Глава 4. Марат - хороший друг.

Жасмин подпевала что-то себе под нос и слегка пританцовывала у плиты, скользя по гладкому полу в одних носках. Этим утром она решила порадовать своих опекунов хорошим завтраком. В детском доме ей приходилось втихаря учиться готовить. Когда яркие лучи солнца сменялись на спокойные сумерки, а затем наступала кромешная ночь — девушка выходила на кухню, что располагалась на цокольном этаже и бесшумно пыталась приготовить себе еду, ибо голодной ей оставаться совсем не хотелось. Однако, блеклый свет, что падал с нескольких ламп - очень мешал работе, рябя в глазах. Но тем не менее, готовить приходилось. Так же в помещении было много насекомых и вредителей, да так, что было страшно сюда заходить; мерзко кушать еду, приготовленную здесь. Из-за тусклого света, который включался не так уж и часто, твари, любящие темноту часто сюда заселялись. К примеру, Жасмин всегда находила семейство тараканов в духовке и часто замечала бегающих туда-сюда крыс, точнее, огромных крыс! Девушка всегда еле сдерживала крик и садилась на какой-то высокий предмет, например сверху той же духовки. Но сдерживать эмоции получалось не всегда и она громко вскрикивала, после чего её обязательно находили и наказывали, как бы она не старалась спрятаться. И конечно, сейчас, готовить на такой чистой кухне - было удовольствием. Приготовив легкий завтрак в виде яиц с колбасой и с хлебом, она постаралась красиво их оформить, добавляя сверху какие-то начинки, по типу петрушки и тому подобное. Выходило не так уж и плохо, даже красиво. Удерживая в руках две тарелки, она переместилась с плитки на обеденный стол и поставила тарелки там. Подкрепившись остатками еды, она покинула дом, ведь знала, что Оля вот-вот проснется и увидит завтрак. Жасмин была очень воодушевлена этой идеей и яро желала реакцию пары. Тем не менее, уроки тоже начались. Она села рядом с Маратом, как и в тот раз. Хотя, сегодня ей хотелось избегать друга из-за недавней ситуации, хоть она и не лгала вовсе, просто у Никиты было слабое и хрупкое эго, которое не принимало Жасмин. — Кологрива, — улыбнулся Марат. — рад нашей встрече, наконец. — Очень смешно, идиот. — Ну и ну, придумала ты, конечно! Чего не сделаешь из-за страха, — не унимался он, пока девушка спокойно доставала книги и тетрадки из рюкзака, делая вид, что очень этим занята. — Хотя, че ты испугалась универсамовских то? — Испугалась и испугалась, ты бы слышал каким тоном говорил этот ваш Турбо! Я думала, я на этом же льде погибну от, — девушка выдохнула. — сам знаешь от чего. — Ой-ой, — Марат всё же улыбался. — Турбо нормальный пацан, может ты ему пригляделась? — Даже если так, — хмыкнула девушка, поправляя собранный хвост. — очень мерзко таким тоном говорить с девушками! — Какие вы все ранимые, — цокнул он, карикатурно изображая то, что он тоже поправляет хвост. — Лысая ты голова! — посмеялась Жасмин, тыча пальцем в его голову, а Марат слегка толкнул стульчик, на котором она сидела, показывая то, что и он не бессилен. — Так, Суворов и Колигрива, мы вам не мешаем? — ударив по парте журналом, сказала пришедшая учительница. — Тебя даже тут Кологривой называют, — посмеялся парень и вернул взор к учителю, делая непринужденный вид. Жасмин лишь нахмурилась и посмотрела на друга, а её губы медленно расплывались в улыбке. — Марат, ну ты и тупой, — кинула она и последовала его примеру, игнорируя косые взгляды парня, который всё ещё не догонял в чем дело. Все пацаны такие? Вечер. Ощущение, будто метель собирается выбить и так слабые окна. Хлопья сыпятся клочьями. Гулкий звук ветра в перемешку с снегом, что прилипает к окнам, создает интересную атмосферу. Жасмин зажмуривается, будто бы согреваясь и поджимает ноги к себе. Она сидит на кресле у окна в зале, окутанная теплым одеялом и с книжкой в руках. Надо наверстать упущенное и прочитать хоть одну книгу за этот год. Девушка устало прикрывает глаза, а приятный свет исходящий из лампы рябит в глазах. Кажется, слишком засиделась. В голове проносится мысль о Марате. Кажется, у них сегодня планировался замес. По крайней мере, парень так и сказал. Какого это драться в такую погоду? Девушку окутывают неприятные мурашки даже от мыслей о том, что где-то, сейчас, дерутся юные парни, сбиваясь в большую кучу и размазывая чью-то кровь по белому, холодному снегу. Кто-то падает прямо в холодный комок и новые раны предательски шипят, принося ещё большей боли. Жасмин захлопывает книгу, которую до этого яро ковыряла и сжимала, проникаясь своим мыслям. Надо отвлечься. Незачем думать о таком и проникаться сожалением. Сами виноваты, раз вступили в эту контору. Громкий и неприятный для ушей звук дверного звонка выбил девушку из мыслей. Та привстала с места, поправляя помявшуюся одежду. Странно, Оля и Павел вроде дома, а Никита не должен пока приходить. — Кто там? — спросила Оля у Жасмин, на что девушка приподняла плечи, якобы не знает. — Открой пожалуйста, в глазок посмотреть не забудь. И Жасмин послушно пошла в сторону двери и взглянула в глазок. Там стоял весь избитый Марат, точнее даже не стоял, а пытался стоять.. «Что он тут делает?» пронеслось в голове и не теряя ни минуты девушка открыла дверь. Избитый и искалеченный Марат сразу же уперся об девушку, чуть ли не падая с ног. Гулкий звук привлек внимание опекунов и они вышли посмотреть - кто же там? — Ай Батюшки! Кто это, Жасмин? — спросила Оля, сжимая в руках тряпку. Паша лишь недоверчиво смотрел на парня, готовый в любой момент заступиться. — Ничего, ничего.. Это мой друг. Мы будем у меня в комнате, — не зная что сделать, Жасмин аккуратно сняла с парня кроссовки и хватаясь за его руки – перекинула их за свои плечи и понесла в комнату. Марат лишь устало мычал. — Извините за беспокойство, я всё объясню, — выпалил он, после зажмурился от боли, тянясь к виску, где была ранка. Ребята прошли в комнату девушки, а опекуны лишь шокировано смотрели за этой картиной, переглядываясь друг на друга, а-ля, что тут происходит? Девушка положила друга у кровати, он сразу оперся об него и прошипел. — Кто тебя так? — спросила она, судорожно ища аптечку в комнате. — Да подрались с домбытовцами, за Айгуль мою, — Марат держался стойко, даже если местами шипел и хмурился от резкой боли. — Сиди здесь, я приду сейчас, — с такими словами Жасмин выбежала из комнаты и пошла искать аптечку в ванне. Руки быстро и хаотично двигались, открывая все ящики и шкафы. — Что с ним такое случилось? — спросила Оля, держа в руках ложку для готовки. — Да толпой на него накинулись! Эти группировщики, — солгала девушка. — А так он отличный пацана, хороший! — схватив маленький ящик со всем необходимым, она резво пошла в сторону комнаты под охи и ахи Оли о том, какие же эти группировщики - свиньи! Знала бы она, что сейчас один из них лежит в комнате их падчерицы и заливает палас кровью. — Так, не дергайся, я обработаю твои раны, — Жасмин села на колени чуть справа от него и пальцами приподняла его подбородок, а сама согнулась, пытаясь комфортно сесть. Вата с перекисью слегка коснулась его виска и тот болезненно зашипел. — Терпи, раз подрался, — девушка была поглощена процессом. — А ты специально не дави, — ответил он, после чего вскрикнул от резкой боли. Жасмин специально надавила. — Вот, что такое – специально, — ухмыльнулась она, а Марат больше ничего не говорил. Молчал и смиренно ждал, пока она закончит, — А ты чего ко мне приперся? А не к пацанам своим? — Да пацаны сами сейчас в таком состоянии, — ответил Марат, играясь с ковром. — Домой так идти не хотелось. Мать сошла бы с ума. — И то верно, за то мои - сошли, — Марат хмыкнул, поддерживая её слова. — Их лица... такие знакомые, но я не разглядел, больно было. «Ну и хорошо» — подумала она, аккуратно клея пластырь на ушиб. Впрочем, Марат весь был в ранках. Так что Жасмин мучалась долго, аж спина заболела. Но она была рада помочь другу, хоть он и из группировки. — До дома дойдешь? — Дойду-у, — Марат приподнялся с места, держась за поколоченную голову. — И не с таким сталкивались, — беззлобная ухмылка. Жасмин фыркает, закатывает глаза. Конечно, сразу к ней прибежал, как раненый щеночек. Но она не стала говорить ему это. — Если что, думаю, можешь остаться. Оля и Паша не будут против, я им такую хуйню наплела, — посмеялась она, вспоминая свои же слова. — Как неуважительно называть родителей их именами, — нет, в его голосе не было осуждении, лишь обычные слова, которые он бросил, даже не задумываясь, — И что ты им наплела? Чушпаном меня сделала? — тот сразу же поменял тему. Жасмин промолчала, не ответила на его первые высказывание, но с охотой ответила на второе. — Сказала, что тебя группировщики толпой избили, бла-бла-бла, — кареглазая улыбнулась, — Так, останешься? — Не, я своей Айгуль верен, — очередная ухмылка. — Ой, да иди ты! — та закатила глаза и цокнула, но не сдержала смешка. — До свидания, теть Оля, — улыбнулся Марат обуваясь, — до свидания, дядь Павел, — парень сжал руку мужчине и вгляделся в их лица, пока Оля читала лекцию о том, что группировщики - зло и бедный Марат! — Ладно, приходи почаще, Маратик, надеюсь беспредельщиков накажут, — выдохнула Оля, а лицо друга изменилось. Он задумчиво всматривался в их лица, переводя взгляд от Паши к Оле, а затем он многозначно глянул в лицо Жасмин, будто наконец догнал в чем дело. Девушка облизнула сухие губы и слегка кивнула, сама не понимая почему. — Не хочешь меня проводить, Жасминка? — Да, с радо— — На улице темно и холодно, не стоит, — отрезал мужчина. — Не волнуйтесь, только по лестнице поможет спуститься, а так я прослежу, чтобы зашла домой, — уверил парень. — Ты сестра Кощея? — сразу выпалил парень, стоило им спуститься к ступенькам. — Да, — она не желала обманывать. Да и он сам всё понял, даже увидел. Смысл врать? — А как так.., — озадаченный парень прошелся руками по затылку, предварительно сев на одну из ступенек. Жасмин же стояла рядом и лишь смотрела на него сверху вниз. — Помнишь, я говорила, что я с детского дома? — Блять, — выдохнул он. — я думал ты шутишь. Девушка усмехнулась. — Всё же хорошо? — В плане? — Марат поднял голову, смотря ей в лицо. — Ну, типо, мы и все дела. — Всё как прежде, не парься, брюнеточка, — он улыбнулся и на душе сразу потеплело. Всё таки, Марат - хороший друг, и плевать, что он состоит в группировке.