозь кошмары~ Хината чувствовала, как бьётся её сердце. Оно было быстрым, растерянным, сбитым с толку… но больше всего оно было напугано. Её сердце билось, но она чувствовала себя не более живой, чем её ныне покойные родственники, окружавшие её. Кровь пропитала её тело и одежду. Её волосы и кожа были в красных пятнах. Она оцепенела и не могла пошевелиться. Её тело сильно дрожало. Она чувствовала, что теряет самообладание, глядя на голову отца, повернутую в ее сторону. Его глаза были выколоты; пустые глаза смотрели на нее невидящим взглядом. Теперь это были темные пустоты, которые ничего не видели. Это худший вид смерти для пользователя Бьякугана, ведь гордость пользователя Бьякугана зиждется исключительно на его «всевидящих» глазах. Потеря глаз — это бесчестье. Это равносильно исключению из клана. Неджи не проявил милосердия и без колебаний выколол Хиаши глаза. Таким был ниндзя, которого научили игнорировать свои эмоции и совесть. Он — идеальная машина для убийств. «Хиаши был просто невежественным стариком, цеплявшимся за традиции, которые вскоре привели бы к краху клана. Печать в виде птичьей клетки была шуткой, он просто чувствовал себя сильнее, когда смотрел на нас, членов ответвления, свысока. Он вообще ничего не видел. Даже с Бьякуганом… этот человек был практически слеп. Он жаждал власти, и это влияло на клан. Вы все были слепы к тому, что на самом деле происходило с этим жалким подобием клана». Это, Хината, судьба клана Хьюга. Голос Неджи эхом отдавался у неё в голове, повторяясь снова и снова, пока ей не пришлось схватиться за голову, чтобы не потерять рассудок. Она кричала так долго, как только позволяли её лёгкие и горло. Она чувствовала во рту привкус крови, а боль в горле мешала ей глотать. Чувствуя на себе всю тяжесть происходящего, она дала волю слезам, которые сдерживала. Она не хочет плакать, не хочет осознавать реальность своей потери, того, что её жизнь рухнула за считаные минуты. Эти слёзы доказывают, что всё по-настоящему и что она не проснётся в ближайшее время и не обнаружит, что всё это было кошмаром. Боль реальна, как и кровь, и одиночество. Именно из-за жестокости Неджи оставил её одну. Он просто хочет, чтобы она страдала. Она рыдала, закрыв лицо окровавленными руками, не обращая внимания на то, что её лицо было перепачкано кровью собственной сестры. Она сползла по стене, рухнув, как марионетка, у которой оборвались ниточки. Хината подняла голову и затуманенным взором посмотрела на то, что осталось от её клана. Она почти ничего не видела из-за слёз... да и не хотела. Она внимательнее посмотрела на деревянное строение, которое раньше было наполнено спокойствием, умиротворением, едва уловимым счастьем и удовлетворённостью, которыми наслаждались все в поместье. От этого у неё сильно защемило сердце. Были ли лживыми те добрые слова, которые он говорил ей раньше? То, что он относился к ней как к сестре, тоже было ложью? Он ненавидел её настолько, что оставил в живых, единственной из всех. Он хочет, чтобы она страдала, а когда она закончит страдать, он просто придёт и убьёт её. Раздвижная дверь слева от неё была открыта; Неджи оставил её такой. В комнату ворвался холодный ветер, и Хинате показалось, что он замораживает само время. Хината больше ничего не понимала. У неё нет будущего, и теперь даже её прошлое не имеет смысла. Она застряла в этом единственном реальном моменте — резне её клана. «Следуй за мной, когда будешь уверен, что сможешь сравняться со мной в силе. Посмотрим, кто из нас двоих больше подходит для того, чтобы возродить наследие Хьюга. Это твоя судьба. Не игнорируй её, иначе я приду и убью тебя сам. В мире шиноби нет нужды в двух лидерах Хьюга. Из её глаз потекли безмолвные слёзы. Она оцепенела. Ему следовало убить и её тоже. «Почему… ты такой жестокий, Неджи-нии-сан…» Она потеряла самообладание, уже чувствуя слабость от хаоса, который повторялся в её голове. Она упала на пол без сознания от пережитой травмы. Она бы предпочла вообще не просыпаться. Саске был в полной заднице. Он велел брату идти впереди, а сам не спеша стал обдумывать варианты. Подумать о том, что, чёрт возьми, ему теперь делать. Саске побрёл в ближайший лес, на окраину деревни, проклиная всё на свете. Он не может воспринимать свою семью и клан такими, какие они есть сейчас. Он не сможет по-настоящему радоваться жизни, если будет думать о том, что всё это может исчезнуть, если Хината Хьюга умрёт. Что за дурацкая шутка! Он должен был догадаться, что это дзюцу не просто «чувство тяжёлого бремени вины». Он был в восторге; он поспешил вмешаться, потому что хотел вернуть свой клан. А в награду получил вечное бремя. Он ударил кулаком ближайшее дерево, оставив в нём вмятину и поранив руку. Саске принял решение, хотя сама мысль об этом была ему неприятна. У него нет другого выбора. Он не потеряет свою жизнь из-за одной девушки. Он позаботится о том, чтобы эта девушка из клана Хьюга осталась жива. Он позаботится о том, чтобы эта девушка выжила вместе с ним, даже если для этого ему придётся самому принять её в свой клан. Подозрения Итачи только усилились, когда брат так резко оттолкнул его, разъярённый и разочарованный. На самом деле Саске с удовольствием рассказал бы отцу о сложившейся ситуации. Он выяснит, в чём дело, чего бы это ни стоило, и позаботится о том, чтобы у его брата не было проблем. А если окажется, что проблемы создаёт сам Саске, Итачи позаботится о том, чтобы он понёс заслуженное наказание. Итачи — член Анбу. Ему не составит труда проследить за своим братом во время его маленького «предприятия». Итачи не нравилась мысль о том, чтобы вторгаться в личное пространство собственного брата. Хотя ему необходимо убедиться, что брат не делает ничего, что может навредить ему или клану. Затем Итачи стал свидетелем того, как его брат, обычно сдержанный, выругался. «О… какой язык ты развил, Ауттото. » — мысленно рассуждал Итачи. Затем Саске поспешно побежал в сторону местной больницы. Итачи быстро и расчётливо всё обдумал; в этом есть смысл… в этом есть абсолютный смысл. Зачем ещё ему идти в больницу сразу после случившегося? Единственное, что может сейчас беспокоить Саске, — это Хината Хьюга. Все только о ней и говорят. Теперь вся деревня переживает за неё. Но видеть, как Саске ругается из-за того, что случилось с Хьюгой… Если теория Итачи верна, Саске придётся многое объяснить. Саске предположил, что она будет в больнице. Когда с ним произошла резня, он очнулся именно там. И если это дзюцу действительно работает, как кажется, возможно, она будет в той же палате, что и он раньше. Саске помнил это так, словно это было вчера: палата 305, третий этаж, южное крыло больницы. Подойдя к больнице, Саске сложил простую печать, которая призвала маленькую змею. «Хорошо. У меня всё ещё есть способности Орочимару». У Саске всё ещё есть сила, которую он обрёл раньше. Это хорошо, потому что, если бы он знал, что тоже потеряет все способности, над получением которых так усердно трудился, он бы снова выругался в лесу. Она поползла вверх по стене, на что способна только змея-ниндзя, прошедшая специальную подготовку. Саске кивнул ей, давая понять, чтобы она забралась в окно. Змея подчинилась, но ей потребовалось некоторое время, чтобы оценить обстановку и передать информацию своему хозяину. Как он и подозревал, Хината Хьюга без сознания и спит. Саске пришёл к выводу, что сейчас ей снятся травмирующие кошмары о резне. Кошмары, которые могут убить её во сне, если у неё не будет сил сопротивляться. Саске поспешно перепрыгивал с крыши на крышу, с лёгкостью добираясь до третьего этажа. Змея уже нанесла на окно кислоту, которая расплавила его за считаные секунды. Теперь Саске легко попасть внутрь. Он запрыгнул внутрь и окинул взглядом девушку, ради спасения которой ему придётся провести остаток жизни. Её волосы рассыпались по подушке, тёмные, почти чёрные локоны, казалось, утратили свой блеск. Между прядями виднелась засохшая кровь. Медсестра даже не потрудилась как следует её смыть. Проклятая медсестра испугалась крови, пролитой во время резни. То же самое произошло, когда он попал в больницу. Никто не подходил к нему, все только шептались о нём на расстоянии слышимости. Они жалели его, да, но боялись помочь. Они не хотели связываться с таким несчастным ребёнком. Они распространяли ложь о том, что резня была «проклятием». Им было наплевать на последнего наследника павшего клана. Но если Саске прав, то на этот раз всё будет по-другому. Он понимает, что она примерно его возраста, 15? 16? И тут до него доходит, что она уже давно учится в его классе. Она сидела на задней парте, тихая и спокойная девочка с короткими тёмными волосами. В то время она его не интересовала, хотя они оба были из престижных кланов и никогда не общались. Может быть, они встречались раз или два... он просто не мог вспомнить в данный момент. Неважно, он здесь для того, чтобы она осталась жива. Вот и всё. Он вгляделся в её фарфоровую кожу, лишенную румянца. Губы были сухими, но сохраняли легкий розовый оттенок, похожий на цвет лепестков сакуры. Она сильно вспотела и слегка постанывала от боли, вздрагивая во сне. Кошмары уже начались. Она в муках вцепилась в больничную простыню и тяжело задышала. Саске мгновенно активировал свой Шаринган и убрал её чёлку с лица, чтобы лучше видеть. Он прижался лбом к её лбу, и тепло, исходящее от её лба, причинило ему боль. Это нехорошо. По её щекам потекли слёзы, и она поморщилась во сне. — Чёрт возьми, — пробормотал Саске себе под нос. Он сосредоточился на ощущении её лба на своём, на её боли и на том, как он мог бы избавить её от этого. Она попала под сильное гендзюцу. Её чакра резко колебалась, заставляя его паниковать. Он вспоминает сложную технику разрушения гендзюцу, которой его давным-давно научил брат. Это своего рода терапия, которую нужно повторять в течение определённого времени. Он направил свою чакру ей в лоб, через кожу в мозг, где она смешалась с её запутанной и искажённой чакрой. Если он сделает что-то не так, то может убить её. Его чакра стабилизировала её чакру, и они укрепили свою способность двигаться правильно. Её чакра перестала хаотично двигаться и ухватилась за его чакру в качестве опоры, пока они пытались стабилизировать своё состояние. Она перестала всхлипывать и стала тяжело дышать. Он с облегчением выдохнул. Это работает. Ему просто нужно оставаться в таком положении ещё несколько секунд. «Ауттото? Как ты думаешь, что ты делаешь с Хьюгой?» Итачи был прав, его подозрения, как всегда, оказались верными. Саске это так не оставит. Итачи спрыгнул с подоконника в комнату, заметив, как Саске проник внутрь, расплавив окно. Саске отчаянно хотел попасть внутрь. Саске отстранился от неё, и её чакра поспешила стабилизироваться без его поддержки. «Аники», — Саске не знал, что сказать. Какое оправдание он мог придумать, чтобы оказаться здесь? Какое оправдание он мог придумать после того, как брат застал его прижимающимся лбом к девушке, которую он едва знает? «Если бы ты состоял в отношениях с Хьюгой, ты должен был об этом сказать. То, как быстро ты примчался сюда, как расстроился и выругался, узнав о резне, показывает, насколько сильно ты привязан к этой девушке. То, в какой интимной позе ты был, не идёт тебе на пользу, Саске». Саске, слишком растерянный, чтобы ответить, промолчал. «Приведи её в наш дом, как только она очнётся. Я сообщу об этом Ото-сану и Окаа-сану». С этими словами его брат выпрыгнул из окна, не дав Саске возможности возразить. «Чёрт», — раздражённо и разочарованно вздохнул Саске. Отлично, теперь вся Коноха будет думать, что он влюблён в девушку, чей клан только что вырезали. Итачи и в этой ситуации пришлось играть роль ответственного старшего брата. Но, размышлял Саске, для него это будет не так уж плохо. Если его мать и отец примут её в клан, то будет проще простого присматривать за ней там. Это лучше, чем любой другой сценарий. Проблема заключалась в том, чтобы убедить Хинату пойти с ним в поместье Учиха. Но она, наверное, ни разу в жизни с ним не разговаривала! А теперь он просит её притворяться его девушкой? Оставаться в его поместье до самой смерти от старости, потому что его жизнь будет в опасности, если он не сможет сохранить ей жизнь? Звучит не слишком убедительно. Но оставлять её одну даже на одну ночь может быть опасно. Терапия, направленная на избавление от гендзюцу, должна продолжаться, иначе её добьют кошмары, которые подрывают её волю к жизни. Тот факт, что её воля к жизни практически отсутствует, определённо не успокаивает Саске. Он чувствует, что у неё больше нет сил сопротивляться, сил, которые нужны ей, чтобы остаться в живых. Вероятно, она сдалась в тот момент, когда на её глазах пролилась кровь её клана. Теперь, когда она потеряла всех, когда она потеряла всё, она предпочла бы умереть. Саске понял, что её чакра отчаянно цепляется за его чакру, потому что она ищет того, кто её спасёт. Она ищет смысл жизни. Когда Итачи покинул Саске после резни, он позаботился о том, чтобы Саске ненавидел его, презирал всем сердцем, чтобы он мог жить с единственной целью в голове. Захочет ли она тоже отомстить? Будет ли это целью её жизни теперь, когда это единственное, чего она может достичь? Саске попытался встать с кровати, но она крепко схватила его за руку. Он прищурился, увидев её неосознанный жест. Может быть, она всё-таки хочет дожить до следующего дня. И тогда он увидел это — отметину на пальце в том месте, куда его клюнула птица. На безымянном пальце правой руки у него была татуировка в виде инь. Саске присмотрелся к её левой руке и понял, что у неё татуировка в виде ян. Его татуировка слегка выцвела. Увидев это, он сразу же предположил, что если это символизирует их связь, то логично было бы предположить, что эта татуировка подскажет ему, в каком состоянии её здоровье. Его татуировка выцвела до чёрного, а её татуировка чёткая и белая, как снег. Он здоров и жив. Это она в опасности, она умирает. Он раздражённо стиснул зубы и вырвал руку из её хватки. Он знает, что означают символы инь и ян. Она — его тьма, та, что погубит его своей смертью. Хината Хьюга — вечное проклятие, нависшее над его головой, от которого ему никогда не избавиться. Его чертовски раздражала мысль о том, что теперь его жизнь зависит от этой слабой и зависимой девушки. Он с юмором отнёсся к тому, что, похоже, олицетворяет свет в этом проклятии. Ему было совершенно всё равно, что с ней происходит! Если уж на то пошло, то Наруто — единственный из его знакомых, кто подошёл бы на эту роль. Он совсем не похож на этого идиота. Как он может быть её светом, если сам предпочёл бы оставить её такой, какая она есть? Затем он услышал, как позади него со скрипом открылась дверь. Саске напрягся, гадая, кто бы это мог быть. Может, это друг? А может, это анбу пришли, чтобы допросить её тоже… Удар по голове убедил его в обратном. — Что... — Саске тут же замолчал, встретившись взглядом с собственной матерью. Её глаза были тёмными, неподвижными и решительными, а лоб нахмурился от недовольства. Он застыл на месте, слишком потрясённый, чтобы что-то сказать, даже когда она выглядела невероятно расстроенной. «Саске Учиха, зачем ты скрываешь это от меня? Ты же обещал, что всё расскажешь Окая-сан, верно?» Она предупреждающе дёрнула его за ухо, а затем вздохнула, уже устав от его ворчания. Микото решила пойти к Хинате. Она села с изяществом и вежливостью, стараясь не потревожить Хинату. Затем она взяла Хинату за руку и нежно погладила её, словно касалась новорождённого младенца. «Хината…» — в глазах Микото читалась печаль, когда она со знанием дела произнесла имя Хинаты. Чем дольше она смотрела на спящее лицо Хинаты, тем сильнее хмурились её брови. Она начала плакать, думая о том, через какие страдания пришлось пройти Хинате. Она вытащила из кармана белый носовой платок и вытерла глаза, шепча слова утешения девушке, лежащей без сознания. Саске почувствовал, как у него пересохло в горле. Он сглотнул комок в горле и выдавил из себя слова, которые, как ему казалось, он больше никогда в жизни не произнесёт. - О-окааа... - Его голос стал приглушенным, когда Микото обвила руками его голову, уткнув его голову в изгиб своей шеи. «Тебе, наверное, тяжело, да?» Она легонько погладила его по голове, сочувствуя сыну из-за несчастья, которое случилось с его «девушкой». По его лицу текли слёзы. Он был застигнут врасплох, потрясён до такой степени, что даже не заметил, как заплакал, как только увидел её. Он крепко вцепился в подол её платья, ощущая тепло, которого ему так не хватало с тех пор, как он начал спать по ночам в одиночестве. Она настоящая; биение её сердца под его рукой говорило ему, что он может верить в каждую секунду этого момента. «Боже мой, когда я в последний раз видела, как ты плачешь? Ты, должно быть, действительно её любишь», — прошептала она, не подозревая, что ему плевать на девушку, которую она теперь считает членом семьи. Он не знал, смеяться ему или снова плакать. Она никогда не узнает, что истинная причина в том, что ещё вчера она была мертва. А теперь она вернулась, живая и такая же, какой он её помнит. Может быть, ему действительно стоит поблагодарить Хьюгу за то, что они дали ему повод выплакаться в объятиях матери. Он почти забыл, что значит быть счастливым. Раньше его эмоции варьировались от обиды до безумия. Она отпустила его и с сочувствием посмотрела на сына. «Давай отвезём её домой, хорошо?» Саске вытер слёзы с лица, поклявшись, что, когда он увидит своего отца и свой клан, он будет сдержаннее. Он уже достаточно наплакался за этот день, ещё немного — и это вызовет подозрения. И, честно говоря, он не из тех, кто плачет. Он чувствовал себя ребёнком из-за того, что потерял самообладание, хотя совсем недавно пытался подготовиться к встрече с матерью, отцом и кланом. Он не решался окликнуть мать, боясь, что она исчезнет, потому что он слишком серьёзно отнёсся к этому сну. Но он знает. Он прекрасно знает, что женщина перед ним настоящая и живая. «Каа-сан». Он хочет привыкнуть называть её так. «Не волнуйся, Саске. Я поговорю с медсестрой внизу и уговорю её выписать Хинату из больницы. Дома мы сможем оказать ей медицинскую помощь, а если она останется здесь одна, ей станет только хуже, не так ли?» Она на мгновение перевела взгляд на Хинату. В её глазах читалась какая-то нежность по отношению к ней, но она скрыла её, когда снова посмотрела на Саске. «На данный момент мы — самое близкое к семье, что есть у этой бедной девочки. Я успокою медсестру, сказав, что мы отвезём её в башню Хокаге, как только она очнётся и её состояние стабилизируется». Как бы Микото ни старался это скрыть, он видел, что его матери с трудом удаётся сохранять спокойствие. Что для неё значит Хината? Саске потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями. Он снова повернулся к Хинате. Саске посмотрел на её спокойное лицо и задумался о том, какой хаос, должно быть, творится сейчас в её голове. Саске не удивился, что его матери потребовалось так много времени, чтобы вернуться. Прошло несколько часов, и она вернулась с усталой улыбкой. «Гомен, они сказали мне, что я должна пойти к госпоже Цунаде до того, как начнётся процесс выписки Хинаты. Я долго с ней разговаривала и уверена, что она поговорит и с тобой. Но всё улажено, и она поедет с нами домой». Микото жестом показала Саске, чтобы он нёс её, и вышла в коридор, полагая, что Саске без колебаний возьмёт с собой свою «девушку». Подумав о том, что только что сказала его мать, он посмотрел на Хинату, которая уже крепко спала. «Ты выживешь со мной, хочешь ты этого или нет». Затем он подхватил её на руки, как невесту, не обращая внимания на то, что она всё ещё была в больничном халате, и посмотрел в окно. «Чёрт». Окно всё ещё не до конца расплавилось от кислоты... За это дерьмо ему ещё придётся заплатить. Они молча шли по улицам Конохи. Была уже ночь, и на улицах было не так многолюдно. Им повезло: если бы людей было много, их бы засыпали вопросами о Хинате и клане Хьюга. Микото начала объяснять, как они представят её клану, когда она проснётся и придёт в себя. «Итак, когда она очнётся, ты должен быть рядом с ней. Тебе придётся забрать её в свою комнату, чтобы она побыла там какое-то время, и я клянусь именем Ками, что если ты сделаешь что-то непристойное с этой девушкой, я отрекусь от тебя». Саске хмыкнул, не ожидая, что мать будет угрожать ему так открыто. Вот какие у них теперь отношения? Да, она могла ругать его в детстве, но он не думал, что она будет обращаться с ним как с озабоченным подростком, даже когда ему исполнилось шестнадцать. Кроме того, Саске был не против жить в одной комнате с Хинатой. Это как раз та возможность, которая ему нужна, чтобы продолжить терапию по снятию гендзюцу. Так ему будет проще поддерживать в ней жизнь во время кошмаров. Кроме того, это даст ему время убедить её притвориться, что у них действительно какие-то отношения, чтобы его клан не задавал вопросов. Если они узнают, что всё это ложь, как и сказала его мать, они без колебаний отрекутся от него. Когда они ступили на территорию Учиха, Саске остановился, чтобы полюбоваться поместьем. Оно осталось таким же, как и прежде, с новыми постройками тут и там, но в целом это всё тот же дом, который он помнит. В его голове пронеслись воспоминания о детстве и мечтах, которые он лелеял. Подумать только, всего несколько дней назад он планировал уничтожить всю Коноху. Его сердце наполнилось радостью, хотя на его лице не отразилось никаких эмоций. Большинство членов клана уже спят, а остальные, скорее всего, отправились на задания. Его отец, как упомянула Микото, сейчас на встрече со старейшинами Конохи. А его брат, с другой стороны, отправился на задание класса S, что нисколько не удивило Саске. Хината вцепилась в его рубашку и, дрожа, прижалась к нему, чтобы согреться. Ветер был довольно холодным, а он забыл, что забрал её из больницы в одном тонком больничном халате, который не защищал от холода. — Са-су-ке, — Микото угрожающе произнесла каждый слог. — Позвольте спросить, почему на ней до сих пор только больничная рубашка? — Она остановилась, чтобы оглянуться, только когда они оказались на территории поместья, и, увидев, что Саске даже не потрудился накинуть на неё что-нибудь из своей одежды, снова захотела его ударить. Она обречённо вздохнула: неужели она не научила его, как обращаться с дамой? Неужели она плохая мать? Уже раздражённая тем, что ей приходится указывать Саске на его ошибки, она сказала, что сама оденет Хинату, а потом он сможет забрать её и отнести в свою комнату. Уложив Хинату на кровать в комнате родителей, Саске сел на деревянный пол прямо за дверью, греясь в лунном свете. Его обдувал сильный и холодный ветер. Казалось, что ветер уносит с собой все страдания Саске. Вероятно, впервые за долгое время он сможет спокойно выспаться. Микото открыла дверь в комнату и увидела Хинату, которая теперь была одета в платье. Оно было светло-сиреневого цвета и облегало её фигуру, но всё же было немного свободным. Её плечи оставались открытыми, а из-под платья выглядывали чёрные бретели, под которыми была чёрная майка. Микото улыбнулась, заметив, что Саске не сводит с неё глаз. «Может, я слишком нарядила её? Я немного волнуюсь, оставляя её с тобой». — поддразнила она. Саске снова хмыкнул, а Микото рассмеялась. Он снова поднял Хинату на руки, но остался стоять перед матерью, не желая упускать её из виду. Микото понимающе улыбнулась и положила свою тёплую руку на щёку Саске. «Всё будет хорошо». Саске просто кивнул, не зная, что на это ответить. Конечно, она говорила о Хинате. Но в глубине души он придал этому больше значения, чем было изначально. Казалось, она говорила ему, что ему больше никогда не придётся страдать. Он цеплялся за слова матери, как за спасательный круг. С этими словами Микото тихо закрыла дверь. Саске медленно пошёл прочь, ведя за собой Хинату. Он остановился через несколько шагов. «Где, чёрт возьми, моя комната?» Ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, где находится его комната, но он рискнул предположить, что это всё ещё его комната. Он без колебаний открыл раздвижную дверь. Он был уверен, что, если бы резни не было, он бы не стал менять расположение своей комнаты. Он был прав, хотя и не похоже, чтобы он помнил. Последнее, что он помнил, — это плюшевые динозавры и кубики на полу. Раньше стены были зелёными, но теперь они светло-серые. Шторы были чёрными, и, должно быть, комнату отремонтировали, чтобы она стала больше. В дальнем углу, рядом с широким окном, стоял ящик. Он был аккуратным, с несколькими свитками тут и там, но в целом всё было в порядке. На стене висела форма джонина. Значит, он решил стать одним из них, да. Оружие, которое тоже висело на стенах, поблёскивало в тусклом свете, проникавшем через окно. Ему это нравилось. Но, как он и подозревал, здесь была только одна кровать. Он уложил Хинату на неё и пошёл искать футон под своей кроватью. Ничего. Он тоже не удивился. Как будто он когда-нибудь позволял кому-то остаться у себя на ночь, разве что приглашал Наруто раньше и позволял ему спать на холодном полу, чтобы тот умер. Звучало так, будто он всё равно бы так поступил. Он закрыл глаза и в отчаянии схватился за затылок. Если ему придётся делить с ней постель, ему захочется задушить её одной из своих подушек. Он услышал, как она всхлипнула, её дыхание стало более глубоким и прерывистым. Ей снова снятся кошмары. Саске бросился к кровати, сел на край и снова прижался лбом к её лбу. Его правая рука лежала у неё на щеке, а левая была согнута, чтобы он мог на неё опереться. Он раздражённо щёлкнул зубами, наконец осознав, что ему придётся делать это ещё несколько ночей. И это будет не раз в неделю, а каждый раз, когда ей будут сниться кошмары, чтобы он мог начать терапию. Её чакра яростно двигалась, ударяя по мозгу и повреждая его в процессе. Этот кошмар хуже того, с которым он столкнулся в больнице. Он вложил в чакру ещё немного энергии, повысив её точность, чтобы она двигалась так, как он хочет. Всё работало хорошо, возможно, даже слишком хорошо. Он услышал, как что-то заскрипело под ним. В ту же минуту, как он открыл глаза, на него уставились ясные белые глаза. Они расширились, когда он увидел, что его собственные чёрные глаза смотрят на неё с таким же изумлением. Она открыла рот, но с её губ не сорвалось ни звука. Она была слишком потрясена и, казалось, пыталась обрести дар речи, глядя на него с полным замешательством. Она сглотнула, готовясь закричать. Она проснулась слишком рано. Саске не ожидал, что она проснётся так скоро, он предполагал, что это произойдёт не раньше следующей недели. Он быстро оправился от шока и поспешно зажал ей рот рукой: «Не смей издавать ни звука, Хьюга». Я хотела бы поблагодарить свою лучшую подругу saucekaay, которая также выступает в роли моего бета-ридера! Ты спасла эту главу от множества ошибок. Мне очень повезло, что у меня есть ты, Селена! ;A; Отзывы? Вопросы? Предложения? Буду рад их услышать. :D « Предыдущая Глава 2 из 3 Следующая »вернулся! Извините, что заставил ждать... хе-хе... Я хотел бы поблагодарить: el H.H, Aki666, nina, risen truth ruthless lies, imorin, mackyli, tatoo26, sunnyseaforever, violet404, ImCutePoison, Drasonz, Francis, umnia, ruler of dragons, ArtWolf, Kanra-Kaoru, pisceanchic101, Рианан Д'Хальмсу, CFA09 и lilmaimas Большое спасибо, что нашли время просмотреть, прочитать и дождаться этой главы XD Выживай Со Мной ~Глава 3: обманным путём~ Саске развернул своё тело так, чтобы удерживать её неподвижно и при этом не дать ей открыть рот. Правой рукой он поднял её руки над головой, пока она сопротивлялась, а левой крепко зажал ей рот. Теперь он был сверху и ещё больше пугал её, а из её луноподобных глаз текли слёзы. Он стиснул зубы, обдумывая, что именно нужно сказать, чтобы полностью сломить её сопротивление. Саске наклонился к её уху и прошипел с нескрываемой злобой: «Твой клан, резня в твоём клане были реальными. Реальность, одиночество, которое скоро пронзит твою душу, будут пожирать тебя, пока ты добровольно не станешь монстром. Всё это не было сном, поверь мне сейчас. Не задавайся вопросом, было ли это на самом деле или нет, потому что, чёрт возьми, так оно и было». Он крепче сжал её запястья, вспомнив, сколько ночей ему пришлось провести в одиночестве. Он подумал о том, сколько раз ему придётся просыпаться в одиночестве, без цели и смысла жизни. Без цели, которая позволила бы ему прожить жизнь счастливо. Он заставил её смириться с болью, приняв свою судьбу. Это было жестоко, но Саске не испытывал жалости к сломанной кукле, чья жизнь разбилась на мелкие, неразличимые осколки. Он не мог этого сделать, ведь из-за неё на кону была его жизнь. Смерть этой девушки положит конец всему, к чему он стремился. Его жизнь только началась, и с её смертью она закончится так же быстро, как и началась. Она начала всхлипывать, и горячие слёзы одна за другой падали на его подушку, которая ещё несколько минут назад была сухой. Он слышал её приглушённые рыдания сквозь свою ладонь. Перед его глазами всплыла картина: ему семь лет, и он плачет по ночам. Её глаза были похожи на зеркала, и он видел в них только себя. Он убрал руки, которыми сжимал её. В голове у него стало пусто. Всего несколько минут назад он хотел заткнуть этой девчонке рот. Но теперь ему вообще ничего не хотелось делать. Ему хотелось поскорее уйти от неё. Её вид больно напоминал ему о самом себе. Это вывело его из себя. Он медленно поднялся с кровати и встал к ней спиной. Она повернулась на бок, дрожа всем телом, и свернулась калачиком. Её всхлипывания доносились до Саске. Должен ли он был испытывать сочувствие? Нет, он давно утратил это чувство. Эта слабая девушка не изменит его. Сейчас больше, чем что-либо другое, больше, чем кто-либо во всём мире шиноби... Он ненавидит её больше всех. «Тебе приснился кошмар, а я только что спас твою никчёмную жизнь. Если хочешь стать сильнее, если хочешь отомстить, делай всё, что я скажу». Он усмехнулся, глядя на неё. Она не собиралась отвечать, но Саске понял, что она не собирается мстить. Может быть, она действительно хочет отомстить. Может быть, она погрузится во тьму, как он и ожидает. Саске прислонился спиной к стене и сел, скрестив ноги, уставившись на светящуюся луну. Она всхлипывала, а он безучастно смотрел в окно, и на его лице снова появилось стоическое выражение. Ему больше не хочется спать. Вскоре свет заполнил углы его тёмной комнаты. После того как Хината уснула от усталости, он переоделся в простую чёрную рубашку и серые спортивные штаны. Он не спал, а вместо этого молча слушал её плач, пока тот не сменился тихими и отчаянными всхлипами. Ему хотелось задушить её, он ненавидел и презирал её за то, что она напоминала ему о его прошлом, о нём самом в семилетнем возрасте. Он поднялся с пола и подошёл к правой стороне кровати, где увидел, что она свернулась калачиком и крепко спит. Он сердито посмотрел на неё, недоумевая, как, чёрт возьми, она может спать, когда её клан уничтожен. Он не мог понять, почему сам не может уснуть. Отлично, день ещё не начался, а он уже взбесился из-за одного её вида. Она совсем не похожа на избалованную наследницу. С такими красными кругами под глазами и тусклой белой кожей девушка с таким же успехом могла бы уже лежать в гробу. Но, как ни странно, он поймал себя на том, что не сводит с неё глаз. Почему из всех людей в мире шиноби резня затронула именно эту хрупкую девушку? Её глаза медленно открылись, и сквозь длинные чёрные ресницы пролился нежно-лиловый свет. Саске напрягся, ожидая, что она снова закричит. Она смотрела на него мёртвыми, пустыми глазами, лёжа на кровати в той же позе, что и раньше. Хината начала плакать, но тут же сжала руки и закрыла лицо, желая спрятаться от мужчины, стоявшего перед ней, от всего. Саске тут же нахмурился и крепко схватил её за запястье, отводя его от лица. Она прикусила губу и посмотрела на него отчаянным и потерянным взглядом. - Перестань плакать. Я должен тебе все объяснить, если только ты не предпочитаешь выяснять это сама. - Он раздраженно стиснул зубы, грубо поднимая ее на ноги, пока она пыталась сохранить равновесие. Она упала ему на грудь, ее тело все еще не привыкло двигаться после того, как она была без сознания три дня подряд. Саске хмыкнул, испытывая желание сбросить её с себя, но вместо этого крепче сжал её хрупкое тело, пока она цеплялась за его рубашку, чтобы не упасть. Ему нужно было заставить её довериться ему, чтобы она сделала то, что он хочет. Она пробормотала что-то бессвязное, прежде чем поняла, что у неё пересохло и болит горло. Она сглотнула, поморщившись от боли, и попыталась отстраниться от Саске. Она зашаталась, как новорождённый цыплёнок, и в итоге снова села на кровать. Саске разочарованно вздохнул, ожидая, когда она скажет то, что хотела. В его поведении явно проявлялось нетерпение. «Ч-почему ты позволил мне выжить…» — её голос прозвучал хрипло, и она прикусила губу, изо всех сил стараясь сдержать слёзы, которые наворачивались на её и без того воспалённые глаза. Она посмотрела на него, не заботясь о том, что понятия не имеет, почему именно Саске Учиха решил ей помочь. В голове у неё крутилась только одна мысль: почему она всё ещё жива, когда её ничего не ждёт, никто не встретит её дома. У неё нет дома, который она могла бы назвать своим. Саске сжал кулаки. «Она оказалась такой же слабой, как я и ожидал, какая жалость». Но он усмехнулся в ответ на первые слова, которые услышала от него девушка. Хината Хьюга, наследница всемогущего клана Хьюга. Та самая девушка, которая держит его жизнь в своих руках, оказалась такой слабовольной. «Ты можешь помочь себе только сама, Хьюга. Смерть — это последнее, что принесёт тебе и твоему клану покой. А теперь скажи мне, ты ведь хочешь отомстить, верно?» — он перевёл взгляд на неё, намереваясь погрузить её во тьму. В его воображении чёрные змеи обвивались вокруг неё, окутывая её ложными решениями и видениями. Они будут скользить по её глазам и ослеплять её, скрывая правду. Даже с «всевидящим» Бьякуганом она ничего не сможет увидеть. Она застрянет в вечной бездне. Хината пройдёт тот же путь, что и он когда-то. Только так она сможет выжить, а он, в свою очередь, будет жить за счёт её страданий. «Неджи-нии-сан…» — она крепко вцепилась в простыни, так что костяшки её пальцев побелели. По её щекам снова потекли слёзы. В её тоне слышалась злоба, и какими бы мягкими и нежными ни были её слова, Саске знал, что она таит в себе ненависть к этому человеку. Саске был бесконечно рад тому, что, какой бы невинной она ни казалась, она тоже может испытывать ненависть. Она такой же человек, как и все остальные. Саске потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить имя, которое она назвала. Он смутно припоминает, что когда-то хотел сразиться с так называемым «вундеркиндом Хьюга». Саске задумался ещё сильнее, пытаясь вспомнить любую дополнительную информацию, которую можно было бы почерпнуть из этого единственного имени. Его глаза расширились от осознания. Должно быть, это одна из важнейших причин, по которой именно её выбрали для того, чтобы она взяла на себя бремя резни. Она принадлежит к главной семье своего клана, одного из самых престижных кланов Конохи. Более того, на её пути стоял брат-вундеркинд. От Учихи до Хьюги, от Итачи до Неджи... от него до Хинаты. Их семейные истории почти идентичны. Теперь, когда Саске собрал воедино все фрагменты, он не сомневается, что дзюцу не могло ошибиться. Этой девушке было суждено разделить его судьбу. А пока ему придётся в спешке объяснить ситуацию, пока никто из членов клана не проснулся. «Микото, моя мать, очень... любит тебя». Саске остановился, чтобы оценить её реакцию. Ему нужно было понять, как она отреагирует, чтобы знать, что сказать дальше. Хината действительно подняла на него взгляд, и в её глазах мелькнула надежда. Она выпрямилась, желая услышать от него что-то ещё. И тогда Саске понял, как именно он заманит её в свою ловушку. Теперь она не сможет от него уйти. «Моя мать хочет заботиться о тебе, но есть одно условие. Если ты хочешь материнской любви, если ты не хочешь провести остаток жизни в одиночестве, делай всё, что я тебе скажу. Пока что клан знает, что ты моя девушка. Они думают, что я... влюблён в тебя». Саске поморщился от этой мысли, но его голос оставался ровным и твёрдым. Он не знает, что значит быть влюблённым. Он сомневается, что когда-нибудь сможет. Но Саске продолжил, отгоняя эти мысли в самый дальний уголок своего сознания. Если бы он думал, что не сможет притворяться влюблённым, то, возможно, у него бы и не получилось. «Мы должны быть убедительными, чтобы они разрешили тебе остаться, даже если в твоих жилах нет ни капли крови Учиха». Она не ответила, но посмотрела на него нерешительным взглядом. — Хорошо... — прошептала она. Саске был ошеломлён её быстрым ответом. Он думал, что она хотя бы помедлит и поразмыслит ещё немного, прежде чем ответить, но упоминание о его матери, похоже, заставило её принять решение. «Если... Если я сделаю так, как ты говоришь, пообещай мне что-нибудь». Её голос наконец зазвучал нормально, и её лёгкая манера речи ненадолго зазвенела у него в голове. Это не раздражает его так сильно, как он ожидал. Но её заикание всё же немного его беспокоит. «Обучи меня. П-пожалуйста, обучи меня». Она умоляюще посмотрела на него, её отчаянные лавандовые глаза встретились с его тёмными глазами, и он отвёл взгляд. Он хочет сказать «нет». Но даже он вынужден признать, что это был бы лучший сценарий. Хината жаждет мести. Она хочет убить Неджи с той же ненавистью, которую он не так давно испытывал к Итачи. Саске не возражает против того, что она предается тёмным и злобным желаниям. В конце концов, он хочет, чтобы она страдала. В любом случае его главная забота — сохранить ей жизнь, а тренировки помогут ей в будущем защитить себя самостоятельно. «Хорошо», — пробормотал он себе под нос, и его ответ был едва слышен. Но Хината услышала. И в ответ она не произнесла ничего, кроме простого «спасибо». «Я делаю это ради своей матери, а не ради тебя». Он хочет дать ей понять, что она для него ничего не значит. Она слегка кивнула в знак понимания и тут же отвела взгляд, потому что её мысли были уже не о Саске, а совсем в другом месте. Она думала о том, как бы она отреагировала, если бы резни не было. Она бы покраснела и снова и снова отказывалась притворяться, что у неё с Саске интимные отношения. Но сейчас это кажется такой незначительной и мелкой дилеммой. Она может представить себе только крошечный островок посреди океана. Она ко всему безразлична. Жар, который всегда с аномальной скоростью приливает к её щекам, кажется, уснул, отдалился и по большей части просто исчез. Она не чувствует себя Хинатой. Она не чувствует себя Хинатой, с которой Киба может открыто шутить, которую Сино слушает, когда ей нужно с кем-то поговорить. Сейчас она далека от этого. «Хината Хьюга». Она мысленно повторяла своё имя снова и снова, пока оно не стало терять свой смысл. Теперь даже собственное имя казалось ей незнакомым. Она понимает, что действительно потеряет себя. В комнату вошли, ступая осторожно, и Саске сразу их узнал. По сильному присутствию, которое всегда их сопровождало, Саске мгновенно понял, кто это. «Нии сан.» Итачи посмотрел на Саске, а затем на Хинату, оценив её подавленный вид. Он отвернулся, и его бесстрастная маска скрыла ранимость, которую видел только Саске. В последний раз он видел, чтобы Итачи хоть как-то проявлял подобные эмоции, после того как тот вырезал весь клан. Он подумал, что Итачи ему привиделся, когда из глаза брата скатилась единственная слеза, и тот развернулся, чтобы уйти, оставив его травмированным и одиноким. Хината тоже подняла голову, услышав, как вошёл Итачи. Её пустые глаза задержались на Итачи, в них читалась тоскливая грусть. Казалось, она чувствовала что-то, что не могла выразить словами, поэтому она опустила взгляд в пол, и все эмоции снова исчезли с её лица. Чего именно ему не хватает? Саске был в отчаянии, он видел все эти подсказки, но их было недостаточно, чтобы понять, чего он не знает. «Клан снаружи, не заставляй их ждать». Итачи бросил последний взгляд на Хинату и повернулся, чтобы уйти. Как бы Итачи ни старался вести себя сдержанно, его брату было очевидно, что это совсем не похоже на обычное пассивное поведение Итачи. Саске подошёл к Хинате, схватил её за руку и грубо поставил на ноги. Она поморщилась. Наконец-то она могла стоять самостоятельно, но ей не хотелось стоять рядом с Саске. Хината держалась на расстоянии как минимум метра от Учихи. Было очевидно, что ей некомфортно рядом с ним. Саске понял, что неправильно с ней обращается. С этого момента все будут считать их парой. Он не может рисковать и вызывать подозрения, особенно под пристальным и проницательным взглядом брата. Он подавил своё эго и взял её за руку, пробормотав несколько ругательств, потому что с такой халтурной игрой у них ничего не выйдет. Её холодные руки встретились с его тёплыми, и Саске показалось, что он держит труп. Он крепче сжал её руку, внезапно почувствовав желание проверить, жива ли она. В ответ её рука дёрнулась, словно она всё ещё не была уверена в том, что они собираются сделать. Он вздохнул и закатил глаза. Саске знает, почему она не реагирует ни на одно из его действий. Ей потребуется время, чтобы понять, как выразить свои чувства, когда она уже настолько опустошена эмоционально. Однако ей не потребовалось много времени, чтобы проявить эмоции, как только Итачи появился в поле её зрения. Это раздражало Саске. Ему придётся разобраться в этом подробнее. Её связь с его братом интригует, но в то же время приводит Саске в замешательство. «Клянусь, Хьюга, если ты не справишься с этой задачей, я сам вышвырну тебя из поместья Учиха». Конечно, это был блеф, но Саске думал, что, если он подвергнет её испытанию, это заставит её мёртвую душу «выложиться» лучше. Он почувствовал, как её рука медленно возвращается в его ладонь. Она только что заключила сделку с дьяволом. Он слегка ухмыльнулся, и его тёмная чёлка упала на лицо, словно занавес. Он схватил её за горло, прямо там, где хотел. Итачи сохранял невозмутимый вид, думая о Хинате и глядя на растущую толпу у их дома. Здесь собрался весь клан Учиха, и даже их отец, похоже, был заинтригован настолько, что отложил в сторону свои обязанности главы клана. В его памяти всплыло смутное воспоминание о маленькой девочке, которая вцепилась в его рубашку, и он понял, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз разговаривал с Хинатой. К сожалению, именно эта трагедия снова свела их вместе. Его беспокоит то, что он не знал о её отношениях с братом. О том, что они достаточно близки, чтобы у них завязались такие отношения. Это было далеко не убедительно, ведь Саске никогда не отвечал взаимностью на чувства, с которыми не был знаком. Для него стало большим сюрпризом, что даже его брат однажды проявил интерес к противоположному полу. Возможно, он предположил, что они пара, и тем самым вынудил Саске сказать правду, но теперь Итачи настроен более чем скептически. Саске даже не выглядел обеспокоенным за неё. Он довольно скоро узнает, что это такое. Чем больше он будет знать о своём брате и Хинате, тем лучше. «С тех пор прошло три дня, Хината-сама… Мне очень жаль». Неджи обхватил голову руками, желая только одного — пронзить себя кунаем. Неджи сделал это. Он уничтожил свой клан ради Конохи. Он бросил свою команду, он бросил Хинату. Трудно игнорировать желание проведать её, и теперь ему далеко не всё простили. Он сухо рассмеялся, понимая, что изменил Хинату в худшую сторону. Пойдёт ли она за ним, как он и просил? Станет ли она сильнее благодаря тому тёмному пути, который он перед ней открыл? Кисаме усмехнулся, глядя на состояние Неджи: «Эй, Хьюга, ты что, уже впал в маразм?» Неджи сверкнул глазами в ответ, не обращая внимания на склонность синекожего к детским комментариям. Неджи совсем недавно присоединился к Акацуки, и это уже оказалось дерьмовым опытом. Ему претит мысль о том, что он стал членом Акацуки. Ему так хочется сорвать с себя этот проклятый плащ и вернуться в Коноху, чтобы заботиться о своём двоюродном брате. Но этот плащ, напоминающий наряд синигами, теперь прилип к нему. Он вспоминает, как усердно тренировался, чтобы стать вундеркиндом. Ему нужно было занять высокое положение, чтобы его заметили такие вражеские организации, как эта. И так уж вышло, что он попал в самую отвратительную из них. В тринадцать лет он уже знал, что у него есть врождённый талант, как и старейшины Конохи. Но он был ещё слишком молод и неопытен, чтобы справиться с этой задачей в полной мере. Чтобы уничтожить клан Хьюга, ему нужно было овладеть навыками, необходимыми для снятия печати с птичьей клетки. В подростковом возрасте он показывал Хинате, как сильно он её «ненавидит», но это были всего лишь попытки оттолкнуть её от себя. Она была единственной, кто был ему небезразличен, единственной, кто был ему важен. Всё потому, что они оба были невинными детьми. Они никогда не хотели, чтобы с ними что-то случилось, и только она могла это понять. Но жизнь ребёнка в блаженстве далека от реальности. Во время экзамена на звание тюнина он показал ей себя с худшей стороны в надежде, что она возненавидит его настолько, что сможет убить, когда придёт время. Она действительно его боялась. Она держалась на расстоянии, избегала зрительного контакта и не осмеливалась заговорить с ним. Но она так и не научилась его ненавидеть. Она продолжала прощать его, снова и снова, пока сам Неджи не перестал понимать, в чём его главная цель. В конце концов он сблизился с ней, и теперь ей ещё больнее от того, что она стала свидетельницей того, как её любимый ниисан убил их собственный клан. Это не должно было причинять такую боль, не должно было причинять боль Хинате или ему самому, если бы они просто держались на расстоянии. Из-за того, что она такая нежная, ему нужно было причинить ей боль. Хината слишком великодушна, поэтому ему пришлось поступить с ней безжалостно. Резня, устроенная их кланом, провела между ними черту, которую он никогда не сможет пересечь. Ему невыносимо больно. Он задумался об этом, и у него закололо в висках, стало трудно дышать. Неджи хрипло закашлялся, из его лёгких с трудом выходил сухой воздух, а изо рта доносились неприятные звуки. Он зажал рот рукой и выкашлял что-то тёплое. Неджи убрал руку, чтобы посмотреть, и его глаза расширились при виде густой красной крови, стекавшей по ладони. Он усмехнулся, и по его щеке скатилась слеза. Он это заслужил. Затем Неджи вытер руку о плащ, и красная жидкость растворилась в воздухе, смешавшись с красными облаками, которые украшали его угольно-чёрную одежду. Он встал и надвинул соломенную шляпу на лицо, после чего пошёл впереди Кисаме. На них палило яркое солнце. Возможно, это было начало дня, но для него это был конец жизни. Его будущее теперь мрачно и безнадёжно. И ждать больше нечего. По всему комплексу разносились шёпот и возгласы крайнего изумления. Саске стоял перед своим кланом, перед отцом, матерью и братом. Его сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди, пока он размеренно вдыхал и выдыхал. Сказать, что он счастлив, — значит не сказать ничего. Все глаза, похожие на его, смотрели на него, погружаясь в это чувство безграничной радости. До Саске наконец-то начинает доходить, что все они живы. Фугаку, его отец, смотрел на Саске суровым и оценивающим взглядом. Саске пообещал себе, что будет сдерживать эмоции. Но он не смог сдержать довольную ухмылку, которая появилась в уголках его губ. Он наслаждался осознанием того, что все они живы, как наслаждаются холодным напитком, который льётся в горло в жаркий летний день. Каждое лицо Учихи, которое он видел, ещё больше утоляло его жажду по семье. Внезапно он перестал чувствовать себя одиноким. Мрачные мысли, которые всегда крутились у него в голове, улетали прочь, как воздушные шары в ясное голубое небо. Знакомые тёмные глаза членов его клана в шоке смотрели на него, а из его неосознающего глаза скатилась слеза. Он понял, что потрясение действительно сказывается на нём, и незаметно вытер глаза, как будто просто поправлял чёлку. Но все вокруг это видели. Они видели, как Саске Учиха плакал, а это одно из самых редких явлений в наши дни. Стоический сын главной семьи Учиха никогда бы так легко не потерял бдительность. Но счастье, каким бы бесконечным оно ни казалось, на самом деле непостоянно. Хорошие вещи недолговечны, если ты ими упиваешься. Крошечные ручки, переплетённые с его, вернули его с небес на землю. Он чувствует, как у него внезапно сводит желудок и неприятно сдавливает грудь. Он может умереть в любой день из-за этого проклятого Хьюги. Он крепко сжимает её руку, отчего жертва болезненно вздыхает. «Я тебя ненавижу». Резкие, злобные слова сорвались с его губ и достигли её ушей, как стрела — цели. Она отвернулась от него, и от этих слов в ней наконец-то зашевелились эмоции. Саске рад, что причинил ей боль. Она это заслужила. Никто ничего не заподозрил. Никто, кроме Итачи. Его шаринган активировался в ту же минуту, как он увидел, что Хината поморщилась. Благодаря этому он уловил слова, сорвавшиеся с губ Саске. Он быстро деактивировал шаринган, и ярко-красные глаза снова стали обычными, чёрными. «Вы все были проинформированы о происшествии, связанном с кланом Хьюга». Саске произнёс эти слова с чувством гордости и власти, когда все взгляды в толпе устремились на него. «Я...» — он остановился, обдумывая следующие слова, и продолжил: «Мы не афишировали наши отношения. Эта девушка перед вами — единственная выжившая из клана Хьюга, а также моя возлюбленная». Зрители тут же начали перешёптываться и сплетничать, но Саске определённо не дал бы им возможности возразить. «Если ты думаешь, что она опозорит клан Учиха и запятнает наше имя, то можешь думать так же и обо мне. Если ты хочешь вышвырнуть её, как бездомную кошку, то вышвырни и меня вместе с ней». Итачи мысленно аплодировал брату за его актёрскую игру. «Хорошо сыграно, очень хорошо. Ты мог бы обмануть даже меня». Но Итачи знает правду. Он прекрасно понимает, что ему нет никакого дела до Хинаты. Фугаку откашлялся, расчищая себе путь, и все, кто стоял у него на пути, почтительно расступились. «Это слишком неожиданно, Саске. Я не хочу взваливать на себя бремя этой де...» — Микото резко ударила мужа с силой, достойной профессионального джоунина. Он пробормотал что-то от боли, но жена, чьё лицо исказилось, превратившись в демоническую маску, заставила его замолчать. «Наш сын любит её, так что мы примем её, ясно?» Она мило улыбнулась, но в её тоне явно слышалось убийственное намерение. Фугаку тут же отбросил все сомнения, которые у него были по поводу Хинаты. Он хмыкнул и выпрямился, прежде чем сказать: «Ф-хорошо. Саске, если ты этого хочешь, то, конечно, поступай как знаешь. Но если это каким-то образом повлияет на клан, я имею право покончить с Хьюга». После этого он ушёл, скрестив руки на груди и с каменным выражением лица, которое всегда было у него. Фугаку старался казаться безразличным, но на самом деле его очень раздражало то, какой властью над ним обладает жена. Кроме того, он всё ещё был очень недоволен тем, что в его клане есть Хьюга. Саске позволил голосу отца проникнуть в его сознание. Он позволил всему этому проникнуть в каждую клеточку своего тела, пока не почувствовал, как в нём зарождаются разные эмоции. Ему хотелось прокричать небесам, что он обманул Бога. Его отец жив. Это его новая жизнь, его новая реальность. Некоторые члены клана украдкой поглядывали на Хинату: кто-то с жалостью, а кто-то с завистью. Но по большей части на их лицах читались шок и недоверие. Толпа начала медленно расходиться. Слухи распространялись быстро, и вскоре вся Коноха будет в курсе. Микото подошла к Саске и Хинате с печальным выражением лица. Она была на грани слёз, когда взяла Хинату за руки. Как ни странно, руки Хинаты были холоднее, чем когда она была без сознания. Она казалась ещё более мёртвой, чем когда лежала на больничной койке. Микото не могла понять почему, но это ещё больше огорчило её, и слёзы наконец покатились из её тёмных глаз. Она впервые видит Хинату бодрствующей, и это почти как встреча с давно потерянной дочерью. Хината важна для неё, как и мать Хинаты. Мать Хинаты была её лучшей подругой. Она никогда не забудет свою лучшую подругу, пока чувствует и видит сильное сходство Хинаты с ней. Но прямо сейчас эта девушка — не тело без души, а та, что крепко обняла Хинату, за что получила лёгкий вздох от Саске, который всё ещё был в замешательстве. Хината медленно обняла Микото в ответ. Любовь и привязанность, которые та проявляла, пробудили в ней утраченные чувства. Она вся в мать. Из глаз Хинаты брызнули слёзы, заставив Микото и Саске растеряться. Хината яростно пыталась вытереть их, стараясь улыбнуться этой женщине, которая так о ней заботилась. Но она не могла улыбнуться и в итоге расплакалась. Микото отстранилась, чувствуя, как сжимается её сердце при виде Хинаты. Она снова обняла Хинату, желая сказать так много, но в то же время не говоря ничего, потому что ничто не может исправить то, что она потеряла. Что бы она ни сказала, это не вернёт надежду этой потерянной девочке. «Кисаме, я ухожу». Неджи развернулся и ушёл, закончив спор со своим так называемым товарищем по команде по поводу возвращения в Коноху. Мечник с синей кожей рассмеялся: «Ты слишком мягок, Неджи. Если остальные узнают об этом, они не оставят это без внимания». «Это будет в последний раз, так что пощади меня», — прошипел Неджи, сверля Кисаме взглядом полностью активированного Бьякугана. Вены по обеим сторонам его глаз сильно напряглись. «Ладно, ладно. Но я не собираюсь ждать вечно, ясно?» Кисаме сел на пол, скрестив ноги, и весело прищурился. Неджи не подходит для Акацуки. Но он должен признать, что у парня есть характер. Неджи с облегчением вздохнул, и его Бьякуган вернулся в обычное состояние. Наверное, это единственный раз, когда он может честно признать, что рад тому, что Кисаме стал его напарником. Если бы это был кто-то другой, они бы этого не потерпели. Но он хочет увидеть Хинату в последний раз. Серьезные лица переглянулись, обдумывая, какой вариант действий выбрать. Группа состояла из новичков 9. Тентен, Ли и Гай-сенсей, казалось, были в самом подавленном состоянии. Обычно жизнерадостный и активный дуэт был нехарактерно растерян. Тентен тихо всхлипывала, не желая верить, что Неджи мог так поступить. Цунаде заранее договорилась о встрече со всеми и рассказала о том, что анбу удалось выяснить на месте трагической резни. Всё, все улики указывали на Неджи. У него был мотив, он обладал необходимыми навыками, и он пропал из Конохи. Как бы Цунаде ни было неприятно в этом признаваться, их обманули. «Он бы никогда… он бы не стал…» — Тентен пыталась убедить остальных не думать так жестоко о Неджи. Киба резко оборвал её, выкрикнув: «Не смей вставать на сторону этого предателя! Ты хоть представляешь, как сейчас больно Хинате? А ты можешь думать только о своём ублюдке-товарище!» Затем началась дискуссия, из-за которой атмосфера в переговорной стала ещё более напряжённой. «Заткнитесь все!» Сакура уже устала от всей этой чуши и хотела найти решение, которое действительно им поможет. Она уже дала понять, что зла, ударив рукой по стене и мгновенно разнеся её вдребезги. Наруто разочарованно хмыкнул, встал и направился к двери. «И куда, по-твоему, ты направляешься?» Сакура прищурилась, глядя на светловолосого подростка, и приготовилась нанести ему удар, который навсегда впечатается в его голову. «Куда ещё? Мы должны увидеть Хинату-тян! Я слышал, что Саске взял её к себе». «Что?» — все в шоке уставились на Наруто. Он склонил голову набок, недоумевая, почему они так удивлены. Его глаза расширились, когда он понял, что только что сказал. По бокам его лица выступил пот, когда он медленно повернулся и увидел, что Сакура нависла над ним с явным намерением убить. Они не должны были раскрывать им эту информацию. Всем известно, что Хинату забрали в Анбу для допроса и лечения от полученной травмы. Какаши откашлялся и наконец закрыл непристойный том «Райского уголка Ича-Ича», на котором, как ни странно, он вообще не мог сосредоточиться. Он поймал себя на том, что перечитывает одни и те же строки и забывает, что только что прочитал, как только дочитывает до конца. Он ни к чему не пришёл, и это его очень беспокоило. «Никто не собирается в поместье Учиха». «А почему бы и нет, чёрт возьми?» — крикнул Киба, нетерпеливо притопывая ногой, потому что ему очень хотелось подбежать к Хинате. «Мы не хотим торопить её. Она переживает нечто серьёзное, и ничего из того, что мы говорим или делаем, не поможет. Если Хокаге считает, что ей будет полезно остаться с Учихами, мы будем доверять её решению». Все задумались над его словами. Больно осознавать, насколько правдивы его слова, насколько сильно их одолевает чувство бесполезности. Они действительно ничего не могут сделать, чтобы помочь ей. «Когда придёт время, Саске нам расскажет». После разговора с Микото Хината снова почувствовала себя собой. Эмоции впитались в неё, как губка впитывает воду. Микото так похожа на свою мать, что ей больно от того, что они не вместе. Она знает, что не может всегда быть рядом с ней, потому что должна быть у Саске. Но когда она время от времени видит её, это волшебным образом поднимает ей настроение, пусть даже совсем немного. Это то, за что Хината может держаться. Хината вернулась в комнату Саске сразу после объявления о создании клана и после разговора с матерью Саске. Сейчас она хочет побыть одна. Она не чувствует голода, даже когда внутри у неё всё пусто. Она безразлична к таким потребностям, она хочет чего-то другого. Хината чувствует сильную тягу к чему-то, но не знает, к чему именно. Месть. Она ловит себя на том, что мысленно кружит вокруг этого слова, и постепенно оно начинает нравиться ей больше всего на свете. Саске давно ушёл, не сказав ей ни слова, как только клан рассеялся. Он знает, что её желание жить возросло и что вероятность того, что она умрёт сегодня вечером, невелика. Когда ему не нужно играть роль её спасителя, он может делать всё, что захочет. Хината заметила, что атмосфера вокруг него изменилась. Его глаза, казалось, загорелись, как свеча, когда он ушёл от неё, чтобы побродить по территории клана. В его глазах читалась такая тоска и ностальгия, что Хината засомневалась, действительно ли это Саске. Это было странно. Её тень легла на пол, а позади неё тускло светила лампа Саске. Она уже несколько часов сидит на одном и том же месте. Её тень, тёмная версия её самой, манила её к себе. Она протянула руку и испугалась, увидев, как тень повторяет её движение. Эта тень принадлежит ей, но она чувствует, что в будущем останется лишь тенью. Тенью без лица, тенью, до которой никому не будет дела. Тихий стук в дверь мгновенно вывел её из транса. Она обернулась и увидела, как Итачи открывает дверь. На его лице было довольно спокойное выражение, несмотря на то, что он был в окровавленной форме анбу. Днём он отправился на задание и вернулся раньше срока. Её первая влюблённость. Её первая любовь прямо перед ней, но она никак не может отреагировать. В конце концов, это горько-сладкое воссоединение для них. Они обменялись взглядами, полными взаимопонимания. Они понимали, что любая форма или выбор слов были бы неправильными для описания этой ситуации. Итачи вышел на улицу, и Хината последовала за ним, зная, что он не из тех, кто будет плакать из-за неё или жалеть её. Он относится к ней так, как она того хочет. Он не видит в ней раненое животное, которое не в силах помочь себе само. Он сел на деревянный пол. Луна ярко освещала их, отбрасывая приятный отблеск на их лица. Их обдувал прохладный, но нежный ветерок. На улице стояла прекрасная ночь, и она бы просидела взаперти в комнате Саске до утра, если бы не Итачи. К тому времени она, возможно, уже сошла бы с ума, потому что оставаться наедине со своими отравляющими душу размышлениями небезопасно. Они помолчали несколько минут, давая волю своим мыслям и наслаждаясь уютной тишиной. «Ты не любишь моего брата», — заявил он прямо, без обиняков, потому что он не из таких. Он сразу перейдёт к делу, соберёт факты и точно оценит обстоятельства. Она прикусила губу и опустила глаза, сгорая от стыда и желая извиниться. Её друг детства, этот мужчина рядом с ней, который так много для неё значит, — тот, кому она не хочет лгать. Она любит его, и эта давняя влюблённость переросла в нечто более глубокое. Но он об этом не знает и никогда не узнает, потому что у неё никогда не хватало смелости признаться. «Ты не в состоянии ответить? Должен ли я понимать, что это признание в любви к тебе, сделанное моим братом, является ложью?» Тем не менее она промолчала. Она не знает, что сказать. Она только первый день в поместье Учиха, а уже портит всё для себя и Саске. Её быстро вышвырнут отсюда. Итачи вздохнул, но не расстроено. А скорее так, словно хотел сказать: «Ничего страшного, если ты не хочешь говорить мне об этом сейчас». Она ценит это. Он слегка взъерошивает ей волосы. Это движение такое нежное и привычное, что она понимает: перед ней всё тот же парень, который давным-давно помог ей обрести уверенность в себе. Мало что изменилось, даже несмотря на то, что они оба повзрослели. Но это лишь на мгновение, потому что Шаринган Итачи активируется и опасно вспыхивает, а его пронзительные красные глаза светятся в темноте. От их свирепости у Хинаты замирает сердце. Он бросается в ближайший лес, и она слышит звон металла. Две фигуры начинают сложное тайдзюцу. Форма Анбу Итачи блестит в темноте, пока фигура в чёрном изящно уклоняется от смертоносных атак. Единственная пара бьякуганских глаз, оставшаяся в этом мире, помимо её собственных, светилась светло-лавандовым. Это такой нежный и красивый цвет, но он используется только для таких злонамеренных целей. Хината чувствует, как её сердце сжимается от страха, а ладони покрываются холодным потом. Неджи проделал весь этот путь, рискуя собой в резиденции Учиха, только для того, чтобы убить её. Не прошло и недели, а он уже решил, что пришло время избавиться от неё. Металл оружия Итачи и Неджи снова сталкивается, и Хината слышит свой крик. Если бы Итачи не было здесь, она бы уже умерла. Это не то, чего хотел Неджи. Он должен был тихо наблюдать за ней по ночам, чтобы убедиться, что она жива и что за ней хорошо ухаживают. Он жалеет, что пришёл. Он пришёл по чисто эгоистичным причинам. Крик его двоюродного брата пронзает его слух и эхом отдаётся в голове. Сердце Неджи бешено колотится в груди. Он чувствует, как перед глазами всё плывёт, а тело начинает замедляться, когда Итачи наносит ему сильный удар в грудную клетку. Из уголка его рта стекает тёплая жидкость. Неджи понимает, что, несмотря на невыносимую боль во всём теле, крики Хинаты причиняют ему ещё больше страданий. Большое спасибо моему бета-ридеру saucekaay! Ты отлично поработал над прошлой главой, да и над этой тоже. Я тебя люблю! ;A; Если у вас есть какие-либо предложения или замечания, я буду рад их выслушать ;u; Кроме того, если у вас есть вопросы по этой главе, не стесняйтесь писать мне в личные сообщения :D « Первый « Предыдущий Глава 3 из 3 Йоу! Ладно, я думаю о том, чтобы сделать что-то другое... Фик про Сасухину! У меня есть ещё один аккаунт, где публикуются только фики про Нарухину. И я хотела попробовать написать про Сасухину, потому что мне так же нравится эта пара. О! Кстати, немного критики в адрес Сакуры... прости :S А ещё я почерпнул идею из аниме под названием «Мир, который знает только Бог», а именно из арки «Сиомия Сиори». Я очень рекомендую этот сериал, потому что он просто потрясающий! В любом случае, продолжим рассказ. X) Отказ от ответственности: я не являюсь владельцем «Наруто». Если бы я был им, то эта нелепая пара… не была бы такой нелепой, если вы понимаете, о чём я. :D Когда Встречаются Придурки ~Глава 1~ Взъерошив свои чёрные шелковистые волосы, Саске откинулся на спинку стула и тихо вздохнул. Глядя в потолок своего кабинета, он продолжал думать об… аниме. Да, вы не ослышались. Саске Учиха думал об аниме. «Я правда думаю, что Исида однажды должен будет надрать Ичиго задницу. Да, разве это не было бы самым крутым эпизодом в истории?» — размышлял он про себя. Ухмыльнувшись, он закрыл глаза и заложил руки за спину. Дело было не в том, что Саске не нравился Ичиго из «Блич». Просто ему больше нравился Исида Урюу, и это было легко объяснить. Взглянув на своего «лучшего друга», сидящего рядом, он покачал головой. Наруто никогда бы не понял. Никто бы не понял. Его любовь к аниме, вероятно, была его самым сокровенным секретом. Все, что сейчас волнует людей… это любовь. Кому нужна любовь? Ему точно не нужна. Это просто незначительная и банальная вещь, о которой в этом возрасте беспокоятся только глупые подростки. Внезапно почувствовав желание рисовать, Саске открыл глаза и откинулся на спинку стула. Взяв карандаш, он медленно поднёс его к бумаге. Слегка сжав его, он уже собирался начать рисовать, но остановился. «Плохая идея», — мысленно застонал он. Наруто по привычке заглянул в тетрадь Учихи. Инстинкты подсказывали Наруто, что нужно списать у Саске, пока он не забыл, что они на самом деле делают на уроке. «Заноза в заднице», — заключил Саске, бросив карандаш на стол. Взглянув на Наруто, он заметил растерянное выражение на лице блондина, после чего тут же отвернулся и свистнул. Дурочка явно думала, что Саске снова напишет какие-нибудь суперкрутые заметки. «Идиотка», — прошептал Саске себе под нос. Из-за этого блондинка рядом с ним слегка прищурилась, а затем снова отвернулась и зашепталась с Сакурой. «А вот и ещё одна заноза в заднице», — раздражённо подумал он. Ещё одна из его верных поклонниц. Неужели он действительно хочет вдаваться в подробности? Словно услышав его мысли, Сакура отодвинула свой стул от стола. Она балансировала на каблуках, пытаясь лучше рассмотреть Учиху. Она посмотрела на Саске и окинула его взглядом, как делала это каждый день. «Чертов ползун», — подумал он про себя. Подмигнув и послав воздушный поцелуй, розоволосая девушка продолжила махать ему рукой. Сасукэ задумался, посмотрел на неё в ответ и слегка ухмыльнулся. Лицо Сакуры засияло от радости, она забыла, что нужно держаться за стол, и откинулась на спинку стула. Услышав громкий стук, эхом разнёсшийся по классу, все повернулись в сторону Сакуры. Они увидели лишь влюблённую девушку с огромной шишкой на лбу. «Фу. Я знал, что для того, чтобы она перестала пялиться, нужно нечто большее», — проворчал он. «Сакуууура чаааан! Ты в порядке?» — автоматически спросил Наруто, наклоняясь, чтобы проверить, не пострадала ли Сакура. «Идиот! Разве ты не видишь, что это не так? Фу! Посмотри на эту шишку! Она чертовски огромная!» — раздражённо воскликнула она, сверля Наруто убийственным взглядом, как будто он был в этом виноват. «Какой бугорок? Я ничего не вижу!» — захныкал Наруто. Конечно, он хотел угодить Сакуре и согласиться с ней. Но он не мог этого сделать, потому что говорил правду. «Вот!» — указала она. Блондинка прищурилась и по-прежнему ничего не могла разглядеть. "Эхехе, не беспокойся, Сакура чан! Я вообще ничего не вижу! У тебя достаточно большой лоб, чтобы прикрыть шишку, так что никто не заметит! Он ободряюще крикнул. Хихиканье и громкий смех, любезно предоставленные Кибой, были слышны по всему классу. Наруто лишь растерянно надул губы. — ТЫ ДУРАК! — взревела она и нанесла угрожающий удар в щёку Наруто. «А-а-а! Итай! Итай! Итай, Сакура-тян!» — громко заскулил Наруто, потирая щёки, на которых отчётливо виднелись красные следы от кулаков. Однако хаос закончился, когда в класс вбежал робкий подросток, который, как ни странно, опоздал на урок. Саске лишь на миллисекунду задумался о том, кто мог настолько осмелеть, чтобы опоздать на урок математики к Орочимару. «Ааа… Хината Хьюга, как мило с твоей стороны наконец-то присоединиться к нам, да?» — вежливо произнёс Орочимару, и все ученики посмотрели на бедного подростка. Кто сказал, что вежливость означает, что он на тебя не злится? Хината могла только бормотать извинения: «Э-э-это, с-сумимасэн, Орочимару-сэнсэй! Я в-ввязалась в...», но, как всегда, девушке с волосами цвета полуночной синевы не дали возможности полностью высказать свои мысли. «Никаких отговорок, Хьюга-сан. Я знаю, что вы также работаете библиотекарем в школе на полставки, но я ожидаю, что вы будете относиться к своим урокам с таким же уважением, как и к другим своим обязанностям в школе. Поскольку сегодня ваш первый день в выпускном классе, я сделаю исключение. Сейчас я не дам вам привилегии выбирать место, поэтому вы сядете рядом с…» — сказал учитель с бледной кожей, задумчиво потирая подбородок и оценивающе оглядывая класс. Пожалуйста, будь Кибой или Шино. Я бы согласился и на Ино, или, может быть, даже на Сая, если бы мне повезло. С Шикамару тоже всё в порядке, и с Чоуджи тоже... «Саске Учиха», — заключил Орочимару с довольной ухмылкой, а затем снова повернулся к Хинате взглядом, который говорил: «Чего ты ждёшь? Было до боли очевидно, что Орочимару явно собирался прибегнуть к чистой пытке. Любую девушку, я имею в виду ЛЮБУЮ девушку, растоптали бы, если бы хотя бы одна фанатка учуяла запах «похищения Саске». Это была самая глупая вещь, о которой она когда-либо слышала, но сейчас это было самым страшным. Её желудок уже опустился на пятьдесят футов вниз, и она почувствовала, как в горле образовался ком. Всё, что она могла сделать, — это смотреть на Кибу и Шино, тихо постанывая. Они могли лишь сочувственно смотреть на неё, пока она с трудом и нерешительно шла к месту у окна, за которое любая девушка отдала бы часть своего тела. К месту рядом с известным и желанным для большинства девушек парнем, Саске Учихой. Чёрт, он был желанным даже для парней! Хинате захотелось ударить себя ладонью по лицу. Саске выглядел таким же невозмутимым, как и всегда, но, когда она села рядом с ним, он слегка вздрогнул. Ему явно было некомфортно от того, что она находилась так близко к нему, в его личном пространстве. Это связано с тем, что личное пространство Саске, вероятно, составляло не менее 200 метров в ширину. Но Хината вовсе не чувствовала необходимости извиняться. Она не запала на него, и если он не такой самовлюблённый, как о нём говорят, то у них не возникнет проблем. Да, она признает, что он чрезвычайно привлекателен, но красота всегда меркнет. Так будет всегда, несмотря ни на что. И Хината навсегда запомнила это. Чёрт, чёрт, чёрт, этот Орочимару! Я думал, что ясно дал понять школьному совету, что НЕ БУДУ и НЕ БУДУ принимать в своём личном пространстве никаких представительниц женского пола! И с этой мыслью Саске снова уставился на учителя, который, возможно, совершил самую большую ошибку в своей бессмысленной жизни. Подросток с волосами цвета воронова крыла поклялся, что услышал тихий смешок учителя. И он продолжил сверлить его взглядом. Хината с трудом подавила желание выбежать из комнаты, поджав хвост. Она чувствовала, как множество взглядов сверлят её спину, и почему-то в этот момент Хината ощутила себя совершенно беззащитной. Как будто они изучали её, как подопытную крысу. И она точно не могла забыть самые угрожающие взгляды, которыми её одарили Сакура и Карин. Её жизнь теперь разрушена, и она снова ничего не может с этим поделать. Услышав звонок, Саске тут же вскочил со своего места и небрежно перекинул сумку через плечо. Нет, он не смотрел на Хинату. Ему было всё равно, и так будет всегда. Он не успел как следует её рассмотреть, но, судя по тому, как она вошла в класс, в ней, скорее всего, нет ничего особенного. Поэтому он решил, что весь год будет делать всё возможное, чтобы не замечать её. Он даже не взглянул бы на неё, потому что был уверен, что столкнётся с очередной одержимой фанаткой с психическим расстройством. Разочарованно вздохнув, Хината с привычной грацией подняла сумку и вышла из класса. Киба и Шино подошли к ней и стали расспрашивать, всё ли с ней в порядке. Точнее, расспрашивал Киба, а Шино просто кивал и соглашался. Но в тот момент Хинате хотелось только одного — пойти в библиотеку. Поэтому, попрощавшись и выслушав заверения Хинаты в том, что с ней всё в порядке, две её лучшие подруги наконец решили оставить её в покое. Когда она толкнула стеклянную дверь, её встретил запах новых книг и знаний. Сказать, что Хината любила книги, — значит не сказать ничего. Она была одержима ими! Если бы ей нужно было выбрать что-то самое важное в мире, она бы выбрала книги. Ну, может, только в своём мире. Девушка из Хьюги быстро провела пальцами по различным рядам и столбцам, полным чудес и магии. Кто-то мог бы назвать её сумасшедшей, но, по крайней мере, она была чем-то занята. По крайней мере, она была собой, даже если была всего лишь незаметной, простой и скучной библиотекаршей. Два её лучших друга, Киба и Сино, приняли её такой, и она благодарна им и любит их за это. По правде говоря, она прочла все книги в этой просторной библиотеке. Но она должна признать, что без колебаний прочла бы их все заново. Книги помогают ей расслабиться и отвлечься от всех проблем, которые преподносит ей реальность. Как и сегодня, подумала она с крайним смущением и раскаянием. Она закрыла глаза, и перед её мысленным взором пронеслись образы Учихи. От этого она только сильнее нахмурилась, чувствуя, как в душу закрадывается чувство вины. Может быть… ей было немного жаль, что она испортила первый год обучения Саске в старшей школе. Но ведь не только ему! Она тоже испортила свой год, насколько это её касалось. И, поймав себя на ещё одной досадной мысли, она громко застонала, зная, что всё равно осталась одна. Тяжело дыша, Саске опустился на пол. С каждым днём фанатки становились всё быстрее. Хотя, возможно, он ошибается и сегодня за ним гналась только команда по лёгкой атлетике. Отбросив тревожные мысли, он понял, что оказался в школьной библиотеке. И ему в голову пришла только одна мысль. 'Надо почитать мангу. Извините, если она слишком короткая. Я хочу сначала попробовать и посмотреть, понравится ли она вам. Мне нравится моя история, и я буду продолжать её, независимо от того, буду ли я доволен отзывами. Спасибо, что читаете! X) О, но я никак не могу понять, кому ещё понравится Хината. Я не знаю, кого выбрать! Чёрт. До следующего раза! ;) Глава 1 из 4 Далее »Йоу! Спасибо вам за замечательные отзывы! Они действительно подняли мне настроение. Это мой первый фанфик про Сасухину, и я очень нервничала, когда публиковала первую главу. Чтобы отблагодарить вас за вашу потрясающую реакцию, я буду публиковать главы быстрее, чем планировала. Ура нам! XD лол. Что ж, я решила сделать акцент на соперничестве между братьями и сёстрами, которое также является одним из моих любимых фандомов. Любовный треугольник ИтаХинаСасу! Обожаю его до смерти! Я тоже много читаю, так что с удовольствием попробую. X) Если вам интересно, как называется мой другой аккаунт, то это BubblesPopx. Там только истории о Нарухине. Не знаю, просто на случай, если вам интересно. ;P Отказ от ответственности: я не являюсь владельцем «Наруто». Если бы я был им, то, скорее всего, сериал назывался бы «Хината Шиппуден». :P Когда Встречаются Придурки ~Глава 2~ Внутренний отаку в Саске радостно завопил при виде всей этой манги. Там были ряды и ряды красочных обложек с фантастическими и захватывающими дух рисунками, которые, по сути, были его главной страстью. Если бы команда по бегу не погналась за ним, он бы не нашёл то, что могло бы стать его новым убежищем в школе. Конечно, Саске мог бы просто зайти в интернет и с лёгкостью прочитать все страницы... но это было не так здорово, как прикасаться к настоящим книгам. От одного взгляда на иллюстрации у него захватывало дух, и он в миллионный раз пожалел, что не так хорош в рисовании. В детстве Саске сам читал разные манги. Он тоже пытался копировать некоторые рисунки, и учителя всегда хвалили его. Но дома всё было по-другому, и именно тогда для счастливого и беззаботного мальчика всё изменилось. Восьмилетний Саске показал свой рисунок, которым он очень гордился. На нём был изображён Гоку из «Жемчуг дракона Z», и Саске был его большим поклонником. Его дерзкая ухмылка не осталась незамеченной старшим братом Итачи. «Что это за отото? Похоже, эта бумажка делает тебя счастливее, чем если бы я повёл тебя в парк», — заявил старший Учиха, приподняв бровь в знак здорового любопытства. Улыбка Саске стала ещё шире, когда он просто передал лист бумаги Итачи. Его глаза сияли от предвкушения и огромного желания получить одобрение брата. Когда Итачи с улыбкой вернул ему лист, Саске смог лишь улыбнуться в ответ и обнять старшего брата. Только Итачи мог заставить восьмилетнего мальчика почувствовать себя победителем лотереи. Выбежав из комнаты, Саске направился к матери и отцу. Увидев, что они что-то обсуждают в гостиной, воодушевлённый ребёнок стал ждать своего часа. Прошло несколько минут, а Саске всё ещё стоял на месте. Его лучезарная улыбка сменилась надутыми губами. О чём они говорят? Конечно же, это не может быть так же важно, как фотография Гоку, не так ли? Саске пожал плечами и решил, что, может быть, он просто расскажет им об этом позже. Но проходили дни, а родители лишь отмахивались от него или ворчали в знак согласия. Саске был умным ребёнком, и ему было больно осознавать, что эти незначительные действия что-то значат. Их не волновала его страсть к аниме и манге. Они никогда не признавали, что у него есть талант. Талант, которого не было даже у Итачи. Они говорили, что это ребячество. И этого определённо было недостаточно для управления целой компанией, в частности компанией «Учиха», которая производила контактные линзы и продавала их по всему миру. Саске пытался абстрагироваться от аниме. Он пытался много раз, но все попытки заканчивались провалом. Однажды он проигнорировал новость о том, что вышло новое обновление манги «Блич». Но не прошло и часа, как он прочитал его. И оно ему понравилось так же сильно, как и в восемь лет. Ему не избежать своей очевидной судьбы — стать мангакой. И всё же, несмотря на свои мечты и цели, он по-прежнему прятался за фальшивой личностью. Он покажет им, он правда покажет, когда будет готов… Когда черноволосый подросток закончил вспоминать прошлое, он продолжил листать книги, которые называл своим «спасательным кругом». Вздохнув от скуки, Итачи Учиха оторвал взгляд от книги, которую держал в руках, и увидел Хинату. Он просто наугад взял книгу из раздела «История» и тут же пожалел об этом. Он вспомнил нежную улыбку Хинаты, которой она одарила его, когда он вошёл в класс несколько минут назад, и тоже улыбнулся. Несмотря на свою невозмутимость, Итачи знал, что встреча с Хинатой неизбежно изменит его настроение. Конечно, Итачи мог бы просто заменить книгу на что-то другое, как сделал бы любой нормальный человек, но Хината очень рекомендовал её, когда упомянул, что пишет эссе по истории. И всё же он чувствовал себя совершенно глупо и абсолютно… униженным. От одного вида Хинаты у него непривычно сводило желудок. Но это не значит, что ему это не нравилось. Он чувствовал себя так из-за очевидного факта: ему даже не нужно было идти в библиотеку. Он знает всё, что нужно знать, и просто сидеть в библиотеке — значит тратить его драгоценное время впустую. Единственная причина, по которой он приходит сюда каждый день, — это желание увидеть девушку, которая заинтриговала его больше всего. Хината Хьюга. Да, простая девушка, которая подрабатывала библиотекарем. Итачи знал, что это неправильно. В конце концов, он на 5 лет старше неё. Чёрт, она ровесница Саске! Но, тем не менее, она очень интересная девушка. Не такая экзотичная, как Сакура, и не такая красивая и очаровательная, как Ино. Темноволосый парень сравнил этих трёх девушек одного возраста и быстро исключил двух других, решив, что ему нравится только девушка с волосами цвета индиго. Двое других... ну, скажем так, Саске описывал их как совершенно невыносимых. Она простая. Простая, но в то же время грациозная и элегантная. Итачи чувствует, что постепенно привязывается к ней. Поэтому он продолжал ежедневно приходить в библиотеку. Сначала просто из любопытства. Потому что в первый раз, когда он решил зайти в библиотеку, она была там. Тогда она не вызвала у него особого интереса, потому что сидела, опустив голову, и что-то бормотала в ответ кому-то другому. В конце концов человек, с которым она разговаривала, в раздражении ушёл. Очевидно, это произошло из-за того, что она не могла поддержать нормальный разговор. Как только человек ушёл, Хината громко вздохнула. Она в отчаянии провела рукой по волосам и выругала себя за неспособность общаться, как любой нормальный человек. «Бака, бака, бака! Почему я не могу высказаться? Фу! Я даже не знаю, почему я вообще стал библиотекарем. Я здесь совершенно бесполезен. Хотя я люблю книги… Но этого недостаточно! Мне нужно научиться правильно разговаривать с людьми. О! Может, я могу одолжить Акамару у Киба-куна и потренироваться на нём». Погодите, о чём я думаю? Люди подумают, что я сошла с ума! Акамару подумает, что я сошла с ума!... Может, я и правда сошла с ума… Хотя Акамару — собака. Наверняка он не будет против, если я буду практиковаться на нём? Я действительно сошла с ума… — Она говорила полными предложениями, жестикулировала и время от времени стонала от отчаяния, продолжая жаловаться и разговаривать сама с собой. Губы Итачи изогнулись в ухмылке. Какая ирония, подумал он про себя. Кажется, что эта девушка не может говорить с кем-то другим ... И все же сама по себе она говорит бессвязно, как будто произносит всемирную речь. Наконец, решив, что это его шанс спросить её о книге, он вышел со своего прежнего места и медленно направился к ней. Она по-прежнему сидела с закрытыми глазами, нахмурив брови и надув губы. Он почти пожалел, что потревожил её, и поздоровался с ней, как обычно. — Э-э-э, — просто произнёс он, заметив, что она чуть не подпрыгнула от его внезапного «приветствия». Она заметно покраснела и широко раскрыла глаза, застигнутая врасплох. И впервые Итачи заметил, какие у неё большие глаза. Большие, невинные глаза, в которых едва уловим оттенок… лаванды? Сначала он удивился, но вскоре снова надел свою бесстрастную маску. Она несколько раз моргнула, увидев его, и, вероятно, покраснела сильнее, чем когда-либо в его жизни, полной краснеющих и флиртующих девушек. Он почувствовал облегчение, когда понял, что она не слепая. У неё были красивые глаза, но в них читалось столько искренних эмоций, что Итачи казалось, будто он может заглянуть ей в душу. Её глаза говорили сами за себя, и старший Учиха решил, что они ему нравятся. «Э-э-э-это… тебе что-то нужно?» — спросила она, снова опустив голову и перебирая пальцами. Итачи ожидал, что она будет с ним флиртовать, но был ошеломлён, когда понял, что она хочет лишь одного — исчезнуть из его поля зрения. Он приподнял бровь и просто попросил книгу, которую искал. Она пробормотала какое-то оправдание и убежала. Она даже не сказала, знает ли она, о какой книге идёт речь. Но она велела ему подождать. И он подождал. Через десять минут она вернулась с коробкой, полной книг, очень похожих на ту, которую он просил. «Я не просил обо всём этом», — сказал Итачи, глядя на неё снизу вверх, потому что сидел. Возможно, это прозвучало грубо, но он сказал это вежливо, потому что, очевидно, констатировал факт. Однако его очень позабавило её странное стремление помочь. «Я-я-я прошу п-прощения! Я-я просто подумал, что т-тебе бы хотелось п-познакомиться с целым м-множеством в-вариантов... Мне правда п-простительно, что я заставил тебя ждать...» Итачи был отличным наблюдателем, а Хината, будучи девушкой, которая не скрывала своих эмоций, позволяла Итачи легко угадывать, что она чувствует. Она была явно недовольна собой, ей было так грустно, что по её фарфоровой коже потекли слёзы. Итачи почувствовал, как внутри него нарастает паника. Что, если кто-то увидит? Они подумают, что это он заставил её плакать. Это точно нехорошо. И хотя он мысленно спорил сам с собой, стоит ли ему уйти или остаться, он обнаружил, что может лишь смотреть на её дрожащую фигуру. Мужчина понял, что она плачет не только из-за его слов. Вероятно, дело было в том, что она столько раз совершала ошибки. Все те случаи, когда она была недовольна собой, вызывали у неё сдерживаемую печаль, которую она предпочитала скрывать. И всё же Итачи был тем несчастным, который, к сожалению, принял на себя удар её огромной печали. Слишком много сдерживаемых эмоций всегда вырываются наружу, когда люди достигают предела. Ей просто нужно было выбрать этот момент, это время, пока он был с ней, чтобы выплакать их все. "Мне повезло", - саркастически заявил он тогда. Наконец, уступив джентльмену, каким он всегда был, Итачи неловко завел руку ей за спину и успокаивающе потер ее. Она вздрогнула от прикосновения, но все равно позволила ему продолжить. Наконец успокоившись, она посмотрела на Итачи с извиняющимся выражением лица. "Мне п-жаль". - Прошептала она между всхлипываниями, вытирая остатки слез. «Я-я доставляю неприятности, н-не так ли?» — сказала она, хихикая. Несмотря на то, что Итачи недавно немного раздражало то, что ему приходится утешать незнакомку, он ухмыльнулся. Это была ободряющая ухмылка, которую он обычно дарил только Саске, но для неё он решил сделать исключение. После того случая Учиха стал приходить раз в неделю, а вскоре и каждый день. И только неделю назад он понял, что влюблён в Хьюгу. Он посмеялся над тем, как по-детски он себя вёл, учитывая, что он уже студент выпускного курса. Он скорее умрёт, чем признается Саске в том, что его отношение к женскому полу так сильно изменилось. Сегодня Хината была в очень плохом настроении. Конечно, Итачи, как обычно, пришёл, и это в какой-то степени подняло Хинате настроение. Она могла бы с уверенностью сказать, что теперь они друзья. Хотя она не хочет делать ложных предположений и говорить, что они «близки». В любом случае она рада, что из всех девочек в школе он выбрал именно её. Они, конечно, учатся в одной школе, но Итачи на университетском факультете, а она — на школьном. Он определённо привлекателен. Настолько, что ей было больно просто находиться рядом с ним. Он просто такой… идеальный. А она вся в недостатках. В таких заметных недостатках, что она просто мечтала когда-нибудь стать такой же, как её подруга. Она знает, что совсем не достойна быть его подругой; в конце концов, она всего лишь библиотекарь на полставки! Но благодаря такому другу, как он, она чувствует, что её недостатки не имеют никакого значения. Она безмерно благодарна ему и надеется, что когда-нибудь сможет отплатить ему тем же. Несмотря на эту лестную и утешительную мысль, она не могла отделаться от ощущения, что её постоянно отвлекает от главного текущая проблема. Саске Учиха. То, что она проведёт остаток года рядом с ним, — неизбежный факт. От этих мыслей у неё раскалывалась голова, а в животе всё переворачивалось. Он её ненавидит, и она это знает. На самом деле Учиха даже не пытается это скрывать. Некоторое время назад он игнорировал её, когда она села рядом с ним, а когда она взглянула в его сторону, он заметно нахмурился. Он не смотрел на неё, но она прекрасно понимала, что это из-за неё. На его красивых чертах лица появилось хмурое выражение из-за неё. Осознание того, что она вызвала у Учихи нежелательную реакцию отвращения, заставило её нахмуриться и в отчаянии опустить голову на стол. Итачи заметил это и почти поблагодарил богов за то, что они дали ему повод отложить книгу и проверить, как там Хината. «Хината, тебя что-то беспокоит?» — спросил он как ни в чём не бывало, скрывая беспокойство в голосе. Подняв голову, Хината открыла глаза и увидела знакомую фигуру своего друга, который навещал её каждый день. «Я в-в порядке, Итачи-сан. Т-спасибо тебе за заботу». Она пробормотала это с благодарной улыбкой на губах. Итачи слегка нахмурился из-за формальности, с которой Хината обратилась к нему. Она всегда будет называть его этим именем. «Итачи сан.» Его раздражало то, каким старым он себя чувствовал всякий раз, когда она произносила этот суффикс. Вернувшись к разговору, он просто уставился на неё. Конечно, после знакомства с Итачи Хината поняла, что означает его пристальный взгляд. Она слегка покраснела под его взглядом. Она знает, что он знает, что она лжёт. По одному его взгляду она могла бы поклясться, что он говорит: 'скажи мне правду.' «Н-ну… п-просто… твой брат…» Но Хинату прервали, окликнув её. «Хината! Библиотека закрывается! Пожалуйста, убедись, что все уйдут через пять минут, хорошо?» — прокричал голос, вероятно, даже не дожидаясь ответа от Хьюги. Хината быстро встала со своего места за партой, извинилась перед Итачи и заверила его, что всё расскажет ему на следующий день. Он неохотно ушёл, но обернулся, чтобы посмотреть на её удаляющуюся спину, прежде чем продолжить свой путь. На его лице всё ещё было написано недовольство. 'Она что, собиралась назвать его братом? А как же Саске? Нет, наверное, нет… Должно быть, я ослышался.' Какой бы огромной ни была библиотека, Хината обыскала каждый её уголок. Она двигалась медленно, потому что ни за что на свете не хотела стать причиной того, что кто-то застрянет здесь. Подойдя к отделу манги, который она всегда обыскивала в последнюю очередь, потому что туда почти никто не заходил, она заметила… что-то чёрное. А потом она увидела голову, а за ней, очевидно, и тело. «Забавно, что сегодня здесь кто-то есть.» — подумала Хината с улыбкой на лице. Никому не хочется попасться в отделе манги, но этот человек всё же здесь. Но когда Хината наконец увидела его лицо, её охватил ужас. "Саске?" она мысленно ахнула, не веря своим ушам. Хината уже собирался повернуться и уйти, но заметил, что он еще не двинулся с места. Он даже не повернул головы в ее сторону, и поэтому она остановилась как вкопанная. - Он спит. Женщина вздохнула с облегчением. Вернувшись и наклонившись, она обнаружила, что пол завален мангой. Харуто (A / N: лол, Харуто…Я знаю, знаю. Но я же не могу сказать «Наруто». К тому же! Это название я использовал для другого своего фанфика в другом аккаунте.) «Блич», «Жемчуг дракона Z», «Ван Пис», «Пожиратель душ», «Возрождение»!… да что угодно! Все они были разбросаны по полу. Не успела Хината подумать о том, как небрежно Саске обращается с книгами, как её глаза расширились от внезапного открытия. «Саске не мог всё это читать? Это… Никто больше не читает мангу! По крайней мере, в нашей школе не читают…» На лице Хинаты отразилось замешательство и недоверие, пока она переводила взгляд с одной книги на полу на другую. Упрямство взяло верх над её разумом, и она отказывалась верить, что всеми любимый Саске Учиха… оказался отаку. Девушка с лавандовыми глазами была вынуждена признать, что сама является отаку, но, глядя на Саске сейчас, она уже не могла понять, что значит «отаку»! Большинство её знакомых отаку… они гордятся тем, что знают. Они не могут просто держать при себе своё мнение о любимых манге и аниме. Она скорее поверит в летающих кошек, чем в то, что видит перед собой. Хината немного поразмыслила над этим и, прочитав около сотни книг о тайнах, наконец пришла к выводу. Саске Учиха стесняется быть самим собой. Стыдится того, что он тоже не может перерасти или игнорировать то, что ему нравится. «Значит, он всё-таки человек.» — пошутила она про себя, продолжая улыбаться. И всё же, даже в присутствии великого Учихи Саске, Хината чувствовала себя… спокойно. Она слишком поспешно осудила Саске, и ей не следовало этого делать. Ей действительно не следовало этого делать, ведь даже у Саске есть свои комплексы. Она очнулась от своих мыслей, когда услышала слишком знакомый щелчок и грохот множества замков. Её сердце забилось быстрее, и она попыталась закричать так громко, как только могла. Она побежала со скоростью, о которой даже не подозревала, и добралась до входа. 'Это слишком далеко! Они меня не слышат! Они…Они уже запирают двери!' Ноги привели её на первый этаж, где она почувствовала, как что-то резко дёрнуло её за правую ногу, и она с глухим стуком упала. Она споткнулась о то, что, как она предположила, было ножкой стула, который кто-то передвинул. Отчаяние охватило её, когда она попыталась встать, не обращая внимания на пульсирующую боль. Их голоса становились всё тише, и Хинате приходилось напрягать слух, чтобы их расслышать. Она опоздала. Они заперли дверь, и она в отчаянии упала на пол. И только одна мысль не давала ей покоя, только один человек. Саске Учиха… Теперь она застряла в библиотеке со спящим Учихой. «Повезло мне…» — мысленно протянула она, и в её мыслях прозвучал сарказм. Она в отчаянии обхватила голову руками. Захватывающая концовка! Боже, я слишком часто так делаю. Лол. Что ж, надеюсь, вам понравилась эта глава. Она получилась длиннее, чем я ожидала. К тому же здесь показаны отношения Хинаты с Итачи. Боже мой. Мне они тоже нравятся! *Вздыхает* Именно это и происходит, когда я читаю фанфики ItaHinaSasu. Я просто не могу решить, с кем бы я хотела, чтобы она осталась! Но очевидно, что это будет Саске. Учитывая, что это фанфик про Саске. Но… *всхлипывает* бедный Итачи. :( Может быть, однажды я напишу фанфик про него и Хину. X) До новых встреч, ребята! :D « Предыдущая Глава 2 из 4 Следующая »Йоу! Спасибо вам всем за ожидание. Я знаю, что, возможно, потерял некоторых читателей, но я надеюсь, что появятся и новые. Мне понравились все ваши отзывы, и я действительно постарался сделать эту главу особенной для вас, ребята. Ну что ж, поехали! Отказ от ответственности: я не являюсь владельцем «Наруто». Когда Встречаются Придурки ~Глава 3~ Куренай посмотрела на часы, висевшие на стене в её комнате. Было уже 20:25, а Хината ещё не вернулась домой. Услышав звон ключей и скрип входной двери, Куренай с облегчением вздохнула. Она оставила готовку и пошла встречать приёмную дочь. «Хината, почему ты так долго...» — но красноглазая женщина увидела лишь генетически похожее на Хинату лицо. «Прости, Куренай, это всего лишь я», — извинился Неджи, заметив разочарование на лице женщины, когда она поняла, что это был всего лишь он. «Неджи! О чём ты говоришь? Я тоже рада тебя видеть. Я просто очень волнуюсь за Хинату», — призналась Куренай, слегка нахмурившись. Хината — хрупкая девушка, и всякий раз, когда на улице темнело, Куренай начинала волноваться так, будто завтра не наступит. «Она была в библиотеке. Я недавно заходил к ней, и она сказала, что сама доберётся до дома. Я, конечно, не хотел уходить, но она настояла. Может, мне вернуться и забрать её?» — с улыбкой предложил длинноволосый мужчина, чтобы успокоить её. «Ты правда сделаешь это для меня?» — спросила она с извиняющимся видом, пытаясь убедить себя, что не обременяет Неджи этой просьбой. «Конечно. Я сделаю всё для Хинаты и моей... Ооа-сан». — Он нерешительно закончил фразу. Неджи всегда было трудно называть её так, потому что он знал, что на самом деле она ему не мать. Она не мать ни Хинате, ни Ханаби, но они все любят её, как любили своих родителей. В конце концов, теперь у них была только Куренай и больше никого. Куренай тепло улыбнулась ему и продолжила провожать его взглядом, пока он шёл к своей машине. «Так... тяжело», — прохрипел Саске, обхватив голову руками. На чём, чёрт возьми, я лежу? Он раздражённо вздохнул, понимая, что ему придётся встать. Чёрт, он вообще ненавидел вставать по утрам! Но, оценив ситуацию, он решил, что встать — это наименьшая из его проблем. «Чёрт!» — сердито прошипел он, оглядываясь по сторонам и обнаруживая, что всё ещё находится в этой проклятой библиотеке. Подросток с волосами цвета воронова крыла посмотрел в окно и попытался определить время суток по проникающему внутрь свету. «Скорее, время ночи», — поправил он себя, увидев лишь слабое сияние луны и тишину, нарушаемую лишь его собственным дыханием. Затем он хлопнул себя по лицу, уже понимая, что у него есть часы и ему не нужно вести себя как выживший в джунглях, который может определить время, просто взглянув на небо. «Восемь, блин, тридцать... вечера. Тьфу, это хуже, чем когда я проснулся от того, что Наруто обнимал меня во время нашей поездки в лагерь в шестом классе и постоянно звал Сакуру». «Эй! Есть здесь кто-нибудь? Что, чёрт возьми, я несу? Библиотека закрыта, чёрт возьми! Здесь никого нет». Подросток в отчаянии сел на пол, решив, что ему уже не выбраться. Ему придётся просто ждать до утра. «Это только что был Саске... Что мне делать? Сказать ему, что я здесь? Я... я не могу! Он во всём меня обвинит! А потом превратит мою жизнь в ад. Погодите... почему я беспокоюсь о Саске?» А ещё есть тысячи фанаток, которые с меня шкуру спустят, если узнают, что я провела с ним целый день в запертой библиотеке!» Хината, очевидно, всё ещё не могла смириться с тем неизбежным фактом, что её судьба предрешена и в любом случае она умрёт ещё до того, как закончит школу. Чёрт, да она умрёт ещё до того, как у неё появится первый парень! Девушка с лавандовыми глазами задержала дыхание и досчитала до десяти. Она медленно поднялась с места, где сидела, и маленькими шажками направилась туда, откуда доносился крик Саске, или, скорее... его жалобы. Знакомое и совершенно неприятное ощущение — стук сердца — отдавалось у неё в ушах. Тяжело дыша, Хината вышла на глаза парню. «У-у-учиха… сан», — она не могла сдержать дрожь в голосе. По её лицу стекали капли пота, и Хината всерьёз задумалась, так ли плохо она выглядит, как ей кажется. Саске слегка прищурился, глядя на неё, а затем снова стал серьёзным. «Кто ты? И какого чёрта ты здесь делаешь?» — грубо спросил он, медленно оглядывая её дрожащую фигуру. Она густо покраснела, когда он снова окинул её взглядом. Саске тут же отбросил первую мысль, которая пришла ему в голову... а именно, что она определённо привлекательна. С отвращением покачав головой, он сказал следующее, что пришло ему в голову. «Ты что, фанатка?» — раздражённо спросил он, сверля её взглядом, и совершенно забыл о своей первой мысли. На мгновение Хината почувствовала, что его тон начинает её раздражать. Особенно её задело то, что он сразу же обвинил её в том, что она одна из его навязчивых фанаток. — Д-д-не льсти с-с-себе, — неуверенно выдавила она. В её воображении она звучала сильной, независимой и смелой. Но на самом деле она могла только мечтать о том, чтобы звучать так, потому что в реальности? Она звучала слабой, как мышка. Хината также поняла, что он понятия не имеет, кто она такая. Ради всего святого, они же сейчас сидят рядом! И это окончательно убедило Хинату в том, что она на 100 % невидима. Саске прищурился и усмехнулся, отведя взгляд. «Так что ты здесь делаешь?» «Я-я тоже за-заперлась внутри», — призналась девочка, смущённо опустив глаза. Конечно, ей следовало добавить, что она работает там библиотекарем на полставки, но он не спросил, так что ей не пришлось ему говорить… пока. Если бы она сказала, что работает там, он бы спросил, почему у неё нет с собой ключей. И, к сожалению, она их забыла, но не стала бы говорить об этом разозлённому парню, стоявшему перед ней. После этого над ними повисла тишина. Это было неловкое молчание. Через 5 минут Хината уже устроилась на своем нынешнем месте, время от времени украдкой поглядывая на единственное человеческое существо, находившееся рядом с ней в данный момент. И тут Хината внезапно вспомнила о его любви к манге. По крайней мере, так она решила несколько часов назад. Недолго думая, девушка с лавандовыми глазами заговорила. «Н-новые т-тома манги б-будут представлены з-здесь на следующей неделе», — тихо сказала она. Но, осознав, что, возможно, сказала что-то не то, она зажала рот руками. Теперь Саске мог признать, что был шокирован. Зачем она ему это сказала? Она бы не стала, никто в здравом уме не сказал бы такое Саске Учихе. Разве что… она знала. «Полагаю, ты и так знаешь», — обречённо ответил он. «Ч-что?» — глупо переспросила девушка, застигнутая врасплох, ведь она никак не ожидала, что он ответит. «Моя одержимость», — нетерпеливо ответил Учиха. «О-о». Хината просто не знала, что сказать. Неужели он не хотел, чтобы люди знали о его увлечении? Она не могла понять, почему он хотел это скрыть. «Мне-мне тоже нравится м-манга… если т-так тебе будет л-легче», — призналась она. Хината ожидала какой-нибудь грубой отповеди вроде «Как ты можешь это понимать?» или чего-то в этом роде… «Хм…» — просто произнёс он. Девушка с лавандовыми глазами посмотрела на него и могла бы поклясться, что выражение его лица смягчилось, пусть и совсем чуть-чуть. «Тебе нравится «Блич»?» — спросил он, снова удивив девушку из клана Хьюга. «Д-да», — неуверенно ответила она, гадая, к чему приведёт этот необычный поворот разговора. «Тогда… Тебе нравится Ичиго?» «Эм… он же г-герой, не так ли?» Хината считает, что Саске не нравится Куросаки Ичиго, но… кто может ненавидеть героя? Это всё равно что ненавидеть Харуто из «Харуто»! Весь сериал основан на жизни героев, верно? «Он бесполезен, на самом деле он слабый. Я имею в виду, как, чёрт возьми, можно победить всех своих врагов одним движением? По-моему, это глупо». Хината протёрла глаза и ущипнула себя. Неужели это действительно Саске Учиха? Неужели она действительно разговаривает с ним? «Наверное… но он д-действительно заботится о своих д-друзьях. И я-я думаю, что он с-сильный благодаря им». «Кубо Тите, конечно же, хотел бы, чтобы ты так думал», — сказал Саске, глядя Хинате прямо в глаза. — Д-да. «А что насчёт Харуто? Как Харуто мог поверить, что сможет изменить Тасукэ (Сасукэ)? Очевидно, что Тасукэ теперь нет дела до Монохи (Конохи… лол)». Девочка-подросток мысленно поблагодарила себя за то, что разбирается в современных манге и аниме. Этот разговор мог бы пойти по такому пути, что в значительной степени, если не полностью, устранило бы неловкость между ними. Но прежде чем Хината успела озвучить свою мысль, начался ливень. Похоже, скоро разразится гроза. Сначала дождь моросил, но теперь он лил так сильно, что Хината не слышала собственных мыслей. Хината посмотрела на Саске и поняла, что его трясёт. Как будто он был... травмирован. Через несколько минут Саске встал и подошёл к Хинате. Сказать, что Хината нервничала, — значит ничего не сказать. Когда Саске сел рядом с Хинатой, конечно же, оставив между ними небольшое расстояние, он даже не взглянул на неё. Он сидел к ней спиной, но она знала, что он беспокоится совсем не о том, о чём беспокоилась она. Вдалеке прогремел гром, слегка напугав Хинату, и она вздрогнула от неприятного ощущения. Но Саске явно было трудно с этим справиться. Теперь он неконтролируемо дрожал, а в библиотеку через приоткрытое окно наверху проникал холодный ветер. Хината раздумывала, стоит ли её утешать. Накричит ли он на неё? Просто отойдёт в сторону? Она решила, что должна сделать всё, что в её силах. В этот момент ему был нужен кто-то. И тогда она, повинуясь порыву, положила руку ему на спину, как когда-то Итачи сделал для неё, и успокаивающе погладила его. С её стороны это было определённо неловко, особенно если учесть, что она ожидала, что он закричит и оттолкнёт её. Но вместо этого он, казалось, лишь немного успокоился. Громкие удары дождя по стеклу машины заставили Саске поморщиться от неприятного ощущения. Они направлялись в дом Хьюга по делам, и их отец уже был там. Саске, мягко говоря, нервничал из-за того, что его матери придётся ехать в такую плохую погоду. Итачи успокаивающе взъерошил волосы Саске и заверил его, что они уже близко к месту назначения. Прошло всего несколько секунд, всего несколько секунд, и всё это исчезло. Послышались крики и визг, и последнее, что запомнил Саске, — это полные слёз глаза его матери и её до боли тёплая улыбка. Итачи держал Саске, изо всех сил стараясь оградить его от всех этих событий. Но всё было так ясно. Было слышно всё: каждый стук капель дождя и каждую каплю крови его матери… повсюду. Даже Итачи, его идеальный, просто идеальный брат, не смог помочь... Недолго думая, Саске бросился на Хинату и крепко обнял её, не собираясь отпускать. Хината вскрикнула от неожиданности, но не оттолкнула его. Неужели он... плачет? Я... люблю вас обоих, н-навсегда запомни это, о-окей? Убирайся н-на... сейчас... Машина в-взорвётся, в... любую минуту н-на... «Окасан! Я не брошу тебя, не брошу!» — вызывающе крикнул Саске, вырываясь из рук брата, который пытался увести его в безопасное место. «С-саске, будь м-моим хорошим мальчиком… и у-уходи… ладно?» — в изнеможении прошептала она, поднося свою всё ещё нежную руку к его лицу и размазывая кровь по его пухлой щёчке. Это были последние слова, которые его мать сказала ему перед тем, как Итачи грубо подхватил Саске и побежал. Раздался взрыв, и Итачи решил взять на себя роль старшего из них двоих. Он прижал Саске к себе и стал шептать ему на ухо успокаивающие слова, которые должны были утешить восьмилетнего мальчика, который рыдал и вырывался. Ни один из них не сработал, потому что до этого момента всё было предельно ясно. — С-саске-сан… — выдохнула Хината, покраснев от такого близкого контакта. Это вывело Саске из задумчивости, и он тут же отпустил девушку. Затем он решил повернуть голову в противоположную от Хьюги сторону, не желая видеть выражение её лица. Саске Учиха, парень, который презирает любые личные контакты с живыми девушками или парнями, только что обнял девушку, которую едва знает. Вот каково это — сойти с ума. Саске Учиха был крайне смущён. После того как они выберутся отсюда, он больше никогда не заговорит с ней, не посмотрит в её сторону и даже не попытается дышать с ней одним воздухом. Возможно ли это? Саске было всё равно. Хината была в полном замешательстве. Стоит ли ей теперь заговорить с ним после того, как он так её обнял? Может, ей стоит оставить его в покое? Она действительно не знала, что делать. Поэтому, не особо задумываясь о том, что она делает, но просто чувствуя, что так будет правильно, она протянула руку и взяла его за руку. Она тоже начала напевать, чтобы успокоить не только его, но и себя. Он хотел отстраниться, я имею в виду, кем она себя возомнила, если так хватает его за руку? Хотя он только что её обнял. И чувствовал тепло её рук, такое же, как у его матери, и ему было больно даже думать об этом. И… она что, напевает? Такая… нежная, красивая и мягкая, такая мягкая. Он не мог её оттолкнуть. Не мог, ведь эта девушка так похожа на мать, по которой он так скучал. Дождь вскоре прекратился, и снова воцарилась тишина. Хинате очень хотелось спать, веки налились тяжестью. Она давно не спала, потому что боялась гнева Саске. Но теперь она просто не могла больше сдерживаться и позволила себе уснуть. Почувствовав лёгкое давление на плечо, он украдкой взглянул на Хьюгу. «Она спит», — подумал он. Она положила голову ему на плечо, и Саске с удивлением обнаружил, что ему совсем не противно. И хотя умом он понимал, что ничего о ней не знает, сердце подсказывало ему обратное. Неджи потребовалось около двух часов, чтобы вернуться в школу. Обычно, конечно, дорога не занимала столько времени. Но из-за только что прошедшего ливня Неджи чувствовал себя крайне некомфортно и тревожно. Хиаши Хьюга, его дядя и отец Хинаты, погиб в автокатастрофе. И, скажем так, ливень был таким же сильным. Поэтому Неджи неохотно переждал его на ближайшей заправке. Теперь, когда он был в библиотеке, он достал ключ от двери и открыл её. Неджи, будучи чрезмерно заботливым двоюродным братом, попросил у Хинаты дополнительный ключ от библиотеки. Тогда он сказал, что это в целях «безопасности», но, по правде говоря, он просто хотел избавиться от постоянного беспокойства о том, что у Хинаты появится парень и они будут тайно встречаться в библиотеке. Может быть, его воображение просто разыгралось, и на самом деле ему не о чем беспокоиться. В конце концов, мы говорим о Хинате. Но он и не подозревал, что его догадки были не так уж далеки от истины… Итачи никогда особо не переживал. Но было уже 10:30, а Саске всё не возвращался. Обычно он приходил очень рано, потому что после школы его всегда засыпали признаниями и флиртом. «Только не говори мне, что он передумал», — подумал Итачи. Его воображение тоже взяло верх. «Ага, конечно», — добавил он с ухмылкой. Когда Саске передумает, это, скорее всего, будет означать конец света. — Хииинатаааа! — крикнул Неджи с лёгким беспокойством в голосе. «Если Хинаты здесь нет, то я не знаю, что мне делать». Глаза Саске расширились от облегчения, которое ударило его, как один из ударов Сакуры по Наруто, и он продолжил будить Хинату. «Эй», — сказал он, легонько встряхнув её за плечи. Но это только заставило её крепче вцепиться в него и закинуть ногу ему на бедро. Саске почувствовал, как его лицо заливается румянцем, и тот, кто пришёл за ней, скорее всего, не обрадуется тому, что она прилипла к нему. Как ни странно, Хината очень крепко спит. И если в этот момент она за что-то держится, то не отпустит. Жаль, что Саске этого не знал. "Хинаатааа самааа!" Неджи крикнул еще раз. Наконец, придя к выводу, что, возможно, она не могла услышать его оттуда, где он находится, он продолжил подниматься по лестнице… что в конечном итоге привело бы его к самому страшному кошмару. Сасукэ запаниковал, пытаясь отцепить от себя девушку. Возможно, ему и нравилась её близость, но он всё равно должен был это сделать. Однако его действия привели лишь к тому, что девочка прижалась к нему ещё сильнее и уткнулась лицом ему в шею. «О боже», — мысленно воскликнул Саске, испытывая внезапное желание прикоснуться к ней. Это было так на него не похоже, но в то же время казалось таким правильным. «К чёрту эти дурацкие подростковые гормоны!» — выругался он, обращаясь к небесам. «Хина… х-х-хината… ХИНАТА САМААААА!» — возмущённо закричал Неджи, стиснув зубы и с отвращением глядя на них. Ну, с отвращением он смотрел только на Саске. Увидев Хинату в таком виде, когда её юбка, возможно, приоткрывала часть ягодиц, он просто не мог смотреть на неё так. Его лицо стало невыносимо красным. Значит, это действительно семейное… «Какого чёрта ты творишь с моим двоюродным братом?» — крикнул Неджи Саске. Саске слегка вздрогнул от неожиданности и в очередной раз удивился тому, что девушка до сих пор не проснулась. «Как видишь, это она цепляется за меня», — сухо ответил он. «Что ж, похоже, тебе всё равно, Учиха», — процедил Неджи сквозь зубы, глядя на Учиху сверху вниз самым мрачным взглядом. Саске уже собирался съязвить в ответ, но понял, что не может. В конце концов, он действительно не возражал против того, чтобы она была так близко к нему. Неджи воспринял это как сигнал к тому, чтобы немедленно увести Хинату от этого, хоть он и не хотел этого признавать, красивого мужчины. Взяв её на руки, он решил во что бы то ни стало заставить Хинату рассказать, что произошло. А после этого, независимо от того, была ли её история достаточно невинной или нет, он будет держать её подальше от Учихи. «Не смей прикасаться к Хинате. Не подходи к ней, не разговаривай с ней». Он довольно угрожающе пригрозил, развернулся на каблуках и зашагал прочь, ну, то есть загрохотал. «Хината, да? Значит, её так зовут. Хех. Думаю, это будет непросто, учитывая, что она сейчас сидит прямо рядом со мной», — торжествующе размышлял черноволосый подросток. Фух! Что ж, я закончил третью главу. Я знаю, что это заняло много времени, но, честно говоря, я действительно планирую продолжить. Но поскольку у меня в этом семестре математика, естественные науки и история, мне довольно сложно регулярно обновлять информацию. Тем не менее я буду стараться и очень благодарен за все отзывы. За каждый из них! Ещё раз спасибо за отзывы. Это меня очень радует. :) А из-за всей этой учёбы? Скажем так: мало что может сделать меня таким же счастливым, как раньше. « Первый « Предыдущий Глава 3 из 4 Следующий » Йоу! Да-да, давно не виделись… как у вас дела, ребята? Лол. Глупый и неловкий вопрос. :S В общем, вот вам четвёртая глава! Я отвечу на все ваши отзывы и предложения. В конце концов, сейчас лето! УРА! Давайте начнём эту вечеринку. X) Я начну с того, что представлю вам, замечательные люди, четвёртую главу! Боже, у меня ушло несколько месяцев на обновление. Кто-нибудь ещё читает? XD Если да… Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. О.О P.S. Читатели, которые надеялись, что Саске и Хината поговорят о перерождении, извините. Мои знания довольно ограничены… в смысле, очень ограничены. Так что я напишу, что смогу. О, и я обычно добавляю немного милых моментов между другими персонажами и Хинатой, кроме Саске и Итачи… так что следите за ними. XD Отказ от ответственности: я не являюсь владельцем «Наруто». Когда Встречаются Придурки ~Глава 4~ Библиотека — 23:05 Саске нахмурился, глядя, как капли дождя падают на землю. Неужели капли дождя насмехаются над ним? Нет, конечно, капли дождя не насмехаются над ним. Это Хьюга Неджи насмехается над ним, игриво поддразнивая его, пока сам купается в лучах славы от того, что имеет право так обнимать Хинату. Неджи крепче прижал к себе Хинату, которая крепко спала у него на руках. Саске совершил немыслимое — приставал к его кузине… прямо у него на глазах. Люди правы. Учихи действительно такие самовлюблённые. Хината-сама слишком хороша для них. СЛИШКОМ-ХОРОША. На самом деле это всё, что Неджи может сказать, чтобы утешить себя за то, что он не смог защитить её лучше. Тогда бы она никогда не сблизилась с Учихой. Хотя тот неоспоримый факт, что Саске хмурился, действительно успокоил Неджи. Хмурился ли он из-за дождя, который ему придётся переждать по пути домой, или из-за того, как Неджи обнимал свою кузину, — Неджи было всё равно. Неджи слегка припрыгивая направился к своей машине, даже не взглянув на несчастного Саске. Когда промокший и замёрзший Неджи вошёл в дом, он не мог отделаться от неприятного ощущения, пробежавшего по его спине. Возможно, ему придётся принять дополнительные меры предосторожности, когда он будет присматривать за Хинатой. Хотя, возможно, позже она отвергнет его за то, что он душит её своей братской любовью. Что же ему делать? Погрузившись в раздумья, он решил, что лучше сначала принять душ. Он уже собирался войти, когда Куренай внезапно преградила ему путь. «Как ты думаешь, что ты делаешь, Неджи?» — спросила она таким тоном, словно он украл что-то важное для неё, обвинительным и слегка холодным. «Я собираюсь принять душ». «С Хинатой на руках?» — парировала она, глядя на невинную девушку, которая крепко и сладко спала. Тогда она выхватила Хинату из его рук и ушла, не сводя с него глаз. Неджи схватился за лицо. Может быть, это и было причиной его беспокойства. Итачи сдержал смешок, который так и рвался наружу, когда он увидел, во что превратился его брат за полтора часа. Саске промок с головы до ног; даже если бы он вернулся на поезде, он всё равно был бы насквозь мокрым. Итачи, который никогда не смеялся над чужими несчастьями, просто протянул младшему брату полотенце. Аура Саске была довольно… мрачной, как обычно. Она напоминала Итачи чёрную дыру, готовую поглотить всё, что попадётся ей на пути, или, другими словами, разозлить её. Саске был немного удивлён тем, что брат не произнёс ни слова и даже не усмехнулся. И он был благодарен за то, что ему не пришлось иметь дело с ещё одной неприятностью. «Как обычно, прекрасный день, Саске?» — Итачи просто не смог удержаться и задал этот вопрос. Он усмехнулся громкому топоту и редкому рычанию, которые Саске издавал в ответ, направляясь в свою комнату. А также тому, как Саске захлопнул за собой дверь. Некоторые вещи никогда не меняются, подумал Итачи. Саске все такой же незрелый, как всегда. «А-а-а, помоги мне, Хината! Мы горим, сгораем дотла! Пожалуйста, помоги нам!» — прошептал Неджи на ухо Хинате. Он тут же повысил голос и снова прошептал: «Хината-сама! Я всего лишь невинная манга «Ван Пис», том 56! Я не хочу умирать!» Хината вскрикнула и резко проснулась. Она медленно протёрла глаза и зевнула. Затем её глаза расширились, когда она вспомнила о своей миссии. Она замечает Неджи и быстро говорит ему, что они должны спасти книги от сожжения. Неджи смущённо улыбнулся её детской реакции. Он всегда шептал ей на ухо всякие глупости, чтобы разбудить её утром. «Это был всего лишь сон, Хината-сама, а теперь собирайся в школу», — сказал он, выходя из её комнаты. Хината надула губы в ответ. Это был всего лишь сон? Но ощущения были такими реальными... особенно звучало реалистично, подумала она, и её губы стали ещё более надутыми. И тогда реальность обрушилась на неё, словно крича: «Проснись!» «Саске… вчера…» «Он... он, скорее всего, сделает вид, что мы вообще не разговаривали». Она пыталась убедить себя. Она не хотела питать ложные надежды. Саске боится показать себя настоящего. Ему будет довольно сложно скрывать это от такой чудачки, как она. И хотя она пыталась подбодрить себя реальными фактами, в её глазах читались... грусть и разочарование. Она тоже боялась, что, если узнает, что Саске не такой, каким она его себе представляла, ей будет сложнее сидеть рядом с ним? Будет ли ей сложнее разговаривать с ним? Хината забралась в машину Неджи, готовая, как никогда, сесть рядом с Саске... и ничего не изменилось. Он по-прежнему игнорировал её, а она жалела, что вообще родилась на свет, чтобы сталкиваться с его удушающим эгоизмом. «Хината-сама, я жду тебя здесь ровно в 18:00. Не опаздывай после работы в библиотеке, иначе я сам за тобой приду». «Э-э… О, хорошо, Неджи-нии-сан. Я буду здесь», — ответила она с лёгкой улыбкой. «О, и держись подальше от этого… Учихи». Хината заметила, что Неджи выплюнул слово «Учиха», как кусок безвкусной жвачки. «Тебе не нужно об этом беспокоиться», — быстро заверила она. Она развернулась и побежала в сторону Кибы и Сино, как только заметила их. В конце концов, Кибу не так уж сложно заметить, когда он так размахивает руками. «Привет, Хина-тян! Ты скучала по мне? Кого я обманываю? Ты всегда по мне скучаешь… верно?» — поздоровался Киба и с надеждой спросил: «Конечно, Киба-кун, я тоже скучала по Шино-куну. В конце концов, мы же лучшие друзья». Она весело улыбнулась. Киба действительно напоминал ей собаку. Он всегда преданный и очень милый. «Ой, зачем ты ещё и Сино туда приплёл?» — пошутил Киба. «Почему? Потому что она...» Сино не успел закончить предложение, так как Киба решил, что дискуссия окончена. «Ну ладно. Пойдём на урок, Хина-тян!» — воскликнул Киба и потащил Хинату за руку в класс. «Они говорят, что я их лучший друг… но я всё равно чувствую себя одиноким», — сказал Шино, словно вспомнив о чём-то. Не то чтобы он был расстроен, но он чувствовал себя чужим в их маленькой компании. Что ж, ему это даже нравилось. Он знает, что они всё ещё его любят. Хината замерла на месте, увидев Саске, который уже сидел за партой и чихал. Она не обратила внимания на его чихание, а просто хотела уйти. Её остановил Киба, когда она врезалась в его твёрдую грудь. «Ого. Куда ты собралась, Хина? Класс прямо здесь», — констатировал очевидное Киба, удерживая её за плечи. «Б-но Киба кун! » Глядя на её жалкое состояние, Киба подумал, что, возможно, всё не так просто, как ему показалось сначала. Он бросил взгляд на Саске и понимающе посмотрел на Хинату. «Хина… Я знаю, что тебе тяжело сидеть рядом с этим эгоистичным и неприятным типом. Но ты сильнее этого!» — сказал он самым ободряющим тоном, на который был способен. «Спасибо… Киба-кун», — поблагодарила она. Она поцеловала его в щёку и побежала в класс, не замечая, как сильно потрясён Киба, который всё ещё держал в ладони щёку, к которой только что прикоснулись губы Хинаты. «Ого», — только и смог произнести он, широко ухмыльнувшись и войдя в комнату вслед за ней. Саске посмотрел на Хинату, когда она села рядом с ним. Она ожидала, что он отвернётся с бесстрастным выражением лица и снова проигнорирует её присутствие. Но вместо этого он продолжал смотреть на неё. Даже с его сопливым носом и сонными глазами. Саске был в самом ужасном состоянии. Он выглядел просто ужасно, но Хината, глядя на него, ничего не чувствовала. Казалось, что он смотрит сквозь неё или, скорее, читает её, как открытую книгу. — Орочимару-сенсей! — громко выкрикнул Киба. «Что такое, Инузука?» — грубо ответил Орочимару. «Я… Я хочу поменяться местами с Хиной-тян!» — уверенно заявил он. Он поможет Хине-тян, даже если для этого придётся провести остаток семестра рядом с Саске. Все начали перешёптываться, а Сакура особенно злорадно ухмыльнулась при мысли о том, что Хината навсегда покинет Саске. Но когда Саске встал и при этом чихнул, воцарилась тишина. Все девочки захихикали, решив, что это, наверное, самое милое, что может сделать человек с таким лицом. С другой стороны, мальчики застонали от осознания того, что они никогда не смогут победить Саске. НИКОГДА. Разве чихание не должно быть неприятным? Только не для Учиха. «Хьюга остаётся», — заключил Саске, с несчастным видом потирая нос. Хината широко раскрыла глаза и смущённо опустила взгляд. Он что, только что сказал, что хочет, чтобы она была рядом с ним? Может быть, он действительно считает её своим другом! Все девушки быстро повернулись в сторону Хинаты и УСТАВИЛИСЬ на неё. Все были в шоке, кроме тех, кому было всё равно, как Шикамару, пока Орочимару не заставил их замолчать. «Я не передумаю, Инузука. Никаких исключений… и, — сказал он, взглянув на Саске, — Хьюга остаётся». Вот и всё. Никто не спорит с Орочимару-сенсеем. Даже Киба молчал, не находя слов, потому что... он действительно не ожидал, что Саске попросит Хинату остаться с ним. Внутри Кибы закипал гнев, но он сдерживался. Хината была сильной. Она справится с этим. Саске, наверное, хочет помучить её. И Киба позволил себе зарычать. Пока шёл урок, Саске положил листок бумаги на парту Хинаты. Саске: А ты знал, что «Возрождение» изначально была юмористической мангой, а в итоге превратилась в боевую/сёнэн-мангу? Такое случается нечасто. Думаю, можно сказать, что это чудо, что она стала более успешной как боевая манга. «Как… странно», — задумалась Хината. После всего, что произошло, он говорит о том, что «Возрождение» стало боевой мангой? Что ж, это довольно интересно… Но всё же! Как ей на это реагировать? Она отодвинула листок, написав на нём свою часть. Хината: Мне нравится Хибари Кёя. Он очень крутой и неравнодушен к животным. Никто бы этого от него не ожидал, учитывая его устрашающий вид… Эм, и если ты не против… Можно тебя кое о чём спросить? Саске непринуждённо усмехнулся. Если бы он мог сравнить себя с кем-то из персонажей Reborn, то сказал бы, что Хибари во многом похож на него самого. В конце концов, люди обычно не ожидают, что он будет отаку. Он вернул листок, не обращая внимания на взгляды одноклассников, которые услышали его смешок. Саске никогда не смеялся. И всё же, что это был за божественный звук? Похоже, так подумали все девушки, но парни вообще не услышали ничего «божественного». Ради всего святого, Саске болен! Его голос сейчас хриплый и грубый. Он совсем не бархатный и не мягкий. Саске: Интересный выбор персонажа. Хорошо, спрашивайте. И передача записки продолжалась на протяжении всего урока... Хината: Киба попросил поменяться со мной местами... Почему бы не воспользоваться шансом и не сесть рядом с Кибой? Саске: Ты серьёзно? Киба — как клон Наруто. Как будто мне нужна ещё одна заноза в заднице рядом со мной… Хината: Киба-кун — отличный друг, хоть иногда и шумный, да и Наруто не так уж плох! Он очень старается и к тому же очень милый. Саске смутился от того, с какой поддержкой она отнеслась к добе, и решил прямо спросить, что она к нему чувствует. Саске: Он тебе нравится? Хината засомневалась и сама взглянула на Наруто. Он как раз рассказывал о том, как нашёл купон на 50-процентную скидку на рамен, чтобы угостить Сакуру. И, естественно, она отказалась, сказав: «Как будто я когда-нибудь пойду с тобой, неудачник». Хината восхищалась упорством и жизнерадостностью Наруто. Но, по правде говоря, его характер мог оказаться для неё слишком сильным. Может быть, если бы они куда-нибудь сходили, он бы за неё поговорил. Скорее всего, она бы и слова не сказала, а он бы подумал, что она скучная. Хината: Нет… Мне всё равно. (Прим. автора: в этой истории Хинате не нравится Наруто) Хината решила, что это единственный возможный ответ. Саске почувствовал лёгкое облегчение, узнав, что она ни к кому не проявляет интереса. Он не любит её или что-то в этом роде, но она ему интересна. Никто никогда не интересовал Саске, и никто, кроме его брата, не знал его секрета. Если есть шанс, что эта девушка будет отличаться от остальных, сможет ли он на самом деле?.. «Ага, конечно». Это не какая-то романтическая манга… Саске: Я надеюсь, что на следующей неделе выйдет новая манга. Хината улыбнулась, когда прозвенел звонок, возвещающий об окончании урока. Она положила записку в карман и, выходя из класса, оставила на его парте пачку салфеток. «Может быть, он не такой уж и плохой». «Может быть, она отличается от остальных». И с этими мыслями в голове они продолжили заниматься своими делами. Итачи обхватил голову руками, явно расстроенный. Девушки иногда спрашивали, всё ли с ним в порядке, и он обычно отвечал: «Я в порядке». На самом деле это было не так. Его одолевали сомнения, потому что... Хината никогда не видела в нём ничего, кроме друга! Неужели любовь должна быть такой сложной? Это определённо большой шаг вперёд по сравнению с тем, как девушки падали в обморок от одного его вида. Обычно для такого вундеркинда, как он, всё было проще простого, и всё же... Она была невосприимчива к нему. И она была его единственной слабостью. Но каким бы терпеливым ни был Итачи, даже у знаменитого Итачи есть свои пределы. Итачи только что добрался до своего. Он тоже придумал план. Может быть, для неё это было слишком быстро, рассуждал он, но, может быть, это был единственный выход. Это удовлетворило бы его самого и не разрушило бы их дружбу… если только позже она не захочет чего-то большего. Увидев, что Хината вошла в библиотеку, он стал ждать, когда она подойдёт к нему. «Не будь слишком прямолинейным. Не пугай её». «Добрый день, Итачи-сан», — поприветствовала она его. «Хината… будь моей девушкой». «Чёрт. Как же так вышло, что я напугал её своей прямотой?» — Ч-ч-ч-что? — ахнула Хината, и её пылающие щёки заалели ещё сильнее. «Я имею в виду, притворись моей девушкой...» — неохотно поправился он. — П-почему? — заикаясь, спросила она. — Почему я? Из всех девушек? «В последнее время мои фанатки меня изматывают. Единственный способ остановить их… это сделать тебя моей девушкой. Это будет продолжаться до тех пор, пока они от меня не отстанут». «Или пока ты не влюбишься в меня». Хината всерьёз задумалась над этим. Она бы помогла своему другу, которому нужна была помощь, и это было бы просто притворством, верно? Но нужно было подумать о Неджи-нии-сане, Кибе-куне и Шино-куне... и особенно о Куренай-окасан и... Са-подожди. Саске не имеет к этому никакого отношения, но он всё равно вторгся в её мысли. А испытывала ли она чувства к Итачи-сану? Она никогда не думала о такой возможности, потому что он был СЛИШКОМ ХОРОШ для неё. По крайней мере, так она всегда себе говорила. «Нет! Дело не в чувствах. Он просто просит о помощи. Разве он не помог мне? Он принял меня такой, какая я есть, и стал моим другом. С нашей первой встречи он придавал мне смелости! Я в долгу перед ним». «Эм… ано… думаю, ничего страшного не случится, если мы просто притворимся, не так ли?» — ответила она с неловкой и неуверенной улыбкой. «Это только начало», — вздохнул он. «Да, просто притворись Хинатой-тян». «Ладно… и что теперь?» — спросила она, нарушив молчание, потому что, честно говоря, не знала, что делать. Итачи ухмыльнулся и ответил простой фразой: «Можешь для начала называть меня Итачи-кун. Не нужно так официально, Хината, так не должно быть». «Ах! Неужели? Прости», — извинилась Хината. «Хината-тян, разве у тебя не контрольная по математике в понедельник?» — напомнил он ей. Обычно она забывала об этом, и Итачи всегда приходил ей на помощь, спасая от провала. «О. Ты прав, Итачи-кун. Я забыла начать готовиться! Что мне делать?» — запаниковала она. Единственной слабой стороной Хинаты была математика. Из-за математики она не могла получать пятёрки. Все эти мысли и переживания из-за Саске сильно отвлекали её. Итачи почувствовал, как у него ёкнуло сердце от того, как быстро она адаптировалась и стала называть его Итачи-кун. Как же долго он ждал, когда она так его назовёт! «Я помогу тебе сегодня вечером у себя дома, а потом отвезу тебя. И, чтобы не беспокоить Куренай-сан, я позвоню ей заранее». Хината молча восхищался тем, как хорошо Итачи справляется с такими вещами... ПОСТОЙ, у него дома? «Итачи-кун, там правда всё в порядке?» Невинный разум Хинаты не мог порочить Итачи, поэтому она без колебаний приняла его предложение. «Всё в порядке, Хината-тян. Люди увидят нас вместе, если ты будешь притворяться моей девушкой, я не прав?» — он слегка наклонил голову в её сторону, словно приглашая её сказать, что он не прав. Она слегка покраснела под его пристальным взглядом. «Я-я думаю, ты прав. Так что, мы всегда будем так делать? Если это поможет нам создать впечатление, что мы… д-д-встречаемся?» — она, естественно, запнулась, просто подумав о слове «встречаемся». «Да. Если ты не против». «А… тогда ладно», — согласилась она. После того как она поможет Итачи, всё вернётся на круги своя. К тому же притворяться парой с другом должно быть легко, верно? «О! Мне нужно сказать Неджи-нии-сану, что я сегодня не пойду с ним домой». Хината подошла к своей сумке и достала телефон. кольцо. кольцо. кольцо. «Привет, Хината-сама», — небрежно поздоровался Неджи. «Неджи-нии-сан! Я сегодня не пойду с тобой домой. Гомен…» «Почему? Ты с Саске Учихой? Я так и знала… Клянусь, если ты с ним...» «Нии-сан, всё в порядке. Я с Итачи-куном, а не с Саске-куном. Он теперь мой б-б-бойфренд, так что, думаю, это нормально, что я учусь у него д-д-дома. Я не знаю, когда вернусь домой, но, пожалуйста, не волнуйся!» Я... я буду в порядке. — Хината, кажется, забыла добавить, что это притворство. Неджи резко вдохнул и задумался... что же он упустил за эти 6 часов? «И я ещё беспокоился о Саске Учихе! ДУРАК! ДУРАК! ДУРАК!» Неджи несколько раз ударил головой о ближайшую стену, шипя при этом ругательства. «Я ненавижу Учиху.» Итачи и Хината добрались до его дома после работы в библиотеке. Итачи объяснил, что они с Саске живут в кондоминиуме и у них мало места. Им действительно не нужен большой особняк для двоих. «Саске…» — Хината задумалась. Согласится ли он на их план? Наверняка он не будет против, ведь это поможет его брату. Когда Итачи уже собирался повернуть ключ в замке, чтобы открыть дверь, Саске распахнул её. «Почему ты так долго, аники? Твоя еда остыла, и это не моя вина». И тут он заметил Хинату рядом с Итачи. — Э-э-э... д-добрый вечер, Саске-сан. «Саске, это моя девушка, Хината-тян. Веди себя прилично, иначе будешь спать на улице», — пригрозил Итачи. «…Подружка?» — спросил Саске, и по его лицу было видно, насколько нелепой он считал идею о том, что у Итачи может быть подружка. Тем более что это Хината… Хината… из всех девушек в школе его брат выбрал именно её. "Ублюдок". «А-а! Это только для притворного Саске-сана. Я-я помогаю твоему брату с… фанатами». Она почувствовала необходимость объясниться. Она не знала почему, но когда Итачи сказал ему, что она его девушка, и увидел лицо Саске… она почувствовала вину. Почему она должна чувствовать вину? Саске… не должен иметь никакого отношения к тому, как она принимает решения. «Саске, ты всё ещё болеешь. Так что иди обратно в постель. Ты что, не нашёл в интернете, как вылечить простуду?» Саске сердито посмотрел на Итачи, который выставил его таким глупым. Хината просто не могла поверить своим ушам. Учихи не знали, как справиться с простудой? Они что, серьёзно? И Саске тоже выглядел ужасно. Хината почувствовала, что должна протянуть руку и коснуться лба Саске. Он определённо горел и становился всё горячее. Саске не знал, что делать. Он всё ещё хотел поговорить с Итачи о том, что тот так играет с Хинатой, но она была так близко к нему, что все мысли об Итачи вылетели у него из головы. «Итачи-кун, думаю, нам стоит отложить учёбу до завтра. Сегодня ещё пятница, так что у нас есть суббота и воскресенье. Сейчас Саске нужно как следует подлечить…» — она замолчала, снова взглянув на красные глаза и вспотевший лоб Саске. Ей было его жаль. Неужели он заболел впервые? «Хорошо. Позаботься о том, чтобы у него было всё необходимое для выздоровления. Я отвезу тебя домой, когда он уснёт». Итачи, казалось, был раздражён сложившейся ситуацией, а Саске, даже в таком плачевном состоянии, был доволен. «Спасибо, Итачи-кун», — с благодарностью сказала она, прежде чем взять Саске за руку и перекинуть её себе через плечо. Он был так слаб, что не мог нормально ходить. Хината не обращала внимания на то, как у неё сжималось сердце от того, что он был так близко, и следовала за ним в его комнату. Когда Хината включила свет в комнате Саске, она была поражена тем, как много аниме было в этой комнате. На потолке висели постеры, стены были разрисованы персонажами и раскрашены в чудесные цвета, а манги было так много. Если бы Саске был в здравом уме, он бы выгнал её из своей комнаты, чтобы не смущать. Она могла бы выставить его неудачником. Но она лишь уложила его на кровать, а сама бросилась листать его коллекцию манги. «Т-это потрясающе, Саске-сан! У тебя гораздо больше манги, чем у меня». Хината, казалось, была на седьмом небе от счастья, глядя на такие манги, как «Наруто», «Блич», «Ван Пис», «Возрождение», «Хвост Феи»… она могла бы перечислять их бесконечно. Её остановили нарисованные от руки картинки на его столе. Неужели они были нарисованы от руки? Они были потрясающими! Если бы она осмелилась сказать это, то они были бы намного лучше большинства мангак. — Потрясающе... — выдохнула она. «Хех… Ты ведь пришла сюда *кашляет*, чтобы похвалить меня, Хината?» — поддразнил Саске. «О! Мне очень жаль». Она решила, что позже у них будет больше времени, чтобы поговорить о его удивительной комнате. Хината положила ему на лоб влажное полотенце. Она собиралась пойти за лекарством, которое могло у них быть, но Саске в знак протеста схватил её за руку. Он провёл большим пальцем по её руке, наслаждаясь мягкостью, словно хотел, чтобы это длилось вечно. «Хината… Почему ты с моим братом?» «Я-я… уже говорила тебе…» — сказала она, и с каждым словом её голос становился всё тише. «Я знаю, что это всего лишь притворство, но сам посмотри на знаки. Как ты думаешь, что Итачи чувствует к тебе?» Саске знал о ежедневных визитах Итачи в библиотеку. Ему понадобился всего один момент, чтобы сложить всё воедино. Итачи влюблён в Хинату. Он использует своих фанаток как повод, чтобы Хината притворилась его девушкой... чтобы она могла медленно и постепенно влюбиться в него. Саске попытался представить себе счастливую Хинату, которая влюблена в его брата. На самом деле Саске не ненавидит своего брата. Итачи абсолютно бескорыстен и всегда уступает Саске. Потеря Хинаты не должна стать проблемой для Саске, он не любит её так, как Итачи. Но он всё ещё хочет знать, сможет ли он научиться любить. То, что происходит с Хинатой… это не то, что можно игнорировать. Это нечто иное, и Саске знает, что, если он сейчас отпустит её, то пожалеет об этом. «Хината, ты мне нравишься», — признался Саске. Это ещё не любовь, да и откуда ему знать, что такое любовь. Однако он знает, что Хината может растопить его холодное и безучастное сердце. Ребята... это было слишком длинно? О.О. Боже мой, я просто не мог перестать печатать. Д: Ну что ж! Спасибо, что прочитали! Есть вопросы? Предложения? Отзывы? Вы знаете, где их оставить. :D « Первый « Предыдущий Глава 4 из 4