°°°

Первое время после победы Мальбонте пытался найти в себе крупицы радости, что все плохое и тяжелое наконец позади. Не получилось. Копался в душе в поисках покоя. Тот же результат. Вытряхнул весь свой сундук с эмоциями, а он оказался пуст. Единственное, на что метис наткнулся, — бесконечная пустота. Он всю жизнь провел воюя. Что теперь делать с собой, когда битвы окончены? Ответ, кажется, прост. Вики Уокер. Первое существо за многие столетия, пробудившее в нем… что-то. Живое, наверное? Поэтому надо взять себя за шкирку и отнести прямиком к ней. Поговорить, побыть рядом, вновь сказать — только на сей раз более искренне, — что любит ее. Эмоциональная, чувственная натура девушки явно оценит подобный жест. Что она в нем нашла вообще? Десять лет мучил этот вопрос. Мучает и сейчас. Мальбонте на расстоянии наблюдает за Вики, когда она носится по академии и занимается подстрекательством. Всех поднимает на уши, из каждого угла звучит ее голос, напоминающий о том, что на Земле скоро Новый год будут праздновать, поэтому и им надо — тем более первый праздник после победы над Матерью Жизни и Всадниками. Старших в авантюру втянуть не получается, Мальбонте она не трогает, поэтому в охапку хватает Дино, Мими, Ади, Сэми и близнецов — и украшает всю школу от потолков до полов. Теперь каждый этаж блестит. Буквально. Везде гирлянды, шары, снежинки и прочее… Невозможно отрицать, как в груди что-то дергает и щелкает при виде веселой и на каждом шагу улыбающейся Вики. С одной стороны, она просто весьма жизнерадостная и оптимистичная личность, а с другой… вряд ли получится описать, сколько боли и усталости скрывается за приподнятыми уголками губ. А он слишком хорошо знает ее, чтобы этого не заметить. Вряд ли хоть для одного из ее друзей она столь же открытая книга. Однажды утром Мальбонте обнаруживает на соседней подушке красивую картонку — приглашение. На нем изящным почерком отправитель зовет вечером на волшебный бал в честь празднования Нового года и указывает место проведения — какой-то замок… внизу. На Земле. Для чего тогда было школу украшать? Для настроения? Типичная Вики. Наверное, и остальным друзьям такие разослала. Первый порыв — никуда не лететь. Желания веселиться нет абсолютно. Однако мысль о том, что его отсутствие обидит Уокер, поднимает на ноги и заставляет принарядиться. Да и этот бал — вполне себе шанс провести с ней время. Поговорить. Высказать все, что творится внутри, и узнать, что на душе у нее. Вечером он прилетает позже всех. Окидывает взглядом старинный готический замок, усмехается, проходит внутрь. Через несколько шагов оказывается в огромном зале, где украшений, кажется, даже больше, чем во всей академии. Смотрит на танцующих под веселую музыку бессмертных — они кружат и в воздухе, и на полу. Кто-то, наоборот, группами сидит за столиками. В глаза бросаются и одиночки — такие же, как он сам. Мальбонте садится за один из пустующих столов и выискивает взглядом Вики. Находит спустя несколько минут — она танцует с Люцифером, улыбаясь, но не прижимаясь к нему слишком крепко. Ангел кивает и громко, запрокинув голову, смеется на какие-то шутки демона. Музыка меняется, и меняются партнеры. Уокер попадает в руки Астарота, они встречаются глазами, и ее взгляд меняется. Если в общении с Люцифером было видно, что никаких чувств, кроме дружеских, она к нему не испытывает, то сейчас… огромный вопрос, какие эмоции вызывает Астарот. Прежде смотрела так только на Мальбонте. В груди разрастаются злость и раздражение. Не получается отвернуться и не смотреть на Вики и Астарота, кружащихся в танце и не сводящих взглядов друг с друга. Он против воли сжимает кулаки с такой силой, что костяшки белеют. В голове вертится только одно: когда все успело так измениться? Или он просто слишком долго был погруженным в себя, отстраненным от всех, от Вики, и она устала от этого? А тут Астарот, который и так постоянно около нее вьется. Со дня знакомства. Почему бы не ответить ему взаимностью, да? От Мальбонте ведь ничего человеческого не добьешься… Хотя она боролась. Всегда. Изо всех сил. Пробивала лбом стены, которые он старался между ними воздвигнуть. Очевидно, чего-то живого она все же коснулась, раз теперь с каждой секундой возрастает желание оторвать Астароту голову — за то, что трогает Вики. Его Вики. Там, где не надо, и так, как не должен. Пытка становится совершенно невыносимой, когда их лица оказываются на ничтожном расстоянии друг от друга и носы едва не соприкасаются. Поэтому, стоит музыке вновь смениться, Мальбонте резко встает и решительно пробирается к Уокер через танцующие пары. Кулаки все еще до предела сжаты, грудь тяжело и быстро вздымается, и приходится напомнить себе, что он идет, чтобы утянуть ангела в танец, а не начистить метису лицо. Пары меняются. Мальбонте хватает Вики за руку и тянет ее на себя. Так резко, не рассчитав силу, что она врезается в него. Вцепившись тонкими пальцами в плечо метиса, Уокер огромными шокированными глазами смотрит на него и, кажется, едва дышит. Он же глядит в ответ спокойно, хотя сильно стиснутая челюсть и то, насколько крепко он прижимает ангела себе, буквально кричит, что эта невозмутимость — чистая ложь. Только сейчас вдруг осознает: это первый раз за последние несколько недель, прошедшие после победы, когда они настолько близко. Первый раз, когда Вики смотрит ему в глаза — когда она вообще на него смотрит. Она позволяет вести в танце.       — Он тебе нравится? — первое, что вырывается. Лицо Уокер и так перестало быть приветливым и улыбчивым, стоило им столкнуться, а сейчас она вовсе злобно щурит глаза. Тут же со всей имеющейся у нее силой сжимает его ладонь, впивается длинными ногтями в кожу. Хотя прекрасно знает, что он едва ли ощутит боль. Однако разве может не показать характер и не дать понять одним своим видом и действиями все, что она о нем думает?       — Мы разговариваем? — угрожающим низким голосом спрашивает ангел. — Не знала. А то бы подготовилась. Внутри скребется неприятное ощущение, и с удивлением Мальбонте обнаруживает нечто совершенно незнакомое — совесть. Становится некомфортно, что все эти недели он так себя вел и всячески закрывался даже от Вики. Однако в один момент с этим приходится сдерживать улыбку. Всегда веселит, когда Уокер кусается.       — А отвечая на твой вопрос — да, нравится, — цедит она. — Просто, знаешь, когда парень, который вроде как тебя любит, по неизвестной причине отстраняется, невольно начинаешь заглядываться на того, кто постоянно проводит с тобой время. Мальбонте бесшумно вздыхает. Смотрит поверх ее головы, затем — снова в глаза. Ни на миг не останавливает танец. Крепче прижимает к себе ангела.       — Прости меня за это, — произносит он, извиняясь впервые за всю жизнь. Никогда не чувствовал себя виноватым за то, что обидел кого-то или сделал больно. Только вот Вики Уокер — исключение из правил. Всегда им будет. Она ведь единственная поселилась в его душе и засела в голове. Единственная, кто его волнует. Ни разу не было, чтобы метис посчитал свои действия неверными. Однако сейчас лишь об этом и думает, видя, как они ранили Вики. Настолько, что она всерьез обратила внимание на другого… Мальбонте хмурится. Уокер больше не выглядит раздраженной — теперь она смотрит удивленно, слегка приподняв брови.       — Я не хотел обидеть тебя, — честно признается он. — Дашь мне шанс?       — На что? Исправиться? — с иронией уточняет она. — А ты на такое способен? Быть открытой книгой, которую я всегда могу прочесть и получить ответ на любой вопрос? Мальбонте останавливается. Набирает побольше воздуха в легкие, медленно выдыхает. Задумчиво и предельно серьезно смотрит на ангела.       — Я могу постараться. Вики усмехается, убирает руки с его плеча и из ладони, но он тут же их перехватывает, крепко сжимая.       — Ты ведь постоянно повторяешь, что в Новый год случается чудо, — быстро проговаривает метис. — Может, ты станешь моим чудом? Сам не верит, что говорит это, но что еще делать? Дать ей уйти? Как бы не так. Если сейчас ее отпустит — она его больше слушать не станет, не подпустит на пушечный выстрел. Поэтому готов говорить все что угодно, лишь бы удержать на месте. А дальше уже разберется. И не будет совершать действий, которые могут ее ранить.       — Обещаю, я больше не буду вести себя так, как эти недели, — продолжает Мальбонте. — Не уходи, Вики. Ее пальцы резко сжимают его. Она отводит взгляд, прикрывает веки. Несколько минут стоит не шевелясь, потом вскидывает голову, когда по залу внезапно принимаются летать снежинки — разных размеров и формы, ярко сверкающие, одним словом волшебные, словно хороший знак. Она завороженно наблюдает за их танцем, ее лицо расслабляется. Уокер вновь смотрит на метиса. Потом делает шаг вперед, приподнимается на носочки и обнимает его. Сжимает пальцы на его плечах так сильно, что он даже чувствует это — и обнимает тоже.       — Ты прощен, — наконец произносит ангел. — Пока что. Я буду смотреть на твое поведение.       — Хорошо, — отвечает Мальбонте, впервые искренне улыбаясь. Спустя паузу говорит то, что уже давно должен был: — Я люблю тебя, Вики. Вики отстраняется, мягко обхватывает ладонями его лицо. Смотрит на него с прежним теплом, затем тянется вперед и целует.       — Если все повторится — клянусь, я выкину тебя из окна, — отстранившись, максимально серьезно произносит она.       — У меня же есть кры…       — Я предупредила. Мальбонте, вместо того чтобы продолжить спорить, смиренно кивает. Потом предлагает:       — Потанцуем?       — Конечно. Однако он не кружит ее снова по полу, а следом за собой поднимает в воздух. Улыбается, когда от неожиданности она смеется и, расправляя крылья, крепче прижимается к нему. Так они, не отрывая взглядов друг от друга, танцуют вместе с волшебными снежинками.