Часть 3

Парни, услышав мой крик, буквально через секунду вбежали в спальню для девушек. Они были заспанные, с растрёпанными волосами, но в глазах горел тревожный вопрос. — Что происходит? — первым спросил Никита, оглядывая всех. Я всё ещё лежала на кровати, сжавшись в комок и обхватив одеяло руками, будто это могло меня защитить. — Там… — я указала на окно, не отрывая взгляда. — Там кто-то постукивал. Парни переглянулись. В комнате повисло напряжение. — Царапал веткой… а потом тихо стучал, — выговорила я, чувствуя, как голос дрожит. Саша первым подошёл к окну. Осторожно, на цыпочках, словно кто-то мог услышать его шаги. — Я не вижу ничего, — прошептал он через несколько секунд. — Но я слышала! — настаивала я, не сводя взгляда с рамы. — Чётко слышала, как будто кто-то был прямо здесь… Никита, который уже стоял рядом, едва заметно нахмурился. Его выражение было не испуганным, а скорее сосредоточенным — будто он уже собирал в голове детали происходящего. — Посмотри возле окна, на земле — там, возможно… следы, — с трудом сказала я. Никита сразу достал фонарик и наклонился. Свет лег на траву, колышущуюся от ветра… и он вдруг замер. — Тут… следы есть, — тихо сказал он. — Мелкие. Будто кто-то стоял на цыпочках. А потом медленно ушёл обратно в лес. — Закрой окно. Быстро, — прошептала я резко, и сердце забилось ещё сильнее. Саша сразу захлопнул створку и защёлкнул замок. В комнате словно повисла густая тишина. — Всё хорошо, — сказал он, хотя в его голосе сквозила неуверенность. В этот момент в комнату вошли остальные ребята. Они выглядели растерянными: глаза сонные, но настороженные. — Что здесь происходит? — прозвучал вопрос. — Она слышала стук и царапанье, — сказал Никита. — И… следы есть. Чёткие. Как от маленьких ботинок. В комнате начался шёпот: одни предполагали, что это могли быть люди, другие — животные, кто-то снова упомянул ветер. Но все видели одно: следы были маленькие, странные… человеческие. Я всё ещё лежала, обхватив одеяло, пытаясь прижать его к себе и почувствовать хоть немного защиты. — Я же говорила, — тихо сказала я, не поднимая глаз. — Я слышала. Никита осторожно посмотрел на меня, в его взгляде ещё оставались остатки сна. — Сейчас все в безопасности, — тихо сказал он. — Окна закрыты, дверь заперта. Всё хорошо. Но эти слова больше не помогали. Не отвлекали. Слёзы подкатывали к горлу, и я не смогла их сдержать. Они скатывались по щекам, а в груди оставался холодный страх, как провал под ногами. — Эй… не плачь, — тихо попытался успокоить меня Роман, опустив голос. — Всё в порядке. Мы рядом. Но мне уже казалось, что нет. Стены домика, который они сняли для отдыха, внезапно стали чужими, окна — опасными, а ночь — бесконечной. Девочки тоже начали плакать: сначала Ксения, тихо, почти беззвучно, сжав край одеяла, потом Эмма всхлипнула в подушку. Ларэн прикрыла рот рукой, чтобы не разрыдаться вслух. Анна просто сидела, не отрывая взгляда от закрытого окна. — Я хочу домой… — прошептала Эмма. — Я не смогу уснуть здесь… вдруг это и правда кто-то был… — добавила Ксения, глотая воздух. Парни теперь молчали. Их прошлые шутки о «ветре» казались глупыми. Комнату заполнили тихие всхлипы. И вдруг — дверь медленно открылась. Все замерли, словно время остановилось. На пороге стоял Хьюго. Он не включал фонарик, не говорил громко. Просто смотрел — прямо, уверенно, будто был единственным, кто держал себя в руках. Свет из коридора освещал половину его лица, но даже в темноте было ясно: он не испугался. — Она первая почувствовала… и первая поверила себе, — тихо сказал он. — А вы? Вы бы услышали? Слова повисли в воздухе. Никто не ответил. Хьюго подошёл ближе — медленно, но уверенно. Он опустился на колени рядом с моей кроватью, глядя мне прямо в глаза: — Ты не одна. Я буду у двери этой комнаты до утра. Никто не войдёт, пока я здесь. Его слова пробрались внутрь меня — не как попытка успокоить, а как настоящее обещание. Я не выдержала. Наклонилась и обняла его — тихо, но крепко, и заплакала у него на плече. Он обнял меня в ответ. Не громко, не пафосно. Просто прижал к себе, положив ладонь на мою спину, голову рядом с моей. — Всё хорошо, — прошептал он почти шёпотом. — Я рядом. Никому не дам тебя обидеть. Мои слёзы падали на его футболку, но он даже не пошевелился, будто это было правильно. Оскар, Саша и Роман переглянулись, но не из зависти — а как будто вдруг всё случившееся стало предельно настоящим. Они поняли: от них теперь ждут не слов, а участия. Оскар осторожно сел рядом с Эммой, обнял её за плечи. Роман подошёл к Ларэн, положив руку на спину. Никита присел к Ксении, тихо уверяя, что всё будет хорошо. Саша стоял у окна, держа взгляд настороже, будто ждал повторного стука. Все поняли: ночь не закончится быстро. И мы были не одни.