(enhypen, Ни-Ки)

Ни-ки не бывал дома два года. Казалось странным, как быстро пролетало время. Ни-ки не часто об этом думал, но когда он это делал, у него было ощущение, будто его ударили ножом в сердце. Часть его отсутствовала, и эта часть была наполнена только гневом и глубокой, глубокой печалью.

***

В Корее не было желтых сигналов тревоги, но если бы они были, они бы срабатывали каждый день. Чонвон был обеспокоен и зол. Ни-ки пропал, неясно, куда он делся, но он не вернулся, даже не звонил и не писал сообщения уже три недели. — С меня хватит! — Чонвон захлопнул дверь, а затем остановился, повернулся и потрогал дверь, как будто повредил ее. — В чем дело? — задавался вопросом Сонхун, выглядя обеспокоенным. Он знал, в чем проблема, но все равно спросил, на случай, если у молодого лидера возникла еще одна проблема. Чонвон снова фыркнул, его симпатия к большому куску дерева мгновенно угасла. — Это Ни-ки! Этот ребенок. Если я когда-нибудь доберусь до него, он пожалеет, что родился на свет! — Чонвон сжал кулаки в воздухе, словно пытаясь кого-то задушить. Сонхун мог только догадываться, что Чонвон представлял, как душит Ни-ки. — Йа! Чонвон! Твой макнэ пропал, это самая большая из наших забот сейчас. Мы не знаем где он, и с кем, сейчас ему может быть больно, так что не позволяй своему гневу взять над тобой верх — отругал Хисын. Чонвон знал, что он прав, но в глубине души он также знал, что Ни-ки просто играл в долгую игру в прятки, за исключением того, что поиск был невозможен. — Он в Японии. Со своей семьей. Его мама только что написала мне, — сказал вошедший Джейк. — О, да! — Хисын выглядел так, будто он мог упасть на пол и заплакать в любой момент. — Так кто же поедет за ним? — Сонхун посмотрел на остальных. — Чонвон должен — уверенно сказал Джейк. Чонвон был удивлен. Он никогда раньше нигде не был один, даже на улице, не говоря уже о другой стране. — Почему я? — Он задавался вопросом. Хисын был в смятении. Он знал почему, и как бы сильно он ни хотел забрать Ни-ки сам ему пришлось согласиться, что Чонвон должен это сделать. — Ну, во-первых, ты лидер и ты также хен Ни-ки. Плюс, он солгал тебе, и поэтому ты должен с этим разобраться — объяснил Хисын. Рот Чонвона открылся. Он точно знал, что означает «разобраться с ним», и не был уверен, что готов к этому. Он и Ни-ки были друзьями, их сблизило то, что они были самыми младшими и им никогда не приходилось никого шлепать. — Я не могу — покачал головой Чонвон. Он не мог сделать этого с Ни-Ки. — Ты его хён и лидер. У тебя нет выбора, — ответил Хисын. Чонвон не стал спорить и просто пошел в свою комнату. Если он собирался в Японию, то он собирался провести там хотя бы несколько дней, а может остаться на неделю. — Может ли кто-нибудь из вас очистить мое расписание на следующую неделю? — задал вопрос Чонвон, выкатывая чемодан в гостиную. — Да. Ты останешься там не неделю? — кивнул Джей, он сам поговорит с их менеджером, чтобы расчистить расписание Чонвона. — Да. Я уже купил билет, так что поеду сейчас. Увидимся через неделю— Чонвон убедился, что у него есть все необходимое, и Джей отвез его в аэропорт. Несколько часов спустя он был в Японии и сел на поезд до адреса дома родителей Ники, который дал ему Джейк.

***

— Здравствуйте, госпожа Нишимура! — Чонвон почтительно поклонился, когда мама Ни-Ки поприветствовала его. Она возилась с ним несколько минут, прежде чем наконец позвать Ни-Ки. Подросток замер, увидев Чонвона и безошибочный гнев в глазах лидера. — Я не хочу показаться грубым, но ничего, если я поговорю с Рики минутку? Я отойду — Чонвон схватил запястье своего донсэна, разговаривая со старшей женщиной. Она отмахнулась от его вопроса, точно зная, о чем Чонвон собирается поговорить с ее сыном. — И даже не думай о том, чтобы снять отель! Ты, конечно, останешься здесь. У Рики никогда раньше не было друзей — добавила госпожа Нишимура. Чонвон поблагодарил ее и потащил Ни-Ки в его комнату, закрыв дверь. — Я знаю, что ты собираешься сказать, — прервала Ни-Ки прежде, чем Чонвон успел что-нибудь сказать. — Да? Тогда скажи мне, что я собираюсь сказать. — Чонвон скрестил руки на груди и стал ждать. Он никогда раньше не был так разочарован, и это было заметно. Ни-ки мог сказать, что он перешел черту, раз Чонвон появился вместо старших участников. — Я все испортил. Я знаю это. Мне не следовало уходить, не сказав вам, ребята, и я не должен был игнорировать ваши сообщения или звонки. Я знаю, что это было неправильно, но вы должны понять! Мне семнадцать! Я не видел свою семью два года, я тосковал по дому, и эти последние несколько недель были для меня словно сбывшаяся мечта! — объяснил Ни-ки — Поверь мне, я понимаю. Я тоже давно не видел свою семью, и я знаю, что это было не так давно, как у тебя, но мы все скучаем по дому. Все мы уехали из дома, когда были детьми, и это травмирует. Но ты не можешь просто лететь в другую страну и игнорировать своих хёнов! –Чонвон в какой-то степени знал, через что проходит Ни-ки. — Я знаю. Мне очень жаль — Ни-ки опустил голову. Он просто хотел передохнуть, но только усугубил себе ситуацию и расстроил своих хёнов. — Извини, на этот раз не получится, Рики. Теперь мы собираемся вернуться на кухню и насладиться едой, которую готовила твоя мама, и сегодня вечером, когда твои родители уснут, мы разберемся с этим. Понял? — решил Чонвон. Ему следует сделать это прямо сейчас, но он не хотел, чтобы мама Рики услышала, и не хотел создавать неловкость между матерью и сыном. Макнэ кивнул, и они вышли из комнаты. Чонвон еще раз поприветствовал маму Ни-Ки и сдался, когда она настояла на том, чтобы он остался в доме. — Вы быстро, ребята. Надеюсь, ты не был с ним снисходителен — прокомментировала она, когда вся семья и Чонвон сели ужинать. — Мама! — Ни-ки покраснел от смущения. — Ой, тише, ты знаешь, что ты сделал, молодой человек. Ты должен быть благодарен, что твой хен проделал весь этот путь сюда только для того, чтобы вернуть тебя, особенно после того, что ты сделал. Ты должен быть благодарен ему, — отругала женщина своего сына. Ни-ки опустил голову, глядя на сестер, сидевших по обе стороны от него. Они ничего не сказали, но он видел, что они посмеивались. Чонвон даже выглядел смущенным. — Это не было проблемой, мэм, правда. Я был рад приехать сюда, я никогда раньше не видел эту часть Японии. И я планировал поговорить с Рики позже сегодня вечером, когда все уснут чтобы мы не беспокоили кого-либо, — вмешался Чонвон, сохраняя тон спокойным и уважительным. Разговор продолжался некоторое время.Старшая сестра Рики ушла спать после ужина, а его родители и младшая сестра ушли чуть позже. Чонвон и Ни-ки встретились в комнате макнэ. — Я до сих пор не понимаю, почему ты это делаешь — признался Ни-ки. Чонвон сел на кровать и взял его за руку. — Потому что я старше тебя и я лидер. Не усложняй ситуацию больше,чем она должна быть. — коротко ответил Чонвон, потянув высокого парня через колени и сразу же начав. Несмотря на свое нежелание делать это, Чонвон обнаружил, что для него это было совершенно естественно. — Ты побеспокоил всех нас! О чем ты думал? Ты искренне верил, что это хорошая идея?! — задал вопрос Чонвон. — Я знал, что это не так! Но я не подумал о том, что вы все почувствуете. Мне очень жаль! — Ни-ки стучал руками по кровати, когда боль начала усиливаться и затуманивать его чувства. Шлеп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп — Я никогда не разочаровывался в тебе до этого Нишимура Рики, но это худшее, что ты когда-либо делал. Я думал, что с тобой что-то случилось, Хисын-хен думал, что ты ранен, и никто из нас даже не знал, в порядке ли ты или нет. Теперь ты понимаешь почему так важно отвечать, когда кто-то из нас пишет или звонит? — Чонвон на мгновение остановился. Ни-ки больше не мог сдерживать слезы и выплеснул все свои эмоции. –Мне очень жаль! Мне очень жаль. Я плохой донсэн! — плакал Рики. Шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп — Послушай меня прямо сейчас, Нишимура Рики! Ты неплохой донсэн. Ты ребенок, и ты допустил ошибку, поэтому я делаю это. Как только мы закончим, все закончится и забудется, и мы через неделю поедем домой. Мы можем сделать вид, что этого никогда не было — Чонвон хотел забыть все это, но он знал, что это будет не так просто. Как только они закончили, Ники свернулся калачиком рядом с Чонвоном и заснул. Было поздно, и он устал от стрессового дня. Сон не давался лидеру легко и он не спал всю ночь. Но ему удалось насладиться недельным отпуском, и Ни-ки водил его во все его любимые места, когда он жил там в детстве.