Принятие

В Пусан пришла весна. С каждым днем дни становились жарче, а в парках пышным цветом благоухала вишня, привлекая в город туристов и влюбленные пары. Проснувшись от нагревающего щеку солнечного луча, девушка открыла глаза. Подушка рядом, оставленная в одиночестве своим хозяином, уже остыла. Почувствовав запах свежемолотого кофе, Чон встала с кровати и, натянув на голое тело рубашку Чимина, с удовольствием вдохнула волнующий чувства аромат. - Не хотел тебя будить, детка. - Чимин уже полностью одетый к выходу, встретил Сакуру у выхода из квартиры. - Завтрак на столе, можешь не торопиться. И кстати, у меня есть для тебя небольшой сюрприз. - Сюрприз? Кружки горячего кофе вполне достаточно. - Улыбнувшись мужчине, Чон привстала на носочки, чтобы дотянуться губами до гладковыбритой щеки. - Считай, это возмещением компании за испорченное имущество. Он ждет тебя у подъезда. Достав из кармана, небольшой брелок, Пак аккуратно вложил его в руку девушки. Увидев прикрепленный к брелоку ключ зажигания, та подняла, наполненные счастьем глаза на мужчину: - Чимин… - Чистокровный японец! Сегодня отличная погода, чтобы опробовать его. Ну я побежал! - и чмокнув девушку в губы, Чимин вышел из квартиры, оставив позади, сладкий шлейф духов. Все мысли о вкусном завтраке и кофе тут же испарились. Быстро умывшись и переодевшись, девушка схватила свои вещи и выскочила на улицу. Как и сказал Чимин, блестящий на солнце сталью Kawasaki Ninja H2R* стоял в ожидании своей новой владелицы во дворе дома. Тонкие зеленые линии на корпусе мотоцикла и дисках колес элегантно подчеркивали всю стать и мощь истинной иконы. 326 лошадиных сил, 4-х цилиндровый двигатель, аэродинамичные обтекатели, футуристичный дизайн - перед ней стоял сам Бог и Дьявол! Взвизгнув от восторга, девушка вскочила на свежеобретенного коня и аккуратно повернула ключ зажигания. Глубокий, низкий рокот двигателя, и пронесшаяся по корпусу вибрация, практически довела ее до оргазма! Взвизгнув еще раз, Сакура надела, подготовленный Чимином шлем, и, переключив передачу, потянула ручку газа на себя. Полупустые утренние пусанские хайвеи словно раскрыли свои объятия, предоставляя девушке свободу в передвижении. Ворвавшись на мост Кванан, что огромным исполином пересекает залив Суенман, Сакура выжила ручку газа до предела и перечеркнула носком ботинка коробку передач, чтобы в полной мере насладиться скоростью и мощью японца. Ловко маневрируя между машинами, что, казалось, двигались словно черепахи, она слилась со сверкающим металлом байка, наблюдая как стрелка спидометра уверенно ложилась пересекая отметку в 220 км/ч. И пускай за утреннюю прогулку придет куча штрафов, но отказать в себе в удовольствии - будет уже преступлением. Нежный теплый ветер обвивал ее волосы, заставляя танцевать в ритме мощного мотора. Девушка смело управляла мотоциклом, словно танцуя на грани жизни и смерти. Ее глаза сверкали азартом и свободой, когда она мчалась по извилистым дорогам, окутанная запахом асфальта и моря. Лишь когда солнце поднялось высоко в пусанское голубое небо, Сакура замедлила ход и остановилась, чтобы в полной мере насладиться моментом. Ее глаза сияли от счастья, от чувства победы над самой собой. Она не просто ехала - летела, покоряла ветер и время. Она была свободна. Удовлетворив свой азарт, Сакура выдвинулась в сторону D-Day. Ей жутко не терпелось похвастаться новым другом с Хосоком. Свернув с хайвея на городскую магистраль, она быстро вернулась на забитые машинами улицы. До бара осталось всего пара километров, а впереди горели красным пара светофоров. Остановившись на одном из них, девушка повернула голову, заглянув в опущенное окно рядом стоящего графитового цвета Mercedes. За рулем серого автомобиля сидел Чонгук, о чем-то мило беседующий с молодой коротко стриженной девушкой. Пока левая рука мужчины лежала на рулевом колесе, пальцами правой он нежно проводил по бедру пассажирки. Хмыкнув себе под нос, Сакура приподняла визор шлема, и дождавшись желтого сигнала светофора, потянула ручку газа, продолжая оставаться на нейтральной скорости. Гул мотоцикла тут же разнесся по улице, наполняя басами рядом стоящий автомобиль. Дрогнув от неожиданности, Чон повернулся в сторону источника шума и тут же столкнулся взглядом с гречишными глазами байкерши. Чуть зеленоватые, с медовым оттенком, они были точь в точь такими же, какими он запомнил их в момент первой встречи. Помахав, парню ручкой, девушка переключила передачу и молнией рванула вперед, оставляя водителя и его пассажирку далеко позади. - Вот же... - воскликнул мужчина, даже не заметив, как легкая улыбка коснулась его губ. Проскочив сквозь пустой зал бара, Сакура бегом спустилась вниз, и найдя лежавшего на диване Хосока, схватила того за руку и потащила за собой на улицу. - Как он тебе? Правда охрененный? - от переполняющих чувств, девушка готова была прыгать на месте. - Ого! Откуда он? Эта лошадь кучу денег стоит. - Хосок, округлив глаза от восторга и удивления, подошел к мотоциклу и провел рукой по еще не остывшему от резвой поездки металлу. - Подарок друга… - Друга? Это тот друг у которого ты постоянно ночуешь? - лукавая улыбка тут же просияла на лице брата. - И когда ты меня с ним познакомишь? - Может познакомлю, а может и нет. Давай я тебя прокачу, это же чистый кайф! - Некогда хвастаться подарками женихов, Чон. У нас работы полно - голос Чонгука, словно громом среди ясного неба раздался позади Сакуры, заставив тут же обернуться. Мужчина, уже без девушки, стоял прямо возле них, скрестив руки на груди. Дернув головой в сторону входа, он смахнул прядь смоляных волос со лба. - Пойдем, Джин принес информацию из MetropolGroup. Подойдя к сестре, Хосок нежно положил руку на плечо девушки, подталкивая в сторону входа в бар, в голове проклиная Чона, что так бесцеремонно нарушил ликование сестры. - Надеюсь, я не сильно напугала твою девушку, на светофоре. Мне показалось, что она скучала.. - проходя мимо Чонгука, Сакура одарила его ехидной ухмылкой, коготки острые вонзая. В главном зале штаба уже с утра кипела активная работа. Пока Юнги чистил короткостволку, аккуратно разложив детали по столу, Джин активно клацал пальцами по клавишам ноутбука. Поздоровавшись и перекинувшись парой шуток, вся команда принялась продумывать план проникновения в офис Metropol. Как и обещал Намджун, седьмой участник Септимы обеспечил команду данными о системе безопасности компании, а также информацией о сотруднике, по пропуску которого Хосок должен будет проникнуть в здание. Ко дню "Х" Юнги должен будет достать пропуск некого Ан Бохена - менеджера отдела внутренней безопасности, и передать его Хосоку. Основная сложность заключается в том, что для безопасного проникновения в кабинет Ана, одного пропуска недостаточно. Умная система видеоконтроля раз в пятнадцать минут сканирует лица всех находящихся в здании и сверяет биометрические данные с базой данных. Такой подход позволяет службе безопасности, практически моментально вычислять среди посетителей чужого. За пятнадцать минут до сканирования, Хосоку необходимо будет добраться до кабинета и вставить передатчик сигнала в личный компьютер Бохена. И здесь в игру должна будет вступить Сакура. Перехватив сигнал, ей необходимо будет проникнуть внутрь системы и подменить биометрические данные Ана на данные брата. Тогда угроза разоблачения на время отпадет и позволит выиграть немного времени, за которое нужно будет успеть найти и перекачать всю необходимую им информацию. Во время всей операции Чонгук и Юнги будут находиться рядом со зданием, на случай любой непредвиденной информации. - Выглядит как план - удовлетворенный проделанной работой, Джин поднялся с дивана, чтобы немного размять спину. - Отправлю информацию Намджуну и как только он даст отмашку - будьте готовы. - А где Нам? Я думала он будет участвовать в проработке? - спросила Сакура пролезая через брата и забирая из рук пустую чашку из-под кофе. - Уехал в деловую поездку, на четыре дня. Очередная встреча с заказчиками. Так что, ждем его возвращения. Уехав на встречу, Намджун оставил Сакуре и Хосоку ряд небольших задач по поиску компроматов на группу федеральных чиновников. Получив подробности запроса от Джина, брат и сестра с головой погрузились в работу, засиживаясь в штабе до самого поздна. За эти четыре дня девушка понемногу начала понимать брата, сутками пропадающего на работе. Штаб располагал всем необходимым для комфортной работы и отдыха. День ее начинался с утреннего кофе, между перетряхиванием сетей и даркнета, она спускалась в тренажерный зал, чтобы размять мышцы и отработать технику боя, а вечер заканчивался в приятной компании с Юнги за барной стойкой в D-Day. В одну из своих ежедневных тренировок, девушка в очередной подход истязала подвешенную грушу, представляя вместо нее ненавистного Седжуна. Она вкладывала всю свою ненависть в каждый удар, нанося по бедному мешку с песком рубящие удары руками, ногами с места, в прыжке и с разворота, использовала локти, колени, ребра ладоней. Практически падая от усталости, она давала себе небольшой отдых перед тем, как ринуться на снаряд с новыми силами. - Ты слишком концентрируешься на технике. Тебе надо думать не о себе, а о противнике - подперев плечом дверной проем, Чонгук уже несколько минут наблюдал за изматывающей тренировкой Сакуры. - Ты бестолку расходуешь много энергии. - Обойдусь как-нибудь без твоих советов - даже не посмотрев в сторону нежданного гостя, девушка продолжала наносить град ударов. Улыбнувшись, Чон лишь оттолкнулся от стены и вышел в центр зала, чтобы лучше рассмотреть движения розоволосой. Тонкие струйки пота стекали по шее девушки, исчезая под темным обтягивающим топом в районе груди и появляясь вновь на обнаженной пояснице. Стройные длинные ноги, будто парили над матовым покрытием пола. Легкие, они взлетали вверх, устремляясь в сторону покачивающейся груши и почти бесшумно возвращались назад. Собранные в высокий хвост розовые волосы, раскачивались из стороны в сторону, в такт прыжкам, угрожая пронзить любого, кто посмеет подойти слишком близко. - Ты слабая. У тебя слабые мышцы. Так ты никогда не победишь. - Чогуков голос вновь проник в голову Сакуры, отвлекая от тренировки. - Приятно слышать.. - Нужно бить всем телом. Напряги вот здесь. Опустив руку на горячее, мокрое от пота тело девушки, мужчина почувствовал как сильно и быстро бьется ее сердце. Его дыхание, словно раскаленным металлом обожгло шею Сакуры, заставив на мгновение замереть. Этого мгновения вполне хватило, чтобы Чон успел закрыть глаза и вдохнуть до боли знакомый аромат. Цветочный, чувственный, пьянящий - этот аромат словно был соткан из лепестков роз и терпкости белого перца, мускусного тумана и амбры. Сложный, многогранный, он звучал открыто и ошеломляюще, не оставляя никаких сомнений: перед ним та самая Сакура. Сакура, которую он крепко сжимал в своих объятиях четыре года назад. - Что ты делаешь? - придя в себя девушка резко отскочила в сторону, сбросив с себя руку мужчины, что словно оставила зияющий ожог на ее коже. - Дал очередной непрошенный совет. Не более. - Бред какой-то - переступив через протектор ринга, девушка схватила полотенце и направилась в сторону выхода из зала. - Ты его любишь? - Чонгук, остановиться не может. Облокотившись на ограждение, он внутри проклинает себя за прозвучавший вопрос, но не задать его уже не в силах. - Своего парня, который делает тебе такие дорогие подарки… - У тебя нет права спрашивать меня об этом! - Ты все еще любишь меня? - Да пошел ты к черту, Чонгук! - обескураженная внезапным вопросом, Сакура с места сдвинуться не могла. Словно ноги вросли в бетонный пол, пуская корни глубоко, под фундамент многотонного здания. - Если ты глядя мне в глаза признаешься, что разлюбила меня и полюбила кого-то другого, то я тебя больше не потревожу. Так, ты любишь его? Рыкнув в воздух, девушка с силой бросила полотенце на пол и, развернувшись, вышла из зала, оставив Чонгука одного, без ответа. Только вот Чонгук свое все-таки получил. Пусть ответ и не был произнесен вслух. Задыхаясь от напряженной тренировки или от переизбытка чувств, Сакура выбежала на улицу за порцией свежего прохладного апрельского воздуха. Ухватившись за бока, растерянным взглядом пыталась зацепиться хоть за что-нибудь, что могло бы привести ее в чувство, будто что-то важное потеряла и нестерпимо хотела найти. Но перед глазами все также стоял в ожидании Чонгук. Подняв глаза на пусанское небо, раскрашенное закатом во все оттенки оранжевого, она со стоном выдохнула, выпуская наружу всю тяжесть, лежавшую на сердце. По раскрасневшимся щекам пробежали мокрые дорожки слез, спускаясь к вытянутой шее. Она все еще любила его. Любила также сильно, как хотела бы эту любовь уничтожить.